Солнце и Луна. Кровь, Соль и Ветер.

Осознание невыносимой схожести с Иными Водами обрушилось на девушку, как ушат холодной воды. Сердце неспокойно подскочило к горлу тугим комом, а руки девушки невольно обхватили отдающий теплом… нет. Сигил Астарты — потерял свое тепло. Он был невыносимо холодным. Холодным и словно пустым внутри. Неужели она осталась здесь без какой-либо… — Шуаран. — Руки старого капитана легли на ее хрупкие плечи и вмиг разрушили навеянное влияние тумана. Лицо Фольвина выражало серьезную задумчивость. — Этот туман действительно заставляет теряться. В прямом и переносном смысле. — Спасибо, Фольвин. — Девушка благодарно сжала ладонью руку на своем плече, а другой вновь легла на сигил, с облегчением осознав, что он вновь отдавал теплом. — Что вы видели? — Спросил тот с озабоченностью. — Я… — Девушка хотела промолчать, но вспомнила слова Рейки о том, что туман может насылать иллюзии, потому решила, что быть честной со своим попутчиком будет самым верным решением. -…вспомнила, как умерла. Этот туман очень сильно похож на тот, который находится в Иных Водах. — Вы… не рассказывали, что видели это. — Если туман будет нас проверять, я предпочту быть с вами честной. Фольвин задумчиво нахмурился и вздохнул. Как долго они находились в этом тумане? Сколько вообще прошло времени? — Я слышал погибших товарищей. — Признался тот и, поймав удивленный взгляд девушки, пояснил: — Правда за правду. — Я чувствую, что это только начало… — мрачно произнесла Виге. *** « — Эй, кэп, есть разговор. — Что такое, Ларантэ? — Ты точно хочешь идти с Айроной? Без обид, но если все то, о чем нам рассказывали — правда, то в тумане, у нее полностью снесет колпак. — Никто из вас не выдержит проход через Туман еще раз. Ты в прошлый раз билась в истерике. — Я боюсь не за себя или кого-то из нас. Я боюсь за тебя. У нее и так на тебя есть зуб. — Спусти шлюпку. — Кэп… — Просто спусти шлюпку, Ларантэ…» Рейка открыла глаза, прикрытые до этого в притворной дреме. Ей уже доводилось проходить этот треклятый туман. Он умело играл с подсознанием и внутренних страхах. Но, благо, она прекрасно знала, что в тумане нельзя было верить с первого раза практически ничему. Ни слуху. Ни зрению. Ни чувствам. И, что самое важное — нужно было играть по правилам этого места и не нарушать их. — Положи весло. — Сказала Рейка спокойно и почти дружелюбно, когда заметила, как Айрона схватилась за оное. — Течение понесет нас само. — Мы стоим на месте. — Пришел вполне очевидный ответ от наблюдательного квартирмейстера. — Тебе это только кажется. — Уверила Рейка спокойно и посоветовала. — Закрой глаза и услышишь, как волны шумят и несут нас. — Я прекрасно слышу и вижу сейчас. — Туман этого и добивается. — Мягко заверила капитан, перехватывая руку спереди сидящей и хмурясь оттого, как та мгновенно отстранила ладонь прочь. Рейка терпеливо вздохнула. — Он будет играть с тобой любыми способами и проникать тебе в голову. Не позволяй ему этого сделать. — Вы так осведомлены. — Отметила с прищуром та. — Очевидно, я не в первый раз прохожу это злосчастное место. Иллюзии. Потаенные страхи. Наши стыдливые воспоминания. Все это туман покажет и заставит глотать. Лучший способ борьбы с этим — не поддаваться на провокации и просто, знаешь… — Рейка откинулась назад, словно отдыхала на берегу солнечного пляжа. -…расслабиться. — Надо думать, что все трудности в жизни вы решаете точно таким же образом. Рейка вздохнула. — Айрона… — Начала она, было, мягко. — Скажете, это не так? — Заводясь, продолжала квартирмейстер. — Все время вы только и делаете, что лениво валяетесь, либо куролесите. Что здесь, что до этого. Вы — капитан, от вас ожидают ответственности и собранности, а что вы творите, спрашивается?! Весло звучно ударилось о водную гладь, когда эльфийка на эмоциях всплеснула руками. Плеск потревоженных вод гулко разнесся по округе, заставляя Рейку нахмуриться. — Я выслушаю все, что ты хочешь мне сказать, когда мы выберемся отсюда. Сейчас же я прошу тебя просто присесть и успокоиться. — Мягко попросила капитан и, видя, как Айрона вновь хочет возразить, продолжила, решив зайти с другой стороны. — Я понимаю, что тебе не нравится моя кандидатура, но в тумане есть ЗАКОНЫ, которым мы ДОЛЖНЫ следовать. — Хмф. — Квартирмейстер недовольно уселась на месте, все же вытащив весла из воды. *** — Ух… Как-то похолодало. — Поежилась Шуаран, потирая ладони. Но буквально спустя пару мгновений, на ее плечах оказался теплый китель Фольвина. — Ох, спасибо, но разве вам не будет холодно? — Ой, бросьте, Шуаран. — Улыбнулся он, оставаясь в плотной рубахе. — Я и не в таких холодах бывал, не волнуйся. — Хорошо… Спасибо вам. — Кивнула она, плотнее укутываясь в одежду, словно в большое одеяло. — Да, что там. да, что там… — Тем временем продолжал бормотать Гельер, переводя взгляд куда-то вдаль. — Я ж почти всю жизнь в плавании… Да. Море давно мне домом стало, хоть и пустым… — Пустым? — В непонимании спросила магесса, оборачиваясь, но мужчина не ответил, продолжая смотреть в туман. — Фольвин?.. — Жаль, конечно… Я по молодости думал, что вот стану капитаном, найду жену… — Взгляд капитана становился все более расплывчатым, словно тот ускользнул из реальности. — У нас был бы ребенок или два… Я бы им корабль потом оставил, как только примерно твоего возраста бы стали, Шуаран… Команда поворчала бы, конечно, но они ребята понимающие… Да, только не получилось оно. — Фольвин! — Громче позвала его Шуаран, надеясь отогнать наваждение. — Очнитесь, капитан! — Кто ж знал, что, став капитаном, я забуду о том, что такое личная жизнь… Всегда есть еще одно плавание. всегда еще одно дело. — Его взгляд медленно перешел на Виге, что приблизилась к нему, потряхивая за плечи. — Ох. Шуаран. — Фольвин? — Позвала она вновь, надеясь, что тот очнулся, но взор его оставался размытым. Разум девушки начал лихорадочно думать в надежде, понять, как можно преодолеть влияние тумана. Очевидно, что Гельер не слышит ее, когда она пытается дозваться до него напрямую. — Как же много я… Нет. Нельзя. — Продолжал бормотать мужчина, затерявшись в своих мыслях. — Глупости стал выдумывать на старости лет… Да. Команда б услышала — высмеяла бы. — Фольвин. — В голове внезапно появилась мысль. Шальная, но попытаться стоило. Она мягко положила свою ладонь, на шершавую руку капитана. — Что вы хотели сказать? — Я… — Начал было тот, но резко закачал головой. — Пожалуйста, капитан. — Нежно продолжала девушка. — Я не скажу команде, обещаю… — Я… — Гельер замолчал на долгие мгновения прежде, чем вновь заговорить. — Я по глупости старческой порой мечтал, Шуаран… Ты, когда впервые ступила на корабль, была вся зажатая. боялась многого. Но ты росла, крепчала… А я смотрел и не мог нарадоваться. Позже ты пережила трудности, опасность, даже смерть. А я лишь надеялся, что смогу уберечь. Шуаран не отвечала, позволяя тому выговориться, хотя сердце ее невольно было тронуто столь сильной заботой о ней. Фольвин не часто говорил о своих мыслях и беспокойствах, и подобная откровенность… — Теперь же ты совсем выросла — познаешь морское дело, ведешь экспедицию… — Мужчина вздохнул, а взгляд его, смотрящий на девушку, словно стал понемногу проясняться. — Прости, глупого старика, но я невольно мечтал, будто ты — моя дочь. Пусть и несбыточная, но эта мечта грела меня, ведь в кои-то веки у меня появился кто-то, кому я хотел бы. передать все то, что умею сам. — Фольвин… — Магесса аккуратно обняла мужчину, пряча слезящиеся глаза. *** — Как долго мы еще будем плыть? — Ну, туман простирается на несколько миль, так что дорога займет еще какое-то время. — Расслабленно донеслось от Рейки. В самом деле, в тумане совершенно расплывалось ощущение времени. Начинало казаться, что ты двигаешься уже несколько часов, когда могла пройти от силы пара минут. Это было трудно, ведь чем дольше, тем сильнее эта бледная пелена утягивала тебя в глубину собственного сознания. Прямо как… Мианив встряхнула головой. Не думать. Просто лежать и расслабиться… Да. Не давай туману повода, и он не сможет тебя достать. — Вы что спать собрались? — Недовольно вопрошала Айрона. — Если бы это было возможно. — Чуть усмехнулась Рейка. — Боюсь, что здесь это будет слегка затруднительно. К тому же, я не взяла подушку! — Вам бы лишь посмеяться. — Раздраженно продолжала квартирмейстер, невольно привлекая внимание своей спутницы. — Может, еще приплясывать тут начнете? — Айрона. отпусти рапиру. Айрона осеклась. Ее взгляд медленно опустился к собственной руке, что сжала гарду меча. Так, словно она намеревалась вырвать ее из ножен и сделать один разящий удар. Квартирмейстер медленно разжала руку. Это вышло с трудом. С большим. Но вышло. Туман сгустился? — Отдай шпагу, пожалуйста. — Моя рапира останется со мной. — Сталью вонзились слова Айроны в воздух. — Я и пальцем вам не позволю к ней притронуться. — Никто не собирается у тебя красть. Я просто хочу, чтобы ты успокоилась. Айрона сжала зубы. Серые глаза смотрели на Рейку исподлобья. Враждебно. Капитан нахмурилась. Она видела, что ситуация обострялась. Но она также знала, что если попробует надавить на Айрону — та сломается и ее разум будет полностью захвачен туманом и она станет его пленницей и марионеткой. Как стало с Ларантэ в последний раз. Повезло, что она никогда не отличалась силой или магией — ее удалось просто скрутить и обездвижить, прежде чем она успела напасть на других или выпрыгнуть из лодки на острые рифы. Весь остальной путь она рыдала навзрыд в истерике. Но даже так — Рейка не могла отметить, что если подобное случится с Айроной — из возможного конфликта она может выйти далеко не без последствий. Рейка взяла ее с собой, потому что верила в то, что Айрона окажется достаточно стойкой. Но Туман… Туман был слишком коварным и сильным. Рейка замолчала, попытавшись отвлечься в своих раздумьях, но вслед за этим не успела заметить, как взгляд Айроны, до этого сфокусированный на ней, нашел иную точку интереса. И находилась она непосредственно за бортом лодки, к которому она наклонилась и в который стала вглядываться, глухая ко всему окружению. Осознав, что квартирмейстер наклонялась все ближе к воде, Рейка подорвалась вперед и резко схватила ее за плечо, рывком заставив выпрямиться на своем месте. Реакция Айроны была незамедлительной — ее рука потянулась к шпаге, но юркие ладони Рейки успели выхватить оружие быстрее и угрожающе направить в сторону хмурой брюнетки. — Не касайся воды, если хочешь жить. — Объявила спокойным голосом Рейка. — Не прикасайся ко 'мне', если хочешь жить, слабохарактерная шваль. — Вырвалось у Айроны вместе со стремительно стеклеющим взором и шипением. — Как неприлично, мисс Темпестас. — С легким наигранным смехом пожурила Рейка спереди сидящую, скрывая страх за весельем. — Так грубить своему капитану. Я уверена, что вам будет стыдно, когда мы вернемся… — Стыдно? — Во всегда холодном голосе послышалась искренняя нарастающая истерика, пока маленькие морщинки в уголках глаз женщины, казалось, за один миг состарили ее на десять лет. Стальные глаза стремительно заволокло дымкой. — Мне не стыдно за то, кто я есть. — Айрона… — Я двадцать лет прослужила Короне. — Из нее вырвалось шипение. — Застала правление суки-Хазарин, а потом и простушки-Наимы. Начинала простой матросней, что чистит борта от наростов и драит палубу до кровавых волдырей на спине от солнцепека. Пережила три цинги. Семь ранений, половина из которых должна была меня прикончить. Меня ничего не сломало. Я прислуживала и вылизывала зад стольким прихлебалам ее Величества, что не счесть. Но даже самый жалкий из них — был во сто крат лучше, чем ты. Шумной задавалы и хвастуньи, чье самомнение настолько велико, что с ним может спорить лишь беспросветная глупость. Жалкая девчонка с грустной историей о погибшей подружке и с вшивой бумажкой. И ты получаешь все. Все то, чего я добивалась гребанные двадцать лет. Потом и кровью. Звание капитана и корабль. Это все должно было стать моим, АРГХ! Голос Айроны, звенящий от ярости, надломился. Поза и состояние женщины за один изменилось — из напряженной и кипящей ярости, словно готовая к прыжку кошка, она предстала внезапно дрожащей в коконе из собственных конечностей, наполняя округу своим болезненным криком, который прекратился вместе с дрожью — также внезапно, как и начался. Айрона выпрямилась на своем месте — ее левую руку водило туда-сюда, словно кто-то дергал ее за ниточки, а другая пыталась успокоить вышедшую из-под контроля конечность. Но поражало не это, а то — некогда наполненная кипящими эмоциями Айрона — перестала выражать что-либо. Ее взгляд опустел, как и выражение лица. Рейка с давно откровенным ужасом и отложенным прочь клинком смотрела на спереди сидящую, как на призрака. Уловив странную манипуляцию руки, что пыталась дотянуться до спины и полное безучастие на чужом лице, до Мианив дошла ужасающая истина, мгновенно пришедшая к ней, как озарение. — Твою мать, да ты безвольник. — Рейка ожидала, что хотя бы это прозвище заставить Айрону «проснуться», но та осталась нейтральной. *** Фольвин Гельер был стойким моряком. Сколько он себя помнил на посту капитана, мужчина всегда ответственно подходил к своей работе. А потому он просто не мог показать свою слабость — что же он за капитан, если возьмет, да развалится на глазах у всех? Не порядок. Но, теперь, когда слова были сказаны, он мог лишь мысленно благодарить судьбу, что это произошло при одной лишь Шуаран. Бездна побери этот туман. Кто бы мог подумать, что эта магия сможет вырвать из него столь откровенные вещи. — Вы в порядке? — Шуаран обеспокоенно оглядывая Гельера, что, наконец, полноценно пришел в себя. Сказанное им действительно тронуло девушку, и она ощущала безмерную благодарность за подобное доверие, но… В текущий момент объяснения лучше было приберечь, пока они не выберутся. — Да, да… — Шуаран едва не разинула рот от удивительной картины, что была увиденна ей впервые — Фольвин Гельер покраснел. Как мальчишка, до самых ушей. — Вы извините, я не хотел, да и… — Фольвин, все хорошо. — Поспешила она его успокоить. — И мне действительно приятны ваши слова. — Кхм, да. Что ж. Вот. думаю, спасибо. — Смущенно бормотал мужчина. В такой момент девушка со смешком подумала, что даже такой опытный моряк, не всегда может контролировать все. Они продолжили путь в тишине, стараясь не заполнять голову мыслями. Магесса мягко придерживала капитана за руку, чтобы следить за состоянием друг друга. В конце концов, никогда не знаешь, в какой миг все перевернется с ног на голову. Да. Это ей знакомо не понаслышке. Всего лишь пара тучек и слегка похолодавший ветер могут оказаться диким и беспощадным штормом. Мирное плавание ознаменуется встречей с пиратами. Желание помочь обернется смертью. Да. Она знает это не понаслышке. И день изо дня это знание будто ножом по сердцу терзало ее душу. Она знает. Это знает и он. Ведь почему иначе его некогда нежный и восторженный взгляд ныне смотрит на нее с мертвенно-бледной пустотой? Ни обиды, ни злости, ни ярости — ничего не отражалось в его глазах. Но это и было самым страшным. — Почему? — Сорвался с его уст единственный вопрос. Тот самый вопрос, что она задавала самой себе бесчисленное количество раз. — Я. я не могла просто… — Начала, было, она, но тут же останавливалась. Чего она не могла? Просто переждать? Послушаться приказа? Не подвергать его опасности? Туман сгустился, пряча его в своей белесой дымке. А она могла лишь наблюдать. Волны. Где-то вдали, она отчетливо услышала звук волн, за которым раздалось громыхание грома. Но ни единой капли не упало с неба, а вода оставалась безмятежной. Скрип. Протяжный и болезненный, словно рев раненного животного. Он, казалось, шел отовсюду, и, даже закрыв уши, она продолжала его слышать. Она знала, что будет дальше. Треск дерева. И все, что она могла — лишь сидеть и слушать. Сердце заходилось от бешенного темпа, слезы наворачивались на глаза, пока от бессилия не схватилась за жемчужину, висящую на шее… Но на шее оказался лишь знакомый сигил. Коснувшись его пальцами, она ощутила легкое покалывание, сопровождающееся теплом, а на губах заиграла нежная улыбка. — Почему? — Вновь раздался его голос, словно не желая отпускать ее из пучины отчаяния. Но она вспомнила. — Потому что я не могла иначе. — Твердо донеслось от нее, пока одна рука коснулась сигила, а вторая потянулась в карман штанов. — Почему? — Чуть более живо донеслось от него. — Потому что не попытайся я — погибли бы все. — Также твердо ответила она, несмотря на слезы, что наворачивались на глаза. — ПОЧЕМУ?! — Яростным криком воззвал он к ней. — Потому что я отказываюсь сидеть сложа руки, зная, что могу хотя бы попытаться. — Она вытащила из кармана жемчужину. Потрескавшуюся, но все еще целую. — Я не хотела произошедшего, но сидеть сложа руки — значит, добровольно принять смерть. Он молчал, лишь долго смотря на нее. — Я благодарна тебе. Ты столько для меня открыл, столько показал… Я не могу представить, как бы повернулась судьба, не встреть я тебя. Ты дал мне счастье, и я надеюсь, что смогла дать его и тебе. — Она прервалась, судорожно всхлипывая и смахивая слезы. — Я люблю тебя. Но я не могу жить одной лишь памятью о тебе. Не могу закрыться от мира за всеми замками. Я хочу жить, хочу чувствовать, хочу любить… Я всегда буду помнить. Но я не собираюсь дать моей памяти, поглотить ту, кто я есть. Он не ответил. Долгие и долгие мгновения, он смотрел на нее, пока внезапно не развернулся и не побрел куда-то во мглу. Она могла поклясться, что в последнее мгновение он улыбнулся. Шуаран расплакалась. Протяжно и горестно. И вместе с этим рассмеялась, свободно и облегченно, словно с нее упал тяжелый груз. Магессе трудно было разобрать, что происходит, но она четко ощущала себя в объятиях Гельера, что нежно ее успокаивал. Мужчина заметил, как в какой-то момент девушка словно утратила связь с реальностью. В ее отрывистах бормотаниях он разобрал немногое, но похоже, что ей превиделся один хороший знакомый матрос. Как он не пытался, Фольвину не удавалось дозваться до нее, а потому он мог лишь придерживать Шуаран, пока отчаянные рыдания той сходили на нет. *** «Безвольниками» называли в простонародье эльфы-маги, которые в роковой момент жизни открыли в себе разрушительную силу магии, что не была им покорна и угрожала жизни других. Магия Солнца, как известно, питалась от эмоций. Чем сильнее, чище и искреннее эмоция — тем сильнее магия колдующего. Положительные эмоции — несут в себе силу исцеление. Горячие эмоции — несут в себе силу огня. Так принято в большинстве случаев и когда эльф оказывается погружен в уныние или апатию — магия от него скрывается. Эльфы не могут колдовать, когда подавлены и эмоционально истощены. Но в редких случаях — возникают исключения. И появляется третье условие. Когда эмоции, состоящие из сгустка ненависти, ярости и отчаяния, переполняют чье-то тщедушное тело — так может родиться магия Солнца, что несет за собой лишь погибель и разрушение. Эльфы, открывшие в себе этот «дар» в прошлом пережили нечто такое ужасное, что любое воспоминание о тех событиях заставляет их терять над собой контроль, что непоправимо несет за собой угрозу для многих. Они напоминают собой бомбу, задев которую непременно произойдет взрыв. Справляться с этим научились лишь одним путем — жестоким и фатальным. Поскольку ключ над магией Солнца находился в эмоциях — единственный способ обезопасить кого-либо от нестабильного мага, это лишить его эмоций как таковых. Над таким эльфом-магом проводят ритуал, в ходе которого на него накладывают особую магическую руну, что в момент эмоциональной вспышки носителя — полностью перекрывает эмоциональный фон, как задвижка. Маг лишается эмоций и становится похожим на куклу. А таких магов вскоре после ритуала, называют «Подавленные». В простонародье их начали кликать «безвольники» — поскольку их собственная воля переставала принадлежать им самим. К Подавленным относились с предубеждением и опаской. Многие боялись их, другие считали сумасшедшими или психами. Мифов и недосказанностей было так много, потому что это случалось довольно редко. Да и самим жертвам такого ужасного поворота событий — жилось очень нелегко после этого. Они постоянно помнили о том, что с ними произошло и вынуждены были до конца дней жить с магическим клеймом на теле, что не позволяло им больше никогда не чувствовать эмоциональных пиков. Жизнь в эмоциональном вакууме и с полным сломом характера, как такового. И прямо сейчас, перед Рейкой, сидела Айрона. Айрона, о чьей личности в Коллегии капитанов слагали почти легенды. Одна из лучших фехтовальщиц Короны. И она же — Подавленная. Безвольник. Рейка ощутила смешанные чувства. Она не была полна предубеждений в сторону этих личностей, но в данный момент — это открытие могло сыграть с ними обеими злую шутку. Айрона полностью находилась в его власти, но эмоциональная вспышка неожиданно сыграла на руку Рейке, поскольку та заперла злящуюся эльфийку в своем «пузыре», лишив всяких эмоций. — Не волнуйся, Айрона. — Рейка опустила чужой меч и отложила в сторону, в небольшом заботе коснувшись твердого плеча опустошенной женщины. — Я сохраню твой секрет. И не переживай. Все эти слова говоришь не ты, а Туман. Я это понимаю. Айрона не отвечала. Ее левая рука все еще намеревалась дотянуться до спины, но постепенно дерганья уменьшились. Рейка слегка подалась вперед к Айроне, когда та начала тихо что-то бормотать. Когда шум волн слегка стих, бормотание приобрели четкие слова, которые Айрона говорила словно самой себе. — Медленно… Чтобы она не задохнулась сразу… Чтобы помучилась… И так семь раз… Ее семь раз душили тонкой веревкой, оставляя на коже красные полосы… Затем топили в ведре для отходов… Она не сопротивлялась… Ее тормошили и приводили в чувства, чтобы она не умирала так просто… Не позволяли потерять сознание… Она тянула ко мне руки… Не понимала за что… Она хотела жить… Эти глаза… Эти выколотые глаза и отрезанный язык… Они засунули это в тарелку с мясной похлебкой и заставили его съесть это… Это были воспоминания. Рейка в этом не сомневалась. Туман забрал Айрону в свою иллюзию. Капитн нервно вцепились в плечи женщины и начала нещадно ее трясти. — Очнись! — Крикнула она прямо в безутешное лицо и спустя мгновение обрушила на нее пощечину. Затем еще одну. И еще. Это не помогло. Рейку начала окутывать паника. Что она могла сделать, чтобы вернуть Айрону в чувства, если ее эмоции были сейчас закрыты? Туман подвел ее к краю, а руна заперла это состояние, не давая с этого края «прыгнуть» и избавиться от иллюзий. Айрона оказалась заперта. — Твою мать, твою мать, твою мать… — Рейка схватилась руками за голову, откровенно ощущая опутывающую ее панику. — Как же хреново. Айрона продолжала в подобии транса шептать: — Я привела их к нашему кораблю, потому что мне угрожали смертью… Потом привязали к мачте и заставляли смотреть на то, как вытекает кровь из каждого, кого подвешивали за крючья, как свиней… Оставляли ожоги раскаленными прутами… Снимали кожу… Скармливали отрубленные пальцы и уши псинам… Запускали псин в камеры, чтобы те рвали на куски еле живых… — Айрона, очнись! — Пыталась тщетно докричаться Рейка. — Это все уже позади! Это иллюзия! -… — Блять. — Рейка быстро зачерпнула руками воду, наклонившись через борт и плеснула ту в чужое лицо. Ничего. Глаза Айроны были пусты. Мертвенно пустыми. Из них медленно утекала жизнь. — Нет-нет-нет… Ее дрожащие руки обхватили лицо квартирмейстера. Туман вокруг сгущался. Ее собственное сознание плыло. — Я блять ничего не могу, что ли? — Злобно спросила она у себя и ощутила предательскую резь в глазах. — Неужели я тебя не вытащу? Я вообще ничего не могу… Никогда ничего не могла? Айрона права… Мне все это досталось просто на блюдечке… Лодку прилично качнуло от толчка из-под воды. Это секундное треволнение мгновенно отрезвило Рейку, словно ее рывком выдернули из дремы. — Уф, блять… — Выдохнула она, покачав головой. — Спасибо, волны. Она взяла отложенный меч и оставила на руке кровоточащую царапину. Боль не даст ей так просто забыться. Туман ее не получит. После, она обвязала куском ткани свою руку и вновь приблизилась к Айроне. Она обхватила руками лицо женщины и приподняла его, чтобы внимательно посмотреть в глаза. Они становились стеклянными и чернели. Ее бледные губы продолжали бормотать описания страшных воспоминаний. — Посмотри на меня, Айрона. — Взмолилась Рейка, нежно пригладив черные волосы и вглядываясь в мертвеющие серые глаза. — Ты должна очнуться. Это очень важно… Ты все это уже пережила. Оно позади. Ты стала такой сильной. Такой отважной. Такой мудрой и стойкой. Я никогда этого не говорила, но ты величайшая из всех матросов, каких мне доводилось встречать. Мне хочется равняться на тебя. Я хочу доказать тебе, что я чего-то стою. Потому что ты права. Ты заслужила корабль и звание капитана. Не я. И мне очень страшно. Я вообще не знаю, что бы я без тебя делала… Ты нужна мне. Не только сейчас. Всегда. Прошу тебя… Она прислонилась лбом ко лбу Айроны, продолжая вглядываться в потускневшие глаза женщины. Рейка решилась на последнее, что могло ей только прийти в голову. Если это никак не заставит Айрону прийти в себя, то она хотя бы будет знать, что попробовала все. Она наклонилась к чужим губам и запечатала их поцелуем. Минута, полная безмолвия и безнадеги, сменилась для Рейки острой вспышкой боли от удара в лицо, такой силы, что она опрокинулась на спину. Она застонала от боли, еле как раскрыв ударенный глаз и уставившись на спереди сидящую Айрону. Ее глаза и лицо были полны снова жизнью. И злостью вперемешку с румянцем на лице. Рейка издала скулящий звук. — Я думала, что ты насовсем… Ай… — Она поднялась, прикрывая пульсирующий болью глаз. Несмотря на это, ее переполняла искренняя радость и облегчение. — Ты вернулась… Блять… — Замолчи. — Айрона отвела взгляд и помотала головой, словно просыпаясь ото сна. Тем не менее, она, кажется все помнила, потому что спустя минуту молчания, тихо пробормотала: — Спасибо… И прости. — Все нормально. *** Все закончилось внезапно. Еще мгновение назад они двигались среди бесконечной пелены тумана, и вот их лодки стоят посреди темной пещеры, в которую совершенно не пробивается дневной свет. Каменистые своды ее были покрыты разнообразной растительностью и влагой — вероятно пещера, периодически, полностью уходит под воду. И именно эта растительность и создавала здесь подобие освещения — переливаясь самыми разными цветами, свет заполнял пространство пещеры, открывая виды на все это великолепие… как и на бесчисленное число русалок, что окружили их шлюпки со всех сторон. Ощетинившись множеством копий, они, скалясь и клекоча, едва сдерживались, чтобы не прикончить незваных гостей на месте. Шуаран взволнованно оглядывалась вокруг, рефлекторно подняв руки в жесте мирных намерений. Она не помнила момента, как они оказались здесь. Такое ощущение, будто они в какой-то момент вновь оказались в иллюзии тумана, но на этот раз почти безобидной. И судя по слегка растерянным взглядам Гельера и эльфиек, что сидели в соседней шлюпке, магесса была не далека от истины. — Х-хэй, дорогие… — Начала было Рейка, привлекая внимание, и тотчас в ее спину уткнулось несколько острых копий, заставляя ту судорожно замереть на месте. — Не двигайтесь. — Одними губами прошептала Айрона, сидя в похожем положении. — Будто я сама не поняла. — Также проворчала в ответ Мианив. Внезапно, подняв множество брызг, из воды выскочила одна из сирен. Ловко упав на носу шлюпки тифлингов, она мгновенно приставила копье к шее потерявшей на мгновение равновесие Шуаран. — Кто вы такие, и что забыли здесь?! — Яростно донеслось от нее, а магесса удивленно заметила, как сильно та отличается ото всех остальных присутствующих русалок. Черты сирены были более. хищными — темный хвост, напоминающий таковой у акул, большой плавник на спине и более острые клыки явно выдавали в ней представительницу другой Стаи. Шуаран могла лишь надеяться, что это не одна из тех, о ком говорила ей некогда Рейка. — М-мы прибыли из Солнечного и Лунного Королевств… — Начала Виге аккуратно, ощущая, как острый наконечник впивается в ее кожу, едва царапая. — Мы не хотели, как либо вам помешать… — Я спросила, зачем вы здесь. Говори, пока я не решила скормить тебя акулам! — Ощетинилась русалка, подхватываемая множеством голосов других. — Н-наши Королевства хотят заключить договор о союзе с русалками! — Произнесла она, судорожно тараторя. Фольвин не пытался прерывать ее, позволяя вести переговоры, но краем глаза девушка заметила, как тот принял более устойчивую позу, словно готовясь рывком закрыть ее от возможной атаки. — Кто рассказал вам, как преодолеть Туман Мертвых Вод? — Все с той же яростью вопрошала сирена. — Э-это я! — Тут же воскликнула Рейка, вновь привлекая внимание. — М-мы раньше бывали тут вместе с Аннет, вы должны меня помнить! — Аквара, это правда? — Не сводя глаз, спросила акулоподобная русалка. Одна из русалок в воде подплыла ближе, и в ней Шуаран признала одну из тех, кого видела на острове во время ловли жемчуга. — Да. Она действительно из команды Аннет. Но другую мы не знаем. — Ее взгляд перекочевал к шлюпке тифлингов. — А они помогли освободиться нашей Матери. Они не врут, Лайнерис. — Хрр. — Недовольно зарычала та, но все же убрала копье от шеи Шуаран. Остальные русалки также опустили оружие, но все еще держали его наготове. — Что вы забыли здесь? Рогатые Врата — дом русалок, а не наземных. — Как я и говорила, мы хотели заключить союз с русалками. — Повторилась Виге. — Наши Королевства… — Ясно. — Прервала ее Лайнерис, поворачиваясь к Акваре. — Что будем делать? — Вы дружны с Матерью. — Задумчиво протянула сирена, долго всматриваясь в лица своих «гостей». — Но даже это не дает вам права вторгаться сюда, вне зависимости от ваших намерений. Ее слова были поддержаны многоголосым клекотом. Светила, Шуаран уже столько раз успела пожалеть об этой авантюре. Но ее мысли не успели зайти дальше. — Но по той же причине, я не могу решать, что с ними делать. — Аквара повернулась к одной из русалок, мягко погладив ту по плечу. — Сообщи Моргане. Но не перенапрягайся. Та кивнула на мгновение прикрыв своей ладонью руку русалки и скрылась в темной глади. — Аквара, ну, правда, мы же никогда не хотели вам навредить. — Протянула аккуратно Рейка. — Вы пришли к нам домой без приглашения и выбрали самое неподходящее для этого время. — Холодно отвечала сирена. — Твое счастье, что Мать велела не трогать вас. Беседа затихла, и на несколько долгих мгновений пещера погрузилась в давящую тишину. Тифлинги и эльфы буквально кожей ощущали множество хищных взглядов, которыми следили за ними русалки. На малейшее движение они реагировали подозрительностью, едва не хватаясь за оружие. — Из огня, да в полымя. — На грани слышимости произнес Фольвин, и Шуаран не могла с ним не согласиться. Но, наконец, уплывшая русалка вернулась, что-то зашептав Акваре. Та лишь хмуро кивнула, нежно погладив ту по щеке перепончатыми пальцами, после чего повернулась к наземным. — Сложите все оружие здесь. — Бескомпромиссно заявила она. Гельер и Рейка без каких-либо возражений принялись разоружаться, снимая с себя мечи и доставая засапожные ножи. Шуаран аккуратно вынула из легкой заплечной сумки небольшой ножик, что взяла с собой, и оставила его не дне шлюпки. Лишь Айрона не решалась отложить свою рапиру, однако, встретившись с уверенным взглядом Рейки, сдалась. — Хорошо. — Что теперь? — Неуверенно протянула Шуаран. — Вдохните поглубже. — Сказала она и тут же заклекотала, не давая девушке вставить и слова. Мгновение спустя Лайнерис грубо схватила ее за руку, резко утягивая под воду.