Солнце и Луна. Кровь, Соль и Ветер.

Они плавно оказались на большой постели капитанской каюты, пока их медленные и даже слегка нерешительные поцелуи стали разгораться. Рейка была осторожна и каждый свой жест она старалась делать с особой осмотрительностью. Когда они оказались на мягкой горизонтальной поверхности, то ярко почувствовала то, как напряглись сильные мышцы Айроны и тотчас остановилась. — Я не хочу давить на тебя. — Пальцы Рейки заботливо коснулись угловатых черт лица. — Ты не давишь. — Заверила та, слегка покачав головой и нахмурив тонкие брови. И все же в глазах женщины читалась яркая неуверенность. Темпестас с глубоким вздохом села на постели, скрестив руки в замок и отстраненно устремила взгляд в колени. — Айрона, меньше всего мне хочется, чтобы ты чувствовала себя некомфортно. Та кивнула с глубоким вздохом. — Мы можем этого не делать. — Заверение. Легкое и такое непринужденное и все же — оно казалось невероятным облегчением, которое читалось в стальных глазах несколько скованной женщины. — Я хочу этого. — Также заверила Айрона вкрадчиво и даже несколько стеснительно, опустив длинные уши. Внутри Рейки все нервно затрепетало от этого признания и тотчас сжалось, когда она снова увидела скованность квартирмейстера. — Но есть кое-что… — Я слышала о шрамах. — Мягко проговорила Рейка, осторожно коснувшись рукой скованных в замок рук. После, она невольно коснулась собственных следов на своем лице и места с отсутствующим глазом. — Ты этого боишься? Что я буду смотреть иначе? Ты ведь понимаешь, что не мне это делать, милая? Айрона хмуро посмотрела в глаза Рейки. В них читалась уязвимость и страх. Мианив мягко улыбнулась, начав избавляться от верхней одежды в виде мундира и портупеи. Оставшись лишь в рубахе и узких штанах, она позволила себе коснуться пальцами уже чужого мундира. — Сейчас тут нет капитана и его квартирмейстера. — Ее голос источал нежность и мягкость, вкупе с прикосновениями, кажущимися столь… интимными. Айрона, чья поза и тело казались напряженными и натянутыми словно струна, плавно поддались навстречу изучающим и робким прикосновениям, позволяя избавить себя от верхней одежды. Когда же на ней осталась та же рубаха и штаны, руки Рейки нерешительно замерли. Лишь после того, как она получила от Айроны спокойный кивок, шнуровка одежды осторожно оказалась развязанной, а после, снятой. Взору рыжеволосой предстало бледное, испещренное изобилием шрамов тело. Те были старыми, глубокими и въевшимися настолько глубоко в чужую кожу, словно их методично наносили несколько раз в одни и те же места. Сердце Рейки порывисто сжалось от осознания количества этих следов. Рубцы, ожоги, шрамы — их было так много. Один иногда накладывался на другой, словно пытался поглотить. Один из самых больших следов — рубец, проходящий косой линией почти по всему туловищу, едва не задевающий впалый пупок и уходящий под ткань лифа своим концом. — Магия исцеления способна на многое, — Произнесла тихо Айрона, пока руки Рейки осторожно коснулись ее многочисленных следов. — Я столько раз оказывалась на пороге смерти, что уже сбилась со счета. И все разы меня вытаскивали с того света… Айрона смолкла и покрылась стеснительным румянцем, когда почувствовала на своей ключице — на одном из многочисленных шрамов, прикосновение горячих губ. Рейка, приподняв на нее взгляд, слегка грустно улыбнулась, после чего, мягко, но настойчиво толкнула женщину на кровать. Та не сопротивлялась. Даже тогда, когда проворные пальцы Мианив уцепились за ее штаны, стянув их за несколько рывков. — Тебе нет причин стесняться своего тела. — Заявила Рейка просто, осторожно нависая над Айроной. — По крайней мере при мне — точно. Когда рыжеволосая с усмешкой попробовала отстраниться, ее внезапно обхватили вокруг талии крепкие ноги, заставив остаться на месте. После, рука Айроны решительно и незамедлительно начала снимать чужую одежду, чем вызвала у Рейки широкую ухмылку и поощрительные взгляды.Она тихо рассмеялась — низко, с хрипотцой, когда пальцы Айроны, обычно такие точные и уверенные на палубе, сейчас слегка дрожали, цепляясь за ткань рубахи. Она не торопила. Просто смотрела сверху вниз, позволяя той самой дрожи стать частью момента, частью их обеих. Айрона стянула рубаху через голову Рейки одним движением — резче, чем собиралась, и ткань на мгновение запуталась в рыжих волосах. Та лишь усмехнулась шире, помогая себе, а потом наклонилась, ловя губами уже знакомый теперь изгиб чужой шеи — чуть ниже уха, там, где кожа была особенно тонкой и горячей. — Медленнее, — прошептала Рейка, почти касаясь губами мочки длинного эльфийского уха. — Я же сказала… никуда не спешим. Айрона издала короткий, сдавленный звук — что-то среднее между смешком и стоном протеста. Но послушалась. Её руки замедлились, скользнули по рёбрам Рейки, обводя старые, уже побледневшие линии шрамов, словно заучивая их заново, что соседствовали с совсем свежими ожогами. Пальцы задержались на том месте, где когда-то был удалён глаз — аккуратный провал под веком, прикрытый повязкой лишь в бою. Сейчас повязки не было. Айрона осторожно провела подушечкой большого пальца по краю пустой глазницы — не с жалостью, а с какой-то почти благоговейной сосредоточенностью. — Красивая, — тихо сказала она. Рейка фыркнула, но в этом звуке не было ни капли насмешки — только тепло. — Лгунья. — Нет. — Айрона подняла взгляд, и в её глазах, обычно холодно-серых, сейчас плескалось что-то живое, уязвимое. — Ты… вся. Красивая. Рейка не нашлась, что ответить. Вместо этого она просто наклонилась и поцеловала её — уже не осторожно, не выверяя каждый миллиметр, а жадно, глубоко, прижимаясь всем телом. Айрона ответила сразу, с той самой сдержанной силой, которую обычно прятала за субординацией и стальными нервами. Её руки скользнули вниз, обхватили бёдра Рейки, притягивая ближе, пока между ними не осталось ни воздуха, ни сомнений. Они перевернулись — плавно, почти лениво. Теперь Айрона оказалась сверху, и на мгновение замерла, словно проверяя, не переступила ли черту. Рейка лишь улыбнулась краем губ, обхватила её за затылок и потянула вниз. — Всё правильно, — шепнула она в самые губы. — Продолжай. Пальцы Айроны снова нашли шнуровку на штанах Рейки — на этот раз без промедления. Ткань с тихим шелестом сползла вниз, и Рейка невольно выгнулась, когда прохладный воздух каюты коснулся разгорячённой кожи. Айрона не стала дразнить. Она просто смотрела — долго, внимательно, будто запоминая каждый изгиб, каждую тень от свечей на бледной коже, каждый старый рубец. — Я должна предупредить тебя… — шепнула Айрона обрывочно, мягко нависая сверху. Её натренированное тело испещренное шрамами привлекало внимание с особой пытливостью. — Из-за того, что я безвольник… я не… — Женщина слегка смутилась. — Я могу казаться бесчувственной, если меня накроет… — Не можешь почувствовать пик? — Прямо, но настолько мягко, насколько возможно, уточнила Рейка с грустной улыбкой. — Это яркая эмоция. Это провоцирует метку и перекрывает эмоциональный фон. — Но физически ты способна испытать пик? Айрона на мгновение замерла, опустив взгляд. Её длинные ресницы дрогнули, а щёки, и без того тронутые румянцем, стали ещё заметнее в мягком свете каютных фонарей. Она не отводила глаз надолго — просто собиралась с мыслями, словно слова, которые хотела сказать, требовали особой осторожности. — Физически… да, — наконец ответила она тихо, почти шёпотом. — Тело реагирует. Всё работает… как должно. Но когда метка активируется, разум… отключается от этого. Всё становится приглушённым, далёким. Как будто я наблюдаю за собой со стороны. Оргазм есть, но… я его не чувствую так, как другие. Не так, чтобы захлебнуться. Не так, чтобы кричать. Просто… волна проходит, и всё. Рейка слушала внимательно, не перебивая. Её ладонь лежала на бедре Айроны — тёплая, тяжёлая, успокаивающая. Пальцы медленно поглаживали старый рубец, который тянулся от таза почти к колену, будто напоминая: «Я здесь. Я вижу тебя всю». — А что происходит с тобой, когда метка дает о себе знать? — спросила Рейка после паузы, голос низкий, без малейшего осуждения. Айрона коротко выдохнула через нос, словно этот вопрос она ожидала меньше всего. — Холод. Очень сильный, резкий холод внутри. Как будто кто-то вычерпал всё тепло разом. А потом… пустота. Не боль, не страх — просто ничего. И в этой пустоте я остаюсь очень-очень долго. Иногда на часы. Иногда… дольше. Она подняла взгляд, и в стальных глазах плескалась непривычная уязвимость. — Поэтому я… избегаю. Давно. Потому что потом бывает страшно просыпаться и понимать, что я снова была там, внизу, и ничего не помню. И ничего не чувствовала. Как будто меня не было. Рейка медленно провела ладонью вверх, по рёбрам, к груди, остановилась над сердцем. Оно билось быстро, неровно — вопреки всем словам о холоде и пустоте. — Тогда давай так, — сказала она, глядя прямо в глаза. — Мы не будем гнаться за этим «ярким пиком». Не будем пытаться пробить метку силой. Если захочешь остановиться в любой момент — просто скажи. Одно слово. Я услышу. Айрона чуть приоткрыла рот, но не произнесла ничего. Только сглотнула. — А если… — начала она и запнулась. Потом продолжила тише: — А если я всё-таки захочу попробовать? Захочу… почувствовать хоть что-то. Даже если это будет приглушённо. Даже если потом накроет. Рейка улыбнулась — медленно, тепло, без тени жалости. — Тогда мы попробуем. Вместе. И если накроет — я буду рядом. Буду держать тебя. Буду говорить с тобой, пока ты не вернёшься. Не отпущу. Она приподнялась чуть выше, коснулась губами лба Айроны — там, где начиналась тонкая серебристая линия старого ожога. — Но сейчас… — Рейка опустила голос до самого бархатного шёпота, — сейчас просто будь со мной. Не думай о метке. Не думай о том, что будет потом. Просто чувствуй мои руки. Мои губы. Моё дыхание. Всё, что я могу тебе дать прямо сейчас. Айрона закрыла глаза. На секунду её тело снова напряглось, как натянутая тетива, но потом — медленно, почти неуловимо — расслабилось. Она опустилась ниже, прижимаясь грудью к груди Рейки, зарываясь лицом в изгиб её шеи. — Хорошо… — выдохнула она в кожу. — Тогда… продолжай. Пожалуйста. Рейка не ответила словами. Она просто обняла её крепче, перевернула их обеих так, чтобы Айрона снова оказалась под ней — но теперь без малейшего давления, только тепло и защита. И начала всё сначала: медленно, бережно, без спешки, словно у них была целая вечность. Пальцы скользнули по внутренней стороне бедра, губы прошлись по ключице, по старому рубцу на рёбрах, по каждому месту, которое заставляло Айрону тихо вздрагивать. Не от яркого наслаждения — пока нет. А от простого, почти забытого ощущения: кто-то хочет её касаться. Не несмотря на шрамы. А вместе с ними. И впервые за очень долгое время Айрона позволила себе просто дышать в ответ — неровно, глубоко, доверчиво. *** Лениво водя пальцами над кружкой с остатками чая, Шуаран не спеша читала свой дневник. Ложка внутри сосуда послушно повторяла движения, помешивая содержимое, хоть смысла в этом давно уже не было. Этот день выдался поистине богатым на события, и магесса хотела убедиться, что перенесла их все на бумагу. Если ей повезет — однажды ее труды могут быть высоко оценены, ибо мало кому доводилось столь много времени проводить бок о бок с морскими обитательницами. Многочисленные страницы были украшены разнообразными заметками и комментариями девушки — об островах Полумесяца, о встрече с Ночными Сиренами и их удивительной магии. О похоронах. О том, что Фольвин, подумать только, встретил Адрею! Русалку из детства! И конечно же Матерь Русалок. Ей Шуаран отвела отдельную страницу, решив запечатлеть ее образ на бумаге в окружении красот морского дна. Эх, жаль у нее нет с собой красок! Огонек лампы, стоящей на столе и едва освещающей каюту, слегка подернулся, словно от ветра, а следом за этим Виге ощутила на своих плечах нежное объятие горячих рук. — Кому-то не спится? — Вместо приветствия с улыбкой спросила Шуаран. Суккубша лишь тихо посмеялась. — Можно сказать и так. — Шуаран ощутила, как от этого томного голоса все внутри резко сжалось в предвкушении. Когда же гостья внезапно слегка прикусила ее мочку уха, магесса едва сдержала громкий вдох. — Вот так прямо сразу? — Спросила тифлинг, стараясь придать голосу серьезности. Получалось, откровенно, плохо. — Что на тебя нашло? — Скажем так, ночь сегодня диктует свои правила. — Астарта опустилась к шее Виге, нежно целуя и постепенно утягивая ее от стола. Шуаран с усмешкой поддалась на заигрывания демонессы, следуя за ней. — Ночь бывает каждый день. — Хитро подметила Шуаран сквозь смущение. — Но такой напористой я тебя вижу впервые… Ну, за последнее время. — Мышка. — С небольшим нетерпеливым рыком заявила Астарта, вызвав в сердце магессы кульбит. Толкнув ее на кровать демонесса склонилась сверху, зашептав практически в губы. — Здесь слишком много секса. И ладно еще русалки — у них брачный период, но эльфы ведь не отстают — Рейка отхватила кусок пирога. Да, что там даже твой капитан нежится себе в объятиях русалки, хоть у них и все цивильно. — Ч-чего?! — Судорожно вопрошала девушка, но ей не дали договорить, положив палец на губы. — Я веду к тому, что, похоже, единственная, кто сегодня оказался обделен вниманием — это я. И ты не выйдешь отсюда, Шу, пока мы не исправим это недоразумение. — Едва закончив свою тираду, Астарта утянула Виге в глубокий поцелуй. *** Фольвин Гельер, устало позевывая, мерно вышагивал по пляжу навстречу рассвету. Его одежда была измята и вся покрыта песком, а по лицу было очевидно, что ночь его была бесонной, но ничто из этого не омрачало настроение старого тифлинга. На губах его вместе с улыбкой гуляло имя. Имя той самой русалки, память о которой он все эти годы бережно хранил в своем сердце. И где-то там в морской пучине с такой же улыбкой плыла домой Адрея, нежно прижимая к груди капитанскую шляпу. *** Мерроу приветствовала смертных на рассвете, в том же месте, что и вчера. На этот раз она присутствовала в компании своих дочерей. Остальные сирены, видимо в столь ранний час еще предавались сну. — Мы обсудили ваши слова между собой и членами нашей Стаи, — заявила нейтральным голосом Мерроу. — Нас устраивают условия договора. Он открывает для нас интересные перспективы, а также дает надежду на множество альтернатив. Вы хотите что-нибудь добавить, дочери? Взгляд светящихся глаз устремился к замершим слегка поодаль сиренам. Белоснежная сирена эксцентрично оскалилась и заметалась в водной толще, после чего, вошла в водный пузырь, примостившись рядом с матерью. — Мы любим музыку. — Изрекла та с горящими глазами. — Я слышала, что вы, сухопутные, можете создавать музыку, которую можно играть без пальцев и дыхания. — Музыкальные шкатулки? — С улыбкой уточнила Рейка, руками описывая свои слова. — Маленькая коробочка, из которой играет музыка. — Да-да! — Закивала и засмеялась Дория, издав певучее многоголосье от восторга. — Скажите, вы можете обменять музыкальную шкатулку на что-нибудь? — Хм-м… — Улыбнулась Рейка. — Я думаю, у нас даже сейчас найдется такая. Глаза Дории расширились, и она так взглянула на матушку, что тотчас напомнила истинного ребенка. Реакция Мерроу лишь дополнила это — она закатила глаза с легкой усмешкой на губах. — Рива? — Спросила Мать старшую. Та с легкой улыбкой помотала головой. На этот же вопрос головой помотала и младшая, Адрея. — В таком случае, мы надеемся, что это сотрудничество станет плодотворным для обеих сторон. — Мерроу вознесла ладонь верх и достала из своих волос миниатюрную спиральную раковину. Одно прикосновение пальцев и та засияла светом, похожим на тот, что сиял в глазах Матери. — Передайте это Матери Смотрительниц Жемчуга и Матери Рифовых Охотниц. Это знак нашего согласия. Гельер, как самый ближайший из присутствующих, осторожно подошел к Матери и взял ракушку. Та кивнула ему и, слегка дразня, усмехнулась. Фольвин сдержанно кивнул в ответ и вернулся к своим спутникам. Ракушка в его руке продолжала светиться. — Да будут волны и ветер милостивы к вам. — Проговорила Мерроу, явив в руках трезубец и когда сухопутные вновь оказались в лодках, та стукнула им по оголенному дну, и вода начала медленно поднимать их вверх. Когда мать и дочери остались наедине друг с другом, а лодка начала отплывать к кораблям, Адрея испустила тоскливый вздох. Сестры ободряюще погладили ее по плечам. — Не бойся за своего сухопутного, — мягко донеслось от Мерроу вместе с тем, как она водрузила свою ладонь туда же, где недавно были руки ее дочерей. — Коли на то будет судьба, вы еще встретитесь. — Он говорил, что совсем недавно чуть не сгинул в страшном шторме. — Поделилась вкрадчиво Адрея, доверительно прижимаясь к матушке. — Что если… — Тревоги и страхи забирают то, что ты можешь потратить на радушие и заботу. — Нравоучительно проговорила Мерроу, после чего, сказала то, что заставило дочь смутиться. — Сделай так, чтобы когда твой сухопутный вернулся, он смог лицезреть… вас обеих в здравии. — Дозволишь ли ты ему посещать нас? — Спросила Адрея шепотом. — Коли он того желает, я не стану препятствовать. — Спасибо. *** Дверца кабинета осторожно, но все-таки с небольшим скрипом открылась, позволяя светлоголовой Ларантэ заглянуть внутрь с робким взглядом. Встретив сидящую за столом, почти буквально по уши в бумагах, Рейку губы бывшей рулевой робко тронула улыбка, но та быстро потухла, когда ее слегка полоснули сосредоточенным взглядом золотистые глаза капитана. — Вы… хотели видеть меня, капитан? — Робко спросила Ларантэ. — Да. — Кивнула Рейка, слегка устало потерев пальцами переносицу. — Нужно поговорить. Эльфка подошла ближе, замерев перед письменным столом. Рука Мианив, не отрываясь, продолжала выводить на многочисленных листах свою подпись и заполнять ряды… других листов. — Эм… — Сейчас, подожди. -… -… В кабинет, без стука, вошла Айрона и при взгляде на нее, Ларантэ тотчас сжалась и пожелала стать невидимой. Однако, квартирмейстер держала в руках новую порцию бумаг и ровным счетом никак не обращала внимания на присутствие других личностей. Она прошла мимо Ларантэ и водрузила на стол небольшую бумажную стопку. Заметив ее, Рейка не сдержалась и со стоном опустила голову на стол. Ларантэ с безмерным изумлением смогла увидеть то, как губы всегда холодной женщины изобразили искреннюю и… нежную улыбку? — Это когда-нибудь закончится? — Со стоном поинтересовалась Рейка, встретившись со взглядом Айроны. — Осталось не так много. — Утешительно сообщила черноволосая с невообразимой мягкостью в голосе. — А еще нужно написать отчет по поводу итогов переговоров со стаей Ночных Сирен. — Да-да… — Кхм!.. — Кашлянула Ларантэ осторожно, что заставило Айрону вздрогнуть и придать себе твердую позу. — К-капитан?.. — Ах, да… — Рассеянно проговорила Рейка и, приподняв взгляд от кипи бумаг, кинула взгляд на квартирмейстера. — Айрона? — Капитан отменяет свое прошлое решение по поводу вашего понижения, мисс Кили. — Проговорила Айрона внушительным голосом и со строгими нотками в голосе. — Вы снова рулевой. Однако, учтите, что, если вчерашняя выходка повторится, вы будете иметь дело с куда более строгими последствиями. Это ясно? — Д-да. — Одновременно радостно и напряженно произнесла Ларантэ, после чего, покинула пределы кабинета, услышав напоследок слегка негодующий голос Айроны: — Как давно она там стояла? — Она пришла до того, как зашла ты. А чего ты волнуешься? — Аргх… *** Уже через пару часов, совместная экспедиция двух рас легла на путь к острову Жемчужных Берегов, как его, наконец, решили назвать после недолгого обсуждения. Началось оно весьма спонтанно — Рейка в какой-то момент всплеснула руками, заявив, что устала называть его «тем островом», «островом пиратов», «островом с жемчугом» и так далее. Посему с легкой подачи Эльмина, он получил свое название. Так или иначе, но Кресенд, как и остальные острова Полумесяца, медленно уходили за горизонт, а наблюдающая за водной гладью Шуаран, время от времени подмечала русалок, что время от времени выныривали из воды, провожая корабль. — «Ах, море! Как должно быть приятно после стольких дней плавания созерцать его! Снова.» — С наигранным восторгом зазвучал голос демоницы в ее голове. — «Мне это ничуть не мешает. К тому же, я хочу запечатлеть эту картину, чтобы потом перенести все в дневник.» — «А, ну, что ж, тогда не буду тебя беспокоить.» — То, как эти слова прозвучали, невольно заставило девушку напрячься. — «Астарта?» — «М? Нет-нет, ничего, продолжай…» — Вовсю издевалась суккуба. — «Что случилось?» — «Ой, ну, всего-то кое-кто совсем забыл о том, что хотел сегодня закончить с зачарованием, и через каких-то полчаса вся магия в монетках рассеется.» — Под звучный хохот Астарты, Шуаран со всех ног понеслась в свою каюту, игнорируя удивленные взгляды и возгласы команды. *** — Фух… — Устало выдохнув, магесса буквально свалилась на кровать, пока с балки над ней раздались небольшие хлопки. — Ты на удивление неплохо справилась с учетом того, что это твой первый опыт. Транслирующие каналы соразмерны, связь «источник — принимающий» тоже работает правильно. Ты молодец. — Если бы ты напомнила о них раньше, мне бы не пришлось заканчивать все в попыхах. — С негодованием заявила Виге. — Я тебе не няня, дорогая. — С легкой усмешкой на устах заявила демонесса. — А ты в состоянии помнить обо всем сама. — Да-да. — Нехотя, признала девушка, вновь присаживаясь перед небольшой горсткой серебряных монет. Зачарованных серебряных монет, если точнее. После первого неудачного опыта несколько недель назад, Шуаран рассчитывала, что ей придется всего лишь немного исправить рунический рисунок, чтобы чары перестали вести себя хаотично, едва она пыталась их активировать за пределами своей каюты. На деле же, ей пришлось начинать все чуть ли не с нуля. Кто же знал, что если соединять руны последовательно, чревато тем, то для изменения одной из них в середине, придется буквально стирать все последующие? Очевидно, это знала Астарта, что с усмешкой наблюдала за всем этим процессом. То, что она ни слова ей не сказала об этом, поначалу сильно разозлило магессу. Но, остыв, та поняла, что в этом, в принципе, не было ничего удивительного — Астарта дала ей получить свой собственный опыт на практике. Но, Светила ее побери, ей пришлось по несколько часов вырисовывать миниатюрные руны на маленьких монетках! — Еще немного, и я начну думать, что ты наложила на них гипнотические чары. — Внезапный шепот рядом с ухом, заставил Шуаран вздрогнуть, удивленно воззрившись на сидящую рядом суккубшу. — Ты опять задумалась над чем-то? — Я. Немного. — Собралась с мыслями девушка. — Я не понимаю одной вещи — создать подобные чары не сложно. Даже я справилась, еще и при ограниченных ресурсах. — И что же тебя удивляет? — Почему у нас до сих пор так не делают? — Виге встала с кровати, начав вышагивать по комнате, активно жестикулируя. — Если бы заранее оборудовали наши корабли подобными артефактами, мореходство стало бы в разы легче — нам бы не пришлось бесконечно уповать на волю ветров и течений. Мы могли бы их подстраивать! — Шу, ты забываешь один важный фактор. — Подметила Астарта. — Для активации и поддержания чар, необходимы большие объемы магии. Фактически, поддерживать его дольше часа-двух среднестатистический маг-тифлинг не сможет. — Хм, и от количества кораблей, сложность будет только увеличиваться. — Кивнула Шуаран. — Если бы можно было как-то затраты магии, или заранее подготовить небольшой ее запас… На очередном круге около кровати демонесса утянула девушку в свои объятия, заставив воскликнуть от внезапного падения. — Ты чего? — Люблю, когда ты «грязно» выражаешься. — Заявила Астарта, утягивая магессу в поцелуй. Сладость губ и жар чужого тела, невольно расслабил мышцы Шуаран, давая той обмякнуть в крепких руках. И, когда через несколько мгновений, суккуба разорвала поцелуй, она не сразу собралась с мыслями. — Но, чем строить теории сейчас, лучше ступай наверх и проверь, наконец, свои артефакты. — Тебе так интересно сработают ли они? — Словно ребенок, ждущий одобрения спросила Виге. — Да, а еще, чем скорее ты с этим разберешься, тем быстрее вернешься на сушу. Ты мне должна поездку на Запад, не забыла? — Усмехнулась Астарта. Шуаран лишь с улыбкой покачала головой и, забрав монеты, двинулась на верхнюю палубу. В тот день их корабли почти что полетели.

***

Жемчужный Остров появился на горизонте на третий день после стремительного плавания, больше похожего на гонку. Корабли вернулись к своему собственному ходу, чтобы экипаж мог передохнуть — как оказалось, слишком стремительное продвижение по волнам изматывало не хуже шторма. Очень многие стали страдать морской болезнью уже к концу первого дня, потому Шуаран изредка делала остановки — необходимые также и ей самой, поскольку силу в зачарованных монетах необходимо было поддерживать и внимательно следить за тем, чтобы ничего не вышло из-под контроля. Оставшиеся морские мили голословное большинство решило преодолевать старым методом, ибо торопиться было уже нет нужды. Приближаясь к острову на тяге ветра и волн, что виднелся далеко-далеко, как маленькая песчинка, Шуаран смотрела в сторону горизонта, заняв уже почти привычное место на носовой фигуре корабля. В небе слышался крик чаек — те раз или два кружили почти над самой головой девушки, но надолго не задерживались и предпочитали искать съестное где-то на корабле, пока моряки были заняты своими делами. Магесса и дальше смотрела бы вдаль, расслабленно откинувшись назад на собственные руки, если бы не услышала с барка по соседству задорный мелодичный свист. Шуаран увидела улыбающуюся Рейку, что восседала на носовой фигуре собственного корабля и задорно ей махала. Девушка ответила ей широкой улыбкой и таким же помахиванием руки. Однако, на настигнутом Мианив не остановилась и активно поманила к себе, безмолвно призывая к тому, чтобы она оказалась на ее корабле. — Идите к ней, Шуаран. — Добродушно и мягко отозвался Гельер, появившийся неподалеку от магессы. Поймав ее смущенную улыбку, он слегка усмехнулся сквозь усы. — Боюсь, если вы не пойдете, то капитан Мианив просто сама перепрыгнет на наш корабль на тросах. — Вот, ведь дуреха… — Покачала головой та, но скрывать не стала — ей действительно захотелось побывать в «гостях» у подруги на корабле. — «Не притворяйся, что тебе не нравится выпендриваться. Уж я-то знаю точно» — Астарта была тут как тут, куда уж без нее. — «Цыц!» — «Ты только что цыкнула на меня?!» Шуаран с усмешкой встала на ноги и уже через пару мгновений взяла разбег, чтобы в прыжке воспарить в воздух и беспрепятственно оказаться на палубе барка, где вокруг нее почти тотчас столпились восторженные моряки. — Вот диво какое, а! — А я не верила, когда мне сказали, что она такое умеет! — Такого представления у нас давно не было! Небольшую толпу зевак разогнала сама Рейка, когда с важным видом что-то крикнула на эльфском наречии и чеканя шаг, подошла ближе, ненавязчиво поправляя помпезную шляпу на голове. Золотые глаза капитанши блестели только так! — Ох, умеешь же ты удивить, Шу! — Заворковала она, тотчас увлекая девушку в дружеские объятья и устремившись вглубь просторной палубы. — Не все тебе выпендриваться. — Беззлобно хмыкнула тифлинг, дразняще коснувшись пальцем дергающегося длинного ушка возле своей головы. — Меня раскусили! — Всплеснула руками капитан. — Ты не особо и старалась. Девушки обменялись улыбками и легким смехом, пока не расположились вдвоем на носовой фигуре барка. Вид отсюда был, конечно, такой, как и с Верного Клятве, однако, чувство дружеского плеча по соседству и теплый голос, принадлежащий кому-то знакомому — Шуаран это напомнило те моменты, когда она коротала спокойные вечера в компании Лораса, смотря на бесконечный морской простор. — Волнуешься? — Спросила Рейка внезапно. — Хм? О чем? — Искренне не поняла девушка. — Ну, не знаю… — с неожиданным смущением начала бормотать эльфка. — Мы почти у цели. Совсем скоро, сухопутные народы заключат первый официальный союз с морскими владычицами Иных Вод. Это грандиозное событие. У меня, честно сказать, немного коленки дрожат от волнения. До последнего думала, что у нас ничего не получится. Шуаран улыбнулась. Ей было прекрасно знакомо чувство, о котором говорила Рейка. Ее руки нежно коснулись напряженных плеч, спрятанных под капитанским мундиром, и ободряюще сжали их. — Я тоже волнуюсь, но, наверное, еще не совсем это осознала. — Хех. Понимаю. Они ненадолго замолчали, какое-то время просто сидя рядом друг с другом. После, Рейка с неожиданной усмешкой сняла с себя шляпу и надела ее на Шуаран. Увидев ее растерянный взгляд, та ослепительно ей улыбнулась. Магесса рассеянно пробежалась руками по шляпе, нащупав задорное перо, венчающее ее. Приятное на ощупь и слегка щекочущее. Чем-то похоже на перо, которым она делала свои записи в стенах академии. Спустя некоторое время Рейка вовсе избавилась от своего капитанского мундира и расслабленно выдохнула, вдруг представ на всеобщее обозрение почти полностью без опознавательных знаков. Шуаран взглянула на подругу с нового ракурса — пережитые в море события оставили на ней невероятное количество глубоких жестоких следов. Несмотря на всё это Рейка улыбалась солнцу, которое играло переливали на ее слегка укороченных подпаленных волосах. Девушка с улыбкой достала из набедренной сумки тетрадь в твердом переплете и кусочек угля с суконной перевязью. Магесса начала незамысловато зарисовывать на незанятых страницах рисунок шляпы, пока Рейка тотчас любопытно начала заглядывать в записи. — О, ты неплохо рисуешь. — Донеслось от нее после беглого осмотра. — Я делаю заметки на протяжении всего путешествия, чтобы не забыть каких-то деталей. — Ого, ты даже дочерей смогла зарисовать? — Рейка оживилась, увидев эскизы знакомых сирен. — Немного неуклюже, потому что я делала это, пока образ в голове держался, но… — Начала бормотать покрасневшая магесса. — Очень недурно! Дай глянуть! — Рейка начала листать листы, осматривая записи и рисунки, раз или два роняя пару комментариев, пока не дошла до конца тетради. Меж ее бровей залегла морщинка, а Шуаран чуть нахмурилась. — Ты ничего не написала про размножение сирен? — О… ну… — Девушка неудобно замялась, но после коротких раздумий вздохнула и подсела чуть ближе к эльфийке, уже переходя на шепот. — Если честно я постеснялась спрашивать у них, как они это делают. Но у меня есть предположение, что здесь замешана магия, как это работает в вашем народе. Или, быть может… Шуаран прервалась от внезапного смеха Рейки. Магесса надулась и скрестила руки на груди, словно старалась придать себе более угрожающий вид. Когда же эльфка вволю отсмеялась, она повернулась к подруге и доверительным шепотом сообщила ей: — В сезон размножения, некоторые русалочки становятся немножечко мужчинами. Шуаран заморгала. — Ты… имеешь в виду, что… — Ага. У них отрастает чл!.. — Шуаран заткнула чужой рот, судорожно покраснев.

***

Суда медленно приближались к острову, и вскоре с палуб донеслись присвистывания, когда водная кромка близ корпусов кораблей явила множество фигур русалок. Яркие, с переливающейся чешуей и плавными обводами фигур сирены из стаи Смотрительниц Жемчуга перекликались с «острыми» серо-голубыми фигурами Рифовых Охотниц. Они кружили вокруг кораблей, клекоча и смеясь, а моряки с улыбками и хохотом отвечали им, пусть и не обращаясь к кому-то конкретно. Шуаран с невольной улыбкой подметила, что члены экспедиции, похоже, привыкли к русалкам. В конце концов, раньше эти тифлинги и эльфы едва ли не с суеверным ужасом бледнели от одного упоминания морских владычиц, а теперь спокойно привествовали их. Этот маленький факт грел ее сердце. — Ларантэ! Мы с Верным Клятве двинемся ко входу в пещеру, отдай сигнал остальным, чтобы высаживались на острове! — Во весь голос крикнула Рейка в сторону рулевой, заставив Шуаран вздрогнуть. — Поняла! — Донеслось той в ответ, и стоящая за штурвалом эльфка принялась отдавать команды ближайшим матросам. — Ну, у тебя и голос. — Невольно выдала Виге, заставив подругу самодовольно усмехнуться. — На самом деле, это было одним из обязательных условий, еще когда я была старпомом у Аннет. Она тогда еще вышла перед кандидатками на должность и выдала такая: «Сейчас, та из вас, кто громче остальных гаркнет, как сумасшедшая, станет моим старпомом!» — И что ты? — Уже догадываясь, какой у истории конец. — Что-что? Знаешь, песню «О море, девах и бухле»? — Шуаран подавила смешок, вспоминая, как под вечер матросы, время от времени, заводили эту песню, которую справедливо можно было назвать «барной». — Нееет. — Слегка неверяще, заявила она. — Ага. Спела, пока мы в порту стояли. — С толикой гордости заявила улыбчивая эльфийка. — На мой голос даже из ближайшей таверны люди повысовывались. — Ох, Рейка-Рейка, хорошо хоть Айрона это не знает.