Beauty and the Beast

— Эй, Огонек! — в окне виднеется красная макушка. С этого и начался день Чонгука. Хосок явился как раз по расписанию. Буквально по расписанию. Чонгук ест по расписанию, спит по расписанию, живет по расписанию. Скоро его заставят дышать по расписанию. — Хен? — Чон в свободное время читал новые книги, отчаянно пытаясь найти ответы. Со вчерашнего вечера тяжело на душе, будто он бросил что-то очень важное и теперь не знает, каким образом это вернуть. — Может ты поможешь мне? — Хосок не привык пробираться в окна по деревьям. Он больше предпочитает дверной проем, чем оконную раму. Но тут ситуация крайне серьезная. Весь оставшийся вчерашний день он думал о встрече Тэхена с, якобы ему незнакомым, парнем. Судя по рассказам Чимина — Тэхен само воплощение ангела. И чтобы убедиться в этом Хосок завел на Кима досье, информацию для которого собирали его люди. Родители ярковолосого не знают о том, что их светлый сыночек нанял отдельных охранников и специалистов для личных целей. Вернемся к досье. Слова Чимина оказались правдивы. Тэхен — сама невинность с печальным прошлым запертым в шкафу. — А, да, сейчас, — темноволосый убрал книгу в сторону и быстро направился к окну, подавая брату руку помощи, благодаря которой он смог преодолеть чужое окно и рухнуть на ковровое покрытие темно-серого цвета. — И как ты это делаешь? С ума сойти… — тяжело дышит старший, переползая с покрытия на большую кровать. — А почему не через дверь? Тебя же могли увидеть! — возмущенно шепчет младший, выглядывая из окна. Никого. Значит прислуга в доме. — А я не к твоим родителям. Я к тебе, — Хосок по-прежнему ярко улыбается и принимает положение сидя. Ярковолосый явился не с пустыми руками. Его сумка так и осталась лежать под окном на мягком покрытии. — Ты не мог бы подать мне ее? — старший кивнул в сторону кожаной сумки, устало вздыхая. Все еще отходит от «скалолазания». — Ко мне? Но разве твоя машина сейчас не стоит за воротами? Прислуга увидит ее и предупредит родителей, которые могут вернуться в любой момент! — Чонгук послушно подал старшему сумку и уселся напротив. — Нет там моей машины, глупенький, — тихо смеется ярковолосый, начиная рыться в дизайнерской сумке в поисках надлежащего подарка. — Но как ты тогда… — Моему водителю пришлось остановиться на расстоянии, чтобы я незаметно пробрался на территорию дома. — Ты, что, перелез через ограждение??? — Нет, копал тоннель под землей, — Хосок произнес это в шуточной форме, но его братик, похоже, не понял. — Я шучу, Огонек. Не забивай себе этим голову. — Нельзя так шутить! — воскликнул младший, тут же прикрывая рот ладонью. Шуметь сейчас никак нельзя. — Какая же ты все-таки прелесть, — смеется Чон старший, попутно достает подарочную коробку небольшого размера, протягивая Чонгуку. —Это мне?.. — темноволосый не смело берет в руки коробочку с милой расцветкой в виде всеми известного Огонька из полнометражного аниме: «Ходячий замок», которое Чонгук, конечно же, не смотрел. А завершает подарок фиолетовая лента, завязанная в виде милого бантика. — А в комнате есть кто-то еще? Открывай давай. — Мой день рождения уже прошел, разве нет? — Чон растягивает губы в мягкой улыбке, осторожно развязывает бинт, затем разрывает милую упаковку и замечает очертания техники, которой пользуется его родители, но сам он ни разу не касался подобного. Убедился он в подарке лишь тогда, когда полностью избавил коробочку от упаковочной бумаги. — Это же… — Подарки не обязательно дарить только в день рождения, — Хосок не может точно описать эмоции младшенького. Что-то похожее на радость и шок одновременно. Так ли выглядит счастье? — Теперь ты можешь общаться со своим странным парнем на расстоянии! —радостно завопил ярковолосый, поднимая руки над головой и размахивая ими в разные стороны. — Тихо! — Чонгук прикрыл ладонью чужой рот, пока он не начал издавать чужеродные звуки. — Нас могут услышать! — На втором этаже всегда сидишь только ты, — бубнит Хосок в ладонь младшего. — Ошибаешься! Рядом спальня дворецкого. — Вся прислуга спит внизу, а он особенный? — старший лизнул широкую ладонь, после оставляя укус. Ответную реакцию долго ждать не пришлось. — Фу, хен! — Чонгук скорчил забавную рожицу, начиная вытирать ладонь о брендовую одежду старшего. — Фу, Чонгук-ки! — передразнил Хосок, после нападая на младшего с щекоткой. Смех им не удалось удержать. Только Хосок может вызвать по-настоящему яркий смех младшего. По крайней мере до появления Тэхена в его жизни. Но смех затихает, когда Чонгук слышит дверной щелчок. Кто-то пытается войти в комнату. — Вот черт… — шепчет старший, забирая сумку и по указаниям Чонгука забегая в ванную комнату. — Чонгук? — дворецкий по-прежнему строг к нему и не имеет специального приглашения, чтобы свободно войти. Будто манерам не учили. — Д-да? — Чонгук снова держит в руках книгу, стараясь не выдавать себя, но при этом не замечает, что обложка перевернута. — Я слышал какой-то шум из Вашей комнаты, — дворецкий внимательно осматривает каждый уголок чужой спальни в попытках найти источник шума. Какой-то шорох со стороны ванной. — Забавный момент в книге, ничего такого, — пожимает плечами младший, судорожно сглатывая. — Собираетесь принять ванну? Разве вы не были в ней на днях? — мужчина прошел в спальню, направляясь к двери ванной комнаты. — Мне нельзя регулярно следить за личной гигиеной? Мне и по этому сделали расписание? — хмурит брови Чон, снова убирая книгу в сторону. — Нет, молодой господин. Конечно, нет. Этим занимаетесь только Вы, — смягчился дворецкий, останавливая свои действия, тем самым оставляя дверь в покое. Дворецкий, как и вся прислуга этого дома, боится Чонгука, а потому не пытается его вывести. Но он испытывает не только страх. Он ненавидит этого адского ребенка всем сердцем. Ему приказали следить за ним и обучать его. Именно поэтому его спальня на одном этаже с этим — по его мнению — чудовищем. Одно его развлекало точно. Удовольствие — слышать крики из подвала. Иногда (всегда) он докладывал ложные обвинения, чтобы пытки Чонгука продлились на всю ночь. Ненависть и страх перекрыли все его теплые чувства. Он с превеликим наслаждением желает ему смерти. Вот только Чонгук так просто не покинет этот мир. — Тогда Вы не могли бы выйти? Или Вы хотите составить мне компанию? — для большей убедительности Чонгук поднялся с кровати, касаясь подола свитшота, после легко от него избавляясь. Дворецкий заметно смутился. — Да, Вы правы, — мужчина кашлянул, опуская взгляд в пол, коротко поклонился и направился к двери самой спальни. — Обед… — Через два часа. Я помню, — отрезал Чонгук. — Верно, — дворецкий быстро покинул чужую спальню, запирая за собой дверь на ключ. Как только шаги за дверью стихли, младший тяжело упал на кровать, обращая внимание на книгу. Теперь он заметил ее дефект. Как только дворецкий не обратил внимание? Или он смотрел на то, как Чон раздевается? Мерзость. — И часто вы вместе принимаете горячую ванну? — играет бровями Хосок, выбираясь с сумкой из ванной комнаты. — Хен! — смеется Чонгук, переворачиваясь на живот и потягиваясь к подушкам, под которыми спрятан подарок. — Ты пробрался ко мне через окно, чтобы только отдать его? — К подарку прилагается серьезный разговор. — Что за разговор? — Чон сразу выровнял осанку, внимательно смотря на старшего брата. Так он обычно делает перед родителями. — Как зовут твоего парня? — Он не мой! — хмурится младший. А Хосок уже думает, что они стоят друг друга, ибо у них один ответ на тот же вопрос. — Ответь. — Тэхен. Ким Тэхен. А что? — Так и знал, — Хосок потянулся к новому смартфону, владельцем которого стал его младшенький, разблокировал и открыл контакты. — Смотри. Здесь только два номера. Мой и… — специально тянет паузу старший. — Ким Тэхена. — Погоди… То есть, ты хочешь сказать, что… — Что? — Ты пытал его??? Заставил дать номер??? Явился к нему посреди ночи, связал и мучил??? — начал тараторить Чонгук, совершенно не чувствуя температуру собственного тела. — Ты за кого меня принимаешь? — удивленно воскликнул Хосок, замечая огонь в глазах напротив. Завелся так просто. Не хорошая его черта, которую он не смог взять под контроль. — Ты медитируешь, как я объяснял тебе? — Ч-что? — осекся темноволосый. —Конечно. Почему спрашиваешь? — Ты горишь. Прямо сейчас я чувствую ужасный жар с твоей стороны. И твои глаза. Научись их контролировать, ладно? Кое-кто заметил их свечение. — Я…я-я даже не заметил… — Чонгук стремительно направился к зеркалу, уже издалека замечая желтое мерцание, покрывающее все глазное яблоко. И только сейчас он начал чувствовать боль во всем теле. — Хен, скажи мне… Кто еще видел мои глаза? — Огонек… — Скажи. — Тэхен. Тэхен видел твои глаза. Он сам мне это сказал. Я думаю, что…он как-то странно влияет на тебя. И это может быть опасно, — осторожно начал старший, поднимаясь с места. Сейчас Чонгук выглядит совсем не весело. — Так вы знакомы… — Чон продолжает разглядывать свое отражение, все больше убеждаясь в том, что он всего-навсего обычный монстр, чудовище, скрытое от внешнего мира за бетонными стенами. Он может навредить своим близким из-за своего бесконтрольного поведения. Ему не важно навредит он себе или нет. Его раны затянутся, но вот раны его близких лишь добьют. — Да, Огонек, я знаю его. — Хен, тебе страшно? — Чонгук касается отражения брата, затем своего, заставляя стекло тут же треснуть. По руке разливается яростное пламя, а вместо слез — капли крови, медленно спускающиеся по щекам. Больно. — Страшно находится рядом со мной? Не боишься того, что я могу тебя ранить? — Что ты такое говоришь? Чонгук-ки, давай успокоимся? Все будет хорошо, ты научишься контролировать это, — Хосок медленно подходит к младшему и тут же останавливается. На его глазах кожа на теле Чонгука начала превращаться в пепел. Медленно сжигается каждый сантиметр. Секунда. И зеркало разбивается вдребезги, разлетаясь в разные стороны. Лицо Хосока лишь слегка задело, а вот большинство осколков попало в Чонгука, но тот не чувствует ничего кроме жара. Ничего для него не может быть больнее, чем самосожжение. — Помоги мне… Мне больно… Помоги мне, хен… — алые капли попадают на ковровое покрытие. В комнате становится ужасно душно. Чонгук разворачивается к брату и плачет с новой силой. Эти капли дворецкий точно заметит. — Я помогу тебе, Огонек. Давай, идем в ванную, тебе нужно остыть, пока дворецкий не пришел на шум, — Хосок снова подходит к младшему и растягивает губы в мягкой улыбке. —Знаешь что? Ты тоже нехило так влияешь на Тэхена! Говорил о тебе без умолку! Все нахваливает тебя, говорит, что ты — сама невинность и очень хороший мальчик. А когда он говорил про твои глаза… Он так восхищенно говорил, совершенно без страха! — П-правда? Он говорит обо мне?.. — Чонгук начал потихоньку остывать и теперь Хосок может взять его за руку. Горячо, но терпимо. — Да, Огонек, постоянно говорит. И я уверен, что он очень ждет встречи с тобой и скучает! — Хосок сжимает чужую ладонь и ведет парня в ванную комнату, где помогает сесть в ванну, затем включает холодную воду, направляя душ на младшего. Горячий пар тут же наполняет небольшое помещение. Он остывает. — Все хорошо, Чонгук-ки, все хорошо… — Чон старший спокойно шепчет, оставляет поцелуй на макушке младшего, успокаивающе поглаживая по спине, попутно стирая алые дорожки с милого личика. Чонгук прячет лицо в коленях, судорожно выдыхая. — Спасибо… Когда Чонгук окончательно успокоился, Хосок избавил крепкое тело от осколков и дал ему принять душ, после которого началось небольшое обучение, связанное с новым устройством. Для Чонгука это впервые, поэтому Хосок старался тщательно объяснять каждую деталь. Показал на инструкции, попутно добавлял что-то свое. А Чонгук лишь внимательно слушал, по ходу задавая вопросы, на которые почти сразу получал ответы. Это помогло ему отвлечься. Раны от осколков быстро затягивались. С регенерацией ему повезло. — Теперь ты сможешь общаться с ним в любое время. — Спасибо большое, хен! — Чонгук набросился на старшего с медвежьими объятиями, растягивая губы в яркой улыбке и вызывая такую же у старшего. — Но откуда ты его знаешь? — Мы учимся в одном университете. И, кажется, ты ему понравился. — Понравился? Что значит «понравился»? — Чонгук отстранился и вопросительно изогнул бровь, пытаясь понять сказанное братом. — Ах, да… — старший забыл, что Огонек совсем не смыслит в отношениях. А вот в отношениях между парнями тем более. — Нравишься, как парень. Это…как отношения между парнем и девушкой! Когда один нравится другому и это может быть взаимно. Понимаешь? — Как в книгах? — Ну, думаю, что да. — Но в книгах не было такого между парнями, — Чонгук смотрит на старшего с непониманием. — Понимаешь, Огонек, в книгах расписывают далеко не все. Отношения могут быть между парнями, между девушками, парнем и девушкой, с кем угодно. Если кого-то любишь всем сердцем, пол не имеет значения. — А поцелуй считается? — спокойно задал младший, пристально смотря на старшего. — Поцелуй… Ну, да, может быть. А к чему вдруг такой вопрос? — Ну… — темноволосый взгляд опускает и губы поджимает. Неловко. — Погодите-ка… — Хосок приподнимается, опираясь на локти, и растягивает губы в ухмылке. — Вы, что, целовались? И ты не сказал мне об этом раньше??? Как ты мог так поступить со мной? — Н-но зато я сказал сейчас! — с алыми щеками начинает оправдываться темноволосый. — И как оно? — Мягко и…влажно… — Но тебе понравилось? — Да. — А мой малыш уже вырос! — Хен, прекрати! — Чонгук схватил подушку и быстро спрятал в ней лицо. Главное, чтобы не загорелась. — Хорошо-хорошо, остынь, — смеется ярковолосый. — Пора мне уже идти, скоро начнутся занятия. — А с утра их не было? — У меня свободное утро, вот я и примчался к тебе, — Хосок поднимается с кровати, попутно приводя себя в порядок. Снова ему придется преодолевать окно. — Подожди, хен, — Чонгук осторожно вытащил из-под матраса небольшую шкатулку (там он прячет тексты песен), которая открывается ключом, достает небольшой конверт ручной работы, на лицевой стороне которого написано имя отправителя и получателя. — Сможешь передать это ему? Только сам не смотри! — Конечно-конечно. Обязательно передам, — Хосок оставляет поцелуй на лбу младшего и осторожно кладет письмо во внутренний карман, только что надетой, куртки. После, Чонгук помог брату спуститься, попутно следя за двориком. На горизонте никого. Хосок с яркой улыбкой машет Чону на прощанье и старается как можно незаметнее скрыться за пределами ворот.

***

Состояние Тэхена не менялось с прошлого вечера. Ким чувствует себя самым наивным существом на планете Земля. По реакции Бэмби и то было видно, что он не придет. А Тэхен, похоже, был идиотом, который пытался убедить себя в обратном. Несколько лет без отношений сделали из него доверчивую, слабую тряпку, которой стоило увидеть хорошего парня, так сразу приспичило вешаться на него в поисках спасения и утешения самой себе. Пользоваться добротой человека, чтобы не сдохнуть — эгоистично. А когда станет легче, что же будет делать Тэхен? Избавиться от него? Ему покажется, что играть уже неинтересно и он выбросит Бэмби словно испорченную игрушку? В любом случае, поступать так — сравни равнодушной твари. И Тэхену, вероятно, стоит прекратить общение с Бэмби, пока он не придет в норму. Он не должен взваливать свое состояние на Бэмби. Ким просто возьмет небольшую паузу. Самую малость. — Устал… — шепчет Ким, лениво проверяя почтовый ящик. — Счета, счета, счета и…письмо? — тонкие пальцы осторожно перебирали почту, пока не наткнулись на аккуратно упакованное письмо от… — Чонгука?! — не сдержано воскликнул светловолосый, прикрывая ладонью рот. В голове всплывает лишь один человек с этим именем. — Не может этого быть… — Ким решил не ждать лифт. Быстрее подняться на своих двух, чем ждать медленно спускающийся железный ящик. И он был прав. Стоило ему подняться, как лифт только спустился на первый этаж. Светловолосый судорожно открыл дверь, запирая ее за собой, после легко разуваясь и быстро направляясь в комнату. «Откуда? Каким образом? Он был здесь? Когда? Если был, то почему тогда не заглянул в гости, чтобы отдать его лично?» Мысли в голове Кима крутятся безумным вихрем. Ответ не находится ни на один заданный вопрос. Чонгук говорил, что ему запрещено выходить утром. Ему в принципе нельзя выходить за пределы дома. — Как же ты вышел, Бэмби?.. — Тэхен аккуратно вскрывает конверт, достает письмо, судорожно сглатывая, и разворачивает. Ким сразу отмечает для себя миловидность чужого почерка. Но сейчас не об этом. Поджав губы, Тэхен начал очень тихо читать: «Здравствуйте, Ким Тэхен. Простите за формальность, мне все еще непривычно обращаться к Вам в иной форме. Я бы хотел попросить прощения за свое неподобающее поведение после недавней прогулки с Вами. Я не сумел дать точного ответа лишь потому, что прибывал в легком шоке. Простите меня за это. Эта ситуация для меня…необычна. Мне понадобилось определенное количество времени, чтобы обдумать случившееся. Вы, наверное, не поняли меня и очень расстроились после прогулки. Я совсем не хотел Вас расстраивать! Искренно извиняюсь перед Вами! Также я хотел бы извиниться за то, что не явился на встречу с Вами. Я могу выходить из дома лишь тогда, когда мои родители за его пределами. Я не знаю точной даты нашей будущей встречи, но уже очень жду ее. Мне бы хотелось повторить…тот незабываемый момент. И я очень надеюсь на взаимность с Вашей стороны. До скорой встречи. Ваш Бэмби. P.S. Письмо передаст Вам мой самый близкий человек, ибо я не в силах сделать этого». «Хотелось повторить?..» Тэхен чувствует, как пылают его щеки и потеют ладошки. Он очень смущен и взволнован. В голову лезут воспоминания о их очень коротком, но таком невинном поцелуе. Кажется, вот-вот и он сойдет с ума. «Нет-нет-нет! Так не должно быть!» — За что ты так со мной?! — пискнул Ким, накрывая алые щеки ладонями. Внутри все будто сжалось, надавливая на грудную клетку, дабы выбраться наружу. Слишком вежливо, слишком мило и ужасно приторно. Трудно устоять. Он никогда не сможет взять паузу. Чонгук слишком жесток. Чонгук сводит его с ума в очередной раз. Он больше не сможет сдерживать себя рядом с ним. — БЭМБИ-И-И-И!!!