Beauty and the Beast

Чонгук спрятал стекла и попытался избавиться от крови на мягком покрытии. Все это вышло с трудом. Засохшие капли крови очень трудно убрать, поэтому на их месте остались бледно-алые пятна. Осколки зеркала Чон убрал в одну из коробок с книгами. А вот с зеркальной рамой пришлось повозиться. Но и её темноволосый сумел спрятать. В потойном месте его гардеробной. Чон сидел там в подростковом возрасте. Об этом месте никто не знает. Когда для семьи Чон приводили в порядок этот старинный дом на более современный после рождения Чонгука, работники решили не заморачиваться с этим пустым местом между стенами и попросту прикрыли его сделанным в гардеробной шкафом. И однажды, когда Чон прятался от отца в том самом шкафу, он заметил странную щель в углу, за которой было пространство. После этого он долго думал как ему узнать то, что находится за стеной шкафа, пока не научился контролировать пламя, буквально выходящее из его тела. Он смог сжечь стену так, чтобы огонь не прошёл по всему шкафу. Под давлением стенка легко поддалась, открывая вид на пустое пространство. На место шкафа, Чонгук начал прятаться в нем. В основном он прятал в этом небольшом пространстве не себя, а свои эмоции. По словам отца: «Слёзы — мужская слабость». Он повторял это Чонгуку, когда наносил новые удары, разрывая поочередно слои эпидермиса. И с каждым наказанием его слёзы высыхали, но только перед отцом. Стоит остаться одному, запираясь за шкафом, как эмоции переполняют его. Он плачет навзрыд, проклинает родителей, себя и этот адский несправедливый мир. Но даже в этом месте ему приходится немного сдерживать себя. Ведь дворецкий может услышать. Дворецкий может узнать и рассказать отцу. Дворецкий всегда рядом, чтобы следить за ним. — Чем занимается юный господин? — дворецкий словно призрак бесшумно прокрался в его комнату (и снова без стука) и теперь стоит над душой, попутно осматривая гардеробную. Чон слегка подпрыгнул на месте, судорожно выдыхая. Жуткий дворецкий. Он здесь скоро с ума сойдёт. — Что Вам нужно? — Чонгук не поворачивается, хоть и знает, что по правилам этикета во время разговора нельзя стоять спиной к собеседнику. Но, увы, данный собеседник ему уже поперёк горла. Для большей убедительности Чонгук сделал вид, что выбирает худи, перебирая вешалки сначала в одну сторону, затем — другую. — Время ужина. Решил Вам напомнить, — с фальшивой улыбкой сообщил дворецкий. Он всё не прочь найти причину, чтобы разозлить отца Чонгука. — Хорошо, сейчас буду, — темноволосый выбирает стандартную темную расцветку без лишних надписей и принтов, проходя в конец гардеробной, где расположено ещё одно зеркало. Чон легко избавляется от майки, которую всегда надевает после купания, и обращает внимание на отражение дворецкого в зеркале. Он пристально смотрит в место, за которым покоится зеркало, вернее то, что от него осталось. Что-то нашел? Догадался? — Теперь Вы хотите составить мне компанию в гардеробной? — достаточно громко добавил Чонгук, выбивая из колеи мужчину в деловом костюме. — Нет, извините, — дворецкий не поднял взгляд на наследника и направился к выходу из комнаты, отмечая для себя кое-какие детали. Чон спустился через пару минут после дворецкого. На семейном столе его уже ожидал лёгкий ужин из овощей и куриной грудки. Стандартное меню. И на этот раз родители не составили ему компанию. Но, принимать пищу без них даже легче. Дворецкий слишком занят, чтобы следить за ним каждую минуту своей жизни. Сейчас можно ненадолго выдохнуть.

«Что я отвечу, если меня спросят про зеркало? Мне нельзя портить дорогие предметы… Случайно разбил и выбросил? Нет. Тогда зачем прятал?»

— Глупое зеркало… — аппетита совсем нет. Вилка бесцельно царапает дорогую посуду, касаясь листьев салата и куриной грудки. Наверняка это вкусно, но сама атмосфера одиночества сбивает чувство голода, сменяя тоской и легким состоянием апатии. При родителях приходится есть через силу, а когда он один, с этим можно повременить. После ухода брата Чон продолжал изучать свой первый смартфон и повторял заученный материал на практике, набирая пару сообщений Хосоку, но сдерживаясь отправлять. Вроде получается. Теперь он может общаться с Тэхеном. От одной подобной мысли улыбка на милом лица появляется неосознанно. Со стороны, должно быть, глупо выглядит. Молодой парень тычет вилкой в овощи и улыбается куриной грудке. Хорошо, что дворецкий не застал его в таком расположении духа. А вот любимый братик будто чувствует его за километры. Смартфон в кармане мелко вибрирует. Хосок объяснял, что так телефон реагирует на уведомления. Осмотревшись и убедившись, что никого из прислуги нет рядом, Чон осторожно проверил сообщение. Братик: «Огонек, привет! Сейчас время твоего ужина, я прав? У меня тут появилась одна очень хорошая идея…» Чонгук незамедлительно начал печатать, иногда задевая соседние буквы пальцами и тут же исправляя ошибки. Делал точно по инструкции брата. Чонгук: «Да, у меня ужин. Идея?» Перед тем, как отправить Чон несколько раз проверил напечатанное им сообщение. Это заняло несколько минут, если не считать те, во время которых он печатал. Это его первое обращение с клавиатурой, так что некоторое время он будет печатать медленнее остальных. Братик: «Твои родители сейчас ужинают у моих. И я заставил их остаться до утра! Знаешь, что это значит? :)» Чонгук вопросительно поднял бровь, когда увидел улыбающееся лицо в конце предложения. Выглядит странно. Улыбка такая…жуткая (?). Но ко всему прочему есть в ней что-то забавное. Темноволосый решил ответить в такой же манере: «Что? :)» Чон снова неосознанно растянул губы в улыбке. Братик: «Это значит, что во время твоего «сна» мы отправимся в небольшое путешествие!» Чонгук: «Что? Куда? А как же прислуга? Дворецкий проверяет меня до полуночи» Братик: «Значит мы увидимся после полуночи;)» Снова это забавное выражение. Чонгук: «Но куда мы поедем?» Братик: «Это секрет! Тебе нужно выбраться из комнаты, а дальше я сам все сделаю! Договорились?» Чонгук перечитал их небольшой диалог, обдумывая все «за» и «против». Ничего ведь не случится? Главное вернутся до рассвета. Дворецкий проверит его, убедится и оставит в покое до утра. Да, так и будет. Всегда так бывает. Чонгук: «Договорились»

***

Тэхен следит за синей макушкой, которая оказывается поочередно в каждом кухонном шкафу. Что-то бурчит себе под нос и переходит к следующему — бурчит еще недовольнее, и так продолжается до последнего шкафа. — Чимин-ни, запасы закончились, хватит искать, — тихо смеется Ким. У Чимина всегда очень смешное лицо, когда он возмущается себе под нос. По забавному надуваются щеки, приобретая розовый оттенок, пухлые губы что-то возмущенно шепчат, вытягиваясь вперед. Хочется подойти и ткнуть пальцем в мягкую щеку, но страх остаться без него все же сильнее. — Они не могли закончиться! Они нужны мне сейчас! — Чимин три раза проверил холодильник в надежде, что в нем волшебным образом окажется хотя бы одна небольшая бутылочка соджу. Не выходит. — Идем! — Куда? — Тэхен непонимающе взглянул на серьезное лицо друга, после — на вид из окна. Темно. — В магазин! Купим новую партию! — Чимин подхватил друга под руку и повел в его комнату. Добравшись, Пак отпустил светловолосого и начал рыться в его шкафу, натыкаясь на милый мешковатый свитер снежного цвета с высоким воротником. — Не поздно ли для похода по магазинам? — Тэхен-на, тебе ведь не двенадцать лет, чтобы в шесть часов быть уже дома, — закатил глаза Пак, поднимая руки друга над головой и продевая в рукава свитера. — Хорошо, но только немного возьмем! — И прогуляемся! — И прогуляемся… — Отлично, уже жду в коридоре! — Чимин наконец ненадолго оставил друга в покое, ожидая у входной двери. Парни выпили немного пива и соджу. И Пак даже успел кое-что взять Тэхену домой, чтобы больше не бродить морозной ночью по магазинам. Но, помимо мороза, жадно пытающегося избавить парней от их отменных задниц, было и веселье. Чимин, в силу своей особой связи со стульями, чуть не избавил барную стойку от «излишней» дорогой выпивки рядом сидящих посетителей. И тогда Тэхён понял, что его любимому другу не помешает прогулка на прохладном, но свежем воздухе. Это помогло более менее привести его в чувства. — И ты вытащил меня на улицу, чтобы рассказать про какого-то парня? Что с твоей головой, Пак Чимин? — Я должен был это рассказать! Приятный молодой человек с очеровательно-сексуальной внешностью… — Чимин-ни! — завопил Тэхён, перебивая друга. — Ты уже говорил такое про прошлого! Прошла всего неделя ваших «отношений» и ты просто бросил его! — Он не очень то сильно расстроился. Он был рад переспать со мной, только и всего. Он получил своё и спокойно ушёл, — пожал плечами синеволосый, согревая руки в глубоких карманах куртки. — А ты? Что ты чувствовал? — Ничего. Это был не мой человек и долго его терпеть я не смог. И теперь я надеюсь на нынешнего кандидата. Он вроде бы парень неплохой и не похоже, что от меня ему нужен только секс. — А как его зовут то? — Тэмин. Ли Тэмин. Он учится в той же сфере. — Вот оно как… Это даже хорошо. Больше тем для разговоров! — Ага, — мягко улыбнулся Пак, поднимая взгляд на яркую луну. — Пойдём домой. Ещё немного выпьем у тебя и я поеду к себе. — Может останешься на ночь? Время позднее, — Тэхён перевёл взгляд на Чимина, закусывая нижнюю губу в ожидании ответа. — Ну хорошо. У меня как раз свободное утро и я успею забежать к себе. — А теперь давай ускоримся, иначе моё мягкое место останется где-нибудь в сугробе! Сначала замерзнет, а потом отвалится! — Тэхён подхватил друга под руку и ускорил шаг, вызывая смех у собеседника.

***

— Хен, где это мы? — согласно плану Чонгук после полуночи уже был в руках у своего любимого братика. Хосок до последнего не говорил маршрут, пока они не прибыли в первое место по его плану. Яркий свет аппаратуры, постоянная съёмка профессионального фотографа, толпы людей с косметикой, водой, всякими косметическими штучками для волос совершенно незнакомых для Чонгука, также люди, занимающиеся аппаратурой и клацанием компьютерной мыши с какой-то определённой целью тоже Чонгуку неизвестной. Что они здесь делают? — Огонёк, у тебя ведь нет семейного фото, да? — улыбка на лице старшего сменилась хитрой ухмылкой. — Нет, а что? — с не скрываемым непониманием продолжает Чонгук. — Мы здесь как раз за этим! — Ч-что? Но я ведь…я никогда не делал фото! Я не умею позировать и что-то делать на камеру! — Чон тараторит, хватается за локоть брата и с опаской осматривает энергичных людей, которые случайно касаются его. — И здесь…так много людей. Они не должны видеть нас вместе! Хен, это же опасно! — Послушай, — Хосок поворачивается к младшему и касается широкими ладонями мягких щёк напротив. Лицо его серьёзно, но взгляд остаётся мягким. — Пока я рядом, тебе не угрожает опасность, ясно? — Но как ты объяснишь это родителям? — Я давно живу отдельно. И мои дела их не касаются, — мгновенно ответил старший. — Честно-честно? — глаза Чонгука сделались больше, чем они есть на самом деле. Словно у маленького, только увидевшего свет, олененка. Хосок не может сдержать мягкой улыбки. Подушечками больших пальцев поглаживает нежные щеки брата, выдыхая шепотом: — Честно-честно. — Мне немного страшно, тут столько людей… — шепчет темноволосый, поджимая губы. — Здесь в основном хорошие люди. Они не желают тебе зла и обязательно помогут с подготовкой. — Хосок поворачивает брата спиной к себе и указывает пальцем на небольшую группу девушек, живо обсуждающих концепт фотосессии. — Видишь их? Сейчас ты должен подойти к ним, пока я кое-что уточню у фотографа. Они подберут тебе нужный образ. И не бойся, они не кусаются. — О-один?.. — Давай, малыш, ты справишься! — Хосок легко подтолкнул Чонгука и скрылся, сливаясь со стаффом. Да, Хосок сам соглашался с Тэхеном, когда речь шла о контакте Чонгука с толпой. Всё должно быть постепенно, чтобы не вызвать у него паническую атаку. Но с другой стороны, если Чонгук жаждет быстрее выбраться из своего ада, то ему нужно хорошо для этого потрудиться. — З-здравствуйте, — неуверенно начал Чонгук, опуская голову и скрещивая пальцы в замок за спиной. — Мне сказали подойти к вам. Девушки перестали обсуждать концепт, отвлекаясь на Чонгука. Этот невинный жест со стороны парня заставил их улыбнуться. — Да, мы уже знаем. Чон Чонгук, верно? — обратилась к нему одна из вышедших вперёд девушка. — В-верно… — Чон сделал один маленький шаг назад как только девушка приблизилась к нему. — Нам бы хотелось увидеть Ваше лицо, чтобы подобрать нужный макияж и стиль. Вы не против? Чонгук послушно поднял голову, смотря на девушку из-под длинной челки. Она оказалась такой маленькой по сравнению с ним, что ему пришлось чуть склонить голову вперёд. — И…— азиатка основанием небольшой расчески осторожно убрала челку, что так тщательно закрывала большие глаза и снова растянула губы в мягкой улыбке. — отлично. Девушки думают, что Чон младший не слышит их, но напротив. Чонгук прекрасно слышал, как те перешептывались между собой, восхищаясь его внешностью. Чонгуку максимально неловко. Это его первое общение с девушкой, которая намного младше его матери. Неловко, но приятно находится рядом. Такая аура у хороших людей? Чонгук и не заметил, как его щеки залились краской. А вот девушки, наоборот, прекрасно всё заметили. — Такой милый, — не сдержалась девушка напротив, прикрывая миниатюрной ладошкой рот. — Б-благодарю…— сквозь землю провалиться можно. После, девушки принялись приводить Чонгука в порядок. Было решено завязать длинные волосы в хвостик, а челку немного уложить и сделать пробор. Одежду решили подобрать в стиле рок, как раз подходящий прическе. Лёгкий бомбер с темно-красными пайетками, на низ — черные джинсы и подобные ботинки с небольшой платформой. Макияж лёгкий: подведенные темными тенями веки и розовый блеск на губах. Тональной основы совсем мало в силу чистой кожи парня. И небольшое количество аксессуаров. — А футболка? Или может майка? Вы, верно, забыли, так? — неловко посмеялся Чонгук, застегивая бомбер на голом теле. Снова эта неловкость. — Что? — с непониманием произнесла девушка, отвечающая за его стиль. — Ах, нет, что Вы, — она не смогла сдержать смех. — Так и должно быть. Для фотосессии Вам не понадобится ничего кроме бомбера, так что лучше растегнуть его. — Мне…что? — Чонгук-ка~ — протянул вошедший в гримерную Хосок, явно довольный новым образом братика. — Выглядишь очень сексуально~. — Хен! Я не смогу в таком виде строить из себя модель! Это…это очень неловко! — возмущается младший, отчаянно прикрывая голое тело. — Огонёк, ты покорил своим видом всех девушек и даже некоторых мужчин в этой студии. А сейчас ты выглядишь ещё лучше! Ты должен гордится этим и хорошо постараться для фото! Ну же, ты мой братик или нет? — Хосок одним движением растегнул бомбер младшего и невольно присвистнул, крепко обнимая. — Твой, — вздохнул Чонгук, обнимая ярковолосого в ответ. — Хен, ты…тоже голый? — Ага, — с гордостью в голосе ответил Хосок, отстраняясь от парня и разводя руки в стороны. — Как тебе? — Ты выглядишь… — Чонгук осмотрел кожаную куртку, еле прикрывающую голое тело брата, опуская взгляд на те же чуть свободные штаны и ботинки. — Безумно?.. — Так и должно быть! — посмеялся ярковолосый и подхватил брата под руку, направляясь к фотографу. Там уже подготовили необходимый концепт для фото на чёрном фоне. — Что мне теперь делать?.. — Небольшая тренировка! Фотограф поможет тебе, а я посмотрю. Давай, он ждёт, — Хосок снова подтолкнул Чонгука вперёд, а сам прошёл за пределы фона, скрещивая руки на груди и растягивая губы в мягкой улыбке. А вот Чонгуку не по себе. Максимально неловко перед незнакомым ему человеком. Фотограф просил определённые позы и даже показывал их на себе, объясняя каждую деталь. Просил определённые эмоции, показывая на себе должное выражение лица. Сначала Чонгук не мог просто улыбнуться на камеру, но теперь он сделал достаточное количество тренировок, отнимая время фотографа (за что ему очень жаль). — Отлично, мы готовы, — с улыбкой сообщил фотограф, переводя взгляд на Хосока. — Чонгук хорошо справляется и удивительно быстро учится! — Мой братик может всё, — ярковолосый направился к парню, крепко его обнимая и через пару минут отстраняясь. — Ты точно справишься. Братьям удалось сделать много удачных снимков с самыми разными образами. Они были и в яркой одежде с веселыми улыбками и крепкими объятиями, и с безумными позами, когда Хосок пытался зачмокать младшенького до смерти, вызывая у того самую искреннюю улыбку. Выбирали и постельные тона с переменой фона, более нежную обстановку и подходящие к ней позы. Хосоку нравились все, но самые запоминающиеся фото были в стиле рока. Когда куртки лишь слегка прикрывали их тела. На них они выглядели как настоящие мужчины, готовые совращать девственные сердца. Зато Чонгука они смущали и ему понадобилось время, чтобы влиться в образ. — Ну как? — взволнованно задал Чон младший, следя за реакцией фотографа. — Прекрасно. Вы оба просто чудо! — фотограф переходит от одной фотографии к другой, тем самым показывая готовые кадры парням, которые в дальнейшем пройдут небольшую обработку. — Спасибо Вам за проделанную работу. Очень не хотелось Вас дергать, но увы, раньше было невозможно, — мягко ответил Хосок, просматривая фото. — Буду ждать фото от мастера. — И ещё я хотел бы сказать… Моя команда очень интересуется Вашим братом и кое-кто очень хочет получить его номер телефона. — Простите, но мой Чонгук-ки уже занят, — Хосок хитро подмигнул фотографу, не снимая с лица улыбку. — А, извините… — тут же ответил тот. — А можно ли его в качестве модели? Это уже для меня, — неловко посмеялся мужчина, тут же смущаясь собственным словам. — Я Вам позвоню, — прошептал ярковолосый с мягкой улыбкой, когда краем глаза заметил братика. — Хен! — Да? — Хосок перевёл взгляд на приближающегося Чонгука. — Это всё? Теперь мы поедем домой? — Чонгук по-прежнему тараторил, но глаза его в этот раз сверкали, будто в них спрятана маленькая копия вселенной. Ему было весело. — Это только начало путешествия! Собирайся, мы едем к нему! — К кому?.. — темноволосый опешил, а после молился о том, чтобы это был не тот о ком он думает прямо сейчас. — Огонёк, ты прекрасно знаешь, — ухмыляется Хосок. — То есть мы сейчас поедем к…нет, хен, я не готов. Я не могу поехать в таком виде! — Ты мог бы. Но раз не хочешь, то дам тебе время переодеться. *** Парни выпили уже две бутылочки соджу поверх предыдущих, выпитых во время прогулки. Тело Тэхёна не слушается хозяина, но мозг всё ещё немного соображает. — Чимин-ни, нам пора заканчивать… — Ким икнул, пошатываясь сидя на диване. Тело удалось поднять с трудом. — Тэхен-на, он такой красивый… — пьяно протянул Чимин, глаза прикрывая и даже не собираясь вставать. — Чимин-на! Тут не надо спать! — светловолосый хотел было подойти к другу, но его остановил внезапный дверной звонок. — А это ещё кто… Тэхён сменил курс и направился к входной двери, пытаясь держать равновесие. — Кто та-а-ам? Никого нет до-о-ома~ — Ким хмурит густые брови и осторожно проверяет глазок. — Нет… Не может быть… Тэхён несколько раз проверил чертов глазок и в очередной раз пытался убедить себя в плохом зрении или видении на пьяную голову. Поверить в это он точно не мог. Но если это и правда он, то это не самый подходящий момент для принятия гостей. Снова звонок. Чёрт. Тэхён собирался открыть, но вспомнил, что в его гостиной засыпает пьяный друг. И он неровными шагами, приветствуя каждую стену и угол, стремится к гостиной, где еле как поднимает не трезвого друга и сует ему в руки бутылки с алкоголем. — Чимин-ни, проснись!!! Тебе надо спрятаться! Б-Бэмби! Он пришёл! — Кто?.. — Пак разлепил тяжёлые веки, дабы сфокусировать взгляд на взволнованном друге. — Бэмби, Чимин-ни, Бэмби!!! — Тэхён повёл друга в свою комнату, где уложил тяжёлое тело на кровать. — Тогда давай встретим его! — на веселе и с пьяной улыбкой произнёс Пак, попутно пытаясь встать. — Его встречу я, а ты будешь спать! — Ким снова с трудом уложил друга, поднялся и покинул комнату, запирая за собой дверь. Тэхён тяжело вздохнул и преодолел то же расстояние, чтобы добраться до входной двери. Конечно, спокойно он добраться не мог. Ноги очень тяжелые и совсем его не слушались. Он упирался руками о стену и осторожно пробирался к двери. Тяжело вздохнув, Тэхён отпустил стену и сделал самостоятельный шаг, тут же приветствуя лицом пол. — Больно… — Ким медленно поднялся, касаясь дверной ручки. Это заставляет трезветь быстрее, чем холодный душ. Дверь открывается.