Beauty and the Beast

Хосок чувствовал себя замечательно (если не считать пьяного братца), пока его прекрасное настроение не прервал телефонный звонок. Его люди уже очень долго следят за родными дядей и тетей, но когда Чонгук сбежал из дома и не вернулся — особенно. Ему сообщили, что семья Чон посещала универ, где учатся его друзья и, собственно, сам Хосок. Но откуда там взяться Чонгуку? — Вы что-то путаете. Это невозможно, — нервно смеется Хосок, то и дело переминаясь с ноги на ногу возле продуктового магазина. Ему пришлось отойти от парней, пока те спорят какой из бананов лучше. «Босс, мы проверили. Информация верная, это ваши родные» — Но что они делают в моем универе? «Простите, но мы не знаем. Они заходили к Вашему ректору. Это единственное, что мы выяснили» — Хорошо, работайте дальше, — Хосок отсоединился первый и сделал глубокий вдох, за которым последовал такой же выдох. Чон боится лишь одного. Семья братика могла догадаться о том, что Хосок в курсе их «семейных разборок» и теперь лезет в его дела, начиная с бессмысленного допроса ректора. И он очень надеется, что ошибается. Почему они не оставят Чонгука в покое? Он не способен кому-то навредить. Это самый ангельский мальчик на свете. — Хен, мы все купили! — послышался голос Чимина со стороны парковки. — Ты закончил? — Да, я уже иду! — Чон убирает телефон в карман своей куртки и возвращается к друзьям, помогая тем разложить покупки в багажное отделение. Телефонный разговор не выходит из головы. Хосок хочет защитить брата и он очень пытается это сделать. Они не могут прятаться вечность. Хосок не сможет держать взаперти брата, ибо тот провел в четырех стенах почти половину своей жизни. Домой Чонгука он точно не пустит и сам ни за что не отвезет. Он прекрасно знает, что ждет Чонгука дома. И он будет рядом, даже если от него отвернется весь мир.

***

Тэхен не выходил из комнаты Чонгука до самого вечера. Парни обращались к ним, не открывая дверь, так как та была заперта на ключ. Ким сказал, что спустится, чтобы помочь им с костром и ужином, но в итоге так и остался в комнате, не отрывая взгляд от спящего Чонгука. Когда Ким замечал изменения в лице младшего, то брал его за руку, покрывал ее тыльную сторону поцелуями и касался ею своего лица, переплетая пальцы. Тогда брюнет успокаивался, да и сам Тэхен дышал с облегчением. Он больше не выдержит таких горьких слез. Тэхену потребовалось больше одного часа, чтобы вернуть нормальное состояние. Он должен чувствовать себя отлично перед пробуждением Бэмби. Чонгуку не нужен лишний стресс, который исходит от светловолосого. Ким не станет говорить с Чонгуком о особенности его глаз, да и в целом о теле. От Чона всегда идет странное тепло, будто стоишь возле горящего костра. Но кроме тепла Тэхен чувствует что-то другое. Да, они стали достаточно близки за такое короткое время. Сначала Ким хотел быть его другом, а потом этот случайный поцелуй в снегу и такой же от Чонгука в ту же минуту… Он запутался. Тэхен хочет быть его единственным лучшим другом, но не может испытывать что-то дружеское, когда Чонгук смотрит на него с такой невинной нежностью и заботой. Он уже не может не целовать его. Не может не обнимать его. Не может… Киму срывает крышу, когда Чонгук сам целует его, притягивает к себе и по-особенному обнимает. Светловолосый хочет, чтобы так было всегда. Чтобы он каждый час каждого дня каждого месяца и года утопал в его объятиях и растворялся в сладком поцелуе. Тэхен плохой. Он нарушает дружеские границы, но ему это нравится. Он устал быть просто другом и запирать свои непонятные чувства за решеткой. Он хочет защищать Чонгука. Хочет, чтобы он доверял ему. Хочет, чтобы он всегда находился рядом. Тэхен уже начинает сходить с ума. Это нормально? Даже сейчас, когда их лица разделяют считанные сантиметры ему кажется, что это тысячи километров, которые он должен преодолеть. Потому что одержим. Ким в какой-то степени даже завидует Хосоку. Чонгуку с ним комфортно и это видно. Чонгук доверяет ему каждой клеточкой своего тела. И Тэхен хочет этого от Чонгука. Что он будет делать, когда они вернутся? Чонгук будет жить у Хосока и точно не выйдет самостоятельно. Тэхен будет очень сильно скучать и тосковать по нему. Он уже скучает. — Хен? — Чонгук смотрит на него, пока тот летает в облаках из его чувств. Чонгук смотрит на него ровно две минуты после пробуждения. И Тэхен смотрел на него, точнее, сквозь него. — Б-Бэмби? — Тэхен сам не понимает почему начал заикаться. — Как себя чувствуешь? Голова болит? Тошнит? Чонгук не отвечает. Брюнет притягивает к себе парня за талию, заставляя уткнуться себе в грудь, и робко обнимает, зарываясь носом в светлые волосы и вдыхая приятный цветочный аромат. Ему нравится этот запах. Тэхен всегда приятно пахнет. Чонгук заметил это еще с первых объятий. — Бэмби? — совсем тихо говорит Тэхен и обнимает парня, боясь лишний раз не так выдохнуть. Чувствует жуткое смущение, но, опять же, ему это нравится. — Я был пьян? — хрипло шепчет Чонгук, крепче Тэхена обнимает и оставляет поцелуй на светлой макушке. Хосок так всегда делает. — Да… — осторожно отвечает Тэхен и слегка вздрагивает от чужого шепота. До Кима постепенно начинает доходить, что сейчас он лежит без своей водолазки и обнимает практически голого парня. Становится как-то душно. — Я ничего не помню, — продолжает брюнет. — Это нормально, — голос дрогнул. Тэхен по привычке кусает губы изнутри и сверлит взглядом чужую грудь. Поддается и осторожно целует, пока внутри пищит и мечется в разные стороны. — Почему ты полуголый? — Чонгук до сих пор сонный и пока неловкость не чувствует. — Так…т-так надо было, — Ким сейчас взорвется. — Это ты раздел меня? — брюнет чуть отстраняется и опускает взгляд на Тэхена, который почему-то на него не смотрит. — Да… — Тэхен невольно смотрит вниз и судорожно сглатывает. От вида внизу легче не стало. Тогда он зажмурился. — Спать в уличной одежде некомфортно, поэтому я… — Спасибо, — прервал его оправдания Чонгук и склонился, оставляя поцелуй на лбу. — Теперь ты не хочешь смотреть на меня. Тэхен сквозь землю провалиться готов. Чонгук совсем не понимает их положение. Зачем он это делает? Друзья так не делают. Ким поджимает губы и сильно их кусает. Это действительно не сон. А что тогда? Рай? — Нет, это не так, — Тэхен открывает глаза и уже чувствует привкус железа. Он прокусил губу. — Я просто… — Просто посмотри на меня, хен. И Тэхен смотрит. Смотрит и зависает. Чонгук очень красивый и отрицать это бессмысленно. Даже этот милый шрамик на щеке кажется привлекательным. И эта линия губ, большие мерцающие глазки и длинные ресницы. Все в нем красиво и идеально. И характер у него невыносимо мягкий и поступки очень хорошие. Ким хочет, чтобы это все принадлежало только ему без остатка. — У тебя кровь, — глаза Чонгука в миг округлились, принимая взволнованный вид. — Тебе больно? Что случилось? Тэхен касается лица Чонгука, нежно поглаживая щеку большим пальцем, и растягивает губы в улыбке. — Очень больно, — отвечает шепотом светловолосый. И Чонгук целует. Потому что, когда целуешь боль проходит. А у Тэхена фейерверки перед глазами и внутри все горит и рвется наружу. Он мягко улыбается в поцелуй, прижимаясь всем телом и совсем об этом не жалея. Чонгук целует очень робко и так нежно, что Тэхен готов пролежать так до конца их зимних выходных. Ему очень мало Чонгука. Он не может целовать его при всех и говорить всякого рода нежности. Чимин очень сильно его подставил, когда показал фото с поцелуем. Что он скажет Хосоку, если тот захочет узнать о их отношениях больше? У него нет оправданий. Только голая правда, которую он сам признать не в силах. — Ты сказал, что любишь меня? — брюнет говорит тихо и пристально смотрит, приподнимая уголок губ. Смотрит в самую душу и от этого Тэхену только хуже. Он запомнил только это? Запомнил специально, чтобы заставить Кима засмущаться на ровном месте? Это жестоко. Ким даже не знает, что ответить. Разве он может ответить честно? — Я… — Эй, ребят, сколько можно спать?! — пронеслось за дверью достаточно громко, чтобы прервать их вечерний разговор. — Выходите на улицу, мы ждем!

«Как всегда вовремя…»

***

Хосок следил за костром, пока Юнги готовил мясо на углях. Мин живет один, поэтому он с легкостью может что-то приготовить на скорую руку, как и его хозяин. Чон занимается раменом и выносит горячие напитки для парней, которые веселятся в сугробах, стараясь отвлечь себя от дневного разговора с подчиненными. Что-то тут не так. — Чимин-на! — воскликнул Тэхен и побежал на встречу парню. — Тэхен-на! — Чимин сорвался с места и побежал к другу, попутно разводя руки в стороны. Парни крепко вцепились в друг друга и упали в сугробы, начиная перекатываться, громко кричать и смеяться, попутно пытаясь закопать друг друга в снегу. Позже к ним присоединился Чонгук, заливаясь ярким смехом и забывая про свое вечное смущение. — Ничего не хочешь мне сказать? — тишину за костром нарушил Юнги, щипцами подхватывая мясо и разделяя кухонными ножницами на более мелкие кусочки, чтобы можно было добавить в рамен. — Ты о чем? — Хосок добавляет специи к рамену, который готовится на отдельном небольшом костре, тщательно перемешивая. — Ну, например, что мы действительно здесь делаем? — на этот раз Юнги посмотрел на своего до одури доброго начальника и друга, пытаясь хоть что-то прочитать по глазам. Хосок мастерски прячет переживания под масками. Он управляет семейным делом и на это он руку уж точно набил. Лидер не должен показывать плохие эмоции, чтобы не вызывать у команды неуверенность и волнение. — Не понимаю, о чем ты говоришь, — Хосок лишь плечами пожимает и снимает рамен с костра, перемещая на небольшой столик, которые парни вынесли для них из домика. При таком огне он готовится очень быстро. — Хосок, я знаю все твое расписание вдоль и поперек, — Юнги держит мясо еще какое-то время, затем перемещает на пластиковую посуду, которая, позже, оказывается на столике рядом с раменом. — Ты загружен на всю эту неделю и следующую, но парням ты сказал, что свободен. Ты перенес все встречи лично. Почему не сказал мне? Это как-то связано с твоим братом? — Юнги, — Хосок тяжело вздыхает и наконец поднимает взгляд на друга. Он устал. — нам нужно было уехать туда, где семья Чон не имеет значение. Чонгука ищут и причем очень активно. — Почему его ищут? Нет, не так, — Юнги говорит спокойно, сдержанно, стараясь не проявлять настоящих чувств. Так бы он накрыл матом своего начальника, не смотря на всю важность его персоны. Сдерживают его беззаботные парни, лепящие из хрустящего снега снеговика в десятке метров от них. — Почему его не выпускали столько лет? Я рылся в архивах родильного дома и не нашел ни одного упоминания о Чон Чонгуке. Ни одного документа. Его словно…не существует. — Все намного сложнее, чем ты думаешь. Чонгук-ки… Он необычный мальчик. Да, он многого не знает в силу своего развития в четырех стенах, но помимо этого… — ярковолосый переводит взгляд на младшего брата и не сдерживает улыбку, когда замечает его счастливые сверкающие глазки. Хосоку не нужно много. Он всего лишь хочет видеть брата таким: с яркой улыбкой, с громким детским смехом, с солнечными улыбающимися глазками и такой невинной наивностью. — Ты знаешь, что я на твоей стороне. Что бы ты ни сказал, — Юнги кладет ладонь на плечо старшего Чона, сжимая тонкими пальцами и чуть встряхивая. — Ты можешь мне рассказать. Я помогу тебе спасти его. — Это сложно объяснить словами. Тело Чонгука, весь его организм… — Хен, хен, смотри! — на высоких нотах зовет Чонгук, указывая пальцем на огромного снеговика, которого он сделал вместе с парнями. — Он почти моего роста! Правда, красивый? — Очень красиво, Огонек! Сможешь найти ему руки и глаза? Не забывай, он должен еще улыбаться! — Хосок поднимает большой палец вверх и умиляется с того, как его младший братик побежал на поиски последних частей, еле как передвигая ногами из-за снега. — Если не можешь объяснить, то покажи, — не унимается Юнги, устремляя взгляд на Чимина. У него сердце болит по-своему. — Лучше скажи мне, что у вас с Чимином, — ярковолосый растягивает губы в ухмылке и расставляет пластиковую посуду на столике. — Долго ты будешь кусаться? — Между нами ничего нет и не будет, — кинул Юнги, опуская взгляд, когда Чимин заметил его. — Юнги, ты вроде умный, но в то же время такой глупый. Ты даже не замечаешь, как он смотрит на тебя. Он хочет поговорить с тобой, а ты бегаешь от него. Мин молчит, не отрицает. Признает то, что сбегает как девчонка. А все потому, что он боится узнать ответ. — Ты ему не безразличен. Завтра же поговори с ним, понял? И хватит притворяться натуралом, а то уволю, — Хосок подмигнул другу и ярко улыбнулся, отходя от столика к парням. — Сделайте перерыв и покушайте! Бегом, а то остынет! Парни оставили дела со снеговиком на потом и побежали к столу на перегонки, попутно пытаясь сбить друг друга с ног. Все трое заразительно смеются и заставляют смеяться самого Хосока. Уже за столом Чонгук успевал есть и еще показывать фотографии, которые научил его делать Тэхен. За фронтальную камеру отвечал Чимин. На фотографиях парни использовали множество забавных гримас и масок, которые скачал Чонгуку Чимин. Брюнет даже смог заснять видео столкновения Тэхена с Чимином и их дальнейшие войны с использованием снежных «гранат». Видео заканчивается на нападении жестоких воителей на оператора. Такие воспоминания рассмешили самого Юнги. Хосок не забыл о просьбе Чонгука, поэтому они успели пожарить зефир на костре. Чонгук не помнил о ней, но и без этого был счастлив. Он даже предложил сделать групповое фото с зефирками на палочках. Чонгук успел привыкнуть к новой компании благодаря Хосоку и теперь он не боится искренне смеяться. Но все еще пытается ужиться с Чимином, который лезет с непонятными вопросами по поводу Тэхена. Один раз он услышал что-то похожее на угрозу в свою сторону. «Если ты бросишь его, то больше не вспомнишь своего имени» — сказал он тогда. На это Чонгук задал: «А почему я его забуду?». Недоумению Чимина не было предела. Вопрос остался без ответа. Каждый из них нуждался в этой поездке.

***

«Он собирался пройтись по местным магазинам» — сказал Тэхен Юнги, увлеченный своим гардеробом. Сам он тоже собирается в магазин. У них еще есть время до отъезда. Очередным сюрпризом Хосока является горнолыжный курорт, к которому они должны хорошо подготовиться. Но Юнги на этот счет не заморачивается. Сейчас ему важно не это. Перед сном он бесчисленное количество раз прокручивал разговор с Хосоком о Чимине. И что самое необычное, Мин вернулся в общую комнату к Чимину. Сделал он это тогда, когда Пак уже спал. Ему повезло, что комната не была закрыта на ключ. Смотря на спящего Чимина он все репетировал и репетировал заготовленную речь. Хотел поговорить с ним утром после пробуждения, но когда Мин открыл глаза, заметил лишь пустое место рядом. Чимин ушел не тронув его. Юнги такое поведение Пака сильно удивило. Поэтому он сразу посетил комнату напротив — Тэхена. После небольшой подсказки от Кима Юнги переоделся и вышел на поиски, возвращаясь к репетиции. Сначала объяснит свое поведение, потом извинится и затем…признается. Больше нельзя оттягивать. Хотя Юнги проще выстрелить в кого-нибудь чем признаться в своих чувствах Чимину. Уж слишком сложно переступить через себя, но попробовать он должен. После такого разговора подколов Пака не избежать. Юнги даже в глаза ему посмотреть не сможет. Начнет заикаться, дрожать, не спокойно стоять на месте и глупо размахивать руками в разные стороны. Будет делать все, лишь бы не смотреть в эти глубокие добрые глаза. А если посмотрит вниз, то захочет откинуться. Ведь там уже пухлые губы, о которых Мин тайно мечтал уже очень долго. Иногда он думал: «Каково же целовать такие губы? Наверное, это очень мягко и приятно.». Об этом он и сейчас думает, отвлекаясь от репетиции. Сигнал автомобиля и крики водителя на норвежском языке выбили Юнги из собственных мыслей. Он даже на дорогу забыл посмотреть перед тем как переходить ее. Но разъяренный водитель в какой-то степени помог ему. Чимин был около в двадцати метрах от Юнги. Говорить еще не начали, но один взгляд на спину Пака уже заставил его дрожать. Как бы ему не хотелось, а скорость шага пришлось прибавить. Мин не должен его упустить из виду. Юнги перебегает дорогу и сокращает расстояние еще на десять метров. Когда Чимин оборачивался, Мин прятался за ближайшим углом неизвестного ему магазина, переводя тяжелое дыхание. Он уже нервничает и волнуется. Осталось пять метров. — Давай же, соберись… Сколько тебе лет то в конце концов? — сам себе шепчет сероволосый и выходит из-за угла какого-то ресторана, застывая на месте. Чимин улыбается, мило говорит что-то на ломанном английском, смеется, касается, шутит…но не ему. Какой-то иностранный парень флиртует с его Чимином. Этот парень заставляет Чимина смеяться и улыбаться так нежно, как Пак еще не улыбался ему никогда. Он опоздал. Чимин снова кем-то занят, а слова Хосока больше не имеют смысла. Фигура Пака отдаляется от него вместе с тем парнем. Мин сжимает пальцы в кулаки и опускает голову, тяжело выдыхая. — Какой идиот, — процедил сероволосый и развернулся, направляясь к дому. Эта была глупая затея. И такой как Чимин ни за что не посмотрит на такого как Юнги. Они полные противоположности друг друга. Паку нужен какой-нибудь энергичный тусовщик и полная оторва, а Юнги…совсем не такой. Мин предпочитает проводить свободное время дома, выпивая в одиночку или с Хосоком, когда тот приходит. Чимину не нужен Юнги. Глаз Хосока подвел своего хозяина.

***

— Спасибо, что показали дорогу, — вежливо обращается Чимин к приятному молодому человеку и на прощанье дарит теплые объятия. Пак решил выйти пораньше, чтобы пройтись по магазинам и выбрать парочку сувениров. Юнги он хочет что-то подобрать в первую очередь. Но пока не определился с выбором. Мин не позволяет знать о себе что-то больше своего имени, поэтому возникли трудности с подарком. Чимин был очень удивлен, когда увидел под боком серую макушку, мирно посапывающую в подушку. Юнги вернулся к нему и это подняло настроение. Пак боялся разбудить его, но все обошлось. Синеволосый смог поцеловать Мина перед уходом, не получив в спину ни одного матерного слова. Если Юнги тоже в хорошем настроении, то подарок (какой бы он ни был) ему точно понравится. Вот только его осталось найти.