Blue & Grey

Чонгук внимательно пялится на открытую книгу на всё той же странице уже минут десять. В голове крутится всего лишь одна мысль — где-то я слышал это уже. Он пытается думать, отбрасывая какие-то тупые доводы о том, что случилось несколько дней ранее. Он хочет сосредоточиться на книге, которую нужно прочитать для абсолютного изучения темы для экзамена, но всё, о чём он только может думать — это голос, который показался таким знакомым, слушав выступление друга Сокджина. Чонгук всё-таки решает признать, что у него ни в какую не получится почитать книгу, отбрасывая ту на прикроватную тумбу. Он откидывается на кровать, плюхаясь головой на холодную подушку. Его голова разрывается от каких-то тупых мыслей, давя тяжелым грузом на разум парня. Чонгук прикрывает глаза и со вздохом пытается откинуть все мысли, чтобы провалиться в безмятежный сон. Но вскоре, после сотни безрезультатных попыток он понимает, что и уснуть — не лучший вариант в данной ситуации. Парень потягивается к телефону, разочарованно выдыхая, когда понимает, что уже час ночи. — Чёрт, — он приседает на кровати, зарывая голову в руки и нервно дыша. — Такими темпами меня точно выгонят из универа. Он встаёт с кровати, направляясь в ванную комнату. Чонгук хватается за раковину обеими руками, смотря на себя в зеркало и рассуждая, когда же его жизнь стала сущим адом. — Почему всё так дерьмово? — он задаёт риторический вопрос в пустоту, который раздаётся еле слышным эхом, отбиваясь от стен комнаты. Чонгук умывает своё лицо ледяной водой, не получая ровным счётом никакого результата. Он, без раздумий, даже не предпринимая никаких попыток остановить поток воды из крана, садится на холодную плитку. Парень окидывает себя жалким взглядом, понимая, что его сейчас неистово тошнит от самого себя. Он хватается руками, подтягивая к себе ноги и кладя на скрещенные руки на коленях свою голову. Чонгук сидит в таком положении долгое время. Единственное, что заставляет перестать терзать себя бессмысленными мыслями — это ощущение мокрого пола. Он оглядывается, приподнимая голову и замечая, что сидит в луже ледяной воды, сразу же подскакивая и закручивая кран. — Господи, что я наделал, — парень с экстренной скоростью хватается за любые тряпки и полотенца, висящие на вешалке около стиральной машины. Чонгук принимается вымачивать всю воду, но из-за подступающей паники всё покрывается слоем тумана и он, не соображая, что нужно делать, когда устраиваешь потоп, пытается хоть как-то уменьшить объём воды. Он замечает, как вода понемногу впитывается меж плиток, просачиваясь сквозь все щели вниз к соседям. — Чёрт, чёрт, чёрт, — проговаривает тот себе под нос, хватаясь за голову и отходя от ванной комнаты. Ко всему общему, на его голову начинает давить ещё и дверной звонок, не прекращающий звонить уже какую минуту. Он стоит в проходе между ванной и коридором, только замечая, что всё это время у него была полная воды раковина, которая начинает всё больше изливаться, добавляя воды на плитку. Чонгук несказанно нервничает, понимая, что сам во всём виноват, что сам был невнимателен. Что с ним вообще в последнее время? Ощущение, будто вся его жизнь решила превратиться в кошмар, подкидывая страхи со всех сторон, чтобы костёр из нервов Чонгука горел всё ярче и дольше. Чонгук держится до последнего; он не проронил ни слезы, даже когда открывал дверь взволнованным соседям снизу. Даже тогда, когда они кричат на него из-за того, что он уже который раз топит их. Даже тогда, когда они, угрожая полицией и штрафом, ударяют его. Он остаётся непреклонен, до того момента пока они не упоминают соулмейта. — Да кому ты нужен будешь? — женщина всё также продолжает ругать его, как провинившегося сына, пока её муж пытается прекратить потоп квартиры. — Не завидую твоему соулмейту. Ты неблагодарный малец, ещё ничего не знаешь об этой жизни, — она направляет на него взгляд, полный злости. — Посмотри на меня, — она хватает его за подбородок, резко приподнимая голову на себя. Чонгук, неприятно щурясь, смотрит на неё нечитаемым взглядом, желая только, чтобы этот кошмар быстрее закончился. — Извините, — проговаривает он дрожащим голосом, смотря ей в глаза. — Тебя никто не полюбит — запомни мои слова. Ты неблагодарный, иди вымачивай воду! — она толкнула Чонгука в сторону ванной. Тот, не проронив ни слова, со слезами на глазах старался помогать хоть чем-то, понимая, что ничего толкового сейчас всё равно не сделает.

***

Чонгук выбегает из квартиры, уже даже не пытаясь скрыть поток горьких слёз. Он вдыхает в полную грудь свежий воздух, выдыхая вместе с ним холодную тягость одиночества. Он поднимает глаза на звёздное небо, неприятно щурясь от яркой луны в полнолуние. Парень, забыв даже телефон и выйдя всего лишь в тонкой толстовке в прохладный зимний вечер, даже не замечает холода и дрожащего тела. Чонгук приземляется на лавку в парке и, оглядываясь вокруг, не замечает ровным счётом ни одной живой души. Разве что чёрную ворону, клюющую что-то в земле и смотрящую на Чонгука. — Как же всё надоело! — Чонгук срывает свою злость на безобидно лежащем камушке около лавочки, пихая того со всей силы. Он наблюдает за тем, как камень пролетает довольно-таки большое расстояние, приземляясь около огромного дуба. Парень решает подняться, пытаясь дойти к дереву в полумраке, освещенным лишь уличными фонарями. Чонгук без особых препятствий преодолевает расстояние от лавочки к дубу, подходя к тому и замечая маленькую белочку, сидящую на дальней ветке. Чонгук не замечает, как губы слегка приподнимаются в полуулыбке, когда та начинает беззаботно есть орешек, почему-то не убегая. Парень решает не приближаться, чтобы не спугнуть её. Был бы у него сейчас телефон или фотоаппарат — он бы обязательно запечатлел эту прекрасную картину. Чонгук разворачивает голову, решая уже отойти от дерева и дать бедной малышке покушать без нервов. Но как только он отходит на пару шагов, то замечает силуэт в капюшоне, развёрнутый к нему спиной. Похоже, думает Чонгук, этот человек выгуливает собаку, судя по длинному поводку и бесконечным скитаниям с одной стороны в другую. Чонгук смотрит на эту картину, тепло улыбаясь: собачка начинает гавкать на своего хозяина, а тот в свою очередь подбегает к ней, аккуратно беря её на руки. Чонгука в миг накрывает семейной атмосферой, поэтому он подходит к человеку с поводком и, направляя свой взгляд на милую собаку, спрашивает можно ли погладить её, на что получает неуверенный положительный ответ. Чонгук опускается на колени, нежно трепля собачку за ушком, поглаживая длинную белую шерсть. — Папильон*? — спрашивает Чонгук, не отрывая взгляда от маленькой собачки, виляющей хвостиком из-за приятных поглаживаний парня. — Да, — отвечает до боли знакомый голос. Или это ему кажется. В любом случае, Чонгук спихивает всё на усталость, продолжая гладить собачку, мило улыбаясь при этом, и испытывая не меньше удовольствия, чем сама малышка. — Как зовут? — Мицу, — отвечает хозяин, направляя изучающий взгляд на Чонгука. — Красивая, — говорит он, наконец поднимая голову и видя знакомое лицо. — Тэхён? — Чонгук? Они в унисон говорят, в миг заливаясь смехом от ироничности ситуации и смотря друг на друга будто впервые. — Извини, конечно, но с каких пор у тебя есть собака? — спрашивает Чонгук, привставая и смотря в Тэхёну в глаза. — Родители вчера подарили, и вот, мы решили прогуляться, правда, Мицу? — он наклоняется, почесывая щеночка за ушком. — А ты как здесь? — спрашивает Тэхён, возвращаясь в исходное состояние и начиная легкую, медленную ходьбу. — Тоже прогуляться решил, — врёт Чонгук, стараясь поддерживаться тэхёнового ритма. Тэхён мягко хмыкает, и они продолжают идти в приятной тишине, прерываемой лишь звонким стуком дятла о дерево, мелодичным пением птиц и выдохами бегущей собаки перед ними. Наконец, Чонгук решает вырваться из мыслей, и нарушить сладкую тишину. — Почему Мицу? — спрашивает он, неприятно съёживаясь от внезапно появившегося холодного ветра. — Ну, изначально я хотел назвать её Ушастик, но потом подумал, что будет как-то банально, — тепло отвечает Тэхён, смотря на внимательно слушающего Чонгука. — Ну, в общем, и я вспомнил, что с японского ушастик будет Мимицука, — говорит тот, выдыхая холодный воздух и убыстряя ход. — Так что, фактически её зовут Ушастик, правда по-японски, — приятно улыбается он. — То есть, её полное имя — Мимицука? — спрашивает Чонгук, зарываясь носом в чёрную толстовку. — Получается так, — отвечает Тэхён, подмечая, что они как раз дошли к его дому. — Может, зайдёшь? — спрашивает он, подходя к подъезду. — Та нет, я домой пойду, — отвечает Чонгук спустя несколько секунд размышлений. — Я настаиваю, — говорит Тэхён, якобы намекая, что не терпит возражения. — Куда ты пойдёшь такой холодиной? Тем более уже скоро утро, так что поспишь у меня. Чонгук ничего не отвечает, лишь кивая в согласии, и заходя в приоткрытую для него дверь в подъезд.

***

Они сидят за столом, пока Мицу перепрыгивает с одних колен на другие. Тэхён всё-таки встаёт со стула, подходя к кипящему чайнику и заваривая им обоим чай. — Ты очень красиво поешь, — выпаливает Чонгук, смотря на дрогнувшую руку Тэхёна. — Спасибо, — младший подходит к столу и, кладя около Чонгука чай, приятно улыбается на неожиданный комплимент, присаживаясь напротив. Далее кухня покрывается слоем неловкой тишины, преследуемой лишь глотками чая и топотом маленьких лапок. Они лишь иногда неловко поглядывают друг на друга, всё никак не решаясь завести разговор. Чонгук допивает чай, благодаря Тэхёна за вкусный напиток. Тот, в свою очередь, бросает недопитый чай, вставая со стола и направляясь в гостиную, чтобы постелить Чонгуку. — Ты будешь в гостиной спать или, может, хочешь в моей спальне? — спрашивает Тэхён, доставая запасную простыню из шкафа, которую привезли родители совсем недавно в дополнении к Мицу. — Что? — Чонгук направляет непонятный взгляд на Тэхёна, думая не послышалось ли ему. — А, я имею в виду, — Тэхён кладёт простыню на диван. — Если тебе не нравится здесь, то я могу лечь в гостиной, а ты пойдёшь в мо… — Да, я понял, — перебивает Чонгук, подходя к Тэхёну и, беря в руки простыню, сам начинает застилать постель. — Я здесь буду. — Что ты делаешь? — Тэхён направляет взгляд на Чонгука. — Давай я застелю, в конце концов, ты — гость, — говорит он, в ответ получая лишь игнорирование просьбы. — Чонгук! — Тэхён подходит к тому, практически вырывая из рук уже почти заправленную простыню. — Я сам могу, — отвечает тот, легко отталкивая Тэхёна и застилая диван в одиночку. Тэхён, бормоча себе что-то под нос, садится в кресло, не отрывая взгляда от Чонгука, на которого как раз светили первые лучики восходящего солнца. — Ты и так достаточно сделал. Спасибо, — Чонгук заканчивает заправлять себе простыню, присаживаясь на диван и поправляя волосы, думает насколько же сейчас ужасно выглядит. — Принести тебе запасную одежду? — Тэхён выходит из-под гипноза под названием «Чонгук», и встаёт с кресла, направляясь к шкафу с одеждой. — Если не сложно, — говорит тот, направляя взгляд на прибежавшую Мицу. — Мицу, уйди оттуда! — Тэхён подрывается к щенку, забирая её с дивана, на котором должен спать Чонгук. — Да пусть полежит. Я не против, — говорит Чонгук, приятно улыбаясь в сторону весёлой собаки, прогибающейся под гладящую руку парня. — Извини, это всё, что я нашёл, — Тэхён кладёт свою серую футболку вместе с объемными спортивками, в которых он раньше бегал по утрам. — Это более, чем достаточно, — говорит Чонгук, привставая с кровати и подходит к лежащим вещам, провожая взглядом убежавшую Мицу. — Спасибо. Тэхён кивает в ответ, со вздохом присаживаясь на ранее пустое кресло и направляет жутко уставший взгляд на снимающего толстовку Чонгука. — Ты так и будешь смотреть на меня? — спрашивает он, оставаясь в одной лишь майке и смотря в упор на вмиг смутившегося Тэхёна. — Прости, — он выбегает из комнаты, предварительно хлопнув дверью. Чонгук посмеивается с реакции парня, переодевшись в тэхёновы вещи, подмечая, что у них практически одинаковый размер одежды. Он плюхается на диван, в миг укрываясь одеялом и, приятно улыбаясь, переворачивается на бок и, щурясь от светящего солнца, накрывается одеялом с головой, в мгновении засыпая уставшим после бессонной ночи.

***

Чонгук неприятно кривится от окончательно взошедшего солнца. Он хватается за подушку, накрывая ею половину лица. Парень пытается уснуть, даже не предпринимая никаких попыток открыть глаза до тех пор, пока не вспоминает, что в его комнату не светит солнце из-за удачного расположения и темных штор. Чонгук приподнимает веки, отбрасывая подушку в сторону и, оглядываясь по сторонам, вспоминает произошедшее, с разочарованным вздохом приподнимаясь в сидячее положение. Он, много раз думая, стоит ли, всё-таки встаёт с кровати и неприятно скрипя дверью выходит за границы гостиной. Чонгук слышит горелый запах, исходящий с закрытой кухни. Он аккуратно открывает дверь и видит перед собой испуганные глаза, стоящего около дымящей плиты, Тэхёна. — Что случилось? — спрашивает Чонгук, подходя к испуганному Тэхёну. — Я хотел приготовить нам вкусный завтрак, — отвечает он, понуро опуская голову. Чонгук тихо посмеивается с парня — в такие моменты он выглядит слишком милым. Он подходит к плите, убирая немного газ и, открывая окно, проветривает кухню. — Я разбудил тебя? — спрашивает младший, присаживаясь на стул и, смотря на готовящего что-то Чонгука. — Да нет, — говорит он, полностью увлекаясь в процесс готовки. — Где у тебя соль? Тэхён встаёт, подходя к нужной тумбе и доставая оттуда всё, что диктует Чонгук. Он подходит к нему, спрашивая, чем может быть полезен. — Хочешь, научу тебя готовить моё фирменное блюдо? — с ноткой смеха говорит Чонгук, поворачивая заинтересованный взгляд на Тэхёна. — Конечно, — улыбается тот, подходя ближе и смотря на говорящего что-то Чонгука, зацикливаясь лишь на его губах. — Понял? — спрашивает Чонгук спустя минуту после того, как закончил объяснять Тэхёну. Тот неловко поднимает взгляд с губ на глаза, неуклюже улыбаясь и кивая головой в подтверждении. — Отлично. Тогда давай приступим к практике. — Тэхён опять кивает головой как болванчик, смотря на то, как Чонгук начинает что-то нарезать, сопровождая процесс готовки интересными рассказами из жизни. Тэхён во время процесса, кажется, улыбался больше раз, чем за этот месяц. Он чувствует себя безмятежно и так… правильно рядом с Чонгуком. Они кидают друг на друга взгляды, иногда посмеиваясь, но следя за готовкой. Тэхён хотел бы всегда проводить так своё утро. Желательно, с этим же человеком. К сожалению, время пролетает слишком быстро и сейчас они сидят за столом, готовясь попробовать совместно приготовленное блюдо. Чонгук первый кладёт в рот поджаренное мясо и, делая небольшую паузу, приятно хмыкает, закатывая глаза в наслаждении. Тэхён повторяет его действия, пуская комментарий, что получилось слишком вкусно. — Думал, будет хуже, — улыбается Чонгук, закидывая в рот кусок хлеба. — А как называется? — посмеиваясь, спрашивает Тэхён и делает небольшой глоток воды с рядом стоящего стакана. — Никак. Просто закидываешь все продукты из холодильника, примерно прикидывая, что с них может получится, — отвечает Чонгук, пожимая плечами. — Называй, как хочешь. — Хорошо, — отвечает тот, приятно посмеиваясь. Они доедают, и с радостным вздохом после сытного обеда вместе приземляются на диван в гостиной. — Хотел бы я так каждое утро проводить, — говорит Чонгук, в миг загораясь желанием ударить себя за то, что слишком много говорит. — И я, — выпаливает растерянный Тэхён. Они неловко смеются, понимая, что оба сболтнули лишнего. Слава богу, это неудачное представление прерывает рингтон тэхёнового телефона. Тот, говоря, что сейчас придёт, направляется в свою комнату и, видя светящееся на дисплее «Джин-хён», возвращается обратно в гостиную, присаживаясь около Чонгука. — Привет, проснулся? — спрашивает Сокджин на другом конце. — Ага. — Тэхён ставит телефон на громкую связь. — Ты как там? — Я с Чонгуком, — отвечает парень, кидая взгляд на сидящего рядом парня. — Оу, — выдыхает хён с неопределённой интонацией. — У вас всё нормально? — Всё отлично, хён, — отвечает Чонгук, откидываясь на спинку дивана. — Я рад, — отвечает тот, немного выдавая свой нервный голос. — В общем, Тэхён, есть хорошая новость. — Какая? — Тэхён загорается, расширив глаза. — Я ещё не говорил Хосоку, но полиция сообщила, что они выяснили номер машины виновника в аварии, — говорит Сокджин, привставая с кровати. — Знаю, это совсем ничего, но они правда стараются побыстрее выяснить, кто это. — Надеюсь, скоро дело подойдёт к концу, — наконец подаёт голос Тэхён, не понимая радоваться ему или грустить. — И я, — говорит Сокджин, осторожно открывая дверь своей спальни, выходя в коридор. — Я сейчас скину тебе номер машины, если хочешь. — Да, конечно, — говорит он, прощаясь с хёном. Чонгук смотрит на него непонятным взглядом и привстает. — Ты почему расстроен? Это же хорошо. — Не знаю, — начинает он, — просто, предчувствие какое-то… — говорит Тэхён, прерываясь из-за звука пришедшего сообщения и, со вдохом открывая его, пялиться на телефон, видя номера машины, — плохое. Тэхён не до конца понимает, что это. Он в какой уже раз моргает в попытках развидеть другие номера. Но как не пытайся, ничего не получается. — Что там? — спрашивает взволнованный Чонгук, видя, что на Тэхёна лица нет. — Тэхён! — он повышает голос, направляя на того волнующийся взгляд. — Соён, — тихо шепчет тот, смотря на стену и будто не слыша чонгуковых вопросов. — Там номера машины Соён, — говорит, не до конца веря в это. Значит, это она его сбила. Из-за неё Хосок пролежал неистовую кучу времени в больнице. Это из-за неё Хосок не смог станцевать на концерте. Именно из-за неё он не может нормально ходить. — Ненавижу! — Тэхён грубо отталкивает Чонгука, выбегая из квартиры и игнорируя всё вокруг.