Занимательная биохимия оборотней

- Одно из семи моих личных имен действительно Орландо. Но в роду, которому я имею честь принадлежать, не было эльфа с именем Блум. Не хотелось бы вас разочаровывать, и все же я не сомневаюсь, что это не эльфийское имя. В любом случае оно не может принадлежать к моему родовому. Искренне сожалею, однако вы ошиблись. - Он не ошибся, он пошутил, - со строгой миной доложил Элька. - Спасибо за разъяснение, - на полном серьезе поблагодарил эльф. - Обращайся, если что! – великодушно разрешил суккуб, уже раскатавший губки на доступ к эльфийскому телу, точнее – к энергии, а потому вознамерившийся во чтобы то ни стало подружиться с гостем. – Меня зовут Эльвин. Это Эрлих, ближайший друг и бывший наставник наместника, - парень сопроводил свои слова характерным жестом в сторону вампира. – Это – Тимур, - последовал еще один жест, - эээ, сейчас, видимо, домашнее животное наместника. Рысь глухо зарычала, эльф вспыхнул до кончиков острых ушек – в отличие от всех остальных он понял, что сказал хамливый кот, хотя некоторые слова услышал впервые. - А это, собственно, сам наместник Явленский. - Я рад узнать ваши имена, - поборов смущение, торжественно сообщил Орландо и добавил, глядя на Олафа: – У меня к вам письмо от мастера Гырка, наместник. - Может быть, мы уже пойдем куда-нибудь из коридора? – поинтересовался вампир, наконец-то вспомнив о роли хозяина. На кухне увеличившаяся компания поместилась не без труда, но с максимальными удобствами – каждому достался стул и чашка горячего чая. Впрочем, Эолло тут же отправили готовить всем завтрак, а Тимур, который стулья и чай в кошачьем обличье не очень жаловал, разместился на подоконнике. Дед в своем послании был привычно лаконичен. Собственно, размашистая подпись занимала большую часть листа, а сама записка гласила: «Присмотри за мальчиком». - Н-да, - потер кончик носа Олаф и передал листок Эрлиху. – Могу я вас называть Орландо? - Полагаю, что да. - Что ж, Орландо, расскажите, что заставило вас покинуть общину? Эльф смущенно опустил длинные ресницы: - Мне стыдно это признавать, но основная причина заключается в моем любопытстве. Подняв глаза на вампиров и поймав их за недоуменным переглядыванием, гость счел нужным пояснить. - В середине августа я вступил в Возраст ответственности за первую ошибку. Для меня пришло время отправиться в путешествие, чтобы найти себя и свое место в жизни. Традиционно мужчины из нашей семьи уезжали на историческую родину, в Ирландию, где в общине Истинного пути постигали свое предназначение. Однако отец моей матери, которая происходит из рода, известного своей эксцентричностью, возглавляет Стокгольмскую школу охотников. Я не стану вас утомлять подробностями, довольно будет сказать, что дед предложил мне стать учеником и получил мое согласие, потому что меня всегда привлекали обычаи других рас. Возможно, по большей части такое влияние на меня оказали рассказы деда о его приключениях, которые поразили мое воображение в детстве, когда он гостил у нас, приезжая, чтобы навестить свою дочь. Но глава нашего рода привел достойный аргумент, что прежде, чем совершить ошибку, на которую я теперь имею право, лучше сначала научиться ошибаться менее кардинально. Он связался с мастером Гырком, который, в память об услуге, оказанной моим предком вашей семье, весьма радушно оказал мне гостеприимство прошлой ночью. - И как вы утром оказались у меня? – не то что бы Олафу действительно было интересно, он уже понял, что дед по своему обычаю избавился от очередного геморроя, убедив его, что на заднице наместника ему будет лучше. Просто ритуал светской беседы обязывал. - Мастер Гырк поставил меня в известность, что в доме его внука, то есть вашем, живет ученик охотника, господин Какойта, и что он может лучше, чем кто бы то ни было, рассказать о дороге, которую я планирую избрать для себя. Также мастер Гырк убедил меня, что вы будете рады оказать мне гостеприимство, если меня не смутит, что вы проживаете в небольшой квартире, расположенной в довольно шумном месте. Я заверил вашего уважаемого деда, что бытовые трудности – не самая серьезная неприятность, которая может поджидать эльфа из хорошей семьи на пути самопознания. Тогда мастер Гырк предложил мне воспользоваться услугами своего шофера, и вот я здесь. - Ясно. Надеюсь, моя гостевая комната вас устроит, – смирившись со своей участью, сообщил Олаф. – Там на подоконнике даже должна быть пара растений в горшках, если Эльвин не забывал их поливать. Не заповедный лес, конечно, но все природа. Ответить Орландо не успел. - Те два кактуса-мутанта, которым ты сейчас польстил, называя растениями, я отнес Эльвире Карловне, - вклинился Эолло, – даже они имеют право на существование! А эльфы, насколько я знаю, вполне приспособлены к жизни в городе. Гость кивнул, подтверждая информацию суккуба. - А если Ланику нужно будет пообщаться с природой, можно будет подселить к нему Тимура. Заодно пообщаются, как ученик охотника с будущим учеником, - ехидно добавил Эльвин. Обоим потенциальным сожителям идея явно не пришлась по вкусу: Мурчик показательным зевком продемонстрировал обнаглевшему пацану размер своих клыков, а эльф заметно побледнел и даже пропустил мимо ушей то, как его назвали, переваривая известие о том, что вредный кот и есть тот человек, ради которого он приехал. Слова главы рода о необходимости научиться делать менее судьбоносные ошибки приобрели осязаемый практический смысл. Потому что если на самом деле охотники вот такие, то… дальше мысль оформляться отказывалась, так что эльф благовоспитанно предался бессловесным эмоциям – не уподобляться же этому животному в выражении своих душевных переживаний. - Тогда решено. И, Элька, раз ты такой специалист по эльфам, поработаешь гидом для Орландо. Сначала покажи комнату, а потом прогуляйтесь по городу. Одежду нормальную купите, что ли… Довольный оборотом дел суккуб мысленно потирал лапки, под локоток утаскивая с кухни продолжавшего страдать от своей тонкой душевной организации Орландо. - Еще один подросток на мою голову, - фыркнул Эрлих. - Это почему на твою? Дед мне его прислал. И к тому же я давно не подросток, - обиделся Олаф. Эрлих не счел нужным комментировать возраст своего воспитанника и его относительность в плане фиктивности умственной деятельности последнего, но его мысли легко прочитались по лицу. - А я, собственно говоря, собирался остаться у тебя. Наместник удивленно приподнял бровь, и вампир пояснил: - Ну, я очень люблю Мартишу, и Эльвиру, ты знаешь, я очень уважаю. И Мартишину маму, конечно, тоже. И даже против сестры Мартиши ничего не имею. Но не когда они собираются все вместе! - О, моя мама уже к вам переехала? Что-то рано. - Как же, первый триместр – это самое важное время! – язвительно кого-то процитировал Эрлих. - Ясно. Кабинет в твоем распоряжении. Диван раскладывается. Где взять постельное белье – знаешь. Последняя реплика Олафа вызвала у Тимура иррациональное желание нагадить Эрлиху в ботинки. Затем кот окинул оценивающим взглядом удаляющуюся спину эльфа, и список жертв планируемого теракта увеличился еще на один пункт. - По-моему мне пора менять жилье, - ворчливо резюмировал Олаф, глядевший в ту же сторону. – Это уже не квартира, а паноптикум какой-то… Рысь, выражая полное согласие и предлагая моральную поддержку, положил ему лапу на колено. *** До полуночи ни Эльвин, ни Орландо не вернулись, поэтому открывать двери делегации оборотней, благовоспитанно явившейся через полчаса после того, как часы пробили двенадцать, пошел Эрлих. Олаф заблаговременно занял место за внушающим трепет письменным столом в кабинете и изо всех сил изображал наместника. Проводив гостей до места, Эрлих присел на подоконник по левую руку от бывшего воспитанника, и на его плечо тут же пристроил голову Мурчик, наблюдавший в окно за въездом кортежа перевертышей во двор. Худая высокая женщина с узким резким лицом и полуседой головой, как ни странно не добавившей ни года к тем беззаботным тридцати, на которые она выглядела, без лишних слов заняла диван – с королевским видом сев ровно по середине – и деловито стала набивать изящную трубку. Тимур про себя хмыкнул: если Каныштар таким образом пытается отвлечь внимание от черной пиратской повязки, закрывающей ее левую глазницу, то это – дохлый номер. Окирэ же выглядел полной противоположностью главе К-ских оборотней: низкорослый, коренастый, с ежиком густых белоснежных волос, в демократичной джинсе. Мужчина разместился в большом кресле прямо напротив Олафа и, с удовольствием проведя по кожаному подлокотнику удивительно красивыми пальцами, начал с любопытством осматриваться вокруг. Свиты обоих остались в машинах. Только за дверьми кабинета памятниками самим себе замерла пара телохранителей – по одному от каждой из высоких сторон. Наконец, трубка была раскурена, и одноглазая волчица тихо сообщила, разбив сгустившееся до стеклянного звона молчание: - Ты знаешь, чего мы хотим, наместник. Дашь ли ты требуемое? - Ты хочешь одного, а твоя волчица другого, - улыбнулся Олаф, чьими голосовыми связками в данный момент воспользовалась Судьба – наместника снова, как недавно это сделала фон Редли, удачно подловили, задав правильный вопрос в правильное время. – А твой спутник разделяет только одно из твоих желаний. Мои же возможности вообще не в ходят в сферу твоих интересов. Бледные скулы Каныштар чуть порозовели. Единственный раскосый глаз под тонкой черной бровью углем прожигал в вампире дырку. - Тогда я спрошу иначе: отдашь ли ты нам убийцу? - Тебе не нужен убийца, теперь я это знаю точно, - в этот раз наместник Явленский говорил от себя – Судьба снисходит к спрашивающему только один раз. - Мне ты не сможешь ответить также, - впервые заговорил Окирэ, - погиб мой сын. И его убийца воспользовался худшим из множества способов отнять жизнь у оборотня. Вы, вампиры, даже не представляете, что значит жить под вечным серебряным проклятьем. И твой соплеменник не просто пообедал моим сыном. Я знаю, ваша раса делает это аккуратно и безболезненно для жертвы – и уж тем более, речь не идет о ее смерти. Он хотел доставить моему ребенку максимум страданий. Что это, если не вызов? - Подстава, - рыкнул Тимур. - Нас не представили, - перевел на рысь откровенно оценивающий взгляд оборотень, - назови свое имя. - Это Тимур Какойта, - исправил оплошность Эрлих. – Ученик охотника из общины Серебряного шипа. - Серебряный шип, - смех Окирэ больше напоминал отрывистый глухой лай. – Какая ирония. Ты тот, кто не может вернуть себе человеческий облик? - Откуда ты знаешь? – хвост Мурчика нервно подергивался. На лицах вампиров читался тот же вопрос – вдобавок к странной манере гостя говорить с рычащим котом. - Один маленький рыжий суккуб много болтает, - хитро прищурился оборотень, - но все не по делу. До вампиров медленно доходило, что Тимур общается с Окирэ вполне самостоятельно. Однако на сей раз свое удивление они показывать не спешили. К тому же сейчас обоих больше интересовала судьба Эолло. Живое воображение тут же нарисовало жуткие застенки и бездыханное тонкое тельце, из которого огромные злые волки рвут лакомые кусочки. - И где он? – напрягся Олаф, рефлекторно наклонившись вперед. Оборотень тут же уловил мелькнувшую в позе угрозу и очаровательно ухмыльнулся. - Наверное, как обычно - в «Венере». Именно оттуда мои подданные обычно приносят свежие сплетни о наместнике. Но тебе виднее, это же твой суккуб. А меня больше волнует убийца моего сына. Я хочу отомстить. Я в своем праве. - Что ты мне предлагаешь, Окирэ? - У тебя три ночи, наместник, - выдохнула табачный дым Каныштар, отвечая за союзника, и добавила: - А потом – или мы получим убийцу, или ты получишь десять голов твоих соплеменников. Десять голов за каждый день просрочки. Мы хотим видеть его или его труп – рано или поздно. В твоих интересах, наместник, чтобы это случилось как можно раньше. И нам все равно, кто и почему решил развязать войну между нашими расами. Я знаю одно – на шее убитого оборотня были следы клыков вампира. Вампир должен ответить. Если мы не получим убийцу, война будет. Это мое слово. Волчица встала и молча покинула кабинет. Окирэ восхищенно смотрел ей вслед, Олаф – озадачено, Эрлих смотрел на оборотня и чему-то задумчиво улыбался. - Каныштар все верно сказала, - подтвердил волк, вернув взгляд к наместнику. Я хочу отомстить за смерть сына. Но еще я хочу сохранить мир. И с вами, и с ней. Я убедился, что через тебя Судьба говорит со всеми нами, вне зависимости от расы задающего вопрос. Что ты мне скажешь? - Незачем спрашивать у Госпожи то, на что уже ответило твое сердце, - ответил за Олафа Эрлих. – Брачный союз глав двух кланов лучше всего сохранит между ними мир. - Каныштар слишком горда, чтобы выйти замуж за кого бы то ни было, - возразил оборотень. - Тем не менее, она согласится на твое предложение, - усмехнулся наместник. – Именно этого хочет ее волчица. А у вас, оборотней, желания второго «я» выше любых капризов, свойственных человеческой природе, и уж точно сильнее честолюбивых замыслов. - Ты знаешь, о чем говоришь, вампир, - довольно улыбнулся Окирэ. – К-ские волки пришли ко мне, и я отдал им младшего сына, хотя хотел получить главу их клана. Но не посмел спросить ее об этом. А теперь моего сына нет. – Оборотень задумался на мгновение и решил: - Когда я получу убийцу и отомщу, я попрошу Каныштар стать моей женой. - Если мы пришли к соглашению, могу я спросить тебя? – Олаф, которому пришла в голову простая и логичная мысль проконсультироваться на счет состояния Мурчика у его ближайших видовых сородичей, дождался утвердительного кивка и продолжил: - Есть ли возможность помочь Тимуру снова стать человеком? - Даже если бы волки вдруг сошли с ума и решили помочь серебряному шипу, это не в наших силах, - покачал головой Окирэ. – Бывает, что наши дети застревают в волчьей шкуре, и мы умеем убедить их вернуться к человеческому облику. Но твой шип – не оборотень, насколько мне известно. У химер свои способы ладить с действительностью. А теперь я хотел бы попрощаться – ночь коротка. Оборотень одним легким, пружинистым движением поднялся из глубокого кресла, и уже в дверях обернулся: - Передай своему старейшине пожелание скорейшей и нелепой кончины, кот. Тимур не преминул ответить столь же мальчишеской выходкой, подняв заднюю лапу и с намеком продемонстрировав волку свои мохнатые яйца. Видимо, данная демонстрация с лихвой заменила соответствующую конструкцию из пальцев, потому что Окирэ опять разразился своим лающим смехом: - Счастливой вам ночи! – и окончательно лишил вампиров и химеру своего общества. - Я чего-то не знаю? – Олаф обратил удивленный взор на Эрлиха. – Что за нелюбовь между волками и шипами? Ну, если не брать во внимание, что они – «серебряные»? Тимур что-то сердито мяукнул, но его, что характерно, никто не понял. Пришлось бывшему наставнику искоренять пробелы в образовании воспитанника. - Община Серебряного шипа изначально создавалась как школа для охотников за оборотнями, что и символизировало ее название. Причем в первую очередь охота велась на волчьи кланы, потому что они были самыми многочисленными и влиятельными. Серебряные шипы заметно проредили поголовье перевертышей в Сибири и на Дальнем востоке, прежде чем был подписан межрасовый Договор. Сейчас, конечно, ситуация в корне изменилась, но волки – существа весьма злопамятные. - Теперь понятно. Не стоило мне к нему обращаться… - Отчего же, за спрос денег не берут. К тому же за столько веков вражда стала чем-то вроде безобидной традиции. Например, волки вместо «черт» говорят «шип». А «чтоб тебя шип побрал» считается самым оскорбительным вариантом выражения «чтоб ты сдох». Хотя в тех семьях, где живы близкие родственники убитых в то время, воспитанников общины Серебряного шипа до сих пор воспринимают в штыки. Но род Окирэ к ним не относится. Что ж, если мы все разъяснили, я пожалуй, пойду прогуляюсь, оборотень верно сказал – ночь коротка. - Счастливой ночи, - душераздирающе зевнул Олаф – время перевалило за два часа, и это был очень длинный день. В принципе пара глотков крови из донорского пакета в два счета прогнала бы сонливость, но наместник в таких случаях всегда предпочитал здоровый сон. *** А в шесть утра в квартире раздался одинокий отрывистый звонок. Так как Эрлих не стал бы ставить в известность о своем возвращении таким образом, Олаф резонно решил, что это явились заблудшие души. Суккубу, конечно, ключ не нужен, но эльфу-то через запертые двери не просочиться. Подлая кошачья морда всем видом показывала, что спит беспробудным сном, и в доказательство даже прихрапывала. Олаф, для которого его собственный сон был священен, поклялся с утра же заказать еще один комплект ключей, ради гостя натянул джинсы и пошел открывать. За порогом действительно обнаружился Эльвин, на котором буквально висел Орландо, напевая что-то на незнакомом наместнику языке, судя по всему – эльфийском. - Что? Что с ним?! – не на шутку испугался наместник: вампирам сейчас только с эльфийскими кланами ссор не хватало. - Все в порядке. Мы отмечали профессиональный праздник ведунов и шаманов. Между прочим, ты знал, что сегодня, точнее уже вчера был Всемирный день работников стихийно-прикладной магии? Ну, и он чуть-чуть перебрал, - отрапортовал суккуб, перетаскивая эльфа через порог – прямой наводкой в ванную комнату. - Какой праздник?! – последовал за шатающейся парочкой вампир. – Зачем ты напоил Орландо до орчьего состояния?! - Ну, чары суккубов на эльфов не действуют, а алкоголь действует на всех, - расплылся в довольной улыбке Эолло, сгружая поклажу на край ванны. - Ты что, с ним спать собрался?!! - Надо же когда-то начинать… а эльфы… мать рассказывала, что они сладкие и хрустящие, как морозный воздух. Я тоже хочу попробовать эльфа! – капризно заявил суккуб, открывая кран с холодной водой. – А он возьми и вырубись! Вот что мне теперь с этой недвижимостью делать?! Он даже сам не стоит, не то что там чего-нибудь у него… Эльф, получив в лицо горсть ледяной и очень мокрой воды, встрепенулся и, что-то резко сообщив на эльфийском, свалился в ванну. На грохот прибежал любопытный Тимур и удивленно мявкнул. Орландо ответил ему певучей короткой фразой с легким присвистом и попытался выбраться из чугунной ловушки. Попытка оказалась успешной, в том числе и потому, что от встречи головы эльфа с унитазом обоих спас Олаф, который, выполняя долг хозяина, поймал тело гостя на подлете к санфаянсовой цели и осторожно опустил на коврик. - Так, - оценил дело своих рук Эльвин, - нужно ему накапать нашатыря, чтоб протрезвел немного. – Парень деловито направился к холодильнику – нашатырный спирт хранился рядом с валерьянкой и с той же целью – вампир и его четвероногий друг пошли следом. – Как ты думаешь, десяти капель эльфу хватит? Или будет много? Из ванной доносились характерные звуки: как выяснилось, от содержимого желудка перепившие эльфы избавлялись так же, как перепившие люди, оборотни и вампиры. Наместник понадеялся, что гость хотя бы успел нагнуться над унитазом. - А я ему говорил не мешать виски с коньяком! – хихикнул Эолло, открывая дверцу холодильника. – И не закусывать пиво мороженым. И не… - Ах, ты, - плюхнувшись на табуретку, Олаф ловко перекинул мальчишку через колено и, подхватив с пола розовый тапочек с пушистым помпоном – пару которых нашел при уборке на дальней полке шкафа суккуб, и с тех пор их время от времени находили в разных углах квартиры все ее обитатели – шлепнул Эльку по заднице. – Я тебе дам «попробовать эльфа»! Гурман, хренов! Тебе энергии не хватает?! – каждое слово сопровождалось ощутимым шлепком. Тимур, не забывший утреннюю выходку Эльвина с иллюзорными чарами, радостно пофыркивал, выражая полную солидарность с точкой зрения Олафа на педагогику. – Вот будет у тебя демон, и экспериментируй со своей подростковой сексуальностью сколько влезет. Гаденыш неблагодарный! Что я деду скажу, если ты мне эльфа попортишь?! - Ааа! Какого… Ой! – пищал суккуб, пытаясь вырваться, однако силы были неравны. И хотя вампир соизмерял свои возможности с воспитательными потребностями момента, синяк на задницу – в отличие от планируемых приключений – Эолло себе уже заработал. – Олли, не надо! Я больше не буду! Я все понял и осознал! - Что ты там осознал, пакость мелкая? - Чужого эльфа нельзя – своего демона можно! Ай! За что?! Да что ему сделается, кроме похмелья?! - Чем вызвано такое жестокое обращение с ребенком? – нарисовался в дверях Эрлих. Олаф отвлекся, суккуб улучил момент и, выскользнув из-под руки наместника, спрятался за спину вернувшегося с ночной охоты вампира. - Загляни в ванную, увидишь, - устало сообщил наместник. – Все, я спать. Чтоб к утру эльф был как новый! – он пригрозил Эльке тапком и в назидание положил его на видное место – на микроволновку. - Пошли баиньки, - Олаф потрепал по холке Мурчика и направился в спальню. Кот напоследок облил суккуба презрением и, с независимым видом вздернув короткий хвост с ультрамариновым кончиком, последовал за вампиром. *** Эрлих, проснувшийся ближе к вечеру от дребезжания стилизованного под начало двадцатого века телефона, застал все население квартиры на кухне. Эолло, верноподданно заглядывая в глаза Олафу, подкладывал на его тарелку только что испеченную вафлю и поливал ее кленовым сиропом. Вампир кидал хмурый взгляд на усиленно стучащего умозрительным хвостом суккуба, однако жертву принимал благосклонно: домашние вафли были его маленькой гастрономической слабостью, о чем Элька, с блеском разыгрывающий роль кающейся Магдалины, прекрасно знал и уже не первый раз использовал в своих коварных целях. Мурчик с выражением первооткрывателя на морде ковырялся когтем в тарелке с мясным рагу, вылавливая вкусные кусочки и аккуратно роняя на стоящее рядом блюдце. Подвергнутая этому ритуалу пища тут же подвергалась поеданию – в первый же день выяснилось, что кошачью натуру в некоторых вопросах не переделать, поэтому для Тимура пришлось изобретать индивидуальный столовый этикет, так как на полу он есть категорически отказывался. - А где Орландо? Ему звонила какая-то Миранда, говорила, что они познакомились в клубе, очень хотела его услышать… и увидеть. Я сказал, что он перезвонит, как сможет, - отчитался Эрлих, присев за стол и получив свою порцию вафель. – Я думал, эльфы встают на рассвете. - Угу, - еще один суровый взгляд Олафа скользнул по Эльке, который напоказ виновато закусил подергивавшуюся от едва сдерживаемых слез нижнюю губку, - он попытался. Сказал, что лучше бы он вчера умер, выпил упаковку анальгина и пошел спать дальше. - Эльф? Анальгин?! – поперхнулся вампир. - Это он себя еще в зеркале не видел, - утвердительно кивнул наместник. – А если б видел, ему бы еще и валерьянка понадобилась. Нервы успокоить. Так что ему не до свиданий. - Так вы думаете, в зеркало мне смотреть сегодня не стоит? – на кухню выполз Орландо. На его скуле красиво мягким насыщенно-лиловым светом цвел синяк – отравленный как минимум пятью разновидностями алкоголя организм отказывался регенерировать такие мелочи, пытаясь справиться с последствиями сильнейшей интоксикации. Удивительная прическа сейчас похожа была на воронье гнездо, чудом пережившее прямое попадание ядерной боеголовки. А единственной одеждой был халатик веселой расцветочки, который Мартиша не так давно задарила Тимуру – другой домашней одежды в доме наместника не нашлось, а поход по магазинам в компании суккуба увенчался приобретением кучи клубных шмоток. - Эээ… - Не щадите моих чувств, наместник, - вяло махнул рукой Орландо. – Мне сейчас не до них. У меня такое ощущение, что я упал с верхушки столетнего кедра, пересчитав по дороге все сучья. - Только с лестницы между вторым и третьим этажом и в ванну, - ехидно перечислил Эльвин, но, поняв, что только что провалил свою роль однажды оступившейся добродетели, пискнул и спрятался за Эрлиха – тапки он еще ночью перепрятал в надежное место, но от Олафа все равно лучше было держаться подальше – во избежание. Однако вампир, считавший себя отчасти виновным в происшедшем, так как именно он доверил лесного гостя Эльке, поспешил сменить тему: - Раз уж мы все в сборе, давайте обсудим сложившуюся ситуацию с оборотнями. - А что у нас за ситуация с оборотнями? – попытался изобразить живой интерес эльф. - Вкратце, один оборотень убит, а через три ночи, если мы не найдем того, кто это сделал, будут убиты десять вампиров, - пояснил Олаф. – Думаю, вам будет тоже интересно: раскрытие таких дел в обычной практике у охотников. – И обратился к остальным: - Ну, у кого какие мысли? На лицах нелюдей отобразилась усиленная работа мысли. Впрочем, судя по молчанию, работала она вхолостую. Тимур засуетился, обежав собеседников по кругу, пытливо заглядывая каждому в глаза, но мявкать не пытался: все равно понимал его только эльф, настолько контуженный столкновением с ночной городской жизнью, что выстроить с ним диалог было нереально. - Тимур, будьте так любезны, не мельтешите, пожалуйста. И без вас голова болит, - выразил свое неудовольствие Орландо. – А вы еще и отвлекаете! - Ну, надо же! – не выдержал кот. – Хочешь убедить меня, что если бы я тут не отсвечивал, ты бы сразу придумал, что делать? - Я вас чем-то обидел? Почему вы постоянно на меня злитесь? – оскорбился гость. Мурчик устыдился: в самом деле, что он так вцепился в этого субчика, ну подумаешь, не очень умный эльф ему попался, с кем не бывает. - Извини. Это все нервы, - через силу выдавил из себя рысь. – А искать надо среди его подружек. Так близко случайного знакомого оборотень не подпустил бы. - Ну, конечно! – воскликнул Орландо. – Это же элементарно! Как я сам не догадался! Ой, моя голова… С удивлением и надеждой наблюдавшие за ходом переговоров вампиры тут же подсуетились: один сунул эльфу стакан с водой, другой бросил туда растворимую таблетку. Элька, чтобы выслужиться перед Олафом, бросился массировать Орландо виски, но под многообещающим взглядом вампира быстро сник и с независимым видом удалился в противоположную сторону кухни. - Что сказал Мурчик? – вкрадчиво поинтересовался наместник. - Он сказал, что оборотень не мог довериться первому встречному, значит, нужно искать среди его знакомых. - Не просто знакомых, - уточнил обрадовавшийся переводчику Тимур. – Так близко к своей шее он мог допустить только свою подружку… - …в противном случае на его теле нашли бы следы борьбы, - продолжил синхронный перевод эльф. – Так что нужно выяснить, с кем он был в тот вечер. - Шерше ля фам, - криво улыбнулся Эрлих. - Еще одну, - недовольно согласился с ним Олаф. – Мы еще даже не приступали к поиску сестры Адама. - Ну почему, же, - Эрлих достал сигарету. – Этот твой знакомый опер, Виктор Степанов, выяснил, что гражданка Радмила Нильская по месту прописки давно не появлялась – соседи не видели ее больше двух месяцев. С работы она уволилась примерно в это же время. Лучшая подруга сказала, что Радмила предупреждала ее, что такое может случиться. И просила отправить тех, кто будет ее искать, к своему нотариусу. У того обнаружилось завещание и указания открыть его в случае ее внезапной пропажи и инициировать процедуру признания ее мертвой. Во избежание юридических проволочек завещание дублирует дарственная. Сдается мне, женщины с таким именем больше не существует. - Ты считаешь, что она добровольно приняла обращение? – наместник тоже потянулся за портсигаром. Тимур окинул их завистливым взглядом. Эльф недовольно сморщил нос. - Даже если само обращение было произведено насильно, хотя я уверен в обратном, - вампир выпустил первое облачко ароматного дыма, - она официально отказалась от мира людей и своего имени, что требует ритуал перехода в семью обратившего. - А на кого составлено завещание? – уточнил Олаф. - Мы уже тянули за эту ниточку – безрезультатно. Все ее имущество – квартира и небольшая сумма на банковском счете – отходят приюту для бездомных животных, в котором она работала волонтером. - Значит, Радмила приняла новое имя, - наместник на мгновенье задумался. – Ладно. Объявится – будем думать, что делать. Сейчас важнее найти эту нашу фем фаталь. Есть соображения, где искать? - В клубе, конечно, - фыркнул Элька. Орландо передернуло.