Come back home

– Нет, дела неплохие. Пожаловаться особо не на что. Хозяйство идёт понемногу, лодку пару дней назад у мастера запросила, сказал, что в течение месяца будет. А так, да пожалуй, и ничего больше, – задумчиво приговаривала уже немолодая женщина, нарезая что-то на доске изогнутым старым ножом. Это была высокая и до безобразия худая дама, со строгими чертами лица и крючковатым носом. Глаза её всегда веяли холодом, седые волосы закреплялись сзади двумя торчащими из них заколками, а сама женщина надевала всегда тёмные и невзрачные одежды с не слишком длинными рукавами. Для своего возраста, нужно заметить, она выглядела довольно недурно, хотя излишняя худощавость и ядовитый язык портили этот образ. Одним словом – старая колдунья. Хотя за этой холодной гримасой скрывалась весьма снисходительная и доброжелательная личность. Так что назвать её ведьмой, как это делали все жители этого проклятого места, язык наотрез отказывался. – Ты ешь давай! Тощий весь, как мертвец, аж смотреть противно! – выплюнула колдунья, поднося и ставя на стол ещё две тарелки с рисом. – Куда тебе, парню, такую фигурку! Скоро летним ветром сдует, одна тень и останется. Или... ты тут соблазнять кого собрался? – засмеялась женщина. – Было бы кого соблазнять! – перекорчил её Сюэ Ян. – А то в вашем убогом местечке что не девка, то мешок с редисом, – дама от услышанного возмутилась и треснула давнего знакомого по голове большой деревянной ложкой, на что Сюэ Ян схватился за ушибленное место, тихо шипя. – Ну вы туда, конечно, не входите, госпожа Сюй Шу... – Ах ты змеёныш! – растянулась та в язвительной улыбке, а после стукнула ещё. – Ешь давай! Остынет, – она вновь встала в другой конец комнаты, начиная накладывать ужин по двум тарелкам. – А где твой приятель? – Какой? – с полным ртом спросил Сюэ Ян. – Ну тот, весь в белом. Который ещё с такой миной вечно ходил, что только обнять и плакать. – А, Даочжан, – Сюэ Ян слегка улыбнулся. – Мы... мы решили пока походить поодиночке. – Как странно. А я думала, что вы всегда ходите вдвоём... – повернулась Сюй Шу, не скрывая своего удивления. Сюэ Ян замер. Затем опустил помрачневший взгляд в тарелку, начиная перебирать палочками еду, и вздохнул как-то слишком тяжело и обречённо. Продолжать разговор ему не хотелось. – Ладно, – отозвалась дама. – не говори, если не хочешь. – Сюй Шу поставила перед ним небольшую мисочку с Цзяоцзы* и легонько погладила по волосам. – Попробуй, это должно быть вкусно. – Тётя Сюй Шу, ну куда мне столько?! Я не привык есть так много! – Ешь, я тебе говорю! – вспылила женщина. – А я говорю: нет! – дама вновь замахнулась деревянной ложкой, и тот, опасаясь получить в третий раз, ловко ухватил одно угощение и отправил в рот. Колдунья недоверчиво прищурилась, перекрещивая на груди худые руки, и внимательно проследила, чтобы он прожевал всё, что запихнул, и без колебаний проглотил. Когда Сюэ Ян закончил, он дерзко и нагловато раскрыл перед ней рот, как бы показывая, что дело сделано и можно так не пялиться. – Смотри у меня, – пригрозила она пальцем, а сама уселась напротив. После чего повисло недолгое молчание. – Тётя Сюй, – оборвал нависшую в комнате тишину Сюэ Ян, беря в руки налитый колдуньей чай и делая небольшой глоток. – А, ничего необычного у вас не происходило? – А у меня в доме что, девятый круг ада, чтобы что-то необычное происходило? – грубо ответила дама, подвигая к себе мисочку, наполненную всякими травами и целебными кореньями. Ухватив один длинными безобразными ногтями, она приступила очищать его от толстой кожицы маленьким ножичком, который не ясно откуда оказался во второй руке. – Ничего у меня не происходило. Всё так же, как всегда. Я продолжаю делать то, что умею и знаю, а люди всё те же неблагодарные создания. Поэтому я их особо не жалую. А то приучишь, они станут просить одно, затем другое, и никакого покоя тебе не достанется, – размышляла вслух женщина, полностью погрузившись в работу и, кажется, прекращая замечать своего собеседника. – Разве что... Сейчас самое время идти в лес за травами. Всегда справлялась с этим без усилий, свободно, в одиночку, а вчера что-то как нагнулась... – Скорчилась она и театрально ухватилась за поясницу, всем видом давая намёк, кто туда пойдёт завтра с утречка пораньше.  – Да я не об этом! – фыркнул Сюэ Ян, поражаясь тому, насколько хитра и изворотлива старуха. Впрочем, ему не трудно пойти в лес и собрать нужные коренья и травы. Даже, в какой-то степени, он доволен, что сможет хоть как-то поблагодарить хозяйку за приют. – А имел в виду сущностей. Они больше не появлялись? – Сущности? Я не встречала, - пожала она плечами. – С тех пор как вы двое уничтожили ту тварь, в деревне стало спокойно. – Прям так и не было? Ни разу? – Сказала же, что не видела. Слишком много забот, знаешь ли, некогда эту нечисть высматривать! Хотя подожди, – она отвлеклась и, задумавшись, уставилась на гостя своим неестественным блеском холодных зелёных глаз. Будто выискивая ими чужую душу. Так она продолжала сидеть ещё некоторое время, прежде чем продолжить говорить. – Шэнь Хэй не так давно рассказывал нечто странное. – Шэнь Хэй? – Сюэ Ян поднял уголки губ, показывая клычки. Веселие в этот раз остаётся на его стороне! Уже неплохо. – А, кем будет этот ваш Шэнь Хэй? – А, позорище наших улиц и непробудная пьянь! – начала объяснять она. – Кидался на всех и с пеной у рта доказывал, что, когда пошёл на ловлю и отплыл подальше, что-то волнами скользнуло рядом и сильно качнуло лодку. А затем и вовсе обхватило с обеих сторон и утащило под воду, будто сожрало. Ну, никто ему, как ты понимаешь, и не поверил. Мало ли, чего там на пьяный глаз покажется. В озере том и щепки нигде не плавало, какая уж там лодка. Но, одно непонятное всё же было, – дама постучала указательным пальцем по столу, будто нащупывая нужные слова и переводя их на язык. – Сеть его прибилась к берегу спустя пару ночей. А в ней, веришь, вот такая дырища! – старуха широко расставила руки, чуть подальше своих плеч, показывая невидимыми линиями большой круг. – Хотя я думаю, что бред всё это, и монеты не стоит! Сеть сам угробил, а лодку просрал где-нибудь ради бутылки. – А если ему не показалось? Что если он на самом деле говорит правду? – Душа моя, у этого несчастного бывает только два состояния: подвыпивший и сильно выпивший! В трезвом мы его редко наблюдаем. Просто его хорошенько ударило по голове, вот ему и мерещится всякое... – уверенно добавила она и принялась перебирать травы. – Хотя дьявол его знает. Пьяного Духи берегут. Может и видел. – Думаю, мне стоит пойти туда и осмотреться, – проговорил Сюэ Ян, сладко потянувшись в спине от внезапного предвкушения битвы. Как давно он не сражался со всякой сущностью? Он искренне надеялся развеять этим грусть, что не покидала его несколько дней, и заглушить боль расставания в смертельной схватке хотя бы на время. Иначе он просто сойдёт с ума. – Даже не вздумай! – возразила дама таким тоном, что Сюэ Ян уставился на неё наглыми карими глазами, как на сумасшедшую, но та упорно продолжала стоять на своём. – Если бы с тобой был твой приятель, я бы и рта не раскрыла. Вы бы могли защищать друг друга и видеть, что происходит за вашими спинами, но одного я тебя не отпущу! Только через мой труп. Разговор окончен. – Да это всего лишь речной демон! – отмахнулся он, и снова довольная улыбка скользнула по его губам. – Он не слишком опасен. – Я сказала: разговор окончен! – дама повысила голос, а после заговорила более тихо, но не менее злобно. – И только попробуй пойти туда одному – ноги переломаю! Придёт твой заклинатель, тогда и мотайте на все четыре, а до тех пор – ни шагу в сторону озера, понятно! – больше утверждая, нежели спрашивая, произнесла целительница. Она ухватила одну свечу со стола и лечебные травы, направляясь прочь из комнаты. Сюэ Ян проводил её взглядом, пока слабый свет полностью не поглотила тьма, а затем ещё долго смотрел, как догорала последняя свеча, обдумывая слова старухи. Его взгляд застыл на небольшой плетёной корзинке, и тёмные глаза сверкнули новой идеей. Он подхватил корзинку в руки, задул свечу и направился как можно тише к выходу из дома. Его план был прост и надёжен: незаметно сбежать из своей комнаты, чтобы ночью выполнить одно из множественных поручений целительницы, а затем пойти в то место, что привлекало тёмную сущность, призвать её и вдоволь поохотиться. Проще некуда, главное – успеть всё до рассвета, а иначе сущность может не появиться. Речной демон – штука нередкая, не представляла собой ничего из ряда вон выходящего. Они с Даочжаном усмиряли тварей и пострашнее и посерьёзнее, а когда в его руках был ещё и осколок тёмного железа, он расправлялся в подобными духами одним щелчком пальцев, стоило им приблизиться к заклинателю в белом слишком близко, чтобы серьёзно ранить. Разве дело пяти минут могло доставить неприятностей? А отвлечься от мыслей было просто необходимо. Или он рискует выжить из ума окончательно. Потому как от боли, разрывающей сердце в клочья, он не мог избавиться день ото дня, и насколько бы обыденной она не начинала казаться, он не мог и привыкнуть к ней. Даже по ночам, вскакивая ото сна в холодном поту и застывшими на глазах слезами, он первое время всегда искал его рядом, а потом ещё долго смотрел в темноту, вспоминая те моменты, что особенно согревали и в то же время беспощадно наносили новые кровоточащие раны. Он сам добровольно подставлялся под них. И спасением в такие минуты казалось лишь изгнание злого духа, иначе он бы давно взвыл на луну от тоски. Заклинатель столкнул в воду первую же попавшуюся под руки лодку и начал медленно отдаляться от берега. Весло было одно, так что приходилось грести им с обеих сторон, чтобы доплыть до середины и остановиться. Вокруг стояла звенящая тишина. Озеро в сумерках казалось слишком чёрным и беззвучнным. Несколько тёмных облаков тянулись по небу, мягко и неохотно, а звёзды исчезали одна за другой на светлеющем каждый миг небосводе. Сюэ Ян убрал весло в сторону и сомкнул пальцы на рукояти меча. Только ничего не изменилось и явно ничего не происходило. Не проявлялось ничего подозрительного и до самого рассвета, когда утреннее небо окрасилось в мягкие полутона и тьма постепенно рассеивалась, вырисовывая чёткие контуры гор и распускающихся лотосов неподалёку. И если первое время Сюэ Ян ожидал удара в любой момент, то через три четверти часа заскучал вовсе, постукивая о борт лодки нехитрую мелодию пальцами и тихо матерясь себе под нос. Снова день пройдёт зря! Сюэ Ян достал флейту из-за широкого пояса и прикоснулся к ней губами, начиная играть какую-то нежную тихую мелодию, самую простенькую по своему звучанию, но приятную до мелких мурашек, отзывающуюся эхом в раненном сердце. Он выучил её всего за пару дней, и только потому, что она очень понравилась его Даочжану, когда тот услышал её впервые. Сюэ Ян обычно играл её по вечерам, когда Сяо Синчэнь медитировал и нежно улыбался, стоило по комнате разлиться звукам знакомой мелодии... или когда они вдвоём провожали медленно уходящее солнце и нежно-розовый оттенок облаков. Тогда Сюэ Ян ловил каждый его восхищённый, едва слышный вздох и негромкие слова о том, как давно он не видел закат. Не мог. Сяо Синчэнь прижимался к нему, уложив голову на крепкое плечо, и с замиранием смотрел, как ветер прощался с огнями последних лучей, отражающихся в его полуприкрытых серых глазах, а Сюэ Ян продолжал играть, пока небо не покроется первыми звёздами... Из воспоминаний его вытолкнул резкий удар о дно лодки. Сюэ Ян прервал мелодию и опустил флейту. Руки вцепились в длинное весло, которым он немного помешал воду, будто проверяя этим свои догадки. Но после лишь разочарованно цокнул языком. Заклинатель уже собирался встать обратно на середину лодки, как что-то чёрное и размытое дымом выпрыгнуло из глубины и вонзилось в весло, которым моментально укрылся Сюэ Ян. Тварь разломала весло на две части и нырнула с другой стороны. – Чёрт! – выругался Сюэ Ян, выхватывая меч из ножен. Сущность не вылезала. Словно сразу поняла, что имеет дело не с обычным жителем, а с тёмным заклинателем. Ему уже удалось усмирить забившееся в бешеном ритме сердце от столь внезапной атаки, как лодку качнуло вновь. Сюэ Ян едва устоял на ногах, садясь на одно колено. С другого края уже ползли призрачные щупальца. Заклинатель подскочил и одним махом отрубил трое из них. Тварь застонала и отплыла подальше, начиная метать кругами вокруг жертвы, выжидая, посылая волны. Сущность оказалась умна и, что самое неприятное, она умела ждать, терпеливо и искусно. На секунду загорелась мысль: а точно ли он здесь является охотником? Пока он отвлёкся, та уже выпрыгнула снова, и Сюэ Ян вонзил острие прямо в размытую плоть. Демон рухнул в воду с жуткими воплями, быстро укрывшись в непроглядной мути озера. – Сучья нечисть! – шикнул Сюэ Ян. Тварь успела задеть его. По тыльной стороне ладони побежала густыми дорожками кровь, капая в лодку.  Сюэ Ян распахнул широко глаза, когда теневые щупальца, одно за другим, схватились вокруг лодки, сжимая с таким напором, что та трещала и грозилась вот-вот разломиться на две части. Времени думать оставалось катастрофически мало! Цзян Цзай рубил тянущиеся к центру конечности, но те не отступали, а, наоборот, с большей яростью наступали на него. На дне пошел мелкий разлом. Сюэ Ян быстро оглянулся. Щупальца были со всех сторон, а значит, – тело твари было под ним, под лодкой. Стоит ли?.. Края лодки поднялись вверх, и Сюэ Ян, вскрикнув, проткнул мечом дно лодки, садясь на оба колена. От него исходил тёмный дым, а силы заканчивались так быстро, что во всём теле чувствовалась смертельная слабость, словно ещё немного и он потеряет сознание.      Раздался истошный вопль. Лодку разорвало на части. Мёртвая тварь медленно тонула на самое дно, ухватив за собой крупные куски и образуя небольшой водоворот. Сюэ Ян вцепился за плавающий обломок лодки, от сильного кашля проступили слёзы. Вода была ледяной. Руки била дрожь, немели кончики пальцев. Выдохнув белый пар из замёрзших губ, он почувствовал, как всё тело скрутили судороги и пронзила боль. Доплыв до берега, Сюэ Ян упал на покрытую инеем землю, едва удержавшись на локтях, задыхаясь и трясясь от могильного холода. С одежд и волос лилась вода, а ладонь до кровавых следов сжимала Цзян Цзай. Постепенно всё вокруг стало меркнуть, а звуки затихать... Больше он ничего не чувствовал. Только прохладу земли, когда коснулся её щекой, прежде чем сознание покинуло его.