Извлечь максимум пользы

Жар — это все, что ощущает Сабуро, когда чувствует, что приходит в сознание. Его конечности тяжëлые и горячие, и это неуютно. Он скулит, и это все, что он, кажется, может делать со своим телом, охваченным жаром и вялостью. Внезапное холодное прикосновение к его лбу заставляет его вздрогнуть. Прикосновение проходит по его коже, оставляя после себя облегчение. — Ичи-нии? — хрипит Сабуро, не открывая глаза. Прохладное прикосновение остается на его лбу. — Боюсь разочаровать, — а, Сабуро узнает этот голос даже в лихорадке, — Он на работе. Я обещал присматривать за тобой, так что не вздумай кричать на меня. Сабуро открывает глаза и видит Саматоки, сидящего на краю кровати, нахмурившись. — Ты серьезно… — хрипит он, набирая воздух, — беспокоишься обо мне?.. Отстой. Саматоки открыто хмурится. — Конечно я, блять, беспокоюсь, — выражение его лица и его ненормативная лексика говорят об обратном, но он знает, что иногда Саматоки не очень хорошо проявляет заботу и привязанность; скорее всего, это его вина, поскольку он, как известно, всё усложняет. Сабуро не знает, как ответить на такую дерзкую честность. — О… — Хватит болтать… просто отдохни, — Саматоки оставляет прохладную тряпку на лбу, все еще хмурясь, — и я здесь, если тебе что-нибудь понадобится. Это все, на что Сабуро способен, пока его сознание не уплывает и веки не отяжелеют.

________________________________________

В следующий раз, когда он просыпается, он замечает, что дышать стало легче, а его тело не горит метафорическим огнем. Должно быть, лихорадка спала. Сабуро медленно садится. — Осторожно, — вздрагивает Сабуро, не сразу заметив, что Ичиро сидит за столом с книгой в руке. — Ичи-нии. Ичиро улыбается, откладывая книгу в сторону и придвигаясь ближе. — Как ты себя чувствуешь? — Думаю, лучше… — он зевает, оценивая состояние своего тела. — Ты не такой горячий, как вчера, — Ичиро кладет ладонь на лоб Сабуро. Размыто, но Сабуро может различить образы вчерашнего дня. Если он не ошибается и это не какой-то лихорадочный бред, Саматоки позаботился о нем. — Саматоки-сан был здесь? — он смотрит, как Ичиро моргает, прежде чем улыбнуться. — Да, вчера. Мне пришлось уйти, и он вызвался позаботиться о тебе, пока меня не было, — так что это был не какой-то лихорадочный сон, Саматоки действительно был здесь и беспокоился о нем. И Сабуро только говорит: — Он беспокоился обо мне… — Конечно, — Ичиро откидывается назад в кресле и встает, — Даже когда я вернулся, он решил остаться с тобой. — О… — Сабуро смотрит вниз, вцепившись в одеяло. Не то чтобы они не ладили, но у Джиро отношения с Саматоки лучше, чем у Сабуро. Услышав, что Саматоки был рядом с ним и искренне заботился о нем, что-то в его груди заныло при осознании этого. Может, он был к нему слишком враждебен. — Он будет рад услышать, что тебе лучше. Подожди, я вернусь с едой для тебя, так что постарайся поесть, — вырвав Сабуро из мыслей, Ичиро взъерошивает его волосы. Когда Ичиро собирается уйти, Сабуро говорит: — Эм, Ичи-нии! — Ичиро останавливается, оглядываясь через плечо, — Я… я как следует поблагодарю Саматоки-сана. — Думаю, ему это понравится, — Ичиро кивает, улыбаясь и выходя из комнаты. Сабуро откидывается на подушку, закрывая глаза. Он более чем рад тому, что чувствует себя лучше. Прошло уже много времени, с тех пор как он в последний раз так болел, и Сабуро благодарен, что Ичиро и Саматоки заботились о нем. Его грудь греет осознание того, что за него беспокоятся два человека. В дверь стучат, Сабуро открывает глаза и садится, чтобы увидеть Саматоки с подносом еды в дверях. Сабуро ожидал Ичиро, но предполагает, что это не так уж плохо. — Ичиро разогрел для тебя остатки вчерашнего ужина, — говорит Саматоки, входя в комнату и передавая Сабуро поднос, — ты голоден? Взяв поднос, Сабуро кивает, понимая, что уже давно не ел. Поблагодарив, он принялся за еду, а Саматоки садится рядом с его кроватью. — Вчера ты выглядел ужасно, — комментирует Саматоки, — но сегодня ты выглядишь лучше. — Я чувствую себя лучше, — честно отвечает Сабуро. — Хорошо. Сабуро откусывает еще кусочек и мгновенно узнает, что это стряпня Саматоки. Он снова вспоминает, что на этот раз хотел бы искренне поблагодарить Саматоки. Он откашливается. — Саматоки-сан… спасибо… Саматоки протягивает руку и ерошит его волосы, и рука Саматоки приятно теплая. — Пожалуйста, малыш, — улыбается Саматоки, — Я рад, что тебе лучше. Сабуро чувствует, что краснеет, и знает, что на этот раз это не от лихорадки, поэтому он поворачивается к еде, надеясь, что волосы скрывают его щеки. — Достаточно искренности, — Саматоки ерзает на месте, — Можешь снова оскорблять меня. — О, так вот, что ты предпочитаешь? — Сабуро тут же ухмыляется, — Что за мазохист. Впрочем, Саматоки улыбнулся. — Ну вот, — он встает, — Я дам тебе поесть, но не напрягайся, слышишь? Сабуро закатывает глаза, считая, что чувствует себя намного лучше. — Мне всë равно. По сравнению с тем, что было раньше, Саматоки, похоже, доволен тем отношением, которое он к нему проявляет. — Сопляк. — Ублюдок. Саматоки фыркает, качает головой и выходит. Сабуро возвращается к еде, замечая, что следующий кусок он берет с улыбкой. Может, Саматоки не так уж и плох.