утяни намджуна в тройничок

Всё вдруг стало каким-то совершенно иным и наверняка не только для Намджуна, но и для Чимина и Тэхёна. Пробивающиеся на небе звёзды будто загорелись ярче, снег непривычно захрустел под их ногами, а горячее дыхание, причудливо сворачиваясь в кубы, рассыпалось в морозном воздухе. У него пощипывало губы от поцелуев на морозе, но он был абсолютно счастлив, поминутно притрагиваясь к ним кончиками пальцев. Тэхён шёл рядом и мягко улыбался, наблюдая за Чимином, который вприпрыжку топал на два шага впереди них. Затем он вдруг остановился, и Тэ едва ли не клюнул носом его затылок, тихо зашипев от неожиданности. Пак развернулся на пятках и одарил их проницающим взглядом. Раскачиваясь, он вдруг повернул голову к ещё работающему магазину и спросил: — Может, отметим как-нибудь? — после он усмехнулся, его улыбка резала ему щёки. И вот почему сейчас Намджун сидел на полу и уже минут пять пытался открыть чёртову бутылку чёртового красного полусладкого. Тэхён редко пьёт, Намджун тоже не из любителей, зато Чимин у них пригубить просто обожал, потому, как только они сделали шаг в магазин, устремился в винный отдел и присмотрел одну бутылочку, потом прижимая ту к себе и постукивая по ней ногтями. Совсем как ребёнок. Это всё мило, конечно, но Намджун правда не может её открыть. Из-за полумрака в гостиной, что освещалась лишь одними гирляндами, которые они с Чимином повесили с таким трудом (потому что «тут некрасиво/эта дуга получилась больше, чем другая/нет, здесь она не смотрится/слишком яркая, лучше повесим эту на ёлку, а вот эту с ёлки сними), он не видел, но чувствовал, что штопор уже прошёл пробку насквозь, но сколько бы он не вытягивал, она и не думала вылезать. Интересно, а если бы Тэхён был с ними, Пак бы и его тоже так гонял? Намджун увёл плечи назад, напряг руки, а после тяжко выдохнул. Тэхён, который в это время нарезал фрукты под лампой, встроенной в вытяжку, посмотрел в его сторону, вопросительно склонив голову. Чимин, до этого лезущий ему под руку и так и желающий, чтобы парень отрезал ему палец, тоже замер, переложив голову с одного плеча Тэ на другое. — Открыть не можешь? — Пак похлопал ресницами и убрал руки с кимовой талии немного вниз. — Да она вообще не поддается, — Намджун демонстративно потянул руку вверх и прикусил губу, прилагая силу, но пробка едва ли вышла на миллиметр. — Не знаю, с какой силой надо было её заталкивать внутрь, что она теперь вообще выходить не хочет. Тогда Чимин, не долго думая, сел рядом с ним на холодный пол и зажал прохладную бутылку между своими ногами. Бёдра под тканью джинсов соблазнительно очертились, и Намджун даже застыл на пару секунд, затем мотая русой головой. — Я не уверен, что это сработает. — Лучше, чем ты один будешь тут мучиться, — усмехнулся Пак и схватился за бутылку ещё и руками, напрягаясь всем телом, — дёргай. Намджун выдохнул шумно, привстал и немного отошёл, пытаясь вытащить штопор вместе с пробкой. Вместо того, чтобы вытащить пробку, он потащил Чимина со своего места, и тот проехался коленями по полу вслед за намджуновой рукой. Он ойкнул и засмеялся хрипло. Намджун потянул вновь, и Чимин вновь вместе с бутылкой укатился за ним следом. А пробке хоть бы что. — Да что такое? — удивлялся Ким, не зная, смеяться ли с того, как он словно на санках таскает Пака по полу, или злиться из-за того, что они уже десять минут пытаются открыть несчастную бутылку. — Давай-ка я тебя подержу, — Тэ быстро вытер влажные руки полотенцем и сел прямо за Чимином, надавив на его бёдра с такой силой, что розоволосый даже взвыл болезненно ему в шею, а после зашипел кошкой. Где-то Намджун это уже видел. А, точно… — Бабка за дедку, дедка за репку, — хохотнул он и снова потянул штопор на себя. Бутылка, наконец, словно салют, хлопнула, а штопор наконец-то оказался в руке Намджуна без чёртовой бутылки впридачу. Они сидели за столом и тихо разговаривали. Тэхён положил свою голову к Намджуну на плечо, в то время как Чимин почти всем телом опирался на его второе плечо, болтая в фужере красную жидкость. Намджун прилежно чистил мандаринки. Из-за маленьких ранок и цитрусового сока его пальцы немного щипало, но он продолжал очищать фрукты от кожуры, всё думая о… — А я так и не понял, зачем вы меня мандаринами откармливали, — сказал он задумчиво, делая глоток вина, что затрещало на его языке фруктовым привкусом, а после положил в рот одну сладкую дольку. Давно они ему мандаринов не давали. — Всё ты понял, — запротестовал Тэхён уже не совсем внятно и усмехнулся, забирая у Намджуна из рук оставшуюся часть мандарина. Тогда парень нахмурился. — Нет, правда не понял. — Мы тебя подкупали, — выдал Чимин, улыбаясь широко. Его глаза сверкали пьяным блеском в свете переливающихся гирлянд. Он выглядел таким страстным с эти прищуром и одновременно нежным, потому что намджунова футболка сползла с его плеча, и Ким не удержался и чмокнул хихикающего Пака в губы, который тихо стукнул его по плечу. — Вы меня настолько ими подкупили, что я их потом с месяц есть не мог, — улыбнулся Намджун, отстранившись от всё так же усмехающегося Пака и теперь целуя Тэхёна, который и сам потянулся к нему с превеликим удовольствием. Наверное, это и есть настоящие отношения. Сидеть в приятной тишине, негромко разговаривать друг с другом, передавать вкус терпкого вина поцелуями и чистить мандарины. В доме было сумрачно, и это придавало романтики, ровно как и чужие, немного шумные выдохи, прикосновения к плечам и локтям, взаимное подшучивание и потягивание за волосы. Намджун был опьянён умиротворённым счастьем и вином, тающим на языке. В голове было пусто, но легко, и тогда он расслабленно опустился затылком на подушку, лежавшую на диване. Оба парня уже скорее по привычке легли по бокам и выводили пальцами узоры на его животе. Ким немного устало прикрыл глаза, ощущая, как медленно немеет кончик его языка. Он вслушивался в тихие разговоры Чимина и Тэхёна, первый, уже совсем развалившись на Намджуне, всё упрашивал последнего потанцевать, а тот только бубнил что-то про «опять твои восточные танцы» и всячески отнекивался. — Я знаю, что тебе нравится эта песня… — подначивал Чимин, прищуриваясь и игриво царапая локоть Тэ, который так уютно пристроился на плече Намджуна, что уже совсем не реагировал на его приставания. — Она мне не нравится, она у меня заела в башке по твоей милости, — он всё же приподнялся, и тогда Намджун, лишившись приятной тяжести на своём плече, приоткрыл глаза. Тэхён немного хмурился и тыкал пьяно хохочущего Чимина в бок, от чего тот извивался змейкой и хохотал громче, иногда по ошибке пиная Намджуна вместо Тэхёна, — ты мне всю кровать своими плясками истоптал. Пак всё же сделал над собой усилие и тоже приподнялся, по-хищнически щурясь и начиная тыкать сопротивляющегося Тэ в ответ. — Да не надо… ты всегда такой, сначала «фе», а потом «о, вот это мне нравится», — Чимин не отступал, он сжал в своей руке бедро Тэхёна и подтащил того ближе к себе, силясь не укусить. Даже зубы словно зачесались, — я тебе тоже сначала не понравился. — Правда? — включился Намджун в разговор хриплым голосом, осматривая парней, макушки которых меняли цвет в зависимости от того, какой свет сейчас преобладал на гирлянде. Они загорелись красным, а Пак только агрессивно закивал головой, да так, что она закружилась, и парень сдавленно ойкнул, нажимая ладошкой на живот Намджуна, чтобы вдруг не потерять равновесие и не бухнуться с дивана. Это всё из-за его дурацкой привычки выпивать залпом. Тэхён даже не успел губами прикоснуться к вину, как Чимин опрокинул бокал в себя, проглатывая алкоголь и тихо и довольно шипя от того, как от градуса у него разгорелось горло. Тэ по привычке его отчитал, Пак по привычке отмахнулся, а Намджун наблюдал за ними и тихо хихикал с того, какие они женатики. Потом получил два поцелуя в щёки и обещание, что он тоже будет их женатиком. Какая дурость, но как это было приятно и нежно. — Это потому что ты как липучка, — выдал Тэхён, немного надувая розовые губы, — всё таскался за мной, а на свидание позвать не мог. — Так позвал бы меня сам, — запротестовал Пак, рассуждая довольно странно. Он немного покраснел, и если попросить его сейчас встать в позу Ромберга, тот ткнет себе куда-нибудь в глаз, но точно не в нос. Он что-то забавно забубнел и прижался ко лбу Тэхёна своим, смотря ему в глаза. Тэ немного сморщился, но затем повторил за Паком и ткнулся кончиком носа в его щёку, прикрывая глаза и одаривая сладким поцелуем следом. Они знали друг друга как облупленные, и, как оказалось, повидали не мало в своих отношениях, однако до сих пор искренне друг друга любили. Ким не чувствовал себя одиноко рядом с ним, ему, наоборот, даже иногда становилось тесно, когда они зажимали его и одаривали ласками друг друга через него, задевая и его самого: все эти случайные прикосновения к ногам, к горячей шее в родинках и рукам, к суховатым костяшкам пальцев. Он не чувствовал себя одиноко, но они вдруг оба, так и не открыв глаз и не разорвав поцелуя, потянулись к Намджуну руками и погладили его пальцами по щекам, давая понять, что он совсем не один. Несмотря на столь невинное поглаживание, их поцелуй всё сильнее разгорался. Чимин прихватил тихо простонавшего Тэхёна за волосы и немного намотал те на свои пальцы. Ногой Намджун почувствовал, как шатен, касаясь его бедра, затем пролез пальцами между бёдер Чимина, притрагиваясь горячими подушечками к обнажённой гладкой коже. Пак вспыхнул и двинулся, забросил на Намджуна одну ногу, а сам приоткрыл рот сильнее, и между его губами Джун заметил скользкое прикосновение чужого красного языка. Розоволосый немного нахмурился и наклонил голову сильнее, страстно хватая проворный язычок Тэхёна губами, затем опасно щёлкнув по ним зубами. — Кусаешься?.. — горячо прошептал шатен в поцелуй и навалился на них обоих, проведя по телу Чимина своей широкой ладонью и тихо шлепнув по ягодицам, затем достигая пальцами шеи и обхватывая её спереди. Намджун смотрел на них пьяно и зачарованно. На самом деле, он бы с удовольствием понаблюдал за тем, как они занимаются любовью друг с другом, да и сам бы вряд ли отказался поучаствовать. Если он знает об их чувствах к нему, если, наконец, разобрался в собственных и понял, кого требует его душа и тело, то ему не может ничего помешать. Моргая всё медленнее, он прислушивался к чужим прикосновениям через его собственное тело, а после прикрыл глаза, ощущая, как по ушам разливаются тихие и влажные вздохи, робкие шорохи одежды, звуки поцелуев и сминаемой пальцами сладкой кожи. Стоило ему сильнее опуститься на диван, как две пары губ сомкнули на его шее, и Намджун, кажется, тут же потерялся. Липко, горячо. Он шумно выдохнул носом и втянул шею, подставляясь под чужие горячие поцелуи. Непривычно, и от того так приятно, что он бы пожелал никогда не останавливаться. Его тело отозвалось на чужую страсть, и он прикусил губу, вновь вслушиваясь в шумное дыхание своих парней, которые заинтересованно повели по его телу руками. Длинные пальцы Тэхёна сначала обхватили его шею, а после сползли ниже и поддели край его футболки, немного оттягивая ту наверх. Короткие пальцы Чимина уже вовсю оглаживали его грудь и сквозь одежду мягко теребили сосок, совсем немного оттягивая на себя. Киму сделалось жарко, и он немного повёл своими бёдрами: от приятной усталости не осталось ни следа. Когда короткие ногти Тэ вонзились ему в живот, он не выдержал и испустил первый хриплый стон, тут же буквально чувствуя улыбки парней своей шеей. Они не разговаривали, но разговаривали их тела, изучая друг друга и обмениваясь любовью. Тэхён утянул Намджуна в сладкий поцелуй, повёл мокрым языком по его недавно прикушенной губе и проник глубже, от чего парень лишь взволнованнее задышал и сплёлся с его языком, на котором всё ещё чувствовался слабый привкус вина, в ответ. Было ли происходящее действием градуса или же давно накипевшей страсти? Честно, Намджуну стало всё равно, как только Пак сел на него сверху, и приятная тяжесть его тела отдалась таким отзывчивым импульсом внизу, что он тут же ощутил, как его возбуждение упирается в ширинку. К счастью или к сожалению, это заметил не только он, и обе ладони накрыли его пах, чувственно сжав. Взволнованно выдохнув, Намджун распахнул глаза и посмотрел в чужие лица, немного щурясь из-за сумрака в комнате. Глаза Тэ горели, он жевал свою губу и только сильнее сжимал Намджуна в своих пальцах, Чимин же едва не изнывал от желания, прижимаясь губами к напряжённой шее Джуна вновь. Не удивительно, что он так быстро завёлся. Чужое горячее дыхание, что отдавалось льдом на его коже, доводило до крупных мурашек. Ощущать оба тела сразу было для него в новинку, и это лишь подбивало его продвинуться немного дальше в своём намерении. Он поднял обе руки: одной он вцепился в талию Тэ, который довольно прильнул ближе, второй рукой проник между бёдрами Мина и оцарапал его оголенную внутреннюю сторону, из-за чего тут же получил вознаграждение в виде сладкого хриплого стона в свое ухо, что едва ли не свёл его с ума. Парни медленно, словно давая время на подумать, потянули его штаны вниз, но Намджун вдруг или разучился анализировать каждый свой шаг, или так сильно разомлел от жадных фруктовых поцелуев, что сдался без боя. Да и незачем было сопротивляться. На самом деле, Намджун хотел Чимина и Тэхёна не меньше, чем они его. Он хоть и притворялся, что ничего не видит, не чувствует и не понимает (в этом он не совсем притворялся) и вообще его хата с краю, но тёмная кожа Тэ, его усыпанные родинками ноги и тонкий стан до ужаса распаляли, парня хотелось прихватить под рёбрами с силой, чтобы он звучно заскулил, а затем требовательно вжать в стену и заползти пальцами под одежду. Чимин постоянно дразнил его своими адонисовыми очерчёнными бёдрами, прикушенной пухлой губой и томными выдохами, от которых всё в Намджуне вставало вверх дном (а впрочем, можно смело зачеркнуть два последних слова). Он не смог спокойно уснуть в ту ночь, когда те двое переспали в его туалете. Не столько из-за того, что был потрясен, столько из-за того, что слышал, как бёдра Тэхёна бьются об бёдра стонущего Чимина, как тот стучит ладонью по кафелю от вожделения и выпускает томные стоны, что становились лишь громче под аккомпанемент сдержанного рычания. Он ведь не глухой и, конечно, сразу, даже не дойдя до туалета, понял, кто там и чем там занимаются. Явно не в ладушки играют. В тот момент по его затылку побежал холодок, и он немного сомкнул губы, думая о чём угодно, лишь бы не концентрировать внимание на том, что он слышит, и стереть с обратной стороны глаз картинки, которые моментально предстали перед его глазами. Если бы они увидели его тогда с топорчащейся ширинкой, было бы ещё более неловко, чем по итогу. — Чёрт… — хрипло выругался Намджун, когда они забрались ладонями под его белье и обхватили пальцами возбуждённую горячую плоть, размазав по стволу влагу. Это не одна его большая ладонь, к которой он так привык и к которой почти потерял интерес. Это тёплые пальцы Тэхёна, обводившие его венки, пальчики поменьше — Чимина, которые поспешили спустить его бельё ниже и обхватить головку кулаком. По его телу вновь побежала дрожь, и он стиснул зубы, немного опрокинув голову и выпустив приглушённый стон в воздух. Они оба смотрели на него пламенными взглядами. Намджун, конечно, не мог точно знать, о чём именно они сейчас думали и думали ли вообще, но, помимо их пальцев, их глаза его точно так же начали обжигать, и тогда Джун прикусил губу, немного хмурясь и ощущая, как поднимается кровь к кончикам его острых ушей. — Не смотрите на меня так, дырку прожжёте, — захрипел он, но Тэхён сильнее сжал его у основания и начал двигать рукой, из-за чего парень моментально прикрыл только-только открывшиеся глаза и повернул голову в сторону с тихим стоном. Проигрыш. Попал в лапы к своим охотниками, с удовольствием ступая в капкан. — Ты слишком красивый, Джун-и, — прошептал шатен ему на ухо, которое Намджун тут же попытался от него спрятать, но не смог, а после сладко прикусил хрящик и потянул на себя. — Ты решил съесть его обаятельные ушки? — усмехнулся Чимин шумно, и Тэ, кажется, усмехнулся ему в ответ, отрываясь от покрасневшего уха парня и звонко чмокая хрипло посмеявшегося Пака в подбородок. Затем они снова припали друг другу с горячими поцелуями, полностью сосредоточившись на удовольствии их парня, а потому с тихим хлюпаньем задвигали руками немного быстрее. Намджуна это совсем не устраивало, и он поддался своими бёдрами немного назад, почти уводя те в сторону следом. — Чего ты так заёрзал? — захрипел Пак и потянул его футболку выше, оголяя вздымающуюся грудь. Широкая, она представляла для него особенный интерес ещё с самого начала, потому Пак, не долго думая, опьянённый чужим удовольствием и собственным возбуждением, накрыл его сосок припухшими липкими губами и причмокнул от наслаждения и обретения столь желаемого. Возможно, именно из-за Намджуна у него появился подобный фетиш на мужскую грудь. Настолько она была притягательной, что её хотелось искусать вдоль и поперёк. Ким крупно вздрогнул и заёрзал сильнее прежнего, ощутив, как пальцы Тэхёна потянули его за второй сосок и сильно сжали. Голова загудела от возбуждения, в пальцах до боли покалывало. Если бы он знал, как это приятно, какие они оба горячие и настойчивые, может, он бы раньше затащил их в постель, если вообще не с самого начала. Очевидно, без взаимной любви к ним он бы вряд ли смог ощутить всю ту палитру эмоций, что пропускал через себя в данный момент, но Джун был слишком очарован и заведён, чтобы задумываться о таком. Лаская его тело своими руками, Тэхён и Чимин обменивались влажными поцелуями, кусали друг друга и сами хрипло постанывали, потираясь своими бёдрами о намджуновы, у которого они то напрягались до боли, то дрожали от того, что в них не было никакой силы. Дышать стало тяжелее, он ощутил, как по его шее что-то потекло. Был ли это его пот или чья-то слюна, он не понимал, да и не важно это было. — Да блять… — снова выругался он и, принуждая себя, открыл глаза. Чимин с покрасневшими щеками и Тэхён с красными ушками вновь взглянули прямо на его. Опьянённые, они и сами едва ли не закрывали глаза, на шее Тэ уже успел расцвести один яркий засос, поставленный понятно кем. Они оба шумно дышали полной грудью и не останавливаться ни на секунду, Пак лишь иногда зачёсывал волосы назад и постанывал при слишком яркой реакции Намджуна. А затем шатен, наклоняясь к нему ниже и внимательно рассматривая его лицо, хрипло и с жаром спросил: — Ты хочешь остановиться, Намджун? — Мы перестанем, если тебе не нравится, — сказал ему Пак в продолжение чужих слов и тоже наклонился вперёд, тихо хмыкая. Прямо противоположно. С одной стороны, Намджуну до жути хотелось просто отдаться парням полностью и без остатка, расслабиться и после содрогнуться в оргазме, сжимая в своих ладонях чужие тела. С другой стороны, он понимал, что этого будет для него слишком мало. Он понимал это ещё тогда, когда впервые кончил, думая о них. Прикрывая глаза, он пытался сконцентрироваться на одном образе, после на втором, но ощущал, что ему этого недостаточно, а после, наконец, как говориться, понял, в чём здесь прикол. И стал думать об обоих сразу, о розовых губах Тэхёна и его томном низком голосе, тонкой талии и широкой груди, о крупных пухлых губах Чимина, его аппетитных ногах с гладкими щиколотками, которые хотелось укусить каждый раз, когда он их видел. Парни выглядели немного взволнованными и начали двигаться с меньшим напором, однако, видимо, их собственное возбуждение настолько сильно их разморило, что они не могли оторваться друг от друга, в том числе и от Намджуна, конечно. Они нетерпеливо дышали, покусывали губы и вели бёдрами, ожидая, что ответит Ким, у которого уже всё свело от сильного возбуждения на грани скорой разрядки. — Я хочу переспать с вами, — наконец хрипло прошептал он, сглатывая ком в горле. — Хочу, чтобы вы тоже получили удовольствие. Он тут же немного приподнялся и с чувством сжал талию обомлевшего Тэхена обеими руками, прильнул к его губам и поцеловал с особенной страстью. Прихватив вмиг напрягшегося Чимина за волосы и подождав, пока тот выдохнет немного болезненный стон, он повернул голову и тут же припечатался к его губам своим, заставляя приподняться с дивана. Они все снова заёрзали, задышали и вцепились друг в друга. Кажется, всем троим идея очень понравилась, а Намджун только что самолично развязал парням руки. — У тебя когда-нибудь было втроём? — Тэхен немного поднял голову с его плеча, в которое только-только уткнулся, и обратил к нему разгорячённый взгляд. Слова Намджуна заставили их обоих немного перенервничать и тут же завестись с новой силой. Даже не сосчитать, сколько они этого ждали, как много думали об этом и как много трахались, представляя, что Намджун где-то рядом с ними. Тэхён сходил с ума, ловя его имя с губ Чимина и сам едва ли не стонал то же в ответ, сильнее вбиваясь в него и не слушая притворно протестующее «медленнее». — Нет, — честно признался Намджун и сел прямо. Его поясница заныла и под затылком стало немного влажно. Кажется, он ещё никогда так не возбуждался. — Тогда просто доверься нам, — сорвано прошептал Пак, садясь на него сильнее и громко выстанывая от того, как возбужденный член Намджуна упёрся в его бедро. Впрочем, скоро ему пришлось покинуть столь притягательное местечко, потому что Тэ едва ли не стащил его с чужого тела. Впервые в середине оказался не Намджун, а Чимин, который тут же завертел головой, не понимая, что происходит. Две пары горячих рук крепко обхватили его, а кто-то даже успел немного болезненно шлёпнуть, впрочем, эта привычка была только у Тэхёна. Он прошёлся губами по его затылку, а Намджун наклонился к ключицам и обхватил манящую выпирающую косточку, чувствуя на языке сладость кожи. Чимин крупно задрожал и сильнее прильнул к Тэхёну и Намджуну сразу, которые медленно раздевали его, лаская подтянутый живот и неширокие плечи незамысловатыми поглаживаниями. — Горячо, — с дрожью выдал он и прильнул к плечу Джуна, ощущая, как чужие руки разводят его ягодицы. Они оба проникли в него смазанными пальцами, выбивая из парня судорожные вздохи и лишь проталкивая те глубже. Прохладные пальцы Намджуна, сосредоточенно выцеловывающего его шею, и тёплые пальцы Тэхёна, что слабо потирался о его бедро собственным, создавали такой контраст, что Пак неожиданно сильно вскинул головой и едва ли не врезался подбородком в лоб Джуна. Он мог лишь хныкать и сильнее приподниматься, закрывая глаза с дрожью. Задирая руки, розоволосый почти неосознанно вцепился в Намджуна, который успокаивающе обнял его за талию и поцеловал в горячее острое плечико. Тэхён же дышал ему обжигающе в затылок, что буквально размазывало Чимина по Джуну, он выпятил задницу и насадился на их пальцы, напряжённо сглатывая слюну. — Хороший мальчик, — прошептал Тэ в восторге, двигая пальцами внутри Чимина одновременно с Намджуном, у которого очаровательно загорелись уши от подобного. Тот бы спросил, кого именно Ким назвал хорошим мальчиком, но не стал, лишь получил в губы одурманивающий поцелуй и застонал, когда Чимин робко вскрикнул от наслаждения и сильнее сжал их собой. Было тесно, порой Намджун не понимал, за какими губами и руками ему следовать, терялся, не зная, кого сейчас хочет поцеловать сильнее. Тэ и Чимин были более уверенными и собранными, вероятно, они уже даже не во второй или третий раз занимаются подобным, а потому умело вели парня за собой, вместе с этим покрывая отвыкшее от ласки тело поцелуями и укусами. Кажется, его уже даже и поцарапали пару раз. Ким послушно лёг, когда на его плечи надавили. Пак скоро сел к нему на крепкий живот и широко облизнулся, словно сытый кот. В глазах у него стояла лишь одна мутная пелена возбуждения, и он то и дело потирался ягодицами о член Намджуна, который и без того уже очень давно требовал к себе внимания. Волосы Тэхёна спутались от постоянной перемены положений и того, что Чимин поминутно дёргал за них, опрокидывая его голову и требовательно целуя без шанса на сопротивление. У Намджуна иногда кололо язык от желания спросить, в каких отношениях они находятся в постели, но при одном взгляде на эту парочку можно было с почти стопроцентной уверенностью сказать, что парни довольно универсальны по своей природе. Тэхён сидел у самой головы Намджуна и с наслаждением оглаживал его спутанные, немного влажные волосы. Джун горячо смотрел то на него, то на Чимина и тихо рычал от непреодолимого желания, сжимая бёдра Пака сильнее и насаживая парня на себя. Тот прогнулся в спине и задушено застонал, открывая глаза и приоткрывая губы. Он ошарашенно опёрся рукой о диван и вновь застонал, почти всхлипывая. — Блять, большой… — сдавленно прошептал он и прикрыл глаза, прильнув вдруг к руке Тэ и поцеловав его ладонь, прихватив плотную кожу зубами. У Намджуна был короче, чем у Тэхёна, но толще, и с непривычки к подобному размеру у Чимина едва ли не посыпались искры из глаз, а икры свело судорогой. На двойное он никогда не согласится, хоть связывайте и пытайте. — Тебя похвалили, Джун-и, — горячо и хрипло посмеялся Тэхён, с особенной лаской оглаживая жилку на шее, когда её обладатель напряжённо выдохнул. В Чимине было горячо и узко. Несмотря на резинку, что окольцевала его плоть, Намджун словно чувствовал каждую клеточку Пака. Сгорая, он прикрыл глаза, поворачивая голову в сторону Тэ. Тот простонал вместе с ними, явно наслаждающийся тем, что видит, а после надавил на губы Намджуна погорячевшими пальцами, шумно выдыхая. Мин двинул бёдрами и насадился на Кима сильнее, от чего он хрипло простонал и открыл рот, и тогда тэхёновы пальцы тут же проникли внутрь, немного поглаживая подушечками неспокойный кончик языка. Пак крепче взялся за русоволосого и принялся в удобном ему темпе двигаться, каждый раз поминутно вздрагивая от влажных шлепков их тел друг об друга и вскидывая голову. Они выбрали именно эту позу, потому что Намджун, в отличие от Тэ, ещё не достаточно хорошо знал тело Пака, не знал, как он должен реагировать, а как нет, какой темп ему нужен, потому что Чимин хоть и чувствительный, но очень прихотливый. Даже зажимая его в намджуновом туалете, Тэхён понимал, как его стоит поставить, когда нажать на его поясницу, когда и под каким углом войти и какой ритм держать так, чтобы у Чимина ноги подкашивало от наслаждения. Они ведь не две недели встречаются, в конце концов. А потому Намджун полностью отдался в их ненасытные руки, позволяя направлять себя и учить, открывая своё тело и желая изучать чужие. Он немного прикусил длинные пальцы Тэ и принялся обсасывать каждый по очереди, причмокивая пухлыми губами и иногда прикрывая глаза, если Чимин опускался на него слишком сильно. Боже, как ему было хорошо. С каждым толчком он лишь открывал рот шире и заглатывал пальцы глубже, вслушиваясь в томные выдохи Тэхёна, ласкающего самого себя. Его нутро подсказывало сделать ему что-нибудь ещё, и тогда Джун немного отстранил свою голову и поднял глаза на разгорячённого Кима, брови которого немного сходились на переносице.  — Садись сверху. Хочу тебе отсосать. Услышав их, Чимин заинтересованно замурлыкал и задвигался немного быстрее, от чего грудь Намджуна начала вздыматься сильнее и снова напросилась на липкие смазанные поцелуи. Как только он сомкнул на соске цепкие зубы, бёдра Намджуна под ним задрожали, и Пак улыбнулся довольный, совершенно опьянённый, поднимая взгляд на Тэхёна, который зачарованно осматривал опухшие красные губы Джуна и гладил пальцами. — Давай, Тэ, ну же, — подгонял он своего любовника и вместе с Намджуном потянул его ногу на себя, разминая под пальцами горячую карамель кожи. Тэхён напряженно выдохнул и выпрямил спину: на его коже расползлись очертания позвонков, и он с тихим шипением забрался на грудь Намджуна и двинулся вперёд. — Милый, ты уверен? — лишь хрипло спросил он, но парень лишь сильнее взялся за него, подтягивая ближе. Он уверен и даже слишком. — Если будет тяжело — скажи. В его словах слышалась искренняя любовь и забота, и Намджун, теряя голову от наслаждения, только увереннее обхватил его налившуюся, влажную от большого количества предэякулята головку губами и позволил Тэхёну толкнуться в тесноту его рта. Под глазами у того рассыпались искры, и он очарованно выдохнул, тут же жмурясь и немного потягивая себя же за волосы. Горячее горло с радостью приняло его, юркий язык тут же обвёл каждую венку, а Намджун прикрыл глаза и, иногда пуская по члену вибрации от собственных протяжных стонов, напряжённо дышал через нос. Парни едва ли не сидели на нём: один поддавался бёдрами вперед, отдаваясь опаляющему липкому языку, а другой назад, насаживаясь на горячий член и немного сжимая того внутри себя. У Кима заколотилась венка на шее, он немного подмахнул тазом вверх и втянул собственные щёки, выбивая из обоих парней сразу протяжный стон, что являлся для него лучшей похвалой и наградой. Может, в этом и есть прелесть секса: не столько заботиться о собственном вожделении, сколько пытать лаской своего возлюбленного, ловить его вздохи и терпеливо сдерживать колкие царапины по спине. Пак, конечно, не мог видеть лица Намджуна, потому что его перекрывали тэхёновы бёдра, но сам наслаждался происходящим не меньше и иногда утягивал парня в горячие, полные восторга поцелуи, из-за чего Тэхён немного уводил бедра назад и позволял Намджуну дышать. Тот плотно хватал губами воздух, изредка шлёпал Тэ по ягодицам, а после опустил руку ниже и переплел с Чимином пальцы, который, кажется, медленно, но верно вёл их к разрядке, сильнее опускаясь и поднимая бёдра едва ли не до конца, чтобы затем снова опуститься на всю длину и восторженно застонать. Голова кружилась. Движение чужого тела выбивали из Джуна кислород, но он, в противовес этому, только сильнее открывал рот и хмурился, покрывая горячую плоть смазанными поцелуями. Тэхен засмотрелся на это представление, которое не увидишь ни в одном порнофильме с премиум-аккаунта, а потому разгорячился и сильно поддался вперёд, входя Намджуну в самую глотку с громким стоном. От неожиданности тот широко открыл глаза, почти беспомощно выгибая брови, и подавился, вздрагивая и неосознанно царапаясь. — Бля... — ту же сокрушился Ким и отстранился, наклоняясь к Намджуну, который разошёлся сухим кашлем. Его губы были до ужаса мокрыми, по подбородку стекали прозрачные капли, глаза заслезились от внезапного проникновения, и подобная картина едва ли не заставила Тэхёна тут же кончить. Намджун затуманено смотрел на него и ещё тихо и сухо хрипел, немного хмурясь от того, как ему разодрало горло. Чимин, поняв, в чём дело, тоже остановился и наклонился к своим парням, успокаивающе поглаживая напряжённый живот русоволосого и обводя пальцами с особенной любовью его проявляющиеся кубики. Всё-таки на пресс он тоже в зале работает. — Тэхён, ты решил задушить нашего парня своим членом? — беззлобно отвлёкся Чимин и почти слез с Намджуна, правда беспокоясь за его состояние, но тот услышал эти слова и со всей силой, которая в нём была, толкнулся в Пака, и парень вскрикнул, чувствуя, как в него проникли по самое основание, мощным движением подбрасывая вверх. — Ах!.. Прости-прости, — тут же отозвался он, наказанный, и снова вернулся в прежнее положение. Надо правильно слова выбирать. — Прости, Джун-и, правда, — зашептал Тэхён и с болью в глазах наклонился к губам Намджуна, который тут же доверительно поцеловал его в ответ. — Все нормально, — лишь хрипло ответил он. Горло всё ещё немного саднило, и ему на миг показалось, что он задыхается, но сердце медленно приходило в порядок, а после он приподнял голову и вжался затылком в подлокотник дивана, снова вбирая плоть Тэхёна, который тут же с хныканьем схватился за его влажные волосы, больше не смея двигаться так резко. Вслушиваясь в чужие, почти слившиеся воедино стоны, Намджун ласкал Тэ языком, иногда смаргивая влагу с ресниц и давая себе немного подышать. Лаская его щеками со внутренней стороны, он всё быстрее двигал головой наравне с тем, как Пак, царапая его живот, всё лихорадочнее прыгал на нём и лишь вскрикивал, когда Намджун от крайнего наслаждения помогал ему своими бёдрами и шлёпал по ягодицам, затем снова сплетая с розоволосым пальцы. От влаги их ладони съезжали друг с друга и пальцы расцеплялись сами собой, но Чимин был упрямее, потому до болезненного стона на губах Джуна впился ногтями ему в руку. Полностью отдаваясь процессу, наслаждаясь двумя, горячо обожаемыми им телами, он поднял на Тэхёна влажный взгляд, рассматривая его забившуюся грудь, вздрогнувшие крупно бёдра и натянувшийся, словно по струнке, живот, по которому стекало пару капель от напряжения. Кажется, он на грани. Жмурясь и почти всхлипывая, Тэ вдруг отпрянул и с низким полустоном полурыком излился Киму на самые губы. Вязкое семя слепило их, а Намджун лишь загнанно задышал, словно пропуская чужой оргазм через себя. Тэхён с дрожащими ресницами, телом, что не находило себе места, и прокушенной до самой крови губой казался настолько обворожительным, что он на пару секунд выпал из реальности, инстинктивно вбиваясь в Чимина, который уже начал хлопать его по ногам от такого темпа, сжимаясь и сжимая собой. Семя Тэхёна было горьким, вязло рот сильнее черники, но Ким всё равно слизал его со своих губ и даже улыбнулся, когда парень, цокнув, ударил его по плечу. В нём вдруг разлилась нежность, и он приподнялся, одаривая уставшего Тэ поцелуем, что потянулся к нему в ответ. Они вновь сплелись поцелуем, и горький язык Намджуна толкнулся в его, из-за чего шатен тут же зафырчал, жмурясь и отстраняясь с улыбкой. Он прекрасно знал свой вкус, потому что Чимин очень сильно не любил, когда Тэхён кончал ему на губы или в рот, а потому всегда мстил и не проглатывал до конца, затем целуя Кима лишь за тем, чтобы передать ему его же вкус. Сейчас Пак должен бы был сказать что-нибудь типа «так тебе и надо», однако ему, кажется, было не до этого, потому что он уже обессиленно уронил голову и двигался из последних сил, едва ли не всхлипывая из-за того, как его тело било мелкой дрожью и обливало потом. Ещё пару минут, и он точно кончит, это было видно по тому, как он прищурил один глаз и почти высунул язык, сходя с ума и едва ли не ложась на них обоих сверху. Наверняка он даже не понял, что сейчас произошло между этими двумя, стараясь просто не отключиться. Сил не было, зато возбуждение требовательно било по его телу, от чего Пак был вынужден лишь двигаться быстрее. Ким тут же слез с Намджуна и требовательно надавил на спину слабо сопротивляющегося Пака, принуждая лечь сверху и перестать себя насиловать, расходуя энергию, которой совсем не осталось. — Он устал, — пояснил тот, шепча разгорячённо и поглаживая Пака по мокрой голове, который только тихо фыркнул, почти клюнув Намджуна в плечо, что ещё держался, сам не зная каким образом. — Доведи его до оргазма, Джун-и, — зашептал он снова, наклоняясь к ним и немного оттягивая русые волосы вверх. Намджун и сам уже понял, что Чимин был на пределе, даже если и видел его таким в первый раз. Обычно шумный и язвительный Пак молчал, только протяжно стонал или срывался на одно мычание, сжимая до боли чужую талию и, кажется, оставляя на ней синяки от своих пальцев. Да Намджун и сам был на пределе возможностей. Он не чувствовал своего языка, который всё ещё был связан горечью, его бёдра ходили из стороны в сторону, а сердце словно упало в самый живот, от чего тот сильно вздрагивал раз за разом. Поцеловав беспомощного Чимина в горячее сладкое плечо, Намджун с наслаждением и особым желанием скорой разрядки сжал его талию и с силой притянул к себе. Он тут же, лишь выдыхая одним носом, сорвался на бешенную скорость и каждый раз крупно вздрагивал от того, с какой силой его тело ударялось о тело Чимина. Его било мелкой дрожью, зато Пак начал содрогаться крупной и, словно немного опомнившись и придя в себя, вдруг заахал и схватился пальцами за бедро Тэхёна с такой силой, что тот взвыл от боли. — Медленнее… — запротестовал Чимин и едва ли не заплакал, упираясь мокрым лбом в крепкое плечо Намджуна, стараясь слезть с его плоти, однако от этого лишь сильнее разгоняя размах намджуновых бёдер. Вслушиваясь в жалобный, содранный до хрипов голос парень, не помня себя, только-только немного замедлился, как Тэ положил на его голову свою руку и предупредил хрипло, перекрывая собой голос Чимина, который в постели всегда говорил «нет», имея в виду «да». — Не слушай его. Он всегда так говорит, когда хочет кончить. Чимин поднял на него полный напускной ярости взгляд и едва открыл рот, как Намджун снова набрал темп, от которого он выгнулся и забил ногами по постели. Всё его тело прошибало током, он содрогался в чужих руках и, кажется, не смел даже дышать. И чем сильнее входил Джун, тем сильнее подбрасывало Пака и пыталось лишить сознания, пока он не вздрогнул в руках Намджуна и не кончил ему на живот, едва прикоснувшись к себе. — Ах-х, бля-ять… — заматерился он, закатывая глаза и раздирая Киму руки, который только горячо и со всей страстью прикусил его плечо и кончил, вздрагивая от того, как сильно напрягся живот, а затем немного подбросил вымотанного Пака вверх и прогнулся в пояснице. Всё тело заныло в истоме, в голову забрался шум, а перед глазами плыли цветные пятна, из-за которых Намджун зажмурился и устало опустился на постель. — Жарко, — только вымученно прохрипел он, когда тело Чимина придавило его к дивану со всей силы, а Тэхён прижался к ним обоим сбоку, уставший ничуть не меньше. Во рту словно была пустыня, голова гудела от перенапряжения. Пот с груди Чимина скатывался на Намджуна, нисколько его не охлаждая. С этими двумя он в сауну точно никогда не пойдёт, даже под страхом смерти. Как люди умудряются там ещё и заниматься любовью? Ему душно посреди зимы. Собираясь с последними силами и двигая своим ослабленным телом, Намджун медленно стянул Чимина с себя под его едва различимое мычание и перевернул того, кладя на спину. Тэ тут же заботливо припал губами к виску Пака, который лишь слепо повернул к нему голову, не говоря ни слова. Подозрительно тихий. — Он в порядке? — лишь хрипло и взволнованно спросил Намджуна, сильнее садясь на диван, потому что его даже ноги не держали, и завязывая презерватив. Им еще убирать всё это безумие, особенно то, что они оставили на телах друг друга. На его животе, усыпанном бледными царапинами, подсыхало семя Чимина, у того были искусаны все плечи, а шея Тэ оказалась обставлена засосами, появление которых Намджун, кажется, каким-то образом пропустил. — Ему отдышаться надо, — лишь беззаботно ответил Тэхён, подпирая голову рукой и поглаживая Чимина по волосам, который скоро и правда разлепил глаза и окинул их обоих взглядом, а после вдруг зафырчал. — ... вы мокрые, не трогайте меня, — он задвигался под руками Тэхёна, который вдруг напал на него и начал обставлять влажными поцелуями и без того мокрую шею, из-за чего Чимин засопротивлялся лишь больше, вызывая злорадную ухмылку у Тэ и лёгкую улыбку у Намджуна, наблюдающего за тем, как оба парня, только что переспавших с ним, сейчас резвились на его диване, словно дети. — Вообще-то тут ты самый мокрый. — И не по своей милости. А вообще, я хотел спросить, — вдруг сказал Чимин и схватил их обоих за руки. Намджун едва успел приподняться, чтобы предложить сходить в душ, но тут же вернулся на своё место, потому что Пак внезапно стал серьезным и даже немного нахмурился. Тэхён тоже напрягся и сел ровнее, наблюдая, как Чимин начал водить глазами с него на Намджуна и обратно. Он на секунду замолчал, а затем выдохнул, — Мы же встречаемся, да?.. — Ты серьёзно?.. — Тэхён обмер на месте от тупости его вопроса. А после напрягся в плечах и повернул голову к Намджуну. — Мы же встречаемся, да?.. — они оба смотрели на него выпытывающе, глаза переливались в свете всё тех же гирлянд. ... — Да, мы встречаемся, — устало подтвердил Намджун и потёр свою переносицу, тут же беззвучно смеясь и всё ещё находясь под чужими напряжёнными взглядами. Кажется, им всем нужно говорить то, что они думают, друг другу прямо в лоб, иначе подобные вопросы будут появляться у них и дальше. Им предстоит ещё очень много работать над этими отношениями.