До встречи в Вутае!

Клауд чувствовал себя так, словно выпил в мороз горячего чаю — в груди разлилось тёплое и приятное чувство. Он смотрел на Сефирота, ловил каждый его жест до тех пор, пока он не ушёл в палатку — судя по всему, отдыхать. «Вот ведь странно, — подумал Страйф, всё ещё глядя в ту сторону, — словно и не было событий этого года… я снова боюсь подойти к Сефироту лишний раз. Всё как тогда. Только теперь я солджер». Он попытался вспомнить казавшиеся теперь такими далёкими ночи, которые они проводили в объятиях друг друга в апартаментах генерала. Но, как бы он не отдавался этой мысли, словно кто-то хаотично поработал ластиком на картинах, запечатленных в его душе, сердце и памяти — куда-то исчезла привычная чёткость. «Может, и не было ничего? Может, мне всё приснилось?..» — Страйф собирался всерьёз задуматься над только что выведенным парадоксом, однако на его плечо легла чья-то ладонь, не дав ему углубиться в дебри самопознания. Парень в страхе обернулся — он теперь от всего шарахался. Это оказался Лазард, который, видимо, только пришёл в себя после перехода — и созрел для разговора. Признаться, Клауд, устав нервничать, совершенно забыл об обещании директора «получить разъяснения». Но тут же все страхи вернулись. Захотелось спрятаться за спину Зака — он опытный, пусть бы он что-нибудь придумал… «Не Зак впутал тебя в это, — жёстко напомнил себе Клауд. — Не Заку и выпутывать. Он и так делает для тебя многое… Кансель». Парень как мог смело посмотрел на своего директора. Какие бы каверзные вопросы не начал задавать Лазард, солджер хотя бы выглядеть будет прилично. — Я знаю, кто ты, — быстро и тихо сказал директор. — Ты ведь никакой не Кансель. — Откуда?.. — заикнулся было Страйф, тут же забыв о своём «приличном виде», но не успел продолжить: — Не буду вдаваться в подробности мелких несоответствий, но на одно могу указать точно — никогда не замечал, чтобы Кансель проявлял настолько живой интерес к нашему сребровласому генералу… — Лазард усмехнулся. — Не волнуйся, малыш Клауд Страйф, если бы я хотел тебя заложить Сефироту, я бы сделал это ещё по пути сюда. Я хотел предложить тебе сделку. Последние слова он произнёс почти шёпотом, чтобы ненароком никто не услышал. Страйф огляделся — солджеры занимались своими делами, Анджил о чём-то разговаривал с Заком, Сефирот, по всей видимости, был в палатке. Лазард выразительно глянул на Страйфа и призывно махнул рукой. Секунда потребовалась парню для размышления — он подхватил свой меч, после чего в три прыжка догнал директора. Они стали незаметно отдаляться от лагеря, поднимаясь по тропинке-серпантину и входя в лес. В конце концов, они оставили товарищей за очередным поворотом тропки, всё дальше углубляясь в дебри каких-то деревьев с гигантскими мясистыми листьями, чуть тронутыми желтизной — и сюда уже добралась всемогущая осень. «Интересно, какие эти листья? Мягкие? Много в них сока?» — вдруг подумал парень, проводя рукой по кроне молодого деревца. Однако проверять он не стал. Генерал сказал не трогать растения, а Страйф и так уже один раз ослушался — ненарочно, правда — когда съел ту шишку. Не хватало ещё здесь на какой-нибудь яд наткнуться… Клауд снял шлем, взяв его подмышку, и потряс белобрысой головой. Какой смысл теперь прятаться? В этот же момент в чаще ему привиделось движение, но парень решил, что это всё от того, что он его внимание было рассредоточено. «А может, это какой-нибудь лесной зверь, — мысленно пожал плечами Страйф. — Подумаешь…». Солджер вопросительно посмотрел на упорно молчавшего директора — они прошли уже достаточно много, отдалившись от лагеря на безопасное для разговоров расстояние. — Так вот, о сделке, — кивнул Лазард. — Дело в том, что мне крайне необходима защита. И я согласен даже на то, чтобы покрывать тебя и твоего приятеля Зака перед генералом, полковником и остальными солджерами, если ты со своей стороны пообещаешь мне личную охрану. Страйф, закашлявшись, встал, как вкопанный. — Личную охрану? О чём вы, директор? Я априори согласен на любую сделку, ведь я не идиот, и понимаю, что в противном случае я буду разговаривать не с вами, а с генералом… но что именно я должен буду сделать? — он вдруг торопливо добавил: — И, кстати, Зак не при чём, это моя вина, моя идея… а он даже ни о чём не знает. Лазард тоже остановился, характерным жестом поправив очки и сложив руки на груди, как он любил это делать. Ехидно улыбнулся и сказал: — Ты мне хочешь сказать, что вы спали в одной палатке, и Фэйр тебя не узнал без шлема? А то, что он всё время трётся возле тебя — стечение обстоятельств? Не надо мне врать, Страйф. Уж если идёшь на сделку, так давай всё по-честному. «Если бы ты сам всегда был честным, это бы имело смысл…» — подумал Клауд. Он вспомнил рассказы Сефирота о том, как искусно Лазард лавирует меж расставленных ловушек, играет словами. Самому Страйфу никаких дел с Лазардом иметь ранее не доводилось — да и когда бы он успел, без году неделя солджер? Периферическое зрение снова выхватило какое-то движение — или даже тень его. Страйф обернулся, но ничего не заметил. Он вглядывался меж деревьев снова и снова, в конечном итоге придя к мнению, что всё это ему показалось. А вот директор отреагировал странно. Он-то явно не мог видеть того, что только что видел (или не видел) Клауд, но ему хватило одной лишь реакции солджера. — Пойдём отсюда, — быстро сказал он, разворачиваясь. — Идём. Давай. На лице его обозначилась тревога, и парень никак не мог понять, отчего. «Может, просто боится неизвестного? — предположил Страйф, спеша за длинноногим Лазардом — на этот раз обратно. — А ведь это наверняка какая-нибудь белка…». — Личная охрана, — возобновил разговор директор, — это значит, что ты будешь меня охранять. Не знаю, как ты это сделаешь, но я должен вернуться в Мидгар целым и невредимым. Пойми простую вещь — я умею себя защищать только словом, я не боец. У каждого из нас своя задача. Я — организатор, политик, меня учили грамотно разговаривать с людьми. Ты — солджер, тебя учили крутить хвосты монстрам. Но здесь и шагу нельзя ступить, чтобы на монстра не наткнуться, — на этих словах он ускорился. — Или ты предлагаешь мне с ними переговоры вести? Деревья стали редеть, а дорога пошла вниз. Они выходили из леса и приближались к лагерю, поэтому Лазард замедлился — чтобы не прийти туда слишком рано. Им стоило закончить разговор здесь, где нет чужих ушей. — Солджерам я здесь как помеха, — горько сказал директор. — Я их понимаю. Это хорошо, когда Лазард сидит в своём координационном центре, отдавая команды оттуда, а на месте операции он нужен примерно так же, как чемодан без ручки. — Тогда зачем вы согласились на участие? — пожал плечами Клауд. Парень всё-таки не выдержал и сорвал огромный лист, растерев его в руках. Он действительно оказался очень сочным — даже, пожалуй, чересчур. И теперь встала другая проблема — Страйф не знал, как очиститься от зелени, уже жалея о своём необдуманном поступке. Он украдкой обтирал ладони о штаны в районе бёдер — у него был большой опыт с картошкой. — Мальчик, — тон директора был почти угрожающим, — не лезь туда, где ты ничего не понимаешь. Скажу лишь одно: если ты думаешь, что это была моя инициатива, ты ошибаешься. Клауд поднял глаза на собеседника, на миг оторвавшись от своего занятия. «Кто мог отправить Лазарда в Вутай? Разве что недоброжелатель…» — подумал он и тут же продолжил свою «экстренную чистку». Наконец, вытерев руки до той степени, что они перестали быть похожими на щупальца Мальборо, он произнёс: — Но почему вы не попросите вам помочь кого-то более… ну… — он замялся и ответил почти шёпотом: — Опытного. Я ведь и себя-то не всегда могу защитить, вы должны это понимать. Лазард всплеснул руками, раздосадованный тем, что Клауд так и не понял: — Потому что никто другой не согласится мне помогать за просто так. — Ошибаетесь, — улыбнулся Клауд, протягивая всё ещё зеленоватую руку для пожатия. — Я бы согласился. Даже если бы и вправду был Канселем. Уголок рта Лазарда дрогнул. Директор пожал руку своего нового телохранителя и лишь после этого улыбнулся полноценно. — Кстати… а что там с моим платком? — Да он в моей старой форме. В смысле, в моей форме. В форме солджера третьего класса. Это долгая история, но самое главное — его хотели выкинуть, он был весь в кровавых пятнах, а я узнал его по вышивке и собирался отдать вам… но, совершенно неожиданно сам оказался здесь. И без него. Лазард коснулся длинными тонкими пальцами виска, словно бы его пробил приступ внезапной мигрени. На самом же деле директор вспоминал и сопоставлял факты. С того самого момента, как досадный случай в лифте произошёл, Лазард постарался выкинуть его из головы и забыть. Ладони его ещё болели, под перчатками он носил бинты, однако главным было не это. «Главное, чтобы это не оставило следов в душе», — так решил для себя директор. И потому, не найдя платка на следующее утро, он весьма удивился, логично не связав факт его пропажи с ЧП в лифте. Конечно, у него были ещё платки, но этот был любимый. Именной. Ерунда, но, как выяснилось, значимая. — Кровавые пятна… Да, верно. Вот почему он потерялся, ведь в последний раз я отдавал его… Договорить он не успел. Из даже не дрогнувших кустов на тропинку навстречу Клауду и Лазарду, выпрыгнул большой зверь, преграждая им путь к лагерю. Он был похож на молодого льва — негустая грива, большое мохнатое тело, мощные когти, огромные клыки. Только окрасом щеголял почему-то ярко-рыжим, отдающим в красный, а вместо «кисточки» на хвосте был… огонёк! Впрочем, удивляться было некогда. Лазард, прошептав что-то вроде: «О нет, это он!», быстро зашёл за спину солджера. Страйф лихорадочно высвободил меч, встав в стойку. «Вот тебе и белка! Святой Лайфстрим… да я с реальными монстрами-то всего два с половиной раза в жизни бился! И все в Нибельхейме, где рядом был генерал…» — Клауда парализовало ужасом. Зверь щурил единственный жёлтый глаз (второй ему, похоже, выцарапали в драке), хищно скалился, переминал огромными лапищами, готовясь к броску. «Почему у него на лапе браслет? Он что, материю применять умеет? Разумный зверь?» — вдруг дошло до Страйфа. Поздно. Утробно зарычав, «лев» бросился на солджера.