До встречи в Вутае!

— Кажется, мы вовремя, — как-то буднично заметил Винсент, скосив глаза на огненную вспышку. Спасательный отряд как раз успел подойти к месту основного действа с северо-восточной стороны. Когда-то у форта существовал только один вход: ворота находились в юго-западной части, во дворе с фонтаном. Однако сейчас внешняя стена, как и все остальное, оказалась разрушена, так что вход в бывший непобедимый оплот вутайской армии можно было найти где угодно по периметру. — Нам следует поспешить, — твердо сказал Ценг. — Мы с Генезисом обойдем центральное здание с той стороны — я хочу знать, сколько здесь самураев. — А я — сколько солджеров, — встрял рыжий, которому просто было принципиально высказать свое мнение. Ценг покосился на него с какой-то дикой смесью неодобрения и нежности, однако в такой темноте это смог бы увидеть, разве что, Винсент. Так или иначе, если даже он что-то и заметил, то деликатно промолчал. Затем Турк продолжил: — Винс, будь добр, присмотри за господином вице-президентом. Тот только коротко кивнул. Ценг конечно же, никак бы не смог разглядеть этот жест, но он все понял и без подтверждения. Он знал — Винсент Валентайн сделает то, что прикажет ему его начальник. Даже если он младше своего подчиненного лет на двадцать… — …Вутайцы? — прошептал полуослепший от взрыва Клауд, шаря рядом с собой в поисках Сефирота и продолжая задавать глупые вопросы. — Но откуда здесь… что это? Под пальцами левой руки — на ней не было перчатки, он не успел ее надеть, поскольку до взрыва шел, держась за правую руку Сефирота — он явно почувствовал что-то мокрое. Бурное воображение тут же дорисовало картину — генерал с артериальным кровотечением, раненый, медленно и мучительно умирающий на его руках… «Нет, вроде артериальное — это когда кровь фонтаном, и в течение нескольких секунд наступает смерть… — вспомнил он кадетские курсы первой медицинской помощи. — Или это все-таки венозное? Интересно, а у солджеров все так же?..». Вполне живая и теплая рука, но по-прежнему в тревожно-мокрой перчатке заткнула ему рот, вторая рука подобрала шлем. Если бы зрение и нюх Страйфа пострадали не так сильно, он бы мигом сообразил, откуда взялась жидкость и какого она происхождения, но пока ему оставалось только вглядываться в почти непроницаемую темноту в ожидании новых взрывов. Зрение потихоньку восстанавливалось. Клауд успел уловить, как Сефирот кинул шлем за скопление валунов справа от них — известная с древних времен уловка. В темноте создалась иллюзия движения, и вутайцы потратили еще один заряд зря. В общем грохоте Страйф услышал, как генерал прошептал ему в ухо: — Когда я скажу, со всего маху кинешь свой телефон на двенадцать часов. И почти сразу же после этого раздалось: — Сейчас! Парень не очень задумывался о том, что будет дальше, однако успел понять, что мобильник, подаренный Заком, он вряд ли еще когда-нибудь увидит. — Это бомба, она сейчас рванёт!! — раздался истошный крик, разорвавший ночь не хуже взрыва. Трое нападающих тут же обнаружили себя, выскочив из укрытия и отточенными движениями бросившись за окрестные валуны. Похоже, трюк с телефоном сработал — вутайцы и вправду поверили в существование бомбы. Сефирот же, не теряя даром ни секунды, сгреб ученика, который только успел порадоваться восстановившемуся зрению, за шкирку, как непослушного котенка, и поспешил к центральному зданию. — Что ты делаешь? — ужаснулся бывший кадет, пытаясь освободиться. — Мы что, не будем с ними драться? — Естественно, нет, — зло ответил Сефирот. — Если бы кое-кто раньше сказал мне, что видел принцессу Юффи… все могло бы быть иначе! А сейчас, если мы хоть пальцем тронем самого захудалого самурая, это будет уже война! — А ты… разве ты не ранен? — окончательно вырываясь, Клауд поспешил за генералом. — Там было что-то мокрое, и я подумал… — Фляжка. Разбилась, когда я неудачно упал, — отрезал тот. — Нам нужно скорее найти наших ребят и объяснить им, что на этих самураев нельзя нападать ни при каких обстоятельствах! …Безусловно, если бы в распоряжении Анджила была вся информация, он бы никогда не приказал отряду из десяти солджеров напасть на осаждающих центральное здание форта вутайцев. Однако он искренне думал, что нападающие — это и есть тот самый отряд повстанцев, ради которого они и проделали этот длинный путь. Если бы только полковник знал, что ими руководит не кто-нибудь, а прославленный Моггет Рейн, с которым Хьюли не раз сталкивался на войне! Если бы он понимал, чем грозит пролитая капля крови — что с одной, что с другой стороны… Но он не знал, именно поэтому… — Выходим, — коротко отдал приказ он ребятам. За несколько минут, что отряд отсиживался в круглом зале, Анджил успел выяснить, что ни у кого из солджеров серьезных ран или нарушений не наблюдалось, за исключением Зака — его слух был все еще в процессе восстановления, однако ждать дольше было нельзя, они рисковали быть расстрелянными из «огненных алебард» прямо в помещении. Солджеры, полные желания дать полноценный отпор врагу, двинулись к дверям. …Моггет уже через секунду сообразил, что никакой «бомбы» не было, однако этой секунды как раз хватило беловолосому демону, чтобы скрыться. Офицер поднялся и с чувством пнул ногой камень. Он упустил Сефирота, который был так близко, невероятно! Пожалуй, это можно зачесть в качестве самого грандиозного провала в истории вутайской армии… Рейн снова спрятался за камень. Он смотрел генералу Шин-Ры вслед так, словно надеялся, что тот вернется и примет честный бой. «Кстати, — вдруг родилась мысль. — А почему он убежал? Ведь нас всего трое, и вряд ли он ошибся при счете… я уверен, даже в такой темноте он все понял. Испугался меня? Глупости. Не захотел вступать в драку? С чего бы?..». Это была действительно интересная догадка, однако полноценно развить ее Моггету не удалось — из темноты внезапно выплыл силуэт. Высокий человек в темном костюме с темными волосами… Знакомые черты, родимое пятно на лбу… — Не может быть… — одними губами прошептал Рейн. В последний раз он видел Ценга давным-давно — они оба были еще очень молодыми. Ценг был приближенным к Императору, но предпочел предать свою страну и перебежать на сторону Шин-Ра. Известно, что он сделал отличную карьеру через два океана отсюда. Кто бы мог подумать, что у него хватит нахальства после всего ступить на землю своей родины вновь? Ценг считался в Вутае весьма нежелательной персоной, именно поэтому Моггет сразу его узнал, несмотря на прошедшие годы. Для Рейна специально собирали фотографии подобных «нежелательных» людей. «Я не знаю, как он тут оказался, но я знаю одно — живым он отсюда не уйдет», — Моггет с боевым кличем выскочил из укрытия, то же сделали оба самурая. Лицо Ценга не покидало выражение спокойной сосредоточенности, которую можно увидеть у человека, пришедшего стрелять в тир, и внезапно появившиеся вутайцы словно бы совсем не удивили его. Через миг в его руках действительно оказался пистолет, малоэффективный в такой темноте и к тому же неспособный пробить доспехи самураев. Однако и отдавать свою жизнь задаром Турк не собирался. — …Что нам делать? — в ужасе спросил Клауд, оценив обстановку. Они опоздали всего на пару секунд — схватка солджеров с вутайцами успела начаться. Типовые мечи зазвенели о лезвия катан — остановить драку на этой стадии было очень трудно. — Для нас всех было бы лучше, если бы принцесса Юффи Кисараги нашлась прямо сейчас, — прошептал Сефирот. …Принцесса Юффи Кисараги, лишь услышав первый залп, повела себя, как настоящая «великая ниндзя», тоненько закричав: — Ой-ой, это за мной! — О чем это ты? — поднял лохматую бровь Нанаки. — Это Моггет, я знаю, это папа его послал… Оставалось неизвестным, как она определила присутствие именно прославленного офицера Рейна во всей этой заварушке, однако она продолжила скулить так, что в голову Нанаки закрались подозрения о принадлежности его подруги к семейству собачьих: — Миленький Рэд, пожалуйста, давай драпать отсюда как можно, как можно скорее, я тебя прошу! Лишь бы только Моггет меня не нашел. — Значит, этот Моггет страшнее, чем солджеры, я тебя правильно понял? — переспросил он, не будучи уверенным, что вполне осведомлен о том, что в данный момент творится. — В сто, в тысячу раз страшнее! — Юффи показала руками что-то большое и шарообразное — неизвестно зачем. — Потому что солджеры меня никогда не найдут, а он — обязательно! Внезапно принцесса сделала то, что впоследствии Нанаки так и не смог ей до конца простить — вскочила на него верхом, как на лошадь, да еще и пришпорила пятками, которые, кстати, свешивались почти до самой земли. — Скорее! Бежим! Не то, чтобы девушка была сильно тяжелой, но само осознание себя, как ездовой лошади, коробило Рэда. Он хотел высказать все, что он думает о Юффи и о таком обращении со своей персоной, но загремели новые залпы. Рэд вздрогнул, прижал уши и подумал о том, что его огонек на хвосте в черной вутайской ночи может служить неплохим маячком. «Не хотелось бы пропадать тут почем зря, — Нанаки припустил со всех лап. — Потом поговорю с ней о поведении». Они делали большую петлю, огибая центральное здание, намереваясь после этого убежать в чащу. Если бы хоть один из них хорошо видел в темноте, ну, или, скажем, Рэд имел возможность собственным хвостом освещать себе дорогу, или они хотя бы были постарше и имели больше опыта, то они бы поняли, что можно просто драпануть назад, по той же дороге, по которой пришли. Однако они бежали ровно туда, где, скучая, оглядывал окрестности Руфус и напряженно вглядывался в ночь Винсент.