Падший Сокол — The Fallen Hawk

— О чём ты думаешь? Тони взглянул на Пеппер. В маленькой столовой в башне был накрыт аппетитный ужин на двоих, на столе стояла открытая бутылка вина. А Пеппер выглядела сияющей, одетая в великолепное черное платье, волосы распущены и спадают на плечи так, как это нравилось Тони. И всё же его разум где-то не здесь. Он решил, что сошёл с ума, раз отвлёкся в этот момент.  — Ни о чём. Просто наслаждаюсь едой, — Тони улыбнулся ей. — Ни о чём не думаю. Расскажи, как прошёл твой день. Пеппер посмотрела на него и улыбнулась. Это была та улыбка, которую он так хорошо знал. Это была улыбка «Тони, ты действительно думаешь, что сможешь так легко меня обмануть?» которая заинтриговала его с первого дня, только он взял её на работу.  — Я уже рассказала тебе, как прошёл мой день… дважды. Ну, давай. Почему бы тебе просто не рассказать мне, что с тобой происходит. Может, вместе мы что-нибудь придумаем.  — Ничего… серьёзного, — Тони усмехнулся и сделал глоток вина. — Я всё никак не могу перестать думать о том, что Брюс сказал мне на днях.  — О чем?  — Ну, вообще-то, о Клинте.  — Ох, — Пеппер внимательно посмотрела на него, ожидая дальнейших слов.  — Ты же знаешь, он был моим другом, — Старк поболтал вино в бокале.  — Я знаю Тони. И понимаю, что от этого предательство было гораздо больнее.  — Да уж, — мужчина поставил стакан и наклонился вперёд. — Дело в том, что он не захватил тебя в заложники и не угрожал убить. Не вырвал мой реактор и не бросил умирать. Не продал меня каким-то террористам на убийство. Он не Обадайя. На него действительно легко злиться. Но ненавидеть, оказывается, не так просто, как я думал.  — Что ты сказал? Тони с тяжёлым вздохом откинулся на спинку стула:  — Не знаю. Думаю, может, всё не так просто? Что, хотя я не собираюсь спешить и прощать его, я всё ещё могу беспокоиться о нем? Одна часть меня не хочет видеть этого парня больше никогда в жизни, задушить при встрече, а другая часть желает знать, где он сейчас, и что с ним, — он невесело усмехнулся. — Я действительно не понимаю, что говорю, Пеппер.  — Да, — девушка улыбнулась. — У Тони Старка всё-таки есть сердце, помнишь? Я видела доказательства, — Пеппер встала и подошла к нему, села на подлокотник его стула и протянула руку к его щеке. — И оно у тебя очень большое, — она наклонилась вперёд и поцеловала его.

***

 — Мы посадим его сюда снова, сейчас! Я теряю терпение, — отрезал Штрукер.  — Это рискованно, — попытался успокоить его доктор, — мы можем нанести Бартону непоправимый ущерб, если не будем делать перерывы между сеансами.  — Актив пережил это.  — Бартон не обладает такой регенерацией или силой Актива. Его тело уже страдает от побочных эффектов процедуры сильнее, чем тело Актива.  — Хорошо. Нам нужно его вымотать.  — Это может убить его. Мы понятия не имеем, какой из сеансов при такой интенсивности может оказаться последним.  — Ну, вы же учёный. Эксперименты ведь должны вас интересовать, — Штрукер повернулся к Ванде и Пьетро, которые стояли в стороне, пережидая их спор. — Приведите его. Сейчас же, — затем он кивнул охранникам, которые вышли из комнаты вслед за близнецами. Пьетро взглянул на Ванду, пока они шли по коридору. Девушка на мгновение покосилась на него, и их взгляды встретились, задержавшись на мгновение. Но она вновь перевела взгляд вперёд. До камеры Клинта они дошли быстро. Войдя внутрь, обнаружили, что лучник спал, но звук открывающейся двери разбудил его. Пьетро увидел, как он сразу напрягся. Бартон знал, что его ждёт. Знал, что всё будет плохо. Когда Максимофф поднял его на ноги, мужчина не сказал ни слова, он даже не взглянул на Пьетро, а когда его подтолкнули к стражникам, то немного споткнулся. Пьетро наблюдал за мужчиной, пока они шли обратно по коридору и спускались по лестнице. Бартон, казалось, уже еле держался на ногах, в отличие от предыдущего раза. Пьетро задавался вопросом, сколько ещё раз они смогут пройтись этим путём, прежде чем лучник вообще не сможет ходить? При этой мысли он снова взглянул на Ванду. Она, похоже, не наблюдала ни за Бартоном, ни за охранниками, даже не заметила взгляд брата. Он знал это выражение её лица. Она была погружена глубоко в свои мысли. У неё был такой же взгляд, когда Штрукер впервые послал их привести пленника. Когда они вошли в комнату со стулом, Штрукер просиял.  — Бартон, и вот мы снова здесь, — он поцокал языком. — Ты не очень хорошо выглядишь.  — Я в порядке, — Клинт попытался произнести это как ни в чём не бывало, но тон получился больно уж напряжённым. — Спасибо за беспокойство.  — Скажи мне, Бартон, — произнёс Штрукер, подойдя к нему почти вплотную. — Как думаешь, как долго ты сможешь ещё сопротивляться? Хммм? Как скоро ты сломаешься и скажешь мне всё, что я хочу знать? Тебя же не просят убивать Мстителей. Всё, что тебе нужно сделать, это кое-что мне рассказать. Поведать немного фактов. Они ведь никому не нанесут вреда? В отличие от кресла. Мне сказали, что вот оно может нанести больший вред. Возможно даже просто поджарит тебе мозги, — он протянул руку и похлопал Клинта по лбу. — Останешься полоумным на всю оставшуюся жизнь. Ты этого хочешь, Бартон? Навсегда потерять рассудок? Я могу представить, что для человека, который прошел через то, через что прошёл ты, для человека, который так решительно настроен сохранить свой разум, эта судьба будет хуже смерти. Пьетро увидел вспыхнувшие в глазах Клинта эмоции, был ли это гнев или ужас, парень не был уверен точно. Штрукер рассмеялся, как будто только что рассказал отличную шутку. Затем отступил назад.  — Возможно, тебе будет интересно узнать, но наш уважаемый доктор выразил некоторые опасения по поводу того, как часто тебя усаживают в это кресло. Он говорит, что мы не знаем, какие эффекты это может иметь, но, честно говоря, мне весьма любопытно увидеть результаты. Ты так не думаешь?  — Не особо, — Клинт пожал плечами. Ему пришлось приложить для этого жеста все усилия. Он пытался придерживаться своей прежней бравады, но, тем не менее, Пьетро восхитился его упорством.  — Конечно, мы можем покинуть эту комнату прямо сейчас. Поднимемся наверх. Я налью тебе выпить. У меня припасена отличная водка. Мы могли бы расслабиться и немного поговорить о Мстителях. Никто за пределами этой комнаты никогда не узнает о нашем разговоре.  — Не люблю водку, — мотнул головой Клинт. — Так что, думаю, что откажусь от этого предложения. Любой намёк на улыбку исчез с лица Штрукера.  — Посадить его в кресло, — рявкнул он. Двое охранников схватили Клинта и вывели вперёд. Ванда подошла к Пьетро. Он снова посмотрел на неё. Сестра всё ещё выглядела задумчивой. Штрукер отдал приказ, инженеры разошлись по своим местам. По щелчку пальца Штрукера клацнул выключатель, и крики Клинта заполнили комнату, эхом разносясь по стенам, пробирая Пьетро до костей. — ДОВОЛЬНО! — поток красной энергии вырвался из тела Ванды, с ревом разлетевшись по комнате, сбив с ног Шитрукера, инженеров и половину охранников. Почти в тот же момент Пьетро сорвался с места, добивая оставшихся охранников, стоявших позади. До сих пор он не осознавал, насколько был подготовлен, насколько был абсолютно уверен, что сестра сделает первый шаг. Максимофф ждал, но не для того, чтобы посмотреть, будет ли она действовать, а только для того, чтобы увидеть том момент, когда она решится. Ванда бросилась к стулу и выключила его. Пьетро, сначала проверив, что не осталось никого, кто мог бы дать им отпор, присоединился к ней и отключил Клинта от устройства.  — Он дрожит, — пробормотал парень. —Это не прекращается. Ты уверена, что стул отключён?  — Да, — она быстро приблизилась к ним. — Бартон? Бартон? — Слышал её Клинт или нет, было неясно. Всё его тело билось в судорогах. — Мне очень жаль, — прошептала она. — Я должна была сделать это раньше. Девушка протянула руку и положила ладонь на лоб мужчине. Красная энергия полилась из её глаз и ладоней, алые нити окутали голову Клинта. Ванда сконцентрировалась, передавая ему волны спокойствия и мира, успокаивая его тело и разум. И когда судороги постепенно прекратились, она погрузила его в глубокий сон.  — Так будет легче вытащить его, — Ванда перевела взгляд на Пьетро. — Ты сможешь его унести? — мужчина кивнул. — Хорошо. Я пойду впереди. Вы идите следом. Я смогу позаботиться о себе. Старайся защитить его. Если нужно, беги вместе с ним. Я найду вас позже. Пьетро не понравился этот план, защита Ванды была для него на первом месте, независимо от того, насколько сильной она стала и какими способностями теперь обладала, для него её защита всегда была приоритетом. Но также он знал, что не стоит спорить с сестрой, когда она была в таком настроении, когда её взгляд полон решимости, а в голосе чувствуется сталь. Поэтому мужчина кивнул, перехватил Клинта поудобнее и с усилием поднял. Они двинулись к двери. Ванда шла первая, Пьетро шагал чуть позади. Красная энергия струилась с кончиков пальцев девушки и разлеталась волнами вокруг неё. У охранников не было ни единого шанса.

***

На тумбочке засветился и завибрировал телефон. Пеппер потянулась и толкнул Тони в бок, который на это лишь хмыкнул. Не желая приподниматься больше, чем нужно, он протянул руку и стал искать телефон на своей прикроватной тумбочке, не отрывая головы от подушки.  — У аппарата, — он зевнул в трубку, не открывая глаз, чтобы через мгновение снова заснуть. — Надеюсь, это что-то важное.  — Привет, — раздался из динамика бодрый голос, — я звоню, чтобы заработать тот чудесный чек, который ты присылаешь мне каждый месяц. В последнее время я чувствую себя довольно незаслуженно, ты стал скучным Тони, но теперь у меня есть кое-что хорошее для тебя. Макс Шеперд, один из многих сотрудников, работающих в различных газетах и таблоидах, которому Тони выплачивал приличную стипендию, чтобы тот заранее предупреждал о неприятных историях, которые могут просочиться в свет. Иногда они могли убивать эти истории для него.  — Макс, — простонал Тони, — это не может подождать до утра?  — Нет, не может. Слушай, Тони, я не смог убить эту историю для тебя. Честно говоря, лучшее, что я мог сделать, это выиграть тебе двадцать четыре часа, и это было нелегко. Это максимум.  — Хорошо, — Тони немного приподнялся, отчего Пеппер сонно застонала и перевернулась на другой бок. — Удиви меня.  — Ну, ты же знаешь, что все рассекреченные файлы ЩИТа вылились и Интернет? Так вот, как и любая другая новостная организация и правительство, мы тоже их прошерстили. Абсурдное количество всякой всячины. Я имею в виду, что СМИ выдают далеко не всю информацию, но если покопаться в файлах, можно найти немного неплохой грязи.  — Ничего из этого не новость, Макс. Давай вкратце, а не то я засну, пока ты тут распинаешься, — Старк снова зевнул.  — Я почти закончил. Что ж, мы покопались в файлах и нашли кое-что… об одном из Мстителей. Тони резко сел. Пеппер, почувствовав изменение его позы и атмосферы в комнате, оглянулась. Выражение его лица заставило есть и её тоже.  — О каком Мстителе? — он спросил.  — Соколиный Глаз. Слушай, Тони, нелегко тебе это говорить. Но у нас есть доказательства того, что Клинт Бартон был агентом Гидры. И пока мы говорим, история пишется. Тони целую минуту смотрел в стену в полной тишине.  — Алло? Тони? Ты там?  — Ага… говоришь, у меня есть двадцать четыре часа?  — Да. И больше я оттягивать не смогу. Эти файлы доступны каждому; газета нервничает, боится, что кто-то может написать об этом первее нас.  — Спасибо, Макс. Ожидай премии в этом месяце, — Тони повесил трубку.  — Тони? — позвала его Пеппер. — Что случилось?  — Газета установила связь между Клинтом и Гидрой.  — Оу. Но мы ведь знали, что это лишь вопрос времени, рано или поздно кто-нибудь всё равно бы узнал. Это было неизбежно. Да, подумал Тони, это было неизбежно. Но опять же, Тони Старк когда-нибудь хоть раз отступал и принимал неизбежное?  — Джарвис, — он встал с постели, — созывай экстренное собрание Мстителей.