ostracism

      Все оказалось правдой. Вики действительно находилась в коме месяц, и за эти несколько недель в бессознательном состоянии ей пришлось расплачиваться целым годом.       Тело человека невероятно хрупкая вещь: если что-то сломается, то на починку уйдет большое количество времени. Вики с тоской вспоминала, как быстро ее организм восстанавливался от полученных на небесах ранений, и проклинала вновь обретенную смертность. Выйти из комы было легко, а вот стать прежней — нет. Травмы головы лечились невыносимо долго, и после выписки из больницы Вики проводила все дни в реабилитационном центре. Она должна была научиться всему заново — от завязывания шнурков до написания текста ручкой. Пальцы слушались плохо, но Вики упорно тренировалась, разрабатывая мелкую моторику, как маленький ребенок.       Спустя год после аварии девушка была здоровой. Или почти здоровой, если быть откровенно честным. Возможно, тело исцелилось, однако голова казалась навечно сломанной. Понимание правды выбило всю почву из-под ног, и Вики ощущала себя потерянной. Истина была горькой, неприятной и обескураживающей.       Все, что произошло с Вики Уокер, оказалось больным бредом, который создал поврежденный мозг за время комы.       Никакой школы ангелов и демонов не было.       Мими и Ади не было.       Люцифера тоже.       Вики отказывалась это принимать, но, увы, сухие, бесчувственные факты стирали сомнения прочь. В течение года девушка старалась привыкнуть к осознанию того, что ее небесная жизнь — фальшь, однако попытки были тщетны. Каждый день Вики думала о друзьях и о нем, гадая, как они отреагировали на ее исчезновение.       Мими, скорее всего, бы заплакала, а потом отругала себя, дочь Мамона, за сантименты по поводу какой-то непризнанной.       Ади закрылся бы в себе — как после смерти Сэми — и отшучивался, пытаясь заглушить боль.       А Люцифер… О, Вики боялась думать о том, как бы повел себя Люцифер. Будучи истинным демоном, он не обладал правом для скорби — особенно по непризнанной. Наверное, Люцифер бы отмахнулся от воспоминаний о Вики и нашел себе игрушку на замену. Такой вариант был намного предпочтительнее, ведь если бы Люцифер дал волю всем своим эмоциям, то от небес не осталось бы ни следа.       Мысли о прошлой жизни вызывали одни страдания, и Вики искала занятия, чтобы отвлечь себя. Она проводила больше времени с отцом, читала книги, отдавала все силы живописи и подумывала о начале карьеры. В целом, доктор Боунс разрешила ей работать: организм был восстановлен, и Вики могла жить полноценной жизнью, как прежде.       Конечно, девушка видела в этом жестокую насмешку судьбы. Каким образом удалось бы вернуть то, чем раньше владела? Ответ поражал простотой. Никак. Непризнанная Вики Уокер навсегда потеряла шанс вернуть утраченные крылья и стать демоном. Возможно, в день, когда смерть вернется за ней, откроется долгожданная дорога на небеса, прямиком в рай, где душа сумеет найти долгожданный покой…       И после раздумий о подобном исходе Вики словно поразила молния. Путь обратно появится после смерти, и от поступков, совершенных на земле, будет зависеть пункт назначения — рай или ад. Понимание, что есть шанс очутиться в обители демонов, приободрило Вики, подарив призрачную надежду на встречу с теми, кто был ей дорог. Безусловно, вечное существование в адском котле не являлось равноценным судьбе демона, но других альтернатив для девушки не предвиделось.       Так Вики решила жить, как будто она обычный человек, который однажды прошел через страшную трагедию и нашел силы продолжить свой путь. Пускай кончина нагрянет в тот момент, когда это решит Шепфа, — наверняка, он уже сделал отметку второго финала жизни Вики Уокер.       Для начала пришлось найти работу. С дипломом живописи на руках Вики устроилась в реставрационную мастерскую. Место было идеальным: сотрудников мало, задачи требовали высокого уровня концентрации, которое достигалось лишь в полнейшем одиночестве. Такие условия понравились Вики, так как она нуждалась в работе, способной отвлечь от мыслей о небесной жизни. Общаться с коллегами ей не особо хотелось, и поэтому почти затворническая профессия предлагала столь необходимый покой.       Отличные художественные навыки позволяли Вики преимущественно заниматься тонировкой картин и гравюр. Она восполняла утраченные части рисовки, аккуратно подбирая оттенки, — безусловно, работа была кропотливой. Возвращая прежний облик старинных полотен, Вики зачастую ловила себя на мысли, что новое занятие позволяло облегчить ее внутренние переживания касательно Люцифера. Облик сына Сатаны становился более блеклым при каждом движении кисти, исчезал под слоем свежей краски. Он выходил слово яд из раны, и Вики чувствовала исцеление.       Конечно, разум получал свое лекарство, а сердце продолжало безумно любить. Может, стоило найти кого-то способного окончательно задушить образ Люцифера в ее голове? Нет, план вряд ли бы сработал. Общаясь с другими мужчинами, Вики видела пропасть, разделявшую их и его. Люцифер был соткан из совершенно иной пряжи, он даже не был человеком! Никто не смог бы заменить демона точно так же, как ничто не затмило бы свет солнца.       В одно летнее утро, спеша на работу, Вики поклялась себе, что намеренно искать партнера из людей не будет. Если Шепфа пожелает, он пошлет ей мужчину — или женщину. А, может, он вообще оставит девушку в одиночестве, и такой исход она была готова принять.       Несмотря на то, что в студии все мастера работали изолированно, время от времени Вики попадала в компанию коллег. Зачастую это происходило возле кофе-машины, которая, как магнит, притягивала сотрудников мастерской каждое рабочее утро. Вот здесь Уокер приходилось подключать свои коммуникационные навыки и заниматься обычным обменом вежливостей.       — Я не верю в эту чушь. Кто-то придумал страшную сказку и решил пугать молодых реставраторов, — Ана — невысокая пухленькая девушка с ярко-рыжими волосами — громко отхлебнула кофе из чашки и облегченно вздохнула. На нее свалился срочный заказ по реставрации коллекционного издания сонетов Шекспира, и ей приходилось оставаться в мастерской после окончания рабочего дня. Вики было жаль Ану, потому что переработки негативно сказывались на ее энергичности. — Ну, какое к черту проклятье?       — Самое настоящее! — отозвался Эрик, который непосредственно выполнял свою роль администратора мастерской и засыпал зерна в кофе-машину. Со стороны Аны послышалось невнятное ворчание — парень сразу закатил глаза.       — О чем спорите? — Вики прислонилась плечом к дверному косяку, становясь в очередь за кофе.       — Эрик рассказал упоительную историю о картинах-убийцах, — Ана скривила лицо. Видя ее реакцию, Вики не удержалась от легкой улыбки.       — Я такое не рассказывал!       — Да ну? Ты буквально поведал во всех мелких деталях о людях, которые совершали самоубийство из-за картин.       — Вики, она нагло лжет, — убрав пачку с кофе в шкаф, Эрик бросил недовольный взгляд на Ану. Он нажал на кнопку, и машина негромко зажужжала и начала молоть зерна. — Мне рассказали, что в каком-то европейском музее есть шесть картин, и все они закрашены белой краской. Самое страшное в том, что никто не может отреставрировать эти полотна.       — Почему? — Вики удивленно вскинула брови. — Неужели повреждения настолько серьезны?       — Нет, просто полотна убивают реставраторов, — мрачно отозвалась Ана. Послышался снова вздох Эрика.       — Не слушай эту язву, — юноша поставил чашку, и из машины потек горячий эспрессо. — Картины никак не могут отреставрировать, потому что каждый, кто их начинает очищать, сходит с ума. Его преследуют видения, и мозги чуть ли не закипают.       — Звучит не очень-то приятно, — заключила Вики, задумчиво оглядывая стену за головой Аны. — И кто рассказал тебе эту историю?       — У меня есть друг, который работает в юридической конторе. Он как раз знает одного человека, специализирующегося на продаже произведений искусства. И этот человек уже год безуспешно занимается этими полотнами.       — Почему безуспешно?       — Да какие-то проблемы с продавцами и владельцами. Если честно, я деталей не знаю, — Эрик пожал плечами и забрал чашку, когда наконец налился кофе. — Но дело гиблое: картины будто прокляты.       Вики ничего не ответила. Строить предположения лучше не стоило: мало ли истоки данной неурядицы шли из небес или ада. Если Эрику рассказали правду, то дело безусловно не было чистым. Просто так никто бы не проклинал эти картины, а, значит, произошел злой умысел по воле какого-то паранормального существа.       Молчание Вики было спасено очередной колкостью от Аны. Эрик мгновенно схлестнулся с ней в очередной словесной перепалке, не забывая отвлекаться на эспрессо. Мастерская определенно жила своей неповторимой жизнью, и Вики привыкла к подобному укладу вещей.       Забрав порцию кофе, девушка оставила коллег выяснять истину в вопросе проклятых картин и ушла работать.       Дни перетекали в недели, а недели — в месяцы. Почти прошло полгода с начала карьеры Вики в реставрационной мастерской, и наступила зима. Город замело снегом — на радость детям и к разочарованию местных дорожных служб. Холодная погода бодрила ум, но мучило сердце: при каждом взгляде на сугробы мысли Вики улетали на вершину одной из гор.       Казалось, что времени утекло достаточно, чтобы забыть о нем, но девушка ошибалась. Чувства к Люциферу по-прежнему были крепки, и Вики оставалось надеяться, что они останутся с ней до самой смерти, когда она сумеет очутиться в мире бессмертных. Однако стоило ли это того? Какова высока вероятность, что Люцифер будет тепло относиться к Вики спустя время? Обрадуется ли он их повторной встрече? А — самое главное — не займет ли его сердце другая к тому моменту?       Честно говоря, Вики не знала, что думать. И в итоге она решила, что лучше не размышлять об этом вовсе, и жила текущим днем.       Неумолимо приближались главные зимние праздники — Рождество и Новый год. Город был красиво украшен, и бесконечные плеяды огоньков гирлянд поднимали Вики настроение. В выходные она старалась не сидеть дома и гулять по ярмаркам, впитывая праздничный дух. Ей нравилось наблюдать за людьми, которые излучали совершенно детскую радость в предвкушении самых волшебных ночей года. Блуждая в толпе, Вики не так остро ощущала одиночество, преследовавшее ее по пятам с момента выхода из комы.       Несмотря на теплую куртку и шапку, Вики постоянно мерзла — даже во время непродолжительных прогулок. Доктор Боунс предупреждала, что подобные последствия долгого бессознательного состояния возможны из-за общего ослабления организма. Безусловно, со временем все пройдет, однако, снова поежившись на ветру, Вики поняла, что это еще не исчезло.       Увидев палатку с теплыми напитками, она поспешила туда. Ноги скользили по обледеневшей брусчатке, и несколько раз Вики чуть не упала, успевая в последний момент удержать равновесие. Настроение, немного обмороженное на ледяном ветру, заметно приподнялось в предвкушении чего-то горячего и пряного.       Девушка успела как раз вовремя: едва она подошла к палатке, компания молодых людей получила свой заказ и отошла в сторону. Путь к напиткам был свободен!       — Добрый день! Один глинтвейн на красном вине, пожалуйста, — Вики поправила шапку, которая чуть съехала при быстрой ходьбе. Пошарив по карманам, она достала несколько крупных серебристых монет и аккуратно передала их продавцу.       Мужчина по ту сторону прилавка кивнул и, забрав деньги, взял бумажный стаканчик. Вики потерла руки, также озябшие на морозе. Ну, ничего, парочка глотков — и холод вокруг не будет больше ее донимать.       — Пожалуйста, — продавец протянул девушке стаканчик и сразу посмотрел на следующего покупателя.       Вики отошла в сторону и довольно оглядела покупку. С поверхности горячего напитка столпом поднимался белый пар, и Уокер невольно вдохнула его. Аромат пряных специй приятно защекотал нос, а в груди разлилось тепло. Если зимние праздники имели запах, то это определенно был бы он.       Не в силах больше сдерживать себя, Вики сделала небольшой глоток — не хотелось обжечь язык — и довольно улыбнулась. Что-то горячее и съестное всегда становилось в тысячу раз вкуснее на холоде, а если в него был добавлен горячительный ингредиент…       После половины стаканчика к щекам прилила кровь, пока по всему телу расходилось приятное, живительное тепло. Мороз перестал донимать Уокер, и она с удовольствием стояла около украшенной елки и наблюдала за людьми на катке. Раздумывая над тем, стоило ли присоединиться к ним на льду, Вики допила глинтвейн и направилась на поиски мусорки. Едва стаканчик отправился в урну, девушка неспешным шагом пошла в сторону проката коньков.       Небольшой объем глинтвейна мог только согреть, а не опьянить. Поэтому, когда на периферии зрения резко появилась чья-то высокая фигура, скорость реакции Уокер оказалась моментальной. Вики резко отступила назад — и перед ее носом пролетел юноша. Вытянув руки перед собой, незнакомец как будто хотел толкнуть кого-то, но он не встретил никакой опоры и по инерции устремился вперед.       — Идиот, — шикнула Вики, презрительно кривя губами. Юноша собирался сбить ее с ног, но его маневр оказался замеченным сразу. — На какой черт ты ко мне полез? — несмотря на возвращение к обычной мирской жизни, демонические повадки никуда не делись. Для людей такое поведение было стервозным, а для жителей ада — вполне адекватным и разумным.       — Да пошла ты, — юноша с трудом поднялся на ноги — видимо, ушибся при падении. Он отряхнул с себя снег и натянул съехавшую шапку до самих бровей. — И твой друг пошел тоже!       — Какой друг? — Уокер нахмурилась. — Ты вообще в адеквате, парень?       Он злобно зыркнул на Вики, от чего ей немного стало не по себе. Только еще на безумца не хватало нарваться!       — А сама-то? С какого хрена ты отошла вовсе?       — Хватит ломать комедию, — девушка прищурилась. — Объясни, что за друг. Не скажешь правду — вызову полицию.       Вдруг в лице незнакомца что-то поменялось. Оно стало неестественно расслабленным, а во взгляде появилась какая-то молчаливая пустота.       — Твой друг попросил разыграть тебя, — признался юноша, говоря абсолютно безжизненным голосом. — Я должен был толкнуть, а он — поймать. Вот и все.       Под ребрами зашевелилось мерзкое чувство тревожности. Почему парень успокоился, превратившись моментально в восковую статую? Неужели он действительно сумасшедший?       Вики заглянула ему в глаза, они были как будто поддеты мутноватой пленкой. Миг — и пазлы сложились в единую картину. Крыльев полтора года уже как не было, а сила внушения никуда и не делась. Однако почему так произошло?       Решив разобраться с этим вопросом позже, Уокер сделала шаг навстречу юноше.       — Скажи, кто попросил тебя о розыгрыше, — Вики говорила размеренно, спокойно, стараясь вложить в голос как можно больше собственной воли. Пелена с глаз парня не спадала — сила по-прежнему действовала. — Скажи правду.       — Какой-то мужик. Выше меня, волосы светлые, красная куртка. Он стоял у кафе и курил.       Вики посмотрела в сторону заведения, которое было расположено неподалеку, и заметила человека в ярко-алом дутом пуховике. Стоя спиной к Уокер, он вовсю болтал с тремя девушками и совершенно не обращал на нее внимание. Его капюшон был натянут на голову, поэтому проверку цвета волос потребовалось осуществить в непосредственной близости.       Решимость появилась внезапно, но закономерно. Не удостоив взглядом горе-пранкера, Вики направилась в сторону кафе. Все-таки надо было выяснить, какой такой друг захотел обрадовать Уокер, напрочь свалив с ног.       Девушки хихикали, застенчиво прикрывая рты ладошками, а незнакомец активно жестикулировал, то и дело поправляя капюшон. Возможно, стоило действовать мягче, но Вики приняла решение придерживаться тактики блиц-крика: подошла, задала несколько уточняющих вопросов в приказном тоне, при необходимости сделала несколько физических манипуляций вредительского толка, ушла.       — Ну, привет, друг, — Вики подкралась со спины парня и похлопала его по плечу. Девушки замолчали и уставились на нее, ничуть не ожидая вмешательства в их беседу. — Ничего не хочешь объяснить?       Парень обернулся, и Вики потеряла дар речи. Для того юноши, как для остальных смертных, волосы могли быть светлыми — да хоть синими! — но вот Уокер видела истинный облик. Не веря собственным глазам, она невольно коснулась молодого человека снова. Он был из плоти и крови, так же шокирован, как сама девушка, и не в силах промолвить ни слова. Слезы сами подступили к глазами, и Вики, шмыгнув носом, бросилась вперед, прямиком в крепкие объятия.       — Ади! — воскликнула она, прижимаясь к телу демона.       — Вики, адская пропасть, как ты здесь оказалась? — голос Ади дрогнул от неверия, но все равно он по-прежнему был таким знакомым и родным.       — Черт, это невероятно длинная история, — Вики рассмеялась и стерла с щек следы слез. Она отстранилась и посмотрела в зеленые глаза демона — тот сиял, словно новогодняя елка, от радости при виде Уокер. — Даже не знаю, с чего начать.       — Начнем с того, что мы уйдем, — не обращая внимания на девушек, Ади потащил ее прочь от людной площадки.       Они ловко прошли сквозь толпу и отошли к паре украшенных елок. Деревья образовывали небольшой полукруг, создавая непроходимую ограду с одной стороны. На текущий момент это было лучшее место на ярмарке для приватной беседы.       — Ну, и? В какую историю ты опять вляпалась, Непризнанная?       — Теперь трудно сказать, — Вики, цепляясь за руку демона, словно боясь, что тот неожиданно исчезнет, грустно улыбнулась. — Смотрю на тебя и вовсе ничего не понимаю.       — Объясни хоть, как ты очутилась на земле, — Ади пристально, почти не моргая, смотрел на девушку. Возникло ощущение, что он пытался приковать ее к себе одним лишь взглядом — настолько ему не верилось, что перед ним стояла его подруга. — Люцифер сказал, что ты просто растворилась в воздухе!       Упоминание имени кольнуло сердце. Вики невольно затаила дыхание и стыдливо опустила глаза, будто она сама была виновата в случившемся.       — Я помню, как мы сидели с ним на одном из небесных островков. А затем кто-то начал звать меня… — девушка зажмурилась, напрягая память. В голове блекло замерцали холодные белые стены палаты. — Небеса и Люцифер неожиданно пропали. Я словно упала в темноту, и меня все звали и звали. Это были врачи, — приветливый образ доктора Боунс замельтешил на краю сознания. — Когда я очнулась, мне сказали, что после аварии я впала в кому на месяц.       — Но ты же умерла, — Ади непонимающе поднял брови. — Как это возможно?       — Не знаю, — призналась Вики. Она тяжело вздохнула и подняла глаза на парня — тот выглядел озадаченным. — Пока меня везли в больницу, несколько раз я пережила остановку сердца. Может, тогда мой дух и попал по ошибке на небеса?       — Надо узнать это у Геральда. У него богатый опыт общения с непризнанными, он точно должен что-то знать…       — Я думаю, что…       — …а еще можно спросить у нескольких демонов, которые в свое время работали с ведьмами и колдунами…       — Ади, погоди. Это не так важно.       Парень умолк. В его глазах появилось четкое отражение полнейшего непонимания. Вики было тяжело думать о причинах своего внезапного воскрешения, так как на языке крутился один-единственный вопрос.       — Что с ним?       Ади ничего не ответил. По тому, как изменился его взгляд, все стало ясно. Алкоголь выветрился, и окружающий холод остро ощущался, проскальзывая под кожу девушки. Вики задрожала и устало прислонилась лбом к груди демона.       — Сложно… очень сложно… — голос Ади был необычайно тих. Парень осторожно опустил руки на плечи девушки, как бы слегка приобнимая ее. — Когда ты исчезла, Люцифер был страшно зол. Он в ярости чуть ли не сжег небеса. Цитадель вмешалась и сослала его в ад, чтобы предотвратить катастрофу.       — И что потом? — Вики, внимательно слушая друга, не сразу заметила, что затаила дыхание. Сердечный ритм гулом отзывался в ушах — нервы девушки были на пределе.       — Спустя несколько месяцев Люциферу разрешили вернуться в школу. Он вроде был не против продолжить обучение, потому что ему… — Ади замялся. — …ему захотелось отвлечься. Я думал, он сорвется и начнет апокалипсис, однако ничего не произошло. Люцифер стал очень подавленным, отстранился от всех и предпочел проводить время в одиночестве. Дошло до того, что в один из дней он чуть ли не придушил Ости, когда та опять начала оказывать ему знаки внимания, — слова парня с тупой болью отозвались в душе Вики, но та лишь молча сжала зубы, чувствуя возрастающее негодование. — Я еле его оттащил от нее.       — А сейчас как он? — но девушку интересовало другое. Слова встали поперек горла: было страшно узнать правду. — Он… нашел себе кого-то?       — Нет, — такой простой и лаконичный ответ принес необычайное облегчение Вики. — За все это время Люцифер ни к кому не притронулся. Ну, кроме Ости, когда вот захотел ее убить.       Уокер посмотрела на Ади и не сдержала грустной улыбки.       — Спасибо, что поделился. Это было очень важно для меня.       — Не мог иначе, — демон криво ухмыльнулся. — Ох, вечная тьма, какое облегчение, что ты жива! Без тебя в школе невыносимо скучно. А еще Мими решила сделать меня своей подружкой, представляешь? — Ади скривился, а Вики невольно захихикала. Да, Мими определенно была в силах сотворить что-то подобное. — Она так горевала без тебя… Да и сейчас горюет, хоть и не показывает это. Ты же в курсе, что мы, демоны, не можем себе позволить демонстрировать слабость, — парень отчего-то помрачнел, будто вспомнив о чем-то.       — Что такое? — изменение в выражении лица Ади не укрылось от пристального внимания Вики.       — Вспомнил про слабости. Не очень хочется говорить, но…       — Но? — девушка сжала руки в кулаки, пытаясь унять нарастающую внутри тревогу. Ох, как же заклокотало опять сердце, предчувствуя новую боль, облеченную в слова. Мысли невольно вернулись к Люциферу, ведь о ком еще мог сообщить Ади. — Черт тебя побери, говори уже! — из-за молчания демона Вики неожиданно разозлилась. Ее тело забила дрожь — то ли от подступившего гнева, то ли от нервов.       Парень замялся. Он запустил пальцы в волосы, тем самым сбивая капюшон с головы, и отвел взгляд в сторону. Судорожно вздохнув, словно легкие сжал спазм, Ади метнул глаза к небу.       — У нас было очередное задание, мне вот досталось подговорить несколько малолеток на пакости, — говорил он серьезно, так и не переставая смотреть вверх. — Видимо, Шепфа подсунул тебя под руки того пацана: я просил толкнуть другую даму.       — К чему все это?       — А к тому, что я долго здесь нахожусь, Непризнанная, — демон заметно поник. Вики поняла, что ему было пора возвращаться. Когда его обратно притянет водоворот — вопрос времени, которое играло против девушки. — Слушай, скажу кратко и без прикрас, — взгляд Ади метнулся к лицу Вики и впился в ее глаза. — Из-за твоего исчезновения Люцифер слетел с катушек. Если раньше он лечил свои травмы беспорядочным сексом и выпивкой, то сейчас его ночи только проспиртованы. Я совершенно не могу понять, как ему удается быть в аду: каждый вечер Люцифер пьет столько, что от малейшей искры он должен вспыхнуть, как спичка.       Вики затошнило. Вот именно этого она и боялась.       — Если бы он не пил, я бы удивилась, — девушка решила отшутиться, но ее голос предательски дрогнул. — Это все, что ты хотел сказать?       — Нет, — Ади вновь вздохнул. Его горячие пальцы аккуратно коснулись рук Вики в мягком, дружеском жесте. — Ты знаешь, что Люцифер всегда был надломлен. А сейчас он… — демон опустил голову. — Понимаешь, внешне он остался таким же напыщенным говнюком, как всегда был. Но вот внутри него осколки. Люцифер разбит, хоть и не показывает это.       — Ему надо объединиться с Мими и уйти в театр. Они точно созданы для актерской карьеры, — Вики горько ухмыльнулась. В носу характерно защипало от подходящих к глазам слез, но девушка не могла позволить себе заплакать. По крайней мере в компании Ади, ведь истинные демоны слабость не показывают.       — Я понимаю их. Когда Сэми не стало, я чувствовал себя так же, — на губы Ади легла печальная улыбка. По одному его виду было ясно, что спустя столько времени тоска по ангелу не прошла, а превратилась в тихую скорбь. — Увы, Непризнанная, кажется, наше незапланированное свидание подходит к концу.       Вики ничего не ответила, а лишь крепко обняла парня за шею. Ощущение родной души рядом впервые за год подарило девушке спокойствие и чувство защищенности.       — Ты вернешься? — тихо спросила Вики с неприкрытой надеждой в голосе.       — Уокер, время идет, а ты по-прежнему дура, — Ади захохотал и потрепал ее по голове, сбив шапку. — Конечно, я вернусь, — он отступил на несколько шагов назад, готовясь к перемещению. — Мы придумаем, как тебя вызволить, обещаю!       Глупая, но счастливая улыбка сама просилась на губы. Вики и подумать не могла, насколько она соскучилась по этой бешеной энергетике рыжеволосого демона, который только одним своим видом, был способен вселить уверенность. Ади задорно подмигнул и неожиданно исчез, будучи забранным водоворотом.       Вики стало легче дышать, прежняя тревожность отошла на второй план. Встреча с демоном подарила надежду вернуть привычный уклад жизни: бесконечные занятия, крылья за плечами и бессмертная вечность.       Решив, что больше ловить на ярмарке было нечего, — или некого — Вики поправила шапку и резко развернулась в сторону дома. Какое же было удивление девушки, когда она врезалась в чью-то широкую грудь, а сильные руки кого-то придержали ее за талию.       — Черт возьми, Ади, это несмешно, — выругалась Уокер, даже не отстраняясь от парня. Розыгрыш демона с некоторой точки зрения удался, однако Вики не особо была рада ударенному носу.       — Зависит от того, как посмотреть.       На Вики будто вылили несколько ведер ледяной воды. Она остолбенела, никак не ожидая услышать этот голос. Осознание произошедшего быстро пришло к ней, и девушка резко подалась назад, одновременно толкая кого-то прямо в грудь. Вики отступила на пару шагов и с горечью осознала, что теперь ее дела были действительно плохи. Такого окончания дня она точно не ожидала прошедшим утром.       А перед ней, криво усмехаясь, стоял Мальбонте.