Хогвартс читает "Гарри Поттер и проклятое дитя"

- Я читаю, - сказала Нарцисса. Дурмстрангские одеяния на самом деле были довольно прохладными, подумал Альбус, когда они со Скорпиусом быстро переоделись. Они были кроваво-красного цвета и сшиты стильно, по-мужски, что вызывало у Альбуса желание расхаживать по комнате — не говоря уже о том, что он был уверен, что они делают его по крайней мере на несколько дюймов выше. Дельфи также снабдила их обоих плащами, которые были любимой частью ансамбля Скорпиуса. - Драко тоже любит плащи, - усмехнувшись сказала миссис Малфой. Несмотря ни на что, он, похоже, перенял отцовскую склонность к драматизму. Токарь времени на его шее только усиливал эффект. Они оставили свою одежду для служения в коричневых мешках и спрятали ее за деревьями на краю Запретного леса. К тому времени, как мешки будут обнаружены, их миссия будет завершена, и поэтому не будет иметь значения, если кто-то случайно наткнется на них. - Это зря. Если что то пойдет не по плану, или их вещи найдут раньше? - спросила Герми. - Не нагнетай! - крикнули все. - Знаешь, с этими нарядами на самом деле все в порядке, — заметил Альбус, когда Скорпиус повел его (слегка неуверенно) вокруг опушки леса туда, где, как он заверил Альбуса, будет прямая дорога на территорию Хогвартса. Альбус никогда не слышал о таком коротком пути, но Скорпиус был непреклонен, что он читал о такой вещи, и, кроме того фиаско в Министерстве Магии, книги еще никогда не подводили его. - Вот врунишка. Он просто ревнует, - сказал Джеймс. Скорпиус повернулся, чтобы взглянуть на Альбуса в полной форме Дурмстранга. Он выглядел бесспорно красивым и, возможно, чуть старше. Еще лучше было то, что он вернулся к своей обычной позе и манерам, когда Дельфи исчезла в лесу. Красный наряд, по общему признанию, добавлял им немного гламура, и даже Скорпиус чувствовал себя немного более модным, но в глубине души Скорпиус чувствовал, что ожесточенная преданность Хогвартсу возникает. При этих словах профессора улыбнулись. Он не хотел слишком хвалить соперничающую школу, даже если было очевидно, что у Дурмстранга гораздо лучшая форма. - Может вам поменять форму? - спросила Нарцисса. - Мы подумаем, - ответили профессора. - Почему-то я не думаю, что красный-это мой цвет, — признался Скорпиус, быстро повернувшись. - И я полагаю, что летом ты будешь вариться в них заживо — добавил Альбус, теребя свой спутанный шерстяной плащ. Она уже казалась ему слишком теплой и тяжелой. Хотя он предполагал, что это как-то связано с тем, как он нервничал, но не показывал этого. - В Скандинавии гораздо холоднее, — со знанием дела объяснил Скорпиус, пробираясь сквозь кусты ежевики. - Так Дурмстранг находиться в Скандинавии? - спросили все. - Я думал, никто не знает, где Дурмстранг. — Ну, если вдуматься, — продолжал Скорпиус, — то это должна быть Норвегия или Швеция. Где-то на севере. Большинство студентов там из Северной Европы, так что это должно быть. И по озеру, потому что они путешествуют на своем очень впечатляющем корабле. - Малфой, твой сын, кладец информации, - сказали близнецы. Альбус услужливо придержал большую ветку, чтобы Скорпиус мог перепрыгнуть через нее. — Разве студенты не говорят людям, где он находится? — спросил он. - Но ведь кто-то же должен был оступиться? — Нет. Там есть законы, которые вы определенно не хотите нарушать. Они делают нашу правовую систему Министерства похожей на очень легкий, очень ласковый шлепок по запястью. - Ну, а как насчет посетителей? — Спросил Альбус. - Верно, им же в гости приходят? - спросил Когтевранец. — Посетители должны принять Амулет памяти, чтобы не выдать игру. Мой отец ходил туда, когда был мальчиком, просто чтобы посмотреть вокруг. Хотя это было не по вкусу моей бабушке. Они все должны были сесть и стереть свои воспоминания по пути сюда — что, хотя и было немного зловеще, было, вероятно, к лучшему. - Интересно, чего они бояться, что так защищаются? - спросил Перси. Альбус, по общему признанию, не очень много знал об Институте Дурмстранга, но это был неизбежный факт, что большинство людей считали это место немного подозрительным. Не было ни малейшего шанса, что его, Джеймса или Лили отправят туда, и не только потому, что Хогвартс находился в гораздо более удобном месте. - Зачем, — подумал Альбус, — вытирать мозги после экскурсии, Если вам нечего скрывать? - Я имею в виду, что это кажется мне немного сомнительным, — признался Альбус. - Нам тоже, - сказали все. - Они уже не так плохи, как раньше, — честно объяснил Скорпиус. - Ты знаешь, что теперь они берут Магглорожденных? - Ого! Это же хорошо! - сказала Герми и все магглорожденные. - Это очень хорошо. Там было голосование, хотя, по-видимому, оно все еще может быть немного враждебным местом, если у вас есть Маггловские родители… - Вот ведь, не могут без этого! - недовольно сказала Герми. Скорпиус неосознанно привязался к большому куску плюща, и Альбус, не прерывая разговора, протянул руку, чтобы освободить его. — Полагаю, прогресс требует времени. Скорпиус кивнул. — Иногда я думаю, что, когда у тебя такая репутация… ну… надо просто переждать. Докажите людям, что они вас неправильно поняли. И в конце концов… что ж, скрестив пальцы, люди меняют свое мнение. А если нет… в общем, это их проблема, не так ли? - Бедненький мой, - прошептала Астория. Альбус был почти уверен, что Скорпиус говорил этим замечанием не только об Институте Дурмстранга. — А твой отец никогда не думал отправить тебя туда? — С любопытством спросил Альбус. - Нет, нет и нет! - крикнули Астория и Драко. Он знал, что Дурмстранг все еще имел некоторую репутацию человека, снисходительно относящегося к темной магии, и, несмотря на то, что его мнение о Драко Малфое значительно улучшилось с течением времени, он все еще не был на сто процентов уверен, что он оставит его в прошлом, чтобы попытаться зачислить Скорпиуса туда. Но Скорпиус решительно покачал головой. — Нет, мой отец ненавидел Хогвартс, когда был там, но Дурмстранг ненавидел.… ну, вы же знаете его репутацию. Он не считал правильным посылать меня туда. На случай, если у людей возникнет неверное представление. И это очень далеко от Уилтшира. Кроме того, сколько себя помню, я всегда мечтала попасть в Хогвартс. - Фух! Слава Мерлину! - крикнул Драко. Скорпиус удовлетворенно хмыкнул, когда они завернули за угол, и Альбус понял, что они достигли своего маршрута. Мальчики подошли к большой щели между деревьями, через которую был виден великолепный свет. Отсюда, с величественным видом Хогвартса, даже Запретный лес потерял часть своей угрозы. Какое-то время Альбус и Скорпиус молча стояли рядом, упиваясь видом своего дома во всем его великолепии. - Да, тогда было красиво, - сказали все. — А вот и он… — Скорпиус вздохнул, с благоговением глядя на открывшийся вид. — Хогвартс. Никогда раньше не видел такого вида, — сказал Альбус чуть менее восторженно. Скорпиус повернулся к Альбусу с возбужденным взглядом. Свет упал на решительно невозмутимое лицо его лучшего друга, придав ему какое-то сияние. Скорпиус чувствовал себя нелепо счастливым, просто находясь рядом с ним, глядя на одну из самых красивых вещей, которые Скорпиус когда-либо видел. - Все еще чувствуешь покалывание, да? — Спросил Скорпиус. - Когда ты его увидишь? Альбус заставил себя поднять глаза на впечатляющее зрелище Хогвартса-великолепную массу выпуклых зданий и башен, уходящих прямо в небо. Он хотел бы найти в этом зрелище столько же радости, сколько Скорпион. Для него первоклассная архитектура не могла полностью превзойти чувство обреченности, которое исходило от замка. - Бедненький мой, - прошептала Джинни. Он никак не мог отделаться от мысли, что в этих древних стенах замка живут сотни и сотни студентов, большинство из которых пытаются превратить его жизнь в сущий ад. - Этого не будет. Я не позволю, - сказала Джинни. - С того момента, как я впервые услышал об этом, я отчаянно хотел уехать, — признался Скорпиус в своей обычной болтливой манере, ничуть не смущенный отсутствием энтузиазма у Альбуса. — Я имею в виду, папе там не очень понравилось, но даже то, как он это описал… С десяти лет я каждое утро первым делом заглядывал в «Ежедневный пророк», уверенный, что с ним случится какая — нибудь трагедия, уверенный, что мне не удастся уйти. Альбус отказывался признать, что он был почти таким же. Будучи совсем маленьким мальчиком, он был достаточно наивен, чтобы видеть в своем отце героя, и до тех пор, пока эта приятная иллюзия не была разрушена всего лишь несколькими годами позже реальностью, что его отец был в высшей степени ущербным, в высшей степени дисфункциональным, в целом негероическим человеком, Гарри вздохнул. Ему было больно что его сын так думает. Альбус тоже был взволнован мыслью о том, чтобы пойти в специальную магическую школу, как его мама и папа, и научиться делать заклинания, как они. Воспоминания о том времени слегка встряхнули его. Это напомнило ему, что он не всегда воевал с отцом. Все было бы проще, если бы он был таким. - А потом ты добрался туда, и все оказалось ужасно, — закончил за него Альбус. Но Скорпиус покачал головой. - Не для меня, — сказал Скорпиус. Альбус повернулся к своему другу, потрясенный и, возможно, даже немного разочарованный. - Все, что я когда-либо хотел сделать, это пойти в Хогвартс и завести себе пару, с которой можно было бы устроить погром, — признался Скорпиус немного извиняющимся тоном. — Прямо как Гарри Поттер. И у меня есть его сын. Насколько это безумно удачно? - Вот же, Драко, твой сын великолепен, - сказали близнецы. На одно ужасное мгновение Альбус почувствовал, что из его легких высосали весь воздух. - Но я совсем не такой, как мой отец, — настаивал Альбус, нуждаясь в Скорпиусе, чтобы понять это. Как они могут быть настоящими друзьями, если он, как и все остальные, видит в нем лишь дешевую версию своего отца? - Быть такого не может! - сказал Драко. Скорпиус твердо кивнул. — Ты лучше, — сказал Скорпиус - Я же говорил, - довольно сказал Малфой. , и впервые за все четырнадцать лет своей жизни Альбус услышал то, что всегда хотел услышать, от человека, который был для него самым важным. Тебе уже лучше. — Уже лучше. Не какая-то бледная имитация. Не какое-то неутешительное сравнение. Лучше. Альбус мог бы ударить кулаком в воздух от своего триумфа. Если Скорпиус начал с обычных романтических представлений о Гарри Поттере, его героизме и приключениях (как и большинство детей в эти дни), то тот факт, что в какой-то момент Скорпиус решил, что он, Альбус, даже с его плохим настроением, пессимизмом и статусом неудачника был намного выше Поттера, заставил Альбуса почти закружиться от восторга. - Мой маленький, - прошептала Джинни. Там был кто-то, кто сравнил Гарри Поттера и его неудачу сына слизеринца, и пришел к выводу, что он был лучшим из пары. И этот человек просто оказался любимцем Альбуса во всем мире. Если бы ему не было четырнадцать лет, если бы он не носил шикарную униформу и не собирался отправиться на очень важную миссию, он, возможно, прослезился бы. - Ты мой лучший друг, Альбус, — откровенно продолжал Скорпиус в своей обычной непринужденной и нежной манере. - И это хаос в какой-то степени! И это здорово, просто… я должен сказать… я не прочь признаться… я немного… просто немного напуган. Альбус посмотрел на Скорпиуса, по-настоящему посмотрел на него. Скорпиус выглядел взволнованным, нетерпеливым и ясноглазым. Больше Альбус никого не хотел брать с собой в это путешествие. Даже Дельфи. Все улыбались, а некоторые прослезились. - Ты и мой лучший друг тоже, — согласился Альбус, чувствуя тепло, когда говорил это. - И не волнуйся, у меня хорошее предчувствие. — Альбус! — раздался знакомый и неприятный голос, зловеще эхом отозвавшийся среди деревьев. Это был голос дяди Альбуса Рона. — Его голос звучал тревожно близко. Мальчики в панике переглянулись. - Ура!!! Рон, найди их! - крикнули все. Очевидно, их исчезновение было обнаружено, и новость распространилась. Времени оставалось совсем немного. Если дяде Рону удастся добраться до них, их с позором потащат обратно в Хогвартс. - Но нам пора, — решительно заявил Альбус. Скорпиус согласно кивнул головой и протянул длинную золотую цепь, висевшую у него на шее. Альбус придвинулся поближе, чтобы Скорпиус мог аккуратно надеть его на голову, оставив их связанными, а токарь времени висел в небольшом пространстве между ними. Альбус взял песочные часы, и Скорпиус потянулся к рукаву Альбуса. Мальчики переглянулись, кивнули в знак решительного согласия, и Альбус нажал на кнопку тайм-Тернера, которая тут же завибрировала. - Не нравиться мне это, - сказали все. "Первая задача Турнира Трех Волшебников 1994 года", — в отчаянии думали они оба. Возьмите нас к первой задаче Турнира Трех Волшебников 1994 года… Скорпиус зажмурился, когда их окружение превратилось в поток цветов и движения, от этого ощущения у него закружилась голова. Его хватка на рукаве Альбуса усилилась. Альбус не сводил глаз со Скорпиуса. Раздался свист света, грохот шума, и время остановилось. Он перевернулся, немного подумал и начал катиться назад, сначала медленно, а затем все быстрее. Все очень волновались. Затем токарь времени сильно завибрировал. Альбус вспомнил ощущение стояния на платформе, когда мимо проносится поезд, и неприятное ощущение, что сама платформа мчится назад мимо неподвижного поезда, только это было намного хуже, по крайней мере в сотню раз. Свет был таким ярким, ощущение таким тошнотворным, что даже Альбус не выдержал и закрыл глаза. Тишина. А потом вдруг поднялся шум. Казалось, мир замер. Альбус открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как он и Скорпиус поглощены толпой шумных, возбужденных студентов. Казалось, что студенты просто материализовались вокруг них, но Альбус знал, что, как и в случае с платформой и поездом, это была всего лишь иллюзия. Это они внезапно появились из воздуха. - У них получилось, - прошептал Джеймс. Альбус протянул руку и легонько подтолкнул Скорпиуса, который все еще сидел с закрытыми глазами. Когда он открыл их, то, казалось, испугался того, что мог увидеть. Альбус ободряюще улыбнулся ему и осторожно выскользнул из-под тонкой цепочки, оставив Скорпиусу драгоценный предмет и единственный путь домой. Было не так уж много людей, которым Альбус передал бы этого тайм-Тернера, учитывая обстоятельства. К счастью, все ученики, окружавшие мальчиков, смотрели вперед, слишком занятые своими криками, чтобы хоть мельком увидеть происходящее на территории Хогвартса, и не заметили, что к ним присоединились двое Дурмстрангов. — Леди и джентльмены, мальчики и девочки, я даю вам — величайший — сказочный — единственный — и единственный турниртрех волшебников, — раздался усиленный голос откуда-то сверху. В ответ раздалось громкое приветствие. Альбус никак не мог поверить, что они это сделали. Путешествовал назад во времени. Он и Скорпиус. Готов изменить историю. - А вдруг они сделают только хуже? - спросила Джинни. - Джинни, не каркай! А то збудиться! - сказала Молли. Тщательно спрятав тайм-Тернера под плащ, Скорпиус тоже попытался оценить ситуацию. Да, все это звучало очень многообещающе, но Скорпиус не обрадуется, пока не убедится окончательно. — Если ты из Хогвартса. Подбодрите меня! Студенты Хогвартса, окружавшие их, кричали так громко, как только могли. Это было оглушительно. Они превосходили всех остальных в довольно большом количестве. - Если ты из Дурмстранга, то подбодри меня! Поднялось второе приветствие, на этот раз более глубокое, но с той же почти невыносимой громкостью. - Да, я меня тогда чуть уши не оглохли, - сказала Пуффендуйка. Ни Альбус, ни Скорпиус еще не оправились от шока, вызванного их появлением, и не успели вовремя обрадоваться, но, судя по оглушительному, почти угрожающему Реву, который разнесся по всей территории, Дурмстранги, похоже, не нуждались в их помощи. - А ЕСЛИ ВЫ ИЗ БОУБАТОНА, ТО ПОДБОДРИТЕ МЕНЯ! Третье приветствие было слегка вялым. - Да, жаль, - прошептал Когтевранец. - Чуть меньше энтузиазма у французов, — съязвил комментатор. Скорпиус повернулся к Альбусу с лучом света. Он узнал этот голос. Это было единственное подтверждение, в котором он нуждался. - Это сработало! Это Людо Бэгмен! — воскликнул он, без всякой надобности указывая в сторону ложи комментатора. Они сделали это. Действительно сделал это. Это было 24 ноября 1994 года. Холодный воскресный день. - Все, им конец! - сказали Астория и Джинни закрыв лица руками. Они находились на территории Хогвартса, над ними возвышался могучий замок, слева от них была установлена большая палатка, а справа-еще более обширная ограда. Для Скорпиуса это было все равно что шагнуть в сон. Это было все, на что он когда-либо надеялся. Он угодил в самую гущу истории. Снова и снова он читал об этом роковом событии, об этих самых трибунах, о шатре Чемпионов, о драконьем загоне, о правилах, правилах, о днях, предшествующих первому заданию, и даже об эмоциях участников. Флер Уизли (урожденная Делакур), Билл покраснел. награжденная орденом героя войны и иногда модель, дала несколько интервью с тех пор о процессе отбора, подготовке к заданиям, атмосфере в палатке. Скорпиус читал каждый отчет с почти отчаянной формой голода, желая, чтобы он тоже мог быть втянут в этот момент, чтобы испытать его на себе. Пока Скорпиус пытался упиться ощущением своего места в истории, он пытался вспомнить, что он знал об этом событии, и что происходило в этот самый момент, даже если это было скрыто от него, Альбуса и остальной ликующей толпы. Он знал, что Гарри Поттер провел предыдущий день, практикуясь в заклинании вызова с помощью своего друга (и будущего министра магии) Гермионы Грейнджер. Меньше чем через час отцу Альбуса удавалось проскочить мимо Грозного венгерского рогоносца, вызвав свою метлу, огненную молнию (которая в то время была довольно впечатляющим клеймом), и взмыть прямо над его головой, пролетая все ближе и ближе, пока существо не поддавалось искушению и не решало преследовать его по воздуху, оставляя золотые яйца без присмотра. Гарри Поттер справится с заданием, лишь слегка повредив плечо драконьим хвостом, и окажется на первом месте вместе с юной звездой квиддича Виктором Крамом. Гарри судорожно вздохнул. Он не хотел вспоминать эти дни. Скорпиусу всегда казалось, что тогдашний директор Дурмстранга Игорь Каркаров поставил Гарри оценку четыре балла из десяти. В то время Скорпиус знал, что многие из фракции Хогвартса хотели оспорить счет, но они подумали бы, что это был просто случай чрезмерно конкурентоспособного директора. Откуда им было знать в далеком 1994 году, что тех, у кого на коже были выжжены темные отметины, вызывали и теперь они стояли перед выбором: бежать или нет? их бывший лидер, или бежать далеко — далеко от него, чтобы сохранить свою жизнь? Как кто-то мог знать, что бывший Пожиратель Смерти Игорь Каркаров будет найден мертвым в лачуге всего два года спустя, убитый своими бывшими товарищами за отказ присоединиться к группе, когда Волдеморт придет к власти? - Да, жаль парня, - прошептал Люциус. В этот самый момент Гарри Поттер, вероятно, сидел в палатке чемпионов вместе с тремя другими (гораздо более старыми) чемпионами, получив от Людо Бэгмена, главы департамента магических игр и спорта и сегодняшнего комментатора, информацию о том, что должно произойти. Интересно, подумал Скорпиус, когда четырнадцатилетний Гарри нервничает, он становится тихим и угрюмым, как Альбус? - Нет, он тяжело дышит и вообще кажется его инфаркт хватит, - сказал Рон. - Рон! - обиженно крикнул Гарри. Когда голос Людо Бэгмена снова заполнил зал, а толпа начала приветствовать его, Скорпиус был вынужден признать, что его любимые книги, хотя и правдиво изложили факты о Турнире Трех Волшебников 1994 года, никогда не удавалось полностью объяснить электрическую атмосферу этого события удовлетворительно. - А вот и они. Леди и джентльмены, мальчики и девочки, я представляю вам причину, по которой мы все здесь — чемпионы! Представляя Дурмстранга, какие брови, какая походка, какой мальчик, нет ничего, чего бы он не примерил на метлу, это Виктор Крейзи Крум! - Тут отпечатка, надо говорить Крам, - сказала Гермиона. Досадно, но вид из той части толпы, где находились мальчики, был ограничен просто из-за количества визжащих, оживленных студентов, набившихся в одно место. Как бы Альбус ни толкался, а Скорпиус приподнимался на цыпочки, они, казалось, не могли уловить ни малейшего намека на происходящее. Но это не означало, что они не могли участвовать. Когда единственного чемпиона Дурмстранга представили ему, Альбус и Скорпиус улыбнулись друг другу. Играя в студентов Дурмстранга, казалось, что это будет очень весело… - Ага, конечно, - съязвили все. — Сходи С Ума, Крам! Сходи с ума, Крам! — скандировали они вместе с другими студентами Дурмстранга. Скорпиус даже воспользовался возможностью попробовать то, что Альбус мог только предположить, как предполагалось, было болгарским акцентом. Скорпиус просиял от удивления. Виктор Крум поймал снитч для Болгарии на чемпионате мира по квиддичу 1994 года против Ирландии, когда ему было всего восемнадцать лет. Его отец, Драко, был там мальчиком и видел, как все это происходило. Он рассказал Скорпиусу об особом движении, называемом финтом Вронского, который включал полет прямо к земле и был невероятно опасен. Драко сидел в роскошной ложе вместе с Люциусом и Нарциссой, как гости Корнелиуса Фаджа. Это должен был быть восхитительный день… Хотя его отец говорил только о своей радости от просмотра игры, замечательных местах и времени, проведенном с матерью, Скорпиус хорошо знал о роли своего деда в ужасных событиях, которые последовали. Пытка и унижение семьи магглов Пожирателями Смерти затмили славу игры, и хотя не было никаких конкретных доказательств, Скорпиус был уверен, что его дед каким-то образом был вовлечен в нее. Его отец, похоже, тоже так считал. Этот факт, казалось, вызывал у него стыд. - Как у любого человека, - сказали все, желая подбодрить Драко. Это случилось всего несколько месяцев назад, в августе. Никогда прежде прошлое не казалось таким близким. Скорпиус никогда не понимал, как трудно некоторым преодолеть свое предвзятое отношение к семье Малфоев. Сколько студентов, которые сейчас окружали его и Альбуса, были свидетелями нападения на маглов? Сколько человек бежало в тот день, боясь темной метки, нарисованной в небе? Все вздохнули, вспоминая тот день. - Из Академии Боксбатонов, — продолжал Людо Бэгмен. - Флер Делакур! Для Альбуса было немного сюрреалистично слышать вежливые аплодисменты в честь своей тети. Хотя ее приветствие было предсказуемо менее восторженным, чем приветствие легенды квиддича (и абсолютного джентльмена, если верить тете Гермионе) Рон зарычал и прижал к себе Герми. Виктора Крама, она все же получила изрядную поддержку. Было несколько кошачьих криков и волчьих свистков от Гриффиндорских мальчиков и студентов Дурмстранга, которые Альбус изо всех сил старался игнорировать. - И из Хогвартса, не один, а два студента, он заставляет нас всех слабеть на коленях, он Седрик восхитительный Диггори! Все судорожно вздохнули. Вспоминать Седрика было больно для всех. Толпа пришла в неистовство. Альбус и Скорпиус обменялись взглядами на то, как неловко и вообще странно было Людо Бэгмену называть студента «восхитительным». Все знали, что Людо Бэгмен-хитрый тип. Для Скорпиуса и Альбуса (и почти для всех остальных в 2020 году) он был чем-то вроде посмешища. Людо потерял работу через год после турнира, чтобы сбежать от нескольких гоблинов, которым он задолжал серьезные долги. Слушая сейчас его голос, такой задорный и полный драматизма, Скорпиус был уверен, что где-то в глубине его голоса слышится напряжение от своих проблем с азартными играми, или это просто ретроспектива? - Жаль. Интересный был парень, - сказал Снегг. - А другой… ты знаешь его как мальчика, который выжил, а я знаю его как мальчика, который продолжает удивлять нас всех.… - Это мой папа, — сказал Альбус без всякой необходимости. Гарри Поттеру было всего четырнадцать лет. Такого же возраста, как он и Альбус. Ему казалось, что перед ним стоит очень большая задача. Когда он был моложе, Скорпиус думал, что четырнадцать лет-это достаточно много, чтобы сражаться с драконом. Он был почти взрослым. Подвиг Гарри Поттера казался чудесным и героическим. Гарри зло фыркнул. Только теперь, когда он сам достиг этого возраста, он понял, насколько далек от «взрослости» четырнадцатый год, хотя Скорпиусу часто хотелось иного. Он, конечно, никогда бы не справился с первым заданием. Просто оказаться лицом к лицу с таким страшным, красивым и опасным существом, как дракон, заставило бы Скорпиуса упасть в обморок. И мысль об Альбусе, брошенном в эту клетку… это было слишком ужасно, чтобы думать об этом. Как вообще такой молодой человек, как Гарри, мог участвовать в соревнованиях? Если бы Гарри Поттер был сожжен до хрустящей корочки драконом, то Альбус никогда бы даже не существовал! Эта мысль была слишком ужасна, чтобы думать о ней. - Да, это Гарри отважный Поттер! Гарри жал кулаки. Раздались громкие аплодисменты, и Альбус увидел, что Скорпиус делает сознательное усилие, чтобы не начать потрескивать и радостно аплодировать вместе со всеми остальными. Было болезненно заметно, что Седрик развеселился громче, чем его отец, но Альбус отказывался его жалеть. Джинни обняла будущего мужа. Однако самые громкие приветствия Гарри Поттеру раздались из-за пронзительного голоса на краю толпы. Узнав этот звук (по свидетельству Роуз и Хьюго, которых отчитывали сотни раз) Альбус вгляделся в толпу и увидел взволнованную Гермиону Грейнджер. Альбус видел фотографии своей тети, когда она была еще подростком, и поэтому он был знаком с ее ранним лицом, но никогда прежде ему не приходило в голову, насколько она похожа на Розу. - Надеюсь только внешне, - сказала Герми. Альбус удивился, почему дядя Рон не стоит рядом с ней, чтобы подбодрить своего лучшего друга. - А теперь, — с некоторой драматичностью объявил Людо Бэгмен. - Прошу всех замолчать. Это-первая задача. Добываю золотое яйцо. Из гнезда-дамы и господа, юноши и девушки, представляю вам — драконов. И направляющий драконов-Чарли Уизли. Раздались одобрительные возгласы в адрес эксцентричного дядюшки Альбуса, и Альбус со Скорпиусом отодвинулись чуть дальше к краю толпы, чтобы попытаться разглядеть его. Они оказались прямо за спиной Гермионы, которая выглядела такой взволнованной, что в любой момент могла разрыдаться. - Если ты собираешься стоять так близко, — раздался знакомый, хорошо поставленный, напряженный и довольно властный голосок. - Я бы предпочла, чтобы ты не дышал на меня так сильно. - Это еще кто? - спросили все. Скорпиус ошеломленно уставился на стоящую перед ним девушку. — Роза? — спросил он, нахмурив брови. - Что ты здесь делаешь? Гермиона Грейнджер внезапно посерьезнела и приняла вид пары Дурмстрангских студентов, которые в данный момент пристально смотрели на нее. Темноволосый был немного похож на ее лучшего друга Гарри, а светловолосый мальчик так тяжело дышал от возбуждения, что она могла только предположить, что он был каким-то супер-фанатом Виктора Крама. - А кто такая Роза? — спросила она. - Что случилось с твоим акцентом? - Сейчас вам каюк, - прошептал Рон. Она уже выглядела подозрительно. Не успев объяснить свое фамильное сходство, Альбус положил руку на плечо Скорпиуса (чтобы тот заткнулся) и ободряюще улыбнулся тете. — Извини, Гермиона, — сказал - Как ты объяснишь, что знаешь ее имя? - спросил Драко. он с каким-то немецким акцентом, но не намеренно. Он целился во что-то близкое к норвежскому или шведскому. «Он тебя с кем-то перепутал.» Скорпиус, казалось, понял намек, потому что его глаза расширились, а затем он послушно закрыл рот. - Откуда ты знаешь мое имя? — С любопытством спросила Гермиона, прищурившись. - И, не теряя времени, давайте выведем нашего первого чемпиона-лицом к лицу со шведским коротконогим, я даю вам-Седрика Диггори! Все вздохнули. Страшный рев дракона отвлек Гермиону, которая выглядела совершенно окаменевшей и слегка подпрыгнула. Вместо того чтобы продолжать допрос, она упорно смотрела вперед, стараясь как можно больше наблюдать за происходящим из своего ограниченного поля зрения. - Вам повезло, - сказал Гарри. Скорпиус и Альбус обменялись многозначительными взглядами. Это было почти время. В любую секунду Седрик Диггори мог войти в загон, готовый встретиться лицом к лицу со своим избранным драконом-шведским коротконогим рылом. Через несколько минут он будет нырять и нырять, спасая свою жизнь. Ему приходила в голову мысль отвлечься, искусно превратить камень в Лабрадора, и он тянулся за своей палочкой.… Что при некоторой удаче Альбус вызвал бы из его рук, таким образом заставив его с треском провалить задание. Альбус приготовил палочку и стал ждать. — И Седрик Диггори вышел на сцену. И он, кажется, готов. Напуган, но готов. Он уворачивается в эту сторону. Он уворачивается от этого. Девушки падают в обморок, когда он ныряет в укрытие. Они кричат как один: «Не трогайте нашего Диггори, Мистер Дракон» Многие втали всхлипывать, вспоминая Седрика. Джинни шепча ты не виноват обнимала Гарри. Скорпиус почувствовал странную вибрацию и посмотрел на землю, гадая, не от силы ли крика дракона содрогнулась земля. Но земля была неподвижна. Однако токарь времени надежно спрятался под плащом Скорпиуса? — Альбус — прошипел Скорпиус. — Что-то не так. Токарь времени, он дрожит… Не нравиться мне это.-сказал Артур. Началось зловещее тиканье, непрерывное, опасное тиканье. Шум шел прямо из сердца тайм-Тернера. Не думая о секретности, Скорпиус вытащил тайм-Тернер из-под плаща и в смятении уставился на него. — И Седрик ныряет влево, и он ныряет вправо, и он готовит свою палочку, — что этот молодой, храбрый, красивый человек теперь поднял свои рукава? -» Альбус вытянул палочку и сосредоточился. У него был только один шанс. — Экспеллиармус! Палочка АКСИО Седрика Диггори! Все подготовились к чему то плохому. Какое-то мгновение ничего не происходило, толпа продолжала кричать «оооо» и " ААА «…а потом из ниоткуда в готовую руку Альбуса влетела палочка. Альбус закричал бы с облегчением, если бы ему не хотелось спрятать предмет, который он держал в руках. С первого раза ему это удалось! И это было так быстро, что он был уверен, что никто не видел, куда делась палочка. Ликуя вместе с другими студентами Дурмстранга по поводу неудачи фаворита Хогвартса, Альбус позволил волшебной палочке Седрика упасть на землю и затеряться в шевелящихся, вздымающихся ногах толпы. - … но нет, что это? Это темная магия или что — то совсем другое-Седрик Диггори обезоружен... Скорпиус даже не заметил, что Альбус выполнил свою задачу, настолько его встревожил шум, исходящий от его ожерелья. Вместо этого он с подозрением и легким ужасом смотрел на Тернера, висевшего у него на шее. — Альбус, я думаю, что время… Тернер… что — то не так.… Миссис Малфой, пожалуйста быстрее.-сказали все. Тернер времени тикал еще громче. - У Диггоров все идет наперекосяк. Это может быть конец задания для него. Окончание турнира… Для Скорпиуса это было уже слишком. Что-то было очень, очень не так. Чутье подсказывало ему, что если он не начнет действовать, то вскоре произойдет нечто ужасное. Тернер времени излучал тепло, начиная вращаться сам по себе… У Астории и Джинни началась истерика, и только когда их успокоили Цисси продолжила. Скорпиус накинул цепь на шею Альбуса и крепко прижал его к себе как раз в тот момент, когда тиканье достигло своего крещендо. Вспышка света на мгновение ослепила Скорпиуса. Он зажмурился от яркого света и категорически отказался сдаваться Альбусу. Они снова путешествовали во времени, цвета сливались друг с другом, мерцали огни. Было так много шума. Скорпиусу оставалось только цепляться за Альбуса и ждать, когда все закончится.… А потом они остановились. Или мир остановился. И все было тихо. Пока ужасный звук не наполнил воздух. - Что за звук?! - в страхе крикнули все. Альбус, крича от боли, тяжело привалился к Скорпиусу, хватая ртом воздух. - ЧТО С НИМ!??? - крикнули все Уизли, Поттеры, Римус и Сириус. Скорпиус тут же попытался удержать друга на ногах, отчаянно пытаясь понять, в чем дело. У Альбуса все еще были целы конечности, он, казалось, не истекал кровью, и он все еще дышал… так почему же ему было так больно? Затем он заметил руку Альбуса, которую тот держал под странным углом. Скорпиус понял, что она, вероятно, сломана (как это случилось?), и поправил свою руку на Альбусе, чтобы не касаться ее. - Бедный мой внук, - прошептали Лили и Молли. Скорпиус не сразу заметил, что мир вокруг них изменился, что палатка и ограждение исчезли, что все эти шумные студенты больше не существуют, по крайней мере, не так, как они были тогда. У него не было места ни в мозгу, ни в сердце, чтобы осознать, что сейчас темнее, сентябрь вместо ноября, холоднее, чем в тот роковой день первого задания. Время для него и Альбуса стремительно тянулось. Двадцать шесть долгих лет пролетели в мгновение ока, а они просто стояли неподвижно, закрыв глаза и прижавшись друг к другу. Скорпиуса охватила паника. Он нервно потрепал Альбуса по щеке и задумался о своих ограниченных познаниях в целительских заклинаниях. Он знал, что некоторые из них могут сработать, но никогда не пробовал их раньше и боялся навредить Альбусу. — Альбус! — Воскликнул Скорпиус, когда Альбус издал еще один короткий стон и попытался удержаться на ногах. - Тебе было больно? Альбус это ты... На мгновение Альбус замер, ужасно мертвенно неподвижный, но затем с болезненным стоном открыл свои ярко-зеленые глаза. Скорпиус чуть не заплакал от облегчения. Джинни, Лили и Молли заплакали от облегчения. - Нет, Я ТОЧНО ЕГО ВЫПОРЮ!!! - крикнули женщины. Когда они успокоились Цисси продолжила. — Что случилось? — Спросил Альбус, растерянно озираясь и цепляясь здоровой рукой за Скорпиуса, чтобы тот не упал. Скорпиус покачал головой в искреннем замешательстве. - Должен же быть какой-то предел-у Тайм-Тернера должен быть какой-то предел времени… Альбус положил руку на плечо Скорпиуса, просто чтобы показать, что все в порядке, и успокоить друга. Он все еще испытывал сильную боль, но Скорпиуса было достаточно, чтобы он набрался храбрости. - Ты думаешь, мы это сделали? — Слабо спросил Альбус. - Как ты думаешь, мы что-нибудь изменили? Скорпиус был избавлен от необходимости отвечать, потому что в этот момент четыре человека бросились к мальчикам, - Кто это?! - крикнули все. ведомые не кем иным, как испуганным Гарри Поттером. Всего в шаге позади него стояла Джинни Поттер, почти бегущая в направлении своего сына, а затем, выглядя столь же расстроенным, появился его собственный отец. Все выдохнули. Мальчики в безопасности и им ничего не угрожает. Скорпиус никогда раньше не видел своего отца бегущим, и он выглядел на удивление неэлегантно, когда бросился вслед за Поттерами, его темные стильно скроенные одежды развевались позади него, его глаза были устремлены на сына. А замыкал шествие Рон Уизли, тяжело дыша и держась за грудь. - Довели родителей! - недовольно крикнули все взрослые. Неистовое приближение четверых взрослых подсказало Скорпиусу, что он и его лучший друг попали в серьезную беду. - Это точно. ИБО Я ВАС ТАК ВЫПОРЮ, ЧТО СИДЕТЬ ГОД НЕ СМОЖЕШЬ!!! - хором крикнули Джинни и Астория. Когда Альбус тяжело навалился на него и выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание, трудно было думать здраво, но Скорпиус знал, что у него есть работа. Сначала он дернул тайм-Тернера за шею себе и Альбусу и благополучно засунул его обратно в карман. Во-вторых (когда его отец оказался в фокусе), он убедился, что держит Альбуса гораздо крепче, но с гораздо меньшей интимностью. Близнецы уже были готовы пошутить, но увидев состояние людей, решили замолчать. Альбус, казалось, был менее доволен. Он даже не смог найти взгляд для своего отца, что означало, что это было серьезно плохо. Вместо этого он рассеянно оглядывался по сторонам. Скорпиус не был уверен, что сможет выдержать вес Альбуса дольше, учитывая то, как дрожали его ноги, но он не хотел ставить его на землю перед Гарри Поттером. Он хотел показать и своему отцу, и Альбусу, что он хороший друг. - Я же говорил тебе, — выдохнул Рон. - Я же сказал, что видел их. Скорпиус вспомнил предыдущий вопрос Альбуса. Неужели они это сделали? Изменилось ли что-нибудь вообще? - Я думаю, мы вот-вот это выясним, — пробормотал он так тихо, что взрослые его не услышали. - Они об этом волнуются?! НЕ ЛЮДИ!!! ДУРАКИ! ДЖЕЙМС ОН В ТЕБЯ ПОШЕЛ!!! - крикнула Лили и дала мужу подзатыльник. Драко Малфой увидел, что его сын что-то шепчет Альбусу Поттеру, и выглядел крайне недовольным. Услышав голос Скорпиуса, Альбус понял, что ему нужно откуда-то черпать силы. С усилием он поднял голову и смог разглядеть мать и отца, которые с ужасом смотрели на его обмякшее тело. — Привет, папа, — громко сказал Альбус, не видя причин терять время. - Что-то случилось? - ОН ЕЩЕ СПРАШИВАЕТ?! ОН ПСИХ?! - крикнула Джинни. Гарри уставился на сына с полнейшим недоверием. - Да, можно и так сказать. Для Скорпиуса это было уже слишком. Альбус покачнулся, Скорпиус попытался (безуспешно) удержать его на весу, и внезапно Альбус рухнул на траву. Скорпиус старался не смущаться, когда Гарри и Джинни Поттер бросились вперед, чтобы подхватить своего сына, но это было не так. Он пожалел, что не был достаточно силен, чтобы удержать его. - Конец, - прошептала бледная миссис Малфой.