Хогвартс читает "Гарри Поттер и проклятое дитя"

- Я читаю! - сказал Гарри. Джинни иногда приходила в отчаяние от своего мужа, действительно приходила. - Прости, - смущенно сказал Гарри. Попав в напряженную (и довольно технически ужасную) дуэль между Гарри и Драко, Джинни была вынуждена превратиться в свою мать и каким-то образом спасти ситуацию. - Что значит была вынуждена превратится в свою мать?! - строго сказала Молли. Отослав Драко и Гарри к стульям в противоположных концах комнаты, как можно дальше друг от друга, Джинни живо вспомнила жаркие споры между Фредом и Роном, обычно спровоцированные безжалостными (но обычно безобидными) поддразниваниями старшего брата, пока Рон не срывался и не отпускал их. - Да, такое почти каждый день происходило, - сказал Артур. Рону никогда не приходило в голову, что цель Фреда, когда он его заводил, была именно такой реакцией. Это заставило Джинни задуматься, не было ли у младшей группы ее старших братьев недостатка в каких-то серьезных мозговых клетках. - Эй! Значит так ты любишь своего брата!!! - крикнул обиженный Рон. Тут все посмотрели на звук и.....В ДВЕРЯХ СТОЯЛ РОН!!!!! - РООООН!!! - крикнули Молли и Гермиона и с разбегу кинулись обнимать его. - Рон, что ты тут делаешь? - спросил Невилл. - У меня еще есть время до отъезда на концерт. Поэтому я решил несколько глав почитать с вами, а потом улетаю на свой первый концерт, - сказал Рон. - РОООООООНИИИИИИИ, !!! Я ТАААК СКУУЧААЛААА!!! - с этим визгом в зал залетела Миртл и радостно посмотрела на него. - И тебе привет Миртл, - сказал Рон. Гермиона снова сгорала от ревности. Ему пересказали содержание глав что он пропустил и Гарри продолжил. Драко молча и с большим достоинством направился к своему кухонному стулу. Он сидел, положив руки на колени, выпрямив спину и высоко подняв голову. На Гарри это произвело гораздо меньшее впечатление. Муж Джинни проворно пересел на свое место, все это время выглядя настолько виноватым, насколько это вообще возможно для человека. Очевидно, он был разочарован в себе за то, что потерял самообладание, и, возможно, Джинни надеялась, что он начал понимать влияние своих недавних опрометчивых решений на окружающих. - Надеюсь, - сказала Лили. Стоя между ними, Джинни чуть не расхохоталась. Почему люди не могут просто сесть и обсудить свои проблемы, как разумные люди? Джинни считала, что большинство проблем ее мужа можно было бы решить или, по крайней мере, улучшить, если бы она научилась лучше общаться. Воспитывать Джеймса и Лили (хотя, конечно, не Альбуса) было проще. Гарри надулся от того что его сравнили с ребенком, но потом продолжил. - Извини за твою кухню, Джинни, — как и ожидалось, первым нарушил молчание Драко. Джинни подняла бровь. — О, это не моя кухня, — непринужденно сообщила она. — Большую часть стряпни делает Гарри. Она заметила выражение удивления на лице Драко (хотя он и пытался скрыть это) и на мгновение почувствовала раздражение от его мировоззрения, прежде чем поняла, что Драко Малфою, вероятно, никогда в жизни не приходилось готовить еду. Она ожидала, что у него есть Орды домашних эльфов, снующих по поместью Малфоев, чтобы удовлетворить все его потребности. Вероятно, его больше потрясло то, что Гарри Поттер, глава департамента магического правопорядка, пришел домой и приготовил ужин для своей семьи, чем сама идея мужа, готовящего еду для своей жены. - Я не представляю Гарри в фартуке готовящем еду, - сказал Рон. Драко заерзал на стуле и, казалось, принял какое-то решение. Он посмотрел на Гарри, который все еще смотрел в землю, и открыл рот, чтобы заговорить. - Я тоже не могу с ним разговаривать, — сказал он, изящно жестикулируя руками, ладонями вверх, как будто обращаясь к комнате. - Скорпиус. Особенно с тех пор, как уехала Астория. Как я ни стараюсь, я не могу до него дотянуться. Ну, это было неожиданно. Джинни определенно не ожидала такой откровенной честности от Драко Малфоя из всех людей. - Это точно, - сказали близнецы. При упоминании о покойной жене у него перехватило горло, и Джинни почувствовала к нему явное расположение. Артур с отвращением посмотрел на Люциуса. Он все еще не мог отделаться от ненависти к Малфоям. Она понимала, что со стороны Драко было довольно мужественно так откровенно говорить о своих самых сокровенных мыслях и чувствах, и не в последнюю очередь в присутствии Гарри Поттера. Впервые Джинни встретила Драко Малфоя в «Флорише и Блоттсе». Она собиралась начать свой первый год в Хогвартсе и на ежегодную семейную поездку в Косой переулок за припасами и новыми книгами. Гарри был особенно галантен в тот день, подарив Джинни большую стопку новых томов Гилдероя Локхарта. Джинни помнила, что была совершенно ошеломлена добротой Гарри Поттера. Не говоря уже о том, что в конечном итоге получить из первых рук копии своих школьных учебников было больше, чем она мечтала, поскольку ее семья так часто боролась с деньгами. - Ой, за смущали, - сказал Рон, смотря на красных Джинни и Гарри. Джинни заметила, как Гарри неловко отодвинулся от центра внимания, как он выглядел смущенным из-за того, что все в магазине смотрели на него, как Гилдерой Локхарт обратил на него внимание. (Бедный старина Гилдерой. Он был всемогущим придурком, но все же…) - Они у тебя, — пробормотал Гарри, опрокидывая книги в котел Джинни. — Я сам себе куплю... Рядом с ними словно из ниоткуда возник Драко Малфой. Джинни вспомнила, как заметила его бледное заостренное лицо, белокурые волосы и мерзкую ухмылку. Она сразу поняла, что он Малфой. Ее отец часто говорил об этой семье с некоторой неприязнью, и ее отец почти никогда не говорил плохо о ком-либо. Этот странный, недружелюбный мальчик начал издеваться над Гарри прямо здесь, на публике, как будто ему было все равно, кто его услышит. - Спорим, тебе это понравилось, Поттер? Знаменитый Гарри Поттер. Даже в книжный магазин нельзя зайти, не попав на первую полосу. - Извините, - сказал Драко. Джинни вспомнила, как посмотрела на двух мальчиков, на Драко и его злобное лицо, а потом на Гарри, который выглядел неловко и смущенно, словно хотел провалиться сквозь землю. Она не любила хулиганов. Выросшая с шестью братьями, она была более чем способна постоять за себя (даже перед такими добрыми, замечательными мальчиками постарше, как Гарри Поттер). Одиннадцатилетняя Джинни Уизли почувствовала внезапное, безрассудное, неконтролируемое желание сказать Драко Малфою все, что она о нем думает. Ее ярость полностью вытеснила застенчивость, которая мучила ее с тех пор, как Гарри Поттер появился в норе. — Оставь его в покое, он не хотел всего этого! — заявила она, угрожающе прищурившись на бледного мальчика, посмевшего оскорбить Гарри Поттера. - Любовь, любовь! - пропели близнецы и Рон. Тут все заметили что Рон прекрасно поет. Миртл влюбленно смотрела на него, а Герми сидела красная от ревности. К несчастью для нее, Драко, казалось, не нашел ее такой пугающей, как она надеялась. - Поттер, у тебя есть девушка, — протянул Драко, и Джинни до сих пор помнила, как ее лицо горело от унижения. (И страстно желал, чтобы слова Драко были правдой). - Мама роди меня обратно, - сказала красная Джинни. Вскоре после этого произошла стычка между Люциусом Малфоем и ее отцом. Он назвал Артура Уизли «позором имени волшебника», и в следующий момент Джинни поняла, что началась драка, и ее мать начала визжать. Это было страшно, но Джинни изо всех сил старалась не показывать своего страха. У нее самой не было проблем с тем, чтобы драться с людьми, если уж на то пошло (не то чтобы это когда-нибудь было, в конце концов, кто бы попытался драться с одиннадцатилетней маленькой девочкой?), но видеть, как ее доброго, нежного отца дразнят в драке? Ей уже несколько недель снились кошмары, хотя он вышел из них только с разбитой губой. - Ты моя девочка, - сказал Артур, обняв дочь. Герми, Драко и Гарри заметили как огонь в глазах Рона потускнел и он с тоской смотрел на то как Артур обнимал Джинни. Когда Хагрид вошел внутрь, чтобы разнять мужчин, Джинни с облегчением вздохнула. Тогда Люциус Малфой совершил странную вещь. Джинни помнила, что видела ненависть в его глазах, и он обратил эту ненависть на нее. Это было не очень приятно, когда взрослый мужчина смотрел на тебя как на кусок дерьма, но Джинни держала голову высоко и делала усилие, чтобы посмотреть на Люциуса Малфоя, даже когда он сунул ей свою старую книгу по трансфигурации и заявил: — Вот, девочка, возьми свою книгу — это лучшее, что может дать тебе отец. Все с ненавистью посмотрели на Люциуса, хотя он не обращал на него внимания. В тот момент она не знала, что Люциус Малфой проклял ее пустым дневником, который он подсунул ей в котел. Что он обрек ее первый год жизни таким простым поступком. Что всю оставшуюся жизнь Джинни не сможет полностью оправиться от того, что последовало. Джинни вздрогнула и Артур обнял ее сильнее. Рон все грустнее смотрел на это, сгорая от обиды и ревности к отцу. Джинни навсегда возненавидит Люциуса Малфоя. Но как быть с его сыном? Она могла бы возненавидеть его. В конце концов, за эти годы Драко десять раз давал ей достаточно поводов. Но Джинни уже давно решила не делать этого. В конце концов, с таким злым отцом, как Люциус Малфой, какие шансы были у Драко? - Спасибо, - грустно улыбнулся Драко. Когда Джинни посмотрела на Драко Малфоя сейчас, в свои сорок лет, ужасно разодетого на кухне их семейного дома, послушно сидящего на отведенном ему стуле, широко раскинув руки, с его ужасно претенциозным конским хвостом, слегка перекосившимся, она обнаружила, что ей трудно вызвать в себе даже малейший намек на неприязнь. В этот момент он выглядел слишком жалким, слишком похожим на любого другого отца, отчаянно пытающегося сделать для сына все, что в его силах. Этот человек был настолько непохож на мальчика, которого она встретила в «Флориш и Блоттс» много лет назад, что если бы она не знала его лучше, то могла бы предположить, что это не Драко Малфой, а просто его идентичный, но совершенно противоположный брат-близнец. - Жаль что у меня нет братьев, - сказал Драко. — Ты не можешь говорить с Альбусом. Я не могу говорить со Скорпиусом, — продолжил Драко, лишь мельком взглянув вниз, прежде чем заставить себя снова поднять голову. — Так вот в чем дело. Не о том, что мой сын-зло. Джинни подумала, что он попал в самую точку. Именно это она твердила Гарри уже несколько дней. — Потому что, как бы ты ни верил на слово высокомерному кентавру, ты знаешь силу дружбы, — закончил Драко. Какой бы впечатляющей ни была эта маленькая речь, Джинни не могла отделаться от мысли, что она случайно попала в параллельное измерение. Драко Малфой превозносит достоинства дружбы? Смерть Астории действительно оттаяла Драко. Драко прижал к себе Асторию. Джинни выжидающе посмотрела на Гарри. Теперь была его очередь говорить, как бы ему ни хотелось избежать этого момента. Гарри взглянул на жену и попытался придумать хоть что-нибудь, что он мог бы сказать в ответ на болезненную откровенность Драко. - Драко, что бы ты там ни думал... - Я всегда завидовал тебе, Ты же знаешь — Уизли и Грейнджер, — вставил Драко. - ЧТО? Но чему нам завидовать? - спросил Рон. - Тому что вы всегда готовы на все ради друг друга, вы помогаете друг другу, защищаете, заботитесь друг о друге, - сказал Драко. - Теперь ты наш друг, - сказала Гермиона. Рон в шоке смотрел на Драко. Ведь, это Рон всегда завидовал Драко ведь у него есть все! Любовь родителей, он единственный сын и все такое. Гарри продолжил читать.  — У меня был... - Крэбб и Гойл, - закончила за него Джинни. Она хорошо помнила этих двух неуклюжих мальчишек. Гойл был загонщиком в Слизеринской команде по квиддичу, и то, что ему не хватало ловкости, он с лихвой компенсировал силой. Джинни помнила, как восхищалась его грубой силой на метле, но серьезно сомневалась в его честной игре. - ЧТО?! - в шоке крикнули все смотря на Джинни и красного Гойла. Что же касается Винсента Крэбба, то Джинни помнила его довольно скверным нравом. Как и Гойл, он был загонщиком, и однажды он яростно выстрелил Бладжером в сторону Гарри после впечатляющего улова гриффиндорского ловца. Но сейчас было трудно испытывать к бедному мальчику настоящую неприязнь. Что бы он ни делал в подростковом возрасте, он не заслуживал смерти. Он погиб в комнате требований во время битвы за Хогвартс, которая, по мнению Джинни, должна была быть ужасным путем, поглощенным его собственным дьявольским огнем в последнем агрессивном акте. Крэбб и Слизеринцы вздрогнули. - Два придурка, которые не могут отличить один конец метлы от другого, — пренебрежительно заявил Драко, отгоняя рукой саму мысль о двух мальчиках. — Вы… вы трое… вы блистали, понимаете? Вы нравились друг другу. Тебе было весело. Больше всего на свете я завидовал вашей дружбе. - Я тоже им завидовала, — призналась Джинни. Гарри в шоке посмотрел на Джинни. Гарри с удивлением посмотрел на жену, но Драко лишь кивнул, все прекрасно понимая. — Мне нужно защитить его, — сказал Гарри, уходя от неудобной темы своей жены и зависти Драко Малфоя и возвращаясь к насущному вопросу-благополучию своего младшего сына. Но Драко снова прервал его, покачав головой. — Мой отец думал, что защищает меня. Большую часть времени. Я думаю, что вы должны сделать выбор — в определенный момент — того человека, которым вы хотите быть. И я говорю вам, что в это время вам нужен родитель или друг. А если вы научились ненавидеть своих родителей и к тому времени у вас уже нет друзей… тогда ты совсем один. А быть одной — это так тяжело. Я был один. И это привело меня в поистине темное место. В течение длительного времени. Джинни никогда раньше не слышала, чтобы Драко Малфой так откровенно и неосторожно выражал свои мысли. Когда властная, ехидная и надменная личность ускользнула, то оставшийся, казалось, был умным и проницательным человеком, человеком, который, несомненно, был намного старше своих лет и был утомлен своим опытом. Астория обняла Драко. Все были в шоке от услышиново. Драко обладал тем, что можно было назвать только мудростью. Но и не намеренно. Это была мудрость, которая пришла от того, что вы были вынуждены заново переживать свои прошлые ошибки и учиться на них. Каждое его слово было окрашено нечаянным стыдом. Если бы Драко только мог отложить свою гордость на достаточно долгое время, Джинни могла бы сказать, что он найдет друзей, которых так искал, довольно легко найти. Если бы он вел себя так раньше, то они с Гарри, скорее всего, приложили бы к нему больше усилий после смерти Астории. Если бы в Драко Малфое был хоть малейший намек на существование такого человека, Джинни была уверена, что он не был бы таким одиноким, несчастным человеком, как сейчас. — Том Риддл тоже был одиноким ребенком, — продолжил Драко. — Возможно, ты этого не понимаешь, Гарри, но я понимаю, и Джинни тоже. - А ведь верно. Том жил в приюте и был одинок. А если бы его усыновили, может он бы вырос другим? - сказал Рон. Это был рискованный шаг со стороны Драко, но Джинни решила не спорить с тем фактом, что он заговорил о Томе Риддле. Драко был очень осторожен в этом вопросе, не совсем затрагивая тему, но опасно отклоняясь к тем кошмарным событиям ее первого года, о которых Драко, должно быть, знал, что его отец был виновником. - Он прав, - согласилась Джинни, пожав плечами. Смысл слов, льющихся изо рта Драко Малфоя, был неоспорим. Муж посмотрел на нее так, словно она сошла с ума, но Джинни отказалась отступать. Если это не было сделано, чтобы согласиться с Драко Малфоем, то она обнаружила, что ей все равно. Не тогда, когда это означало делать то, что было правильно. Драко казался совершенно ошеломленным тем, что нашел себе союзника. Он храбро пытался скрыть свое облегчение, но Джинни мгновенно раскусила его. Это был человек, который привык вести свои собственные сражения с очень небольшой поддержкой. - Том Риддл не выходил из своего темного убежища, — сказал Драко. — И вот Том Риддл стал лордом Волдемортом. Может быть, черное облако, которое увидел Бэйн, было одиночеством Альбуса. Его боль. Его ненависть. Не потеряй мальчика. Ты еще пожалеешь об этом. И он тоже. Потому что он нуждается в тебе и Скорпиусе, знает он об этом или нет. А ведь Драко прав. Я должен буду не допустить этого.-подумал Гарри. Джинни заметила, как ее муж посмотрел на Драко, словно хотел возразить, но не смог. Гарри был бесспорно упрям, но никогда до такой степени, чтобы это не помешало ему поступить правильно. Просто иногда с Гарри ему требовалось немного времени, чтобы понять, что принятие мгновенных, необдуманных решений, даже с учетом интересов людей, которых он любил всем сердцем, не всегда было ответом. Честные слова Драко потрясли Гарри Поттера. - Ну и слава богу, - сказали все. Джинни знала, что это всего лишь вопрос нескольких мгновений, прежде чем он сдастся и признает свое поражение. Она с гордостью говорила, что ее муж был из тех людей, которые умеют извиняться за свои ошибки и всегда стараются сделать все лучше, даже если иногда его суждения немного ошибочны. Гарри открыл было рот, чтобы что-то сказать, но внезапно остановился, передумав. Он выглядел так, как подростковый Гарри Поттер Джинни знала все эти годы, с его бегающие, неуверенные манеры, его грязные волосы (даже хуже после его дуэли с Драко), и его нужно сделать правильно (так его ужасом понимая, что возможно, просто возможно, он сделал неправильно, что случайно), что Джинни почувствовала прилив нежности к мужу. - Любовь, - хором сказали близнецы, заставляя краснеть Джинни и Гарри. Ситуация с Альбусом (как думала Джинни) заставила ее усомниться в Гарри впервые за много лет, но теперь она была уверена, что все будет хорошо. Это может занять некоторое время. Это может занять еще несколько мучительных разговоров. Но Гарри был хорошим отцом, любящим отцом, и в конце концов он сделает то, что будет правильно для Альбуса. Маленький толчок в правильном направлении, который иногда требовался ее мужу, чтобы добраться до этой точки, Джинни Поттер была более чем счастлива предоставить. — Гарри, - твердо сказала Джинни. - Ты достанешь Летучий порошок или мне его принести? - Конец, - сказал Гарри.