Хогвартс читает "Гарри Поттер и проклятое дитя"

- Еще одна глава и спать, - сказал директор. - Я читаю! - сказал Сири. Территория Хогвартса была откровенно мрачным зрелищем в этой новой реальности. Они были не только холодными, темными и окутанными туманом, но и охранялись дементорами, которые, как предполагалось, были размещены прямо вокруг замка днем и ночью в качестве меры безопасности. - Ужас! Как можно было сделать из самого счастливого места в мире такой ад?! - сказал Сириус. Скорпиус не был уверен, что эта часть о безопасности была полностью правдой. Судя по тому, что он слышал, они были здесь в равной степени и для того, чтобы удерживать студентов, и для того, чтобы не пускать непрошеных гостей. - Ч-то?! НАСИЛЬНО УДЕРЖИВАТЬ ДЕТЕЙ!!!? Я конечно знал что они психи, но В ЧЕМ ВИНОВАТЫ ДЕТИ?! - крикнули Северус и Сириус хором. Все в шоке смотрели на некогда заклятых врагов. Джеймс смотрел на это с ревностью. Ходили многочисленные страшилки о судьбах учеников, которые решили собрать свои вещи и сбежать. Счастливчиков ловили дементоры. - Бедные, - прошептали все девушки. Как для любого, кто боролся или боролся? Никто не знал, что с ними стало. На следующее утро за завтраком просто появится новое место, и их имя больше никогда не произносилось. - Их же не, - начала Молли, но у нее не хватило духу закончить. - Я ИХ САМ УБЬЮ! - прошипел Сириус. Очень многие студенты подозревали, что эти беглецы и мятежники были убиты. Они подозревали это, как можно было бы заподозрить, что это может быть немного холодно позже, с самым обескураживающим (хотя и немного унылым) принятием. Но, несмотря на все это, Скорпиус решил провести свой обеденный перерыв, занимаясь чем-то чрезвычайно рискованным и потенциально очень опасным. - Почему он не может сидеть на попе ровно?! - крикнули Сири и Цисси. Он надел шарф, набрался храбрости и пустился в долгую одинокую прогулку по саду. Он чувствовал, что должен проверить периметр, чтобы выяснить, насколько правдивы эти слухи. - А если они правдивы? Ты помереть хочешь?! - сказали Цисси, Астория, Тонкс и Сириус. Конечно, дементоры не могли следить за всеми участками школьной территории одновременно. Должен же быть какой-то способ выйти за их пределы без того, чтобы из тебя высосали душу или, что еще хуже, донесли Амбридж. - До чего докатился мир, дети хотят умереть или попасть к дементорам, но не к Амбридж! - сказали близнецы и Джеймс. Скорпиус знал, что для того, чтобы вернуть мир к тому, каким он должен был быть, ему нужно будет обратить вспять их с Альбусом вмешательство. Это означало вернуться к первой задаче трех волшебников, чтобы все исправить. Что также означало выход за пределы территории дементоров и на то место, где в 1994 году стояло драконье ограждение - Лишь бы они не наделали еще хуже, - сказала Тонкс. Как-то. Полегче, сказал себе Скорпиус, стараясь сохранять оптимизм. У него был тайм-Тернер. Именно этого и требовал человек, желающий изменить время. И он был в Хогвартсе, который был именно тем местом, куда ему нужно было отправиться, всего двадцать пять лет назад и в нескольких километрах впереди него. Все просто. Только это было не так. Потому что, чтобы добраться до места первого задания Трех Волшебников, Скорпиусу нужно было бы добраться до края территории Хогвартса у Запретного леса. Место, в настоящее время недоступное для всех студентов. Место, которое, как он был совершенно уверен, сейчас было более опасным, чем когда-либо прежде. Все вздрогнули. Один шаг за невидимую черту-и он рискует навлечь на себя гнев Долорес Амбридж. - Пусть только тронет тебя, Я ЛИЧНО СВЕТУ ЕЕ СУМА ПЫТОЧНЫМ!!! - крикнула Астория. Если бы только он мог придумать, как заставить Тернера времени перемещать его не только во времени, но и в пространстве! Скорпиусу казалось, что это невозможно, и даже если какой-то гений ведьмы или волшебника где-то и знал, как это сделать, для него это все равно было невозможно. Не было никакой возможности, чтобы его заклинание было на этом уровне, и было мало надежды, что оно сможет добраться до этого уровня за короткое время, которое у него было. - А жаль что так нельзя, - вздохнула Джинни. Он подумал, не воспользоваться ли сначала тайм-Тернером, а затем как можно быстрее добраться до места назначения. - А так можно? - с надеждой и азартом в глазах сказали близнецы. - А вам такое устрою! Только посмейте! - крикнула Молли. Положительная сторона этого плана заключалась в том, что в 1994 году здесь не будет дементоров, скрывающихся вокруг, и не будет такой же демонической директрисы, ожидающей, чтобы пытать его за его страдания. Но Скорпиус сомневался, что это сработает, поскольку до начала операции оставалось всего пять минут. - Это жаль, - сказали близнецы. Им с Альбусом потребовалась долгая прогулка, чтобы добраться до поляны у Запретного леса, где произошло первое задание дракона. И если его вернет назад вертушка времени до того, как он выполнит свою задачу, у него будут очень серьезные, очень смертельные неприятности. - Эти неприятности появились когда вы решили использовать это, - сказал Тео. Вся эта ситуация была более неприятной, чем Скорпиус мог выразить. Впереди, в отдалении, виднелся Запретный лес. Он видел, где ему нужно быть. И все же он никак не мог туда добраться. Скорпиус небрежно побрел в сторону Запретного леса, стараясь выглядеть как мальчик на прогулке, а не как мальчик, планирующий разрушить всю реальность, просто чтобы посмотреть, как далеко он сможет уйти, прежде чем дементоры нападут. - Лишь бы его не поймали, - прошептала Цисси. Он был уже в нескольких метрах от границы Амбридж, когда зловещие парящие фигуры опустились. Все побледнели, а Астория тяжело задышала. Они не окружили его и не пытались атаковать. Еще более жутким было то, что они столпились на его пути, уставившись на него своими пустыми глазницами. Ужасный грохочущий звук наполнил воздух, и Скорпиус с трудом перевел дыхание. Цисси и Астория стали тихо всхлипывать. - Лишь бы с ним ничего не случилось, - прошептали они. Его мысли тут же обратились к матери. Скорпиус отчаянно пытался отогнать их, но не мог. Он мысленно видел ее, мирную и неподвижную в своей большой постели, бледную, прекрасную и неподвижную. Он чувствовал руку отца на своем плече, тяжелую и твердую. - Драко, ты его нашел?! - с надеждой крикнул зал. — Она ушла. А теперь уходи, Скорпиус. — Нет, Нет. Он не собирался возвращаться в то ужасное время, чтобы вернуться к тем мучительным воспоминаниям. Ни от кого. Особенно со стороны личной армии Амбридж, состоящей из злобных, отвратительных, совершенно отвратительных существ. Скорпиус быстро полез в карман за шоколадной лягушкой, уже приготовившись к такому повороту событий. Огромная сумма, которую Ян и Карл подарили ему, когда он лежал в больничном крыле, оказалась весьма кстати, даже если он с отвращением выбросил карты. Он поспешно развернул лягушку и сунул ее в рот (совершенно не заботясь о приличиях). Он заставил себя жевать и глотать, жевать и глотать, пока его тело не стало менее жестким, менее застывшим на одном месте. Скорпиус смог медленно отступить. При этом он постоянно держал в голове образ Альбуса. Он сосредоточился на ярких зеленых глазах Альбуса и его дерзкой улыбке. счастливые мысли, счастливые мысли, счастливые мысли… - Бедное мое дитя. Драко, где ты есть в той реальности? - сказала всхлипывая Астория. Когда он отошел достаточно далеко, дементоры вместе поднялись в воздух и поплыли дальше, продолжая патрулировать территорию школы. Ладно, может быть, они смогут следить за всей территорией. Это раздражало. И страшно. И он определенно не собирался делать это снова. Скорпиус сел на влажную траву, огляделся, чтобы убедиться, что его никто не видит, и обхватил себя руками. - Бедный мой ребенок. Обещаю, этого все го не будет, - нежно сказала Астория. Жаль, что Альбуса не было рядом. Альбус отпустил бы какую-нибудь ужасную саркастическую шутку по поводу ситуации, которая чудесным образом сняла бы напряжение. А так ему приходилось довольствоваться собственными попытками подбодрить себя. Аккуратно положив обертку от шоколадной лягушки и открытку обратно в карман, Скорпиус подтянул колени к груди и обхватил их руками. Ему придется придумать, как из этого выпутаться. Подумай о его возвращении в реальный мир и об Альбусе. Скорпиус твердо верил, что если вы приложите все усилия и приложите достаточно усилий, то сможете достичь своей цели. Именно так он стал настолько хорош в зельях в своей реальности. Благодаря самоотверженности и терпению он стал одним из лучших в своем классе. Несмотря на то, что другие ученики смеялись над ним, а он и Альбус были вынуждены сидеть сзади самостоятельно, Скорпиусу удалось добиться довольно впечатляющих результатов. Он также помог Альбусу улучшить его собственный класс зелий. Почти все девушки стали всхлипывать. Когда все успокоились Сириус продолжил. У каждой проблемы есть свое решение, не так ли? - Конечно есть, и из этой передряги есть решение иначе Гарри, Рон и Герми давно бы померли, - сказали близнецы. ДА. Безусловно, так оно и было. Так каково же было решение проблемы дементоров? Ну, это было легко. Решением проблемы было заклинание Патронуса. Но Скорпиус никогда раньше не создавал заклинаний, и даже если бы он мог, он сомневался, что кто-то может создать заклинание, достаточно мощное, чтобы отбиться от такого количества дементоров. Только не в этом жалком, ужасающем мире. Чары Патронуса больше не входили в учебную программу Хогвартса. - ЧТО?! ОНИ ОБОРЗЕЛИ! ПАТРОНУС ОДНО ИЗ САМЫХ ВАЖНЫХ ЗАКЛИНАНИЙ!!! - крикнули Цисси, Лили, Тонкс, Молли и Минерва. Скорпиус ожидал, что это должно было помешать любому ученику получить какие-либо сложные идеи о побеге или попытке сразиться с дементорами. Был ли какой-то другой путь мимо дементоров? Может быть, их можно отвлечь? Но это будет означать приманку. И кто бы мог ожидать, что из-за него высосут их душу? Он ожидал, что лишь немногие из учеников сделают все, что прикажет Король Скорпионов, но Скорпиус не смог бы жить в мире с самим собой, если бы на кого-то из-за него напали дементоры. Даже в реальности, которая может исчезнуть через несколько минут. - Он что хочет сделать из кого то приманку?! - крикнул зал. - Это единственный выход, - сказал Северус. Но что, если это был единственный выход? Это должно быть последнее средство, с некоторым трудом решил Скорпиус. Ужасное, вызывающее чувство вины, но не совсем исключенное последнее средство. Если погибнет еще больше студентов. Если ему придется сделать выбор. - Он такой правильный, аж тошно, - прошептала Дафна. Скорпиус долго сидел молча, пробегая свой обычный список фактов, мысленно напоминая себе обо всем, что он узнал, о том, что ему еще предстояло узнать. На первом месте в этом списке стоял вопрос о Седрике Диггори. Больше всего Скорпиуса озадачивало то, как Седрик Диггори стал Пожирателем смерти. - Поверь, мы тоже к шоке! - сказали Пуффендуйцы. Каким-то образом, после второго задания Турнира Трех Волшебников, после того как он выплыл из озера и был унижен перед своими сверстниками, Седрик перешел на Темную сторону. Вместо боли и смущения, вызвавших запланированную временную рану его гордости и потерю уверенности в конечной задаче, произошло нечто гораздо более зловещее. Что-то, что изменило весь мир. Трудно было поверить, что именно Седрик Диггори мог стать Пожирателем смерти. Судя по тому, что Скорпиус читал, он был героическим человеком. - И это правда, он был великим человеком, - сказала всхлипывая Чжоу. В Хогвартсе была даже ежегодная минута молчания в его честь, во время которой зажигали свечи и призывали студентов вспомнить его храбрость и самопожертвование. Хаффлпаффцы вспоминали его с большой гордостью. Его имя часто упоминалось, если кто-нибудь утверждал, что Хаффлпаффцы бесполезны или скучны, и спор немедленно выигрывался. Все опустили головы в память о нем. Скорпиус знал наизусть знаменитую хвалебную речь Альбуса Дамблдора Седрику. Он сотни раз читал об этом в своих исторических книгах. — Помни, если придет время, когда тебе придется выбирать между тем, что правильно, и тем, что легко, вспомни, что случилось с мальчиком, который был хорошим, добрым и храбрым, потому что он сбился с пути Лорда Волдеморта. Вспомните Седрика Диггори. Все стали всхлипывать. Драко кинулся успокаивать Асторию, Рон Гермиону, а Гарри Джинни. Когда все более менее успокоились Сири продолжил. Даже Альбус Дамблдор считал Седрика очень хорошим человеком. А Альбус Дамблдор был хорошо известен тем, что прекрасно разбирался в людях. Он даже видел хорошее в отце Скорпиуса, когда тот был потерян, напуган и вовлечен во что-то слишком большое и слишком реальное для него. Дракон реальности Скорпиуса говорил об Альбусе Дамблдоре с завистливым уважением. Скорпиус предположил, что каким-то ужасным образом панегирик Дамблдора все еще действовал. Потому что именно так поступил Волдеморт. Он брал людей, которые иначе могли бы быть хорошими, добрыми и храбрыми, и превращал их в монстров. Он брал все хорошее, что было в них, и делал это плохо. Он манипулировал и использовал. Разве он не сделал то же самое со его отцом? Драко судорожно вздохнул. Цисси приобняла сына. И Скорпиус точно знал, что его отец был хорошим человеком. Драко Малфой не был идеален, на самом деле он был далек от этого, но он не был злым. Может быть, на левом предплечье у него и остались следы темной метки, как давнее свидетельство его прошлых грехов, но это не делало его плохим человеком. Это делало его человеком, совершившим огромную ошибку. Это делало его человеком, который сделал плохой выбор, и сделал его из-за отсутствия какого-либо другого пути со стороны людей, которые должны были научить его этому. Цисси сильнее обняла Драко и зло посмотрела на Люциуса. Может быть, Седрик Диггори был таким же? Его отец в обратном порядке? Разве эта ужасающая новая реальность не доказывает, что любой человек, любой человек вообще, в неподходящих обстоятельствах, в неподходящей обстановке, с неподходящей пропагандой, может наткнуться на это отчаянное место и настолько потеряться в нем, что спасение было почти невозможно? Это правда. К сожалению многие пожиратели перешли на его сторону из-за того что над мини издевались и они пытались само-реализоватся.-сказал директор мельком посмотрев на Северуса. Все упиралось в эту единственную задачу, в этот единственный момент унижения. Вся боль, которая последовала за этим, все эти ужасные суждения, окончательная трансформация, от которой не было возврата — все это было вызвано его и Альбуса заклинанием Энгорджио. - Вот вот! Гады! - прошипела Чжоу. Было очень легко чувствовать себя виноватым из-за этого. Чувствовать, что они с Альбусом создали этого нового Седрика Диггори. Но это было не совсем так. Как бы Скорпиусу ни хотелось верить, что Седрик никогда не был способен на такое, он знал, что унижение и издевательства не оправдывают того, кем он стал. - Согласен, - сказал Сириус. - А я нет. Да кто то может выдержать издевательства в силу своего характера, а некоторые нет, - сказал Северус. Разве они с Альбусом не страдали от этого каждый день в своей реальности? Возможно, это сделало Альбуса немного угрюмым и саркастичным, а может быть, в глубине души он стал немного напыщенным, но они никогда не мечтали причинить кому-либо боль. Сириус выгнув бровь посмотерел на Северуса. - Как я и сказал, дело в характере, - ответил Северус. Скорпиус подумал об Амосе Диггори, человеке, ради которого, как утверждал Альбус, он все это и сделал. Интересно, подумал он, предпочел бы Амос, чтобы его сын был жив и стал Пожирателем смерти, или умер и его помнят как героя? - Да, Амосу не позавидуешь, - сказал Артур. Нет, решил Скорпиус, Амос его реальности никогда не узнает об этом. В этом Скорпиус был непреклонен. Этот старик обожал своего сына. Он никогда не узнает, что где-то в глубине души его сын может стать Пожирателем смерти. Он заслужил смерть в неведении. Даже если он был стар и болен, по крайней мере, он сохранил память о своем драгоценном сыне нетронутой. - Верно, пусть не знает, - сказала Молли. Скорпиус пожалел, что сам не может оставаться в неведении. Лучше бы он вообще ничего не знал о короле Скорпионов. Он хотел бы, чтобы кто-нибудь избавил его от этого кошмарного открытия, что где-то глубоко внутри у него есть потенциал быть жестоким. - Скорп не думай так. Вдобавок мир не разделен на хороших и плохих, в каждом есть и тёмная, и светлая сторона, главное в том, какую ты выбрал — это определяет всё. Так что не думай об этом, - сказал Сириус. Джеймс постучал ему по голове. - Кто там? Что вы сделали с моим тупоголовым другом? - сказал Джеймс. - Ну спасибо, друг! - обиженно сказал Сириус. Действия Царя Скорпионов в этом мире испугали Скорпиона больше, чем он мог объяснить. Потому что Царь Скорпионов был им самим. Возможно, он вырос в другой атмосфере, возможно, его учили другим ценностям, но биология была той же самой. Более чем вероятно, что этот монстр существовал где-то внутри него, где-то глубоко, куда даже он не мог дотянуться. Это было его самое страшное осознание до сих пор (даже хуже, чем слухи о маггловских лагерях смерти). - Не правда! Биология не важна, важно воспитание, - сказал Северус. - Наш Сири прямой пример. В его семье, прости меня дружище, все пожиратели и темные маги, и если биология все решает, то и он должен был стать пожирателем. Сириус, да и весь зал в шоке смотрел на Северуса. Прочистив горло Сири продолжил. Его мать не гордилась бы тем, кем он был в этой реальности. Она бы пришла в ужас. В этой реальности она должна была умереть, зная, кем стал ее сын. Должно быть, она видела, как ее любимый сын становится холодным и бессердечным. Скорпиус надеялся, что у короля Скорпионов хватило здравого смысла и порядочности избавить Асторию от правды о его действиях в Хогвартсе. Он надеялся, что даже эта мерзкая, презренная версия его самого сохранила в его сердце достаточно уважения и любви к своей матери, чтобы, по крайней мере, вести себя перед ней как разумный человек. Мысль о ее разочаровании и горе от того, что случилось с сыном, была невыносима. - Ты мой маленький. Все будет хорошо, - сказала Астория. Медленно, неохотно Скорпиус поднялся на ноги, отряхнулся и зашагал обратно к замку. На ходу он менял позу, выпрямлялся, удлинял шаги. Он притворился, что зубы у него не болят от холода. Ему нужно было снова войти в роль. Вселиться в разум Царя скорпионов. Его время ленча свободы подходило к концу, и он вполне ожидал, что послеобеденное время будет таким же адским, как и утро. По утрам его первым уроком был тот, который Скорпиус вряд ли забудет в спешке… - Интересно, что за урок? - прошептала Гермиона. Ранее на уроке трансфигурации Скорпиус был вынужден вынести урок, преподанный профессором Дюной, женщиной, которая проклинала одного из своих учеников за то, что он не справился с тестом. - ЧТО?! НЕТ Я В КУЛЬТУРНОМ ШОКЕ! ГАДИНА! - сказали женщины зала. Он не был уверен, что с тех пор, как увидел, как она за завтраком ударила Яна палочкой по голове, и узнал, что она ударила Майю мерзким конъюнктивитом, его ментальное впечатление о ней могло быть еще хуже, и все же ей каким-то образом удалось превзойти его кошмарные ожидания. - Мне уже страшно, - сказала Астория. Профессор Дюн была резкой, непредсказуемой молодой женщиной, которая, казалось, получала большое удовольствие, стуча людей по голове своей палочкой, когда они слишком долго не отвечали ей, и делала так много угроз, что их было трудно отслеживать. Ее классная комната была покрыта пропагандой в поддержку Волдеморта, от обрамленных плакатов с ужасными цитатами о превосходстве волшебников до различных стационарных предметов, четко отмеченных тем же змеиным принтом, который Скорпиус видел на знаменах в больничном крыле. - Вот же гадина! Вот встретится она мне я ее, - начали Северус и Молли, но по их головам было ясно что ей капут. Скорпиус заметил, что ей очень нравится говорить: «за Волдеморта и доблесть». Она не только повторила его семь раз в течение урока (Скорпиус считал) - Да уж, а я еще думал что Белла больше всех любит темного лорда, а видно она такая не единственная, - сказал Сириус. , но и ожидала, что эти слова будут повторены ей нараспев. Однажды она заставила их все повторить, потому что в первый раз они были недостаточно страстны. Кассандру в первом ряду ударили по голове палочкой профессора Дюна за то, что она выглядела рассеянной, когда произносила эти слова. Сириус и Артур покрутили пальцем у виска. Несомненно, она была талантливой ведьмой. Даже Скорпиусу пришлось признать, что она была экспертом по трансфигурации. - Жаль что талантливые волшебники выбирают не ту сторону, - сказал директор. Он хотел, чтобы она была ужасна в своем предмете, чтобы он мог утешить себя тем, что она была просто в своем положении из-за своих фанатичных убеждений, но правда была в том, что она была впечатляющей. На их глазах она использовала печально известное сложное заклинание заклинания птиц, чтобы заставить класс замолчать. Со звуком, похожим на выстрел из дробовика, стая грязных, черных, по-видимому недокормленных птиц вырвалась из ее волшебной палочки и кружила вокруг студентов, пока они не вернулись послушно к своему профессору. Некоторые из этих существ клевали и царапали тех студентов, которые шептались друг с другом, пока профессор Дюн писал что-то на доске несколько минут назад. - Нельзя так с детьми! - сказали Молли, Лили и Цисси. Скорпиус и представить себе не мог, что к этому моменту все может стать еще хуже. - КУДА хуже! - крикнули профессора. Его учил закоренелый сторонник Волдеморта, несколько членов класса были атакованы стаей демонических птиц (и некоторые из них щеголяли отвратительными порезами на руках в качестве доказательства, их одежды были порваны и изношены), и ей удалось бросить слово «Грязнокровка» в ее совершенно не связанные комментарии о Трансфигурации с почти восхитительным мастерством. - Психованный, - сказал Джеймс. Но Скорпиус был слишком оптимистичен в своих предположениях. Потому что с тех пор урок стал только более неудобным. В какой-то момент Дюна сказал одному из одноклассников Скорпиуса, Максу, что если он не сумеет должным образом обобщить Закон Элементальной трансфигурации Гэмпа, он превратится в «бесполезного слизняка, которым он так явно был». - Он же уничтожил психику ребенка! - крикнула Лили. К ужасу Скорпиуса, это была не пустая угроза, а обещание, потому что мгновение спустя на месте мальчика уже извивался большой толстый слизняк, оставляя на скамейке скользкий след. - ЧТО?! ОН СОВСЕМ! - крикнули профессора и родители. Скорпиус никогда прежде особо не задумывался об эмоциях обычных садовых слизняков, но был уверен, что именно этот слизняк корчится от чего-то похожего на страдание. Многие из его одноклассников смеялись над унижением своих сверстников. Скорпиус заставил себя присоединиться к ним. - Вот же, их бы превратить в слизняков! - сказал Северус Когда Макса вернули после нескольких минут наказания, он был явно встревожен тем, что с ним произошло. Это был довольно крупный, мускулистый мальчик, которого Скорпиус никогда не ожидал увидеть дрожащим перед своими товарищами-учениками, и все же он дрожал. - Бедняга, довели парня, - покачала головой Молли. Унижение Макса поразило Скорпиуса больше, чем кого-либо другого. Когда его отец учился в Хогвартсе, он пал жертвой такого же наказания от того, кто, как он считал в то время, был Аластором Муди, его собственным учителем защиты от темных искусств. Драко вздрогнул. Его отец был превращен в хорька на глазах у одноклассников и подбрасывался в воздух снова и снова, пока профессор Макгонагалл не вмешалась. Многие студенты тогда тоже смеялись. Хотя Скорпиусу было трудно увидеть хоть что-то смешное в такой ситуации. Все кто смеялся отпустили головы. Даже мысль о том, что такое может случиться с его отцом, огорчала Скорпиуса. Дело было не только в смущении, но и в самом стыде. Скорпиус вообразил, что преображение против твоей воли может быть разрушительным. Просто несправедливо заставлять человека чувствовать себя таким беспомощным, контролировать свое тело. И уж конечно, это было нехорошо для человека, обладающего властью, использовать эту власть, чтобы причинить боль другим. - Верно. Представляю каково это, - сказал Рон и вздрогнул. В его реальности, настоящей реальности, существовали законы, запрещающие подобные действия. Профессора обязаны были защищать своих студентов. Сама министр магии позаботилась о том, чтобы учителя не использовали в качестве наказания никаких форм магии. - Ты молодец Гермиона, - сказали все. Гермиона покраснела. В случае с его отцом виновником оказался Пожиратель Смерти Барти Крауч-младший, пытавшийся наказать Драко, чтобы навредить Люциусу, а вовсе не один из его учителей. Скорпиус часто задавался вопросом, не облегчает ли этот факт ситуацию для его отца. - Ни капельки! - сказал Драко. Скорпиусу казалось, что на его месте ему было бы трудно снова поверить учителю. Даже если человек, причинивший им вред, был переодетым Пожирателем Смерти. Что же касается отца, то, как бы спокойно он ни говорил об этом происшествии скорпиусу в своей речи перед первым курсом, в надежде, что сын сообщит о подобном поведении своих учителей и не будет унижен молчанием, Скорпиус заметил, что если когда-нибудь в «Пророке» появится фотография покойного Аластора Муди, отец быстро перевернет страницу. - Не удивительно, он довольно интересная личность, в плохом смысле, - сказала Джинни. Думая об отце, Скорпиус мечтал пересечь класс и похлопать Макса по спине. В тот момент не имело значения, что он слышал, как Макс за завтраком говорил себе под нос довольно мерзкие вещи, связанные с Грязнокровками и проклятиями. Это была одна из самых больших проблем, с которыми Скорпиусу приходилось сталкиваться в этой мрачной реальности, — не утешать расстроенного мальчика. - Он слишком мягкотелый, - сказала Дафна. И все же он этого не сделал. Он остался в образе и смеялся вместе. Он принял участие в унижении Макса, унижении, которое, несомненно, останется с ним на всю оставшуюся жизнь. Скорпиусу удалось справиться с чувством вины, только вспомнив, что он может все это повернуть вспять. Что он может избавить Макса от этого испытания. Что, может быть, только может быть, он даже мог бы избавить Макса от его ужасных взглядов на магглов. +++ Когда Скорпиус вошел во двор замка, на него уставились несколько студентов. Они оглядывали его с ног до головы, словно нервно что-то искали. Это был самый неприятный способ закончить обеденный перерыв. - Это точно. Ненавижу когда на меня пялятся, - сказал Гарри. Скорпиус предположил, что вид короля Скорпионов, возвращающегося с антисоциальной прогулки по территории Хогвартса, был довольно зловещим. Это наверняка испугало бы его. Может быть, они искали доказательства дуэли? Возможно, они искали доказательства и похуже.… — Эй, Король Скорпионов! — раздался сзади знакомый голос Карла Дженкинса. Все поморщились. Скорпиус обернулся, на этот раз даже не поморщившись. Карл и Ян шли к нему через двор, по-видимому, соревнуясь, кто доберется до него первым. Карл был победителем в их личной битве, и он отпраздновал это, дав Скорпиусу очень восторженную (и на самом деле довольно болезненную) пятерку. Ян Фредерикс выглядел раздраженным из-за того, что промахнулся, и вместо того, чтобы дать вторую пятерку, очевидно, решил действовать так, как будто он никогда не собирался давать Скорпиусу один в первую очередь. — Мы все еще в порядке, завтра вечером? — Громко сказал Ян, чтобы любой проходящий мимо студент мог услышать о его планах пообщаться с королем Скорпионов. - Позеры, - прошипели Тео и Дафна. Скорпиус помолчал. Он моргнул, глядя на Янна, пытаясь понять, что же он согласился сделать с ним следующим вечером. Он очень надеялся, что это не связано с Квиддичом, потому что игра закончится, как только он сядет на метлу. Хайтс и Скорпиус действительно не были согласны друг с другом. - Потому что мы готовы выпустить несколько настоящих грязнокровок, - с энтузиазмом добавил Карл. - ЧТО?! ТРОНЬТЕ МАГЛОРОЖДЕНОГО ИЛИ МАГЛА И МЫ ВАМ!!! - крикнули Лили и Гермиона. О, это было нормально. Подождите, нет, это не так! это было очень нехорошо! Скорпиус отчаянно надеялся, что это всего лишь фигура речи. - Поверь мы тоже, - сказал Чарли. Карл был из тех мальчишек, которые только и делают, что болтают, но выражение его глаз говорило об обратном.… — Скорпиус, — раздался еще один голос позади него. Он обернулся и увидел Полли Чэпмен, которая стояла на каменной лестнице, ведущей во внутренний двор, прислонившись спиной к стене замка в самом странном положении, ее бедра были странно выдвинуты вперед, а голова слегка наклонена набок, так что ее темные волосы частично закрывали лицо. - Она то чего к нему прицепилась? - сказали все. С каких это пор она вообще к нему подходила? В другой реальности Полли была симпатичной и популярной студенткой Гриффиндора. Она была из тех девушек, о которых любят говорить все мальчики, чего лично Скорпиус не мог понять, поскольку она была не самой дружелюбной из всех людей и почти никогда не улыбалась. Во всяком случае, не на него. - Полли Чэпмен? — удивленно спросил Скорпиус. Она выглядела взволнованной, услышав, как он произносит ее имя, но Скорпиус заметил, что она мгновенно скрыла эту радость. - Опа, в той реальности она что, втюрилась в него? - крикнули близнецы, Джеймс и Сириус. Карл и Янн по обе стороны от него заулыбались. Подтолкнув одного и похлопав по спине другого, они отошли, чтобы дать Полли и Скорпиусу немного уединения. Скорпиус даже пожалел что они не остались… — Может, перейдем к делу? — спросила она голосом, которого он раньше от нее не слышал. Он был ниже обычного, более интимный. — Я знаю, что все ждут, чтобы узнать, кого ты собираешься спросить, потому что ты знаешь, что тебе нужно спросить кого-то, и меня уже спросили три человека, и я знаю, что я не одинок в том, что отказываю им всем. На тот случай, если ты меня спросишь. - Что спросит? - заинтересовано сказали близнецы. — Верно, — неопределенно ответил Скорпиус, не зная, что еще можно сказать на это, не будучи грубым. - Что было бы замечательно. Если вам это интересно. Какие слухи ходят — это вы сами. И я просто хочу прояснить — в данный момент-что я также заинтересован. И это вовсе не слухи. Скорпиус моргнул, когда Полли подошла на шаг ближе. - Это Ф — Е-С-Т-факт, — закончила она со странной полуулыбкой. Неужели Полли намекает на то, что он думает о ней? Конечно же, он ошибся концом палки? Да, наверное, он что-то упустил. Потому что это вообще не имело никакого смысла. Это было совершенно нелепо.… - Это гм… здорово, но… о чем мы говорим? — смущенно спросил Скорпиус. - Я представляю ее реакцию, - прыснули близнецы. Полли тряхнула волосами и закатила глаза (как можно соблазнительнее). — Кровавый бал, конечно… кого ты, король Скорпионов, везешь на кровавый бал. - Какой еще кровавый бал? - спросили все. Ах милый. Скорпиус даже не предполагал, что в этой реальности ему придется иметь дело с подобной ситуацией. Во-первых, вернувшись в свою реальность, он был совершенно уверен, что никто не проявляет к нему ни малейшего интереса, по крайней мере, в этом смысле. - Ну почему, а как же Роза? - спросили Драко и Рон. - Она его ненавидит, - сказали Гермиона и Астория. - От ненависти до любви один шаг! - ответили Драко и Рон. - Сваты фиговые, - сказали Джинни и Астория. Да и зачем им это? Он был полным чудаком. Полный неудачник. У него не было абсолютно ничего подходящего. Он не был похож на Альбуса, который обладал некой неосознанной привлекательностью, странным пессимистическим очарованием, лицом, которое на самом деле было очень красивым, если кто-то потрудился посмотреть на него должным образом. Это был Скорпиус Малфой. Совершенно безнадежно. - Эй! Ты очень даже красивый, ибо Астория и Драко красивые так что ты тем более, - прошептала Лаванда. И он понятия не имел, как флиртовать. - Ну, Драко тебя научит, - сказал Рон. Это вообще был флирт? Конечно же, так оно и было. Неужели он должен был флиртовать в ответ? Где был Альбус, когда он был нужен? Скорпиус вспомнил ответ на этот вопрос и в сотый раз за день постарался не выдохнуться. Полли захлопала ресницами и положила руку на бедро, ожидая его ответа с игривой улыбкой на губах. - Ой, мне тебя жаль Скорп, - сказала Астория. За все эти дни и ночи Скорпиус поймал себя на том, что хотел бы быть таким мальчиком, который точно знал, как флиртовать с легкостью и очарованием (вместо мальчика, который запинался на своих словах и краснел лицом, когда говорил о своих чувствах) реальность этого была намного более неловкой, чем он себе представлял… — Ты… Полли Чэпмен… хочешь, чтобы я отвез тебя на бал? — повторил Скорпиус, просто чтобы убедиться. Внезапный пронзительный крик раздался где-то поблизости, нарушая тишину. - ЧТО ТАМ?! - в страхе крикнули все. «Спасен», — с некоторым облегчением подумал Скорпиус. А потом он вспомнил, что кричать-это плохо. Очень плохо. Неужели он уже так привык к этому миру? Потому что ему действительно следовало выпрыгнуть из своей шкуры гораздо раньше, чем он это сделал… Этот крик был полон ужаса. Возможно, от боли. Он зловещим эхом разносился по каменному двору и казалось доносился откуда то снизу… - Ужас, - прошептала Герми прижимаясь к Рону. Я тут лишняя. Да и о чем ты думала Миртл? Призрак с человеком? Ты слишком наивная.-подумала Миртл. - Что это там кричит? — Спросил Скорпиус с наигранным спокойствием в голосе, которое он недавно перенял, удивляясь, почему никто больше не вздрагивает от ужасного шума. Студенты продолжали проходить мимо, и Полли даже не вздрогнула. Полли издала мелодичный смешок, запрокинув голову больше, чем это было необходимо. — Грязнокровки, конечно, — сказала она ласково, как будто Скорпиус хотел пошутить. Она протянула руку, чтобы без всякой надобности ткнуть его в плечо. — В подземельях. Гермиона и Лили плакали на плечах своих мужчин, а остальные посветили детей в тонком искусстве мата. Крики становились все громче и отчаяннее. Что там делали со студентами? Уж не пытка ли это? О пожалуйста нет… Джеймс и Рон обняли своих девушек и успокаивали в мыслях пытая этих пожирателей, а Рон их даже расчеленял. - Это ведь была твоя идея, не так ли? — Сказала Полли, - Ч-что? - тихо прошептала всхлипывающая Астория. Все были в шоке. закатывая глаза и полностью ожидая, что Скорпиус подыграет ей. Но Скорпиус этого не сделал. Но он не мог. Эти люди внизу, они действительно кричали из-за него? Был ли он ответственен за их боль? Что же заставило другого Скорпиона предположить такое ужасное, бесчеловечное поведение? И кто в здравом уме обратил на него хоть малейшее внимание? - Скорп такого некогда бы не сделал! - крикнула Астория. - Да милая, мы знаем, это другая реальность, да и к тому же этого не будет, - сказал Драко. Ответы приходили к нему с болезненной легкостью. Его сейчас стошнит. Прямо там, во дворе. И почему замок вращался? Неужели он должен был вращаться? - Ему плохо! Кто нибудь отведите его к мадам Помфри, - сказали Астория и Цисси. Полли с беспокойством посмотрела на Скорпиуса. Король Скорпионов не должен был так нервничать. Это было далеко не так привлекательно, как его обычное уверенное самообладание. — Что с тобой происходит? — спросила Полли, приподняв идеально выщипанную бровь. Скорпиусу хотелось закричать во всю глотку, что с ним все в порядке. Что это совершенно нормально, совершенно разумно, совершенно понятно и на самом деле очень хорошо-чувствовать себя огорченным звуками боли людей. Ему хотелось крикнуть: «Я? Да что с тобой такое? - Нам тоже, - сказали все Уизли. Он заставил себя не блевать. Это только ухудшит ситуацию. Сделав несколько глубоких вдохов, он вновь обрел самообладание и напустил на лицо уверенное выражение, чтобы Полли могла успокоиться. Но Полли уже отвлеклась на что-то другое. — Ох, Поттер, — раздраженно заметила она. — У меня опять ботинки в крови… Скорпиус посмотрел вниз на ее ноги, игнорируя внезапную мысль об Альбусе, которую принесло с собой проклятие, и конечно же, ее шикарные Хогвартские туфли были покрыты ужасными влажными красными пятнами. Так оно и было… довольно много крови. - Откуда там кровь? - спросила Астория. - Знаешь, мне больше интересно что она так легко об этом говорит, - сказала Джинни. Полли, похоже, тоже так подумала, потому что со вздохом наклонилась (выгнув спину сильнее, чем требовалось) и осторожно вытерла рукавом халата туфли. Закончив, она снова выпрямилась и положила руку на бедро, улыбаясь ему. - Как настаивает Авгур, — сказала она, вызывающе подняв брови. — Будущее принадлежит нам, так что я здесь, чтобы строить будущее вместе с тобой. - Вот нахалка! - крикнули все. Скорпиус моргнул. Никогда в жизни он не думал, что такая девушка, как Полли Чэпмен, скажет ему такие слова. Он думал о том, что через несколько лет, когда девочки действительно откроют глаза и поймут, что за ловушка была у Альбуса, он мог бы участвовать в нескольких таких разговорах, но Скорпиус? Это было почти невероятно. Он не был уверен, что быть сердцеедом ему подходит. - Да, интересно в кого он? - сказала Астория выразительно смотря на Драко. Вместо того, чтобы заставить его чувствовать себя важным или уверенным, вся эта идея на самом деле была довольно смущающей. Это было больше давления, чем Скорпиус хотел бы добавить к своей нынешней (непристойной) сумме. Но он полагал, что у него не было особого выбора в этом вопросе. - Да, явно этим он на тебя не похож, - сказала Астория. - Ну Астория! - проныл Драко. - За Вольдеморта и доблесть, — подмигнула Полли, делая те же движения, что и Амбридж, когда она произносила эти слова. Скорпиус заставил себя улыбнуться. - Для Волдеморта-да, - согласился он, сглотнув. Сириус, да и все скривились от этих слов. Полли ухмыльнулась ему в последний раз, а затем уверенно зашагала вверх по лестнице, выглядя взволнованной. Скорпиус смотрел ей вслед. Как ни странно, он чувствовал себя виноватым из-за того, что не сказал ей правды. Мгновение спустя он понял, насколько абсурдна эта мысль. В конце концов, Полли Чэпмен из этой реальности скоро перестанет существовать (если он преуспеет в своем плане), и никогда не узнает, что она не получит своего желания посетить бал крови (менее привлекательное название для танца, который Скорпиус никогда не слышал) с королем Скорпионов. - Мне тоже не нравится это название, - сказали близнецы и Рон. Снизу снова послышался крик. На этот раз оскорбительный голос прозвучал невероятно пронзительно, невероятно высоко. Это было похоже на первый курс… - Они пытают первокурсников, - прошептали девушки всхлипывая. - Кошмар, - прошептала Минерва хватаясь за сердце. Я собираюсь исправить это, Скорпиус пообещал, что неизвестный первый год, стараясь не морщиться. -я сделаю все, что в моих силах. Он нащупал тайм-Тернер в кармане и позволил своим пальцам запутаться в золотой цепочке для удобства. — Скорпиус Малфой? — раздался довольно робкий голос с верхней площадки лестницы. Скорпиус быстро отпустил хронотоп и, подняв глаза, увидел маленького, тяжело дышащего мальчика, лицо которого было красным от того, что казалось ему бегом. — Да? — Профессор Амбридж хочет видеть вас, Король скорпионов… я имею в виду Мистера Малфоя… - ЧТО ОНА ОТ НЕГО ХОЧЕТ?! - крикнули все. Маленький мальчик словно окаменел от того, что только что оскорбил его. Скорпиус моргнул, мысли его путались. Почему Амбридж хотела его видеть? Она говорила с ним только вчера. Неужели она что-то знает? - Не дай Мерлин!!! - крикнули Малфои и Астория. Подозревает ли кто-нибудь из его сверстников? Не слишком ли он жалел Макса во время инцидента со слизняком? — И когда же? — Спросил Скорпиус так твердо, как только мог. Раздался еще один крик. — Заткнись, ладно? — пробормотал проходивший мимо студент в ответ на страдальческий вскрик и раздраженно покачал головой. — Черт побери, некоторые из нас пытаются насладиться обедом. - ВОТ ЖЕ С**ЧАРА!!! ДА КАК ОН СМЕЕТ?! ТЕБЯ БЫ ТАК! - крикнули Сириус, Джеймс и Северус. Северус и Сири дали друг другу пять, а Джеймс сгорал от ревности. Скорпиус почувствовал себя виноватым за подобные мысли. Крик вкупе со всем прочим стрессом этой реальности доводил его до полного нервного срыва. Как можно сосредоточиться или жить дальше, когда слышно, как люди в муках кричат о помощи? - У меня бы уже истерика была бы, - признался Рон. - У всех нормальных людей была бы истерика, - сказала Миртл. Мальчик продолжал смотреть на Скорпиуса широко раскрытыми карими глазами. - П-прямо сейчас, Кинг, сэр. Она говорит, что это срочно. - Надеюсь она не узнала его тайну, - прошептала Цисси. Скорпиус проглотил свою панику (что-то, что становилось его новым навыком) и коротко наклонил голову к маленькому мальчику. - Я пойду прямо сейчас, - сказал Скорпиус. Мальчик все еще смотрел на него с благоговейным страхом, колени его стучали друг о друга. Неужели он ждет, чтобы его уволили? От другого студента? Конечно же, нет. — ЭМ… спасибо, — неожиданно для себя произнес Скорпиус. - Я ценю вашу срочность в этом вопросе. Мальчик выглядел взволнованным от похвалы, но все еще не был готов убежать снова. - Я… это не проблема! Я-Сэм! Если вам нужно-еще одно сообщение отправлено! Я… я думаю, что вы действительно хороши в квиддиче мистер Кинг… — восхищенно выпалил Сэм. - Кого он мне напоминает, - сказала Джинни смотря на Колина. Колин обижено засопел. Ничего хорошего из этого не вышло. Несмотря на встречу с Амбридж, разговор с Полли и крики, все еще доносившиеся из подземелья через странные промежутки времени, Скорпиус не мог найти в себе силы быть жестоким к этому маленькому мальчику. Даже король Скорпионов, должно быть, был добр к нему, не так ли? - Ну, Сэм, — сказал Скорпиус, величественно положив руку ему на плечо, изображая своего отца. — Я постараюсь запомнить ваше имя на случай, если мне понадобится передать вам сообщение. Сэм явно обрадовался. Все еще немного напуганный, но определенно довольный. Наконец он снова умчался прочь, на ходу одарив Скорпиуса лучом обожания. Скорпиус смотрел, как второкурсник исчезает в замке, прежде чем позволил новостям захлестнуть себя. О нет, это было плохо. Это было очень, очень плохо. - Это точно, - сказала Молли. Если Амбридж срочно хочет его видеть, то Скорпиусу ничего не остается, как пойти к ней. Он снова сунул руку под мантию, нащупывая Хронометр. Он мог только предполагать, что произошло нечто ужасное. Должно быть, она начала подозревать его. - Не дай Мерлин! - крикнул зал. Но если бы это было так, то его наверняка проводили бы в ее кабинет. Меня туда загнали. Может быть, даже кто-то из профессоров. Амбридж ни за что не послала бы сюда второго студента, чтобы потребовать его присутствия.… Но это не было утешением. Только не с такой женщиной, как Амбридж. Скорпиус знал, как она обращалась со студентами в его реальности. Он знал, в какие игры она играла с Гарри Поттером. Гарри вздрогнул и коснулся шрама оставленным Амбридж. - ПАРШИВКА! - крикнули Уизли и Поттеры. Так вот что это было? Неужели он добровольно войдет в ее кабинет только для того, чтобы там на него напали? «Будь храбрым, Скорпиус», — твердо сказал он себе, уверенно поднимаясь по ступеням и возвращаясь в замок. Ничего не признавайте, и что бы вы ни делали, не бросайте этого дела. Студенты расступились перед ним в коридоре, узнав недовольное выражение на лице короля Скорпионов. Скорпиус был так напуган, что даже не заметил этого. Он просто продолжал идти, мантия впечатляюще развевалась позади него, голова была высоко поднята. Если это был конец его приключения или даже конец его жизни, то Скорпиус собирался подойти к нему так же, как и ко всему остальному. С решительным оптимизмом и абсолютным, непоколебимым желанием поступать правильно. - Он меня пугает, - сказали Тонкс, Цисси и Астория. Быть героем означало встретить опасность, а разве он не хотел быть героем всю свою жизнь? Разве не с этим сталкивались в свое время его исторические кумиры? - Нет! Я тебя лично прибью если ты это сделаешь! - сказала Астория. «Ты должен дать представление всей своей жизни», — сказал Скорпиус Скорпиусу. Вы должны отдать этому все, что у вас есть. Ты должен это сделать. Ты можешь это сделать. Что бы ни случилось в этом кабинете, что бы ни ждало его в конце коридора с горгульями, Скорпиус собирался показать, из чего сделан настоящий Малфой. - Псих! Почему он не на Гриффиндоре?! - крикнула Астория. И если Амбридж убьет его, он наконец-то сможет снова увидеть свою мать, крепко обнять ее, сказать ей, как сильно он скучал по ней каждый день с тех пор, как она умерла. Возможно, он даже сможет увидеть Альбуса в конце всего этого. Может быть. По крайней мере, это было хоть что-то. - Конец, - сказал Сириус.