Хогвартс читает "Гарри Поттер и проклятое дитя"

- Я читаю! - сказала Молли. Годрикова Лощина была поистине прекрасной деревней. Джеймс и Лили помрачнели. Гарри обнял их, а Сири с Сев прижались к ним. Эсмеральда зло глянула на Лили. Мальчики добрались до него утром тридцать первого, после долгого и сложного путешествия, которое включало в себя случайное попадание в неправильный автобус (несколько раз), почти выдуманную маггловскую школу, чтобы объяснить свою одежду, и один раз притворяясь, что их зовут Сэм и Алан. Альбус все еще не спал и, как предполагал Скорпиус, работал исключительно на адреналине. Было несколько возможностей, но он упрямо отвергал их все. - Бедняги. Даже так не веселились! - сказали мародеры и близнецы Уизли. Скорпиус не поверил своим глазам, когда увидел вдали знакомый церковный шпиль, почти по ошибке бродивший по окрестностям, раздумывая, спросить дорогу или нет, неуверенный, что это может все испортить, видя, что они не могут сказать, были ли люди вокруг волшебниками или маглами. Джеймс и Лили сидели чернее тучи. Этот шпиль, поднимавшийся вдалеке, означал конец изнурительного путешествия. Это ознаменовало успех их плана до сих пор. Это означало, что у них еще есть шанс. Скорпиус тащил Альбуса всю дорогу к нему, заставляя его внезапно довольно спокойного лучшего друга бежать трусцой, чтобы не отстать от него. Он знал, что они были в нужном месте в тот момент, когда Скорпиус вытащил Альбуса на первую улицу. В этом было что-то волшебное, удивительное, безвременное. Если бы Скорпиус не был на задании, он бы остановился там, где был, просто чтобы принять все это. Все вздохнули представив это чувство. Альбус и Скорпиус шли по узкой дороге, по обеим сторонам которой стояли старомодные коттеджи, абсолютно одинаковые. Уличные фонари, расположенные через равные промежутки, вели на деревенскую площадь. Живописная церковь стояла в центре всего этого, витражи сверкали на свету. Лучше всего было то, что он был полон жизни. Радостное, шумное местечко. Окна коттеджей были распахнуты настежь, навстречу утреннему солнцу. Вдалеке шли люди, выглядевшие занятыми и довольными. Здесь была атмосфера безопасности, общности. Это было не то место, где могло случиться что-то плохое. Никогда. Похоже, это было последнее место, где могла произойти трагедия. - Это точно, - сказала Лили вспоминая. Добравшись до деревни (а может быть, и немного раньше) Альбус, похоже, был не в себе. Какое-то время Скорпиус решил воздержаться от комментариев, объяснив это смесью усталости и стресса, но теперь это начало его беспокоить. Он предположил, что это было чрезвычайно эмоционально для Альбуса. Во многих смыслах. - Ты в порядке, Альбус? — Мягко спросил Скорпиус. Альбус чувствовал себя не в своей тарелке. Он чувствовал себя подавленным. Все чувствовали себя подавленными. - Я просто… да, - согласился Альбус, кивая. — Прекрасно. — Вы уверены? - Буду, — храбро ответил Альбус. — Через минуту. Скорпиус на мгновение нахмурился, а затем кивнул. Он предположил, что Альбус, вероятно, не хотел, чтобы из-за него суетились. - В его характере, - сказала Лили. — Ну, я не вижу никаких видимых признаков нападения, — задумчиво сказал Скорпиус, когда они шли по улице. Люди не кричали, не падали в обморок и не бежали в укрытие, а это означало, что Дельфи, скорее всего, еще не прибыла. - Даже не знаю что лучше. Если она не пришла то вы умрете, а если она это остановит, то неизвестно что произойдет, - сказал Сириус. Это было весьма обнадеживающе. — Это действительно Лощина Годрика? — спросил Альбус, глядя на счастливую, оживленную деревушку. В рассказах, которые он слышал, об этом месте всегда говорили с тихим почтением. Скорбно. Что-то, о чем следует упомянуть с величайшим уважением и печалью. Он, конечно, не представлял себе, что это место будет выглядеть так. — Твой отец никогда не брал тебя с собой? — удивленно спросил Скорпиус. - Просто кое кто не хотел идти, - сказал Рон. Альбус почувствовал стыд. Это место было частью его истории, частью его отца, и он никогда не проявлял к нему ни малейшего интереса. На самом деле он упрямо отказывался признавать это. Теперь он чувствовал себя виноватым. - Хоть что то понял, - сказал Регулус. - Нет, - вздохнув, признался Альбус. — Он пытался несколько раз, но я отказалась. За все их долгое путешествие Скорпиусу не пришло в голову задать этот простой вопрос. Он просто предположил, что Альбус знаком с этим местом. В конце концов, почему бы и нет? Множество ведьм и волшебников посещали Годрикову Лощину, чтобы выразить свое почтение, люди, которые не имели никакого отношения к семье Поттеров. Все помрачнели. Это, конечно, объясняло молчание Альбуса на их пути вверх по улице, и то, как, казалось бы, бесполезно он был во время их приближения. Скорпиус не мог понять, почему Альбус отказался от такой возможности. Он снова и снова приставал к собственному отцу, отчаянно желая посетить знаменитую волшебную деревню, увидеть памятник Джеймсу и Лили, увидеть место, которое Альбус Дамблдор когда-то называл домом. Но отец никогда не соглашался взять его с собой. - Почему? - спросили все. - Это было бы неправильно, — всегда говорил отец. — Может быть, в другой раз. Но даже при том, что Скорпиус физически не мог попасть в Годрикову Лощину, он путешествовал туда в своих книгах сотни раз. У него было три книги по истории волшебной деревни, и он с наслаждением изучал карты, почти видя это место своими глазами, воображая, как идет по этим прекрасным старым улицам из большой и одинокой библиотеки Малфой-Мэнора. Он убедил себя, что это почти так же хорошо, как посещение, но теперь он понял, что это даже не близко. - Какой хороший парень! - сказали все. — Ну, на экскурсию нет времени, — сказал Скорпиус, слегка разочарованный. В конце концов, показать Альбус все вокруг звучало как прекрасная вещь. Что-то, что действительно могло что-то значить для них обоих. Но он полагал, что они могли бы сделать это в другой раз. Когда все это закончится. — У нас есть кровожадная ведьма, чтобы спасти мир от… … церковь… Церковь Святого Иеронима… Скорпиус с благоговейным трепетом указал на церковь впереди. Это было еще более фантастично, чем казалось в его книгах. - Он великолепен, — признал Альбус, отчасти потому, что Скорпиусу он очень понравился, а отчасти потому, что он был довольно красив. Что касается церквей. — А кладбище Святого Иеронима, по слухам, населено великолепными привидениями, — продолжал болтать Скорпиус, и в его голосе было больше возбуждения, чем обычно в подобных обстоятельствах. - Вряд ли, но интересно узнать, - прошептали близнецы и мародеры. - НЕ СМЕЙТЕ! - крикнули Артур, Молли, Цисси и Регулус. Он указал направо от церкви. — И там будет статуя Гарри и его родителей. — У моего отца есть статуя? — спросил Альбус, нахмурившись. - О, - вспомнил Скорпиус. — Пока нет. Но он это сделает. С надеждой. А этот — этот дом, где жила Батильда Бэгшот, живет… - Это великая женщина! - сказали Лили, Римус и Регулус. Это привлекло внимание Альбуса. Скорпиус не переставал говорить о женщине. - Батильда Бэгшот? История магии Батильды Бэгшот? - Точно так же, - согласился Скорпиус, едва не корчась от возбуждения. Он остановился на мгновение, желая взглянуть на дом одной из величайших ведьм, которые когда-либо жили. А потом, как во сне, передние занавески раздвинулись, открыв маленькую старушку с волосами, собранными в пучок. Она была одета в фиолетовую мантию и выглядела так, словно о чем-то напряженно думала. Она засунула перо за ухо и уставилась в небо, прежде чем медленно вернуться в гостиную. Альбус легко узнал выражение ее лица. Это было то же самое, что Скорпиус сделал, когда читал свои книги по истории. Странно далекий и в то же время невероятно напряженный одновременно. - Такое же было у Рега и Римуса в библиотеке, - сказал Сириус смеясь. Скорпиус не мог сдержать волнения. Он узнал бы эту женщину где угодно! Она была героиней! Один из величайших вкладчиков в историю волшебства! Он схватил Альбуса за руку и просиял, едва удержавшись от небольшого танца на месте. — О боже, это она, — выдохнул он, крепко сжимая руку Альбуса. — Ух ты. Писк. Моя наглость - это дрожь. Все засмеялись увидев у Регулуса, Римуса и Лили такие же лица. - Скорпиус! — воскликнул Альбус, не зная, смеяться ему или закатить глаза к небу. Если и было что-то, на что он мог рассчитывать, даже в глубинах отчаяния, в потенциальном конце волшебного мира, каким они его знали, так это то, что Скорпиус Малфой был полным и абсолютным выродком. В этом было какое-то утешение. — А вот и он, — объявил Скорпиус куда более серьезным тоном, указывая на соседний коттедж. — Дом Джеймса и Лили Поттер… — Оцепенело произнес Альбус. - Они его восстановили? - с надеждой сказала чета Поттер. - Они же в прошлом, - сказал Регулус. Он замер на месте, просто уставившись. Этот коттедж должен был превратиться в развалины. Это было в их время. Он был известен во всем волшебном мире как мемориал, оставленный навсегда в своем поврежденном состоянии, чтобы напомнить всем, что там произошло, о двух молодых жизнях, которые были потеряны, и одной, которая была изменена навсегда. Все вздохнули с интересом слушая. Но коттедж Поттеров был обычным. Симпатичный, да, и определенно «причудливый», как назвал бы его Скорпиус, но все же дом молодой семьи. Он ничем не отличался от любого другого коттеджа на этой улице. Снаружи была вырезана тыква, готовая к Хэллоуину. Рядом, свернувшись калачиком на солнце, дремала кошка. Палисадник был довольно маленьким, и все же цветы красиво росли вокруг квадратной лужайки, выглядя одновременно опрятно и обнадеживающе. Это не было сценой кошмара. И вдруг, как и в коттедже Батильды, занавески раздвинулись. Альбус уставился на то, что выглядело как лицо его отца в окне.… только это не мог быть он. Его глаза не были зелеными, и он был слишком молод… Все засмеялись. - Джеймс моложе Гарри! - сказал Сири. - Помолчи! - шикнул Джеймс. Вскоре открылась входная дверь. Из коттеджа доносились звуки разговора, непринужденной болтовни, домашней и ласковой. Мужчина из гостиной вышел из дома первым. Он был высокий, худой, с растрепанными черными волосами. На носу у него были очки в круглой оправе. Он был Джеймсом Поттером. Дедушка Альбуса. - Мне не привычно слышать дедушка в свой адрес. Джеймс с дразнящей ухмылкой разговаривал с кем-то через плечо. Кот на пороге проснулся от шума и подошел к Джеймсу Поттеру, явно ища внимания. - Гадкое животное, - сказал Сири. Минерва недовольно на него посмотрела. Джеймс инстинктивно наклонился, чтобы погладить кошку, и, казалось, заговорил с ней, а затем снова встал, когда в доме снова началось движение. Кот побрел прочь. За ним шла молодая женщина с длинными каштановыми волосами, выкатывая коляску из парадной двери на дорожку. Она смеялась. Малыш в коляске тоже хихикал и дрыгал пухлыми ножками. У него были темные, растрепанные волосы и странный, неопределимый вид человека, за которым хорошо ухаживали. На лбу у него не было шрама. Это были Лили и Гарри Поттер. Лили и Джеймс обняли Гарри. Альбус никогда раньше не думал о других своих бабушке и дедушке как о людях. Не совсем. Он никогда не знал их, у него никогда не было причин представлять, кем они могли быть, давным-давно, до того, как его отец получил шрам, до того, как он появился на свет. Они были легендой. Люди, которые дали его братьям и сестрам их имена. К нему относились с мрачным уважением во всем волшебном сообществе. Больше всего Альбуса поразило то, как они молоды. Ужасно молодой. Им было чуть за двадцать. Слишком молод, чтобы умереть. Римус, Сири и Северус обняли Лили и Джеймса. Джеймс Поттер подождал, пока жена пройдет мимо, и помог ей скатить коляску с дорожки на ухоженную лужайку перед домом. Альбус обнаружил, что идет вперед, к дедушке с бабушкой, к отцу.… - Нельзя чтоб они его увидели, - сказали все. Скорпиус мгновенно заметил это движение и решительно оттащил Альбуса назад. Альбус повернулся к нему, выглядя преданным и более чем немного ошеломленным. - Они тебя не видят, Альбус, — извиняющимся тоном объяснил Скорпиус. — Это может повредить времени, а мы этого не делаем — не в этот раз. — Конечно. Альбус взял себя в руки. О чем он только думал? Пока что его отец был в безопасности. Вот что имело значение. Дельфи до него не добралась. Они добрались туда первыми. Все облегченно выдохнули. — Но это значит, что она не сделала этого.… — пробормотал Альбус. - … мы сделали это… а она нет… Скорпиус кивнул и похлопал Альбуса по руке. Они вместе наблюдали, как сияющая молодая пара начала расстилать одеяла на лужайке. Джеймс Поттер обнял жену за плечи, и она повернулась к нему с нежностью. — Так что же нам теперь делать? — спросил Скорпиус, пытаясь мягко напомнить Альбусу об их миссии. — Готовиться драться с ней? Потому что она хорошенькая… свирепый. - Это преуменьшение, - сказал зал. Свирепость была огромным преуменьшением, но Альбус был слишком потрясен видом своих бабушки и дедушки, чтобы указать на это. Скорпиус был прав, что в данный момент у них не было никаких шансов победить ее. Что если они будут сражаться с Дельфи, то будут побеждены в мгновение ока. Они не могли просто ждать ее приезда. Они должны были что-то предпринять. - И как можно быстрее! - сказали все девушки зала. Все это время они работали шаг за шагом. Именно так они оба и продолжали жить. Авиемор-на Кингс-Кросс. От Кингс-Кросс до Годриковой лощины. Но что тогда? Что же было дальше? Что они могут сделать? - Да, — согласился Альбус, подавляя свои эмоции и решительно поворачиваясь прочь от коттеджа Поттеров. Он хотел, чтобы Скорпиус видел, что он уделяет этому все свое внимание, что он делает все, что в его силах. После всего, что сделал Скорпиус, было бы правильно, если бы он внес свой вклад. В конце концов, это он виноват, что они попали в такую переделку. — Мы ведь еще не все продумали, правда? Что же нам теперь делать? Как нам защитить моего отца? - Конец главы, - сказала Молли.