Хогвартс читает "Гарри Поттер и проклятое дитя"

Я читаю! -сказал Гарри. Рон, Гермиона, Драко, Альбус и Скорпиус втиснулись в главное окно, наблюдая, как темная и зловещая фигура лорда Волдеморта покидает церковь и медленно идет по Черч-Лейн, ближе к деревенской площади. Джинни к ним не присоединилась. Она обнаружила, что не может заставить себя смотреть. Вместо этого она села подальше, на ближайшую скамью. Я одна чувствую давление? Будто что то пойдет не так? -прошептал Рон. Не дай Мерлин.-сказала Джинни. — Я думаю, мы должны разделиться на две группы, когда он доставит ее сюда, — заявила Гермиона. — Так будет легче окружить ее. Первый прячется в ризнице, как и планировалось.» — Боковая часовня тоже будет работать, — заметил Драко, указывая на комнату чуть дальше по нефу. Она казалась ему более защищенной, чем ризница, и он хотел, чтобы его сын был в безопасности больше всего на свете. — Мы со Скорпиусом переедем туда.» Гермиона посмотрела на двери часовни, подумала и кивнула. — Если что-то пойдет не так, было бы неплохо, если бы мы рассредоточились, — согласилась она. — Ничего не случится, — пропищал Альбус. — Папа с этим справится.» Конечно. Чтоб Поттер с чем то не справился.-фыркнула Дафна за что получила от сестры. Рон положил руку на плечо племянника. — Я пойду с вами, — сказал Рон, кивая Драко. — По-моему, справедливо, что у нас по три в каждом месте. Уравнивает.» Драко склонил голову, соглашаясь с логикой сказанного. На мгновение Гарри, казалось, исчез, и группа придвинулась ближе к стеклу, но затем он повернулся, и его бледная кожа снова стала видна в темноте. Он был довольно далеко и, казалось, поворачивался на месте. Что ты делаешь? -спросил Колин. Гарри пожал плечами. — Что он делает?» — спросил Скорпиус. «Он кружит по площади, ” ответила Гермиона. — И дать ей возможность заметить его. Смотри, он опять ходит по кругу.» — Вряд ли он сойдет за лорда Волан-де-Морта, если будет кружить вокруг этого места, — сказал Драко напряженно. — Она заметит, что он чего — то ждет.» «Я думаю, Гарри знает о Волдеморте больше, чем ты, — преданно сказал Рон. — И кроме того, никто не знает, что произошло той ночью. Сегодня вечером. И вообще, кто будет допрашивать Волдеморта? — Извини, приятель, но ты выбрал длинный путь? Но я так не думаю.» Ты прав.-сказал Драко вздохнув. Драко глубоко вздохнул и не стал отвечать. — И мы сможем ее увидеть?» — спросил Драко. — У нее серебристые волосы. Она легко появится, — заверил отца Скорпиус. — Ее очень трудно не заметить.» Альбус повернулся, чтобы проверить, как там его мать, и с беспокойством увидел, что она склонила голову, словно в молитве, ее конечности одеревенели, она даже не слушала группу. Это было так непохоже на его маму-выглядеть хоть как-то, но полностью упорядоченным, что это потрясло его. Гарри обнял Джинни. Та улыбнулась и слегка покраснела. Оставив остальных наблюдать, он подошел к ней. — Все будет хорошо, ты же знаешь, мама?» — неловко спросил Альбус. «Я знаю, ” согласилась Джинни. — Или я надеюсь, что знаю. Я просто… не хочу видеть его таким. Человек, которого я люблю, скрывается в человеке, которого я ненавижу.» И не увидишь.-сказал Гарри. Сглотнув и изо всех сил стараясь быть ответственным, Альбус сел рядом с мамой. Некоторое время они сидели молча. Альбус вполуха прислушивался к разговору группы и позволил себе погрузиться в собственные мысли. «Он не может продолжать блуждать, — заметил Драко. «Драко, ты должен верить, что это сработает, — твердо сказала ему Гермиона. — Это единственная идея, которая у нас есть, и она еще не провалилась.» «Для парня, отмеченного как немезида Волдеморта, когда он даже не был обучен туалету, ему повезло больше, чем вы думаете», — согласился Рон. РОН! -недовольно сказали Молли, Герм и Джинни. Гарри и эти троя яростно посмотрели на него. Тот поднял руки в примирительном жесте. Гермиона яростно посмотрела на мужа, и тот замолчал. Альбус придвинулся поближе к матери, и она инстинктивно обняла его за плечи. Этот маленький жест странно успокаивал. Он смотрел на мужественный профиль матери, на то, как ее глаза стали жесткими от решимости не заплакать, и не мог не чувствовать себя виноватым. Если бы он не начал, все было бы хорошо. Его отец будет в безопасности. Его мама будет дома писать для своей колонки. Скорпиус никогда бы не испытал такой боли… — Откуда мы знаем, что она не будет замаскирована? Как именно она выглядит?» — спросил Драко, стоя у окна. Зачем ей это? Если она хочет изменить будущее то какая разница какой ее увидят магглы? -спросили хором Тонкс, Цисси и Герм. Они улыбнулись друг другу. -Вполне возможно, — терпеливо ответила Гермиона. — Но зачем ей это понадобилось? Она здесь, чтобы изменить все в его мире. Создать то, что увидел Скорпиус. Какая разница, если ее увидят несколько магглов?» -А мы с Альбусом не представляем особой угрозы, — согласился Скорпиус. -Так она и думала, — возразил Рон, кивнув Скорпиусу. — Но она тебя неправильно поняла, не так ли? Они никогда не помнят этого, плохие парни. Что мы работаем вместе. Что ты связался с одним из нас, ты связался со всеми нами.» РОН! Опять твои намеки про Драко! -недовольно сказали Джинни и Герм. — «Плохие парни»?» — недоверчиво повторил Драко. — А ты кто? Пять?» — Вы двое, пожалуйста, оставьте это на потом?» Гермиона вздохнула. — Я знаю, что мы все напряжены.-» «Послушай, я только хотел сказать, что мы, хорошие парни, мы команда», — сказал Рон, глядя на Драко. «Все мы. Ладно?» Вот. А вы ругаетесь.-сказал Рон надув губы. Все засмеялись. Герм чмокнула его в щеку и покраснела. Близнецы засвистели. С внезапным пониманием Драко сглотнул, широко раскрыв глаза. Скорпиус восхищенно улыбнулся Рону. Гермиона одобрительно кивнула мужу. На своей скамье Альбус и Джинни все еще сидели в тишине. Альбус мог придумать сотню вещей, которые он хотел сказать своей матери. О том, что он видел. О том, что он сделал. О последних двух днях, проведенных в поездах маглов, о том, что случилось со Скорпиусом, о Седрике Диггори, о встрече с Джеймсом и Лили, о сарае… Не нужно таить все в себе. Выговорись.-сказала девочка с Когтеврана. Но, как ни странно, только одна тема казалась ему неприступной. Тема, которая больше всего давила на совесть Альбуса. Причина, по которой все они были здесь, сейчас, в опасности. Казалось, она вырвалась из него без разрешения. — Она мне нравилась, мама, — признался Альбус, чувствуя себя слишком виноватым. — Ты это знаешь? Она мне очень нравилась. Дельфи.» Джинни подняла голову. Она смотрела на сына с легким смущением, карие глаза пытались прочесть его мысли. — И она была… дочерью Волдеморта?» — сказал Альбус, чувствуя тошноту, когда произносил эти слова вслух. Он, Альбус Северус Поттер, мечтал о дочери лорда Волдеморта. Это похоже на сюжет Ромео и Джульетты. Там две враждующие семьи и их дети влюбились друг в друга. Только там любовь взаимная.-сказала Герм. Девочки попросили у нее роман и она пообещала дать почитать. Он позволил ей использовать себя. Все это началось с его жалкой влюбленности. Его глупая, глупая идея произвести на нее впечатление, показать, что он не его отец, стать героем в своем собственном праве, поставила под угрозу все их жизни. Если бы он только послушался Скорпиуса с самого начала… «Вот в чем они хороши, Альбус, — утешила его Джинни. — Ловят невинных в свои сети.» Сейчас было не время рассказывать историю из дневника Тома Риддла, не посреди этого кошмара, но Джинни пообещала себе, что, как только они окажутся дома и в безопасности, она расскажет все своему младшему сыну. Не только о страхе, о травме, но и об одном факте, который преследовал ее по сей день. Что она облегчила ему задачу. Что она была идеальной мишенью для Тома Риддла, старшего, умного, очень властного молодого человека. И она тоже временами ловила себя на том, что благоговеет перед ним. Разве она не хотела произвести на него впечатление? Разве она не была очарована его пониманием, его готовностью слушать? Разве это не было захватывающе? Чтобы кто-то постарше уделял ей, самой младшей из Уизли, особое внимание. Гарри прижал ее к себе. Рон закатил глаза но этого никто не заметил. Даже если это будет больно, она расскажет Альбусу, и скоро. Так что он знал, что это не значит, что он глуп, или наивен, или имеет какую-то вину в том, что произошло. Именно это Джинни и хотела услышать много лет назад. «Это все моя вина, ” тяжело сказал Альбус, склонив голову. Этот жест был так похож на ее мужа в миниатюре, что Джинни невольно улыбнулась. Джинни обняла сына. Альбус не отпрянул. Вместо этого он положил голову на плечо матери. — Как забавно. Твой отец, кажется, думает, что это все его, — сказала Джинни. — Странная вы парочка.» ОЧЕНЬ странная я бы сказал.-улыбаясь сказал Рон. «Это она!» воскликнул Скорпиус, вскакивая и указывая на окно. — Это она! Она его видела!» Наконец.-прошептала Эсмеральда. Все напряглись. «Позиции, ” объявила Гермиона. — Все.» Джинни и Альбус тут же вскочили на ноги и бросились к ризнице, на ходу доставая свои волшебные палочки. Драко положил руку на плечо сына и быстро повел его к боковой часовне. — И помни, не выходи, пока он не выведет ее на свет, — твердо сказала Гермиона, важно глядя на группу, которая остановилась, чтобы послушать ее. — У нас есть только один шанс, и мы не хотим все испортить.» «Гермиона Грейнджер, мной командует Гермиона Грейнджер, ” заявил Драко. Драко.-протянул Рон выгнув бровь. Драко нервно хмыкнул. Рон повернулся, готовый защитить жену, но в этом не было необходимости. Гермиона неуверенно посмотрела на Драко, но тот вдруг расплылся в улыбке. «И я слегка наслаждаюсь этим, — закончил Драко. Ууу. Наслаждаюсь. Да у нас новая парочка? Драмиона или ГермиДрако? -начали близнецы. Драко и Герм покраснели. А вот Рон зло посмотрел на них. Он покраснев от злости полез на них с кулаками. Их еле разняли. Рон обнял Герм взглядом крича ГРЕЙНДЖЕР МОЯ! Все засмеялись на эту реакцию. Гермиона с облегчением улыбнулась в ответ. «Папа…» начал Скорпиус, дергая отца за руку. Рон поцеловал жену на удачу и последовал за Малфоями в их укрытие. Гермиона смотрела, как группа рассеивается, а затем, наконец, бросив последний взгляд туда, где Гарри, нет, Волдеморт, медленно, но уверенно вел молодую седовласую женщину к ним, она побежала в ризницу с Джинни и Альбусом, тихо закрыв за собой дверь. Главное чтоб все пошло по плану.-прошептала Минерва. +++ Гарри был на Черч-лейн, когда почувствовал, что человек следует за ним на безопасном расстоянии, но с каждым мгновением приближается. Один взгляд подтвердил, что этим человеком была Делфи. Ее серебристые волосы отражали лунный свет, отчего она казалась почти призрачной. Желание ускорить шаг было сильным, но Гарри знал, что должен оставаться в образе. Дельфи должна была поверить, что он ее отец. Она должна была наблюдать за его медленными, целеустремленными шагами. Она должна была увидеть его уверенность, его чувство полного и абсолютного контроля. У Волдеморта был очень специфический способ передвижения. Он почти не издавал ни звука, и все же шел элегантно, с прямой осанкой, как будто ничего не боялся. Все напряглись вслушиваясь в каждое слово. Гарри провел молодую женщину мимо кладбища, где вскоре должны были похоронить его родителей, и направился к церкви, простым движением палочки открыв тяжелые деревянные двери. Он был на полпути в церковь, скамьи по обе стороны от него, витражи светились вверху, когда она приняла решение последовать за ним внутрь здания. Гарри подождал, пока не услышал тихие шаги молодой женщины по церковному полу позади себя, прежде чем заговорил. «Какая бы ведьма или волшебник ни преследовали меня, уверяю вас, вы пожалеете об этом», — заявил Гарри со спокойной уверенностью и едва заметным намеком на угрозу. «Лорд Волдеморт», -раздался довольно приятный женский голос. «Это я. Я следую за тобой». ” Я тебя не знаю», — пренебрежительно заявил Гарри. «Оставь меня». Молодая женщина глубоко вздохнула, собираясь с духом. «Я твоя дочь», — просто сказала она. Гарри сделал паузу, позволяя словам эхом разноситься вокруг них. Как бы отреагировал Волдеморт на подобное откровение? Не с теплотой, это уж точно. Не будет ни объятий, ни любовного воссоединения. Я представляю эту картину. Лорд Волдеморт обнимает дочь.-сказали близнецы, а потом фыркнули от смеха. В лучшем случае Гарри мог представить, как Волдеморт проявляет легкое очарование. Дамблдор давным-давно сказал ему, что Волдеморт не способен понять любовь, но он, безусловно, знал, как использовать окружающих его людей для своей выгоды. Он знал, как использовать любовь и манипулировать ею в своих собственных целях. Гарри остановился на тоне отстраненного интереса. «Если бы ты была моей дочерью, я бы знал о тебе». «Я из будущего», — настаивала Дельфи. «Дитя Беллатрикс Лестрейндж и тебя. Я родился в поместье Малфоев до битвы за Хогвартс. Битва, которую ты проиграешь. Я пришла, чтобы спасти тебя». Мне интересно, как Драко не мог знать об этом? -спросил кто то с Пуффендуя. Может меня не было на тот момент дома.-сказал Драко. Повернувшись спиной к Делфи, Гарри нахмурился. Он не мог припомнить, чтобы Беллатрикс Лестрейндж была беременна примерно во время войны, ни малейших слухов. Как это произошло в поместье Малфоев? Поттер тебе рассказать о том как происходят роды? -фыркнула семикурсница Слизерина, за что получила от своих. Как Драко мог не знать об этом? Кто был замешан в этой всемогущей тайне? Как это могло сохраниться так долго? Наконец, медленно, как будто его это совершенно не интересовало, Гарри повернулся. Перед ним стояла молодая женщина, которую он знал как Дельфи Диггори, женщина, которую он когда-то пригласил в свой дом, и все же ее поза совершенно отличалась от позы сиделки, которая ухаживала за Амосом. Она стояла, выпрямив спину, как солдат, ожидающий осмотра, гордо подняв подбородок, хотя в ее темных глазах читалось почтение, благоговение. Она казалась одновременно и старше, и моложе своих лет. Все вслушивались в буквально каждое слово. У всех было чувство что обязательно что то произойдет. Тогда Дельфи сделала очень смелый поступок. Она сделала едва заметное движение своей палочкой, и большие, тяжелые церковные двери тихо закрылись за ней, запечатав ее собственный выход. Она посмотрела на отца, словно желая, чтобы он понял, что это значит. Отчаянно желая, чтобы он знал, что она полностью и добровольно в его власти. Что она не боится его. — Это был Родольфус Лестрейндж, верный муж Беллатрисы, который по возвращении из Азкабана сказал мне, кто я такой, и открыл пророчество, которое, по его мнению, мне суждено исполнить. Я ваша дочь, сэр, — закончила Дельфи, слегка запыхавшись. Гарри театрально задумался еще на секунду. «Я знаком с Беллатрикс, — спокойно признался Гарри. — И в вашем лице есть определенное сходство, хотя вы унаследовали от нее далеко не все. Но без доказательств…» Дельфи глубоко вздохнула и заставила себя оправиться от очевидной боли от этого оскорбления, явно готовая к его моменту и полностью решившая не портить его. С некоторой гордостью она открыла рот и произнесла: «Я твоя дочь. Она говорила на Парселтанге. Делфи говорила напряженно, не сводя темных глаз с лица отца. Она не вздрогнула от его налитых кровью глаз и восковой кожи. Она не смотрела на него как на нечто чудовищное. Делфи смотрела на него как на отца. Любимый отец. Отец, на которого она страстно желала произвести впечатление. Честно, я в какой то мере восхищаюсь ей и Беллой.-тихо сказал Рон но его услышали. Все в шоке и ужасе на него посмотрели. Как можно восхищаться ими! Они монстры.-сказали все. Восхищаюсь их верностью. Они искренне верили в свой путь, и были готовы принести в жертву все, даже себя. Это так удивительно.-сказал Рон. Все смотрели на него как на психа. Его явно не поняли. Гарри заставил себя издать холодный злобный смешок. — И это твое доказательство?» он весело закричал. Расстроенная, но не сдающаяся, Дельфи протянула руки и медленно, без усилий поднялась в воздух. Гарри в изумлении отступил на шаг. Мальчики сказали, что она летала, но Гарри, естественно, предположил, что они имели в виду метлу, а не вот так… Дельфи, казалось, была в восторге от реакции отца, явно полагая, что ей наконец удалось доказать свою личность. «Я Авгур вашего Темного Лорда, и я готова отдать все, что у меня есть, чтобы служить вам, — заявила она с новой уверенностью. Это не верность, а фанатизм! -сказали Джеймс и Сири смотря на Рона. Рон закатил глаза. — Ты научился летать — от — меня?» — спросил Гарри, изо всех сил стараясь сохранить бесстрастное выражение лица. Дельфи кивнула и грациозно опустилась на каменный пол. — Я старалась следовать по пути, который ты выбрал, — сказала она, склонив голову. Ошеломленный ее силой, Гарри пришел в себя. Как бы отреагировал Волдеморт, увидев такое? Ответ дался Гарри легко. Это заставило его почувствовать что-то похожее на жалость к молодой женщине, стоявшей перед ним. Он увидит в ней соперницу. Как угроза. Он хотел бы убедиться, что она не поставит его статус под угрозу, потому что, если она это сделает, Волдеморт не будет стоять за ее существование, кровь или нет. — Я никогда раньше не встречал ведьму или волшебника, которые пытались бы сравняться со мной, — заявил Гарри. — Не поймите меня неправильно, — быстро сказала Дельфи, еще ниже склонив голову в знак уважения. — Я не стану утверждать, что достоин тебя, господин. Но я посвятил свою жизнь тому, чтобы быть ребенком, которым вы могли бы гордиться.-» Рон грустно улыбнулся. Кому как не ему понимать смысл этих ее слов? «Я вижу, кто ты, — прервал его Гарри. Дельфи послушно замолчала. — И я вижу, кем ты можешь быть. Дочь.» Дельфи подняла голову. Даже из тени нельзя было не заметить эмоции в ее глазах. Тогда Гарри что-то в ней узнал. Тоска давней давности. Это была мечта каждого сироты-быть признанным своей семьей, знать, откуда они родом, чувствовать связь со своим прошлым. Разве Гарри мало раз мечтал о встрече с родителями? О том, что они называют его «сын»? — Отец?» — спросила Делфи очень тихим голосом. Возможно, Волдеморт и сам был сиротой, но Гарри сомневался, что у него хватило бы сочувствия или сострадания, чтобы признать общую борьбу. Все, что он увидит, — это могущественная молодая женщина, связанная с ним кровью и требующая верности. Он будет смотреть на нее не как на личность, а как на пешку, которую можно использовать в своих интересах, которую можно выбросить, если до этого дойдет. Он будет думать только о ее пользе для него, как об инструменте в его стремлении к абсолютной власти. Это ужасно. Использовать родного ребенка для.-начала Лили. Лили ты же понимаешь что это бы и сделал Волдеморт.-сказал Сириус. «Вместе мы могли бы обладать силой», — заметил Гарри. «Отец…» «Иди сюда, на свет», — сказал Гарри, указывая на точку, до которой ему нужно было добраться до Дельфи, где свет от витражей падал на каменный пол. «Чтобы я мог проверить, что сделала моя кровь». Но Дельфи не двинулась с места. Она упрямо стояла на месте, качая головой. ” Ваша миссия-ошибка», — смело заявила она. «Нападать на Гарри Поттера-это ошибка. Он уничтожит тебя». Гарри сделал широкий жест руками, собираясь отчитать Дельфи за то, что она осмелилась подумать, что она может намекнуть на то, что его план был ошибочным, но, к его ужасу, одна из его рук стала темнее, ногти укорачивались. Преображение уже начинало проходить. Ох е! Как не вовремя! -сказали все. Некоторые (не будет показывать пальцем)матерились так что их пришлось заткнуть зельем. Гарри быстро убрал руку обратно в рукав. ” Он ребенок», — твердо сказал он, начиная пятиться дальше в церковь, надеясь, что Дельфи может последовать за ним. «Он получил любовь своей матери», — сообщила ему Дельфи. «Твое заклинание отскочит, уничтожая тебя и делая его слишком сильным, а тебя слишком слабой. Ты выздоровеешь, чтобы провести следующие семнадцать лет, поглощенный битвой с ним — битвой, которую ты проиграешь». Гарри почувствовал странное покалывание в голове. Когда его волосы начали отрастать, темные и растрепанные, Гарри быстро натянул капюшон на голову, пытаясь прикрыть его. ” Тогда я не буду нападать на него», — быстро сказал Гарри. «Ты прав». «Отец?» — спросила Делфи, с любопытством склонив голову набок. На мгновение на ее лице появилось выражение глубокой озабоченности. Мысль о том, что ее отцу причинят вред, что он каким-либо образом ослабнет, казалось, огорчала ее. Она выглядела готовой подойти и позаботиться о нем. Божечки, быстрее! ГАРРИ! Почему твои планы всегда идут коту под хвост! -нервно сказала Джинни. Гарри обнял ее успокаивая. Но Гарри почувствовал, что поворачивает назад. Все его тело зудело, шипело. Неприятное головокружение охватило его, когда он начал уменьшаться, возвращаясь к своему обычному росту. Вздрогнув, Гарри повернулся спиной к Делфи. — Отец… — неуверенно повторила Дельфи. ” Твой план хорош», — объявил Гарри, надеясь, что сможет отвлечь ее похвалой, хотя его голос стал глубже. «Бой окончен. Ты хорошо послужил мне, а теперь иди сюда, на свет, чтобы я мог осмотреть тебя». Слева от себя Делфи заметила приоткрытую боковую дверь. Не это странное движение предупредило ее об обмане, а скорее то, что отец не заметил, как дверь снова закрылась изнутри. Он бы никогда не позволил подслушивать. Он никогда бы не привел ее в место, где было обитаемо… Если, конечно, они не были его союзниками? Может быть, его Пожиратели Смерти? Но в этой маггловской церкви? Неужели ее отец приведет их в такое грязное место? По залу прошел откровенный мат. Все напряглись. Напряжение летало в воздухе и его казалось можно было разрезать ножницами. «Отец…» — сказала Дельфи, двигаясь, чтобы попытаться мельком увидеть лицо своего отца. Но в тот момент, когда она пошевелилась, человек в плаще тоже пошевелился. Желудок Делфи сжался. Никогда бы отец не скрылся от нее таким нелепым образом… — Ты не лорд Волан-де-Морт, — четко произнесла Дельфи, сузив глаза и вытаскивая палочку. Все. Вам конец.-прошептала Пуффендуйка. Лили, Молли да и все в зале побелели. Джинни прижалась к Гарри. — Инсендио! — взвизгнула она, и в сторону самозванца полетела вспышка оранжево-красного пламени. Мужчина мгновенно обернулся, подражая ей. — Инсендио! — раздался более глубокий, более отчаянный голос, когда заклинания столкнулись, образуя красивый шар света посреди церкви, оранжевое пламя мерцало повсюду. — Поттер!» — объявила Дельфи, узнав волшебника, с которым сражалась. Двери слева от нее начали открываться, как и двери справа. Дельфи немедленно использовала свободную руку, чтобы блокировать их. «Коллопортус!» Два замка захлопнулись над дверями, блокируя союзников Поттера. Зал вновь покрылся матом. Но их теперь не затыкали. Все были на взводе. Гарри оглянулся на двери, встревоженный тем, что люди по ту сторону них, казалось, колотили по дереву, но безрезультатно. Он был один. Один и лицом к лицу с дочерью Волдеморта. Молодая женщина, которая была настолько опытна, что, казалось, могла творить магию без палочки. «Что?» — спросила Дельфи, издав торжествующий смешок. — Ты думал, что твои друзья присоединятся к тебе?» -Гарри… Гарри…- раздался приглушенный и встревоженный голос Гермионы Грейнджер. «Она запечатала двери с твоей стороны! — крикнула Джинни. Дельфи наклонила голову в сторону Гарри Поттера с явным вызовом. На месте ее почтительного почтения теперь была форма дикой мании. Она была поразительно похожа на свою мать, палочка поднята, темные глаза опасны. «Отлично, — мрачно сказал Гарри. — Я разберусь с тобой один.» ОТКУДА У ТЕБЯ МАНИЯ ГЕРОИЗМА! СПАСАЙСЯ! -крикнула Лили. Джеймс, Римус и Сириус стали успокаивать ее. Она же обняла Гарри. Гарри шагнул вперед, готовый атаковать, но прежде чем он успел произнести хоть одно заклинание, Дельфи поднесла его палочку к своей бледной руке. Она поймала его с торжеством, вертя в пальцах. Обезоруженный и беспомощный, Гарри попятился назад. «Как ты…? Кто ты такой?» «Я долго наблюдал за тобой, Гарри Поттер. Я знаю тебя лучше, чем мой отец, — величественно объявила Дельфи. Без палочки у Гарри не было другого выбора, кроме как попытаться заставить ее говорить. Подняв брови, Делфи уронила палочку Гарри и отбросила ее в сторону каблуком туфли. «Ты думаешь, что узнал мои слабости?» — потребовал он. «Я училась быть достойной его!» — выпалила Дельфи. «Да, даже несмотря на то, что он верховный волшебник всех времен, он будет гордиться мной. Исключаю!» Гарри покатился по каменным плиткам, когда пол взорвался позади него, едва увернувшись от резни. Тяжело дыша, Гарри заполз под церковную скамью, отчаянно пытаясь придумать, как он мог бы бороться с ней. Герм, Лили и Джинни тяжело дышали. Помфри дала им успокоительное. Все были бледными и молились (при том что они маги!) чтоб Поттер остался жив. «Ты что, уползаешь от меня?» Дельфи рассмеялась, ее голос безумным эхом разнесся по церкви. «Алохомора!» — раздался голос Рона Уизли, отчаянно кричавшего из запертой боковой часовни. «Алохомора! Давай же!» Почему они не Аппарировали? Он был всего в нескольких метрах от меня… Гарри с мрачным смирением осознал, что Дельфи, должно быть, наложила на церковь Заклинание Против Привидений. Не было никакого способа, которым его друзья смогли бы добраться до него. Они были достаточно близко, чтобы слышать, но все еще недостаточно близко, чтобы помочь ему. «Гарри Поттер», — прокукарекала Дельфи. «Герой волшебного мира. Уползает, как крыса.» Гарри слышал, как она подошла ближе. Он поджал ноги и попытался скользнуть под следующую скамью на животе. ” Вингардиум Левиоза! " — взвизгнула Дельфи. Скамья поднялась в воздух, открыв Гарри, свернувшегося калачиком и без палочки, с очками, свисающими с его носа. Перед Дельфи он был до нелепости уязвим. Он даже не был на ногах. Гарри не хотел умирать на земле, он не хотел умирать вот так… «Вопрос в том, стоит ли мне тратить время на то, чтобы убить тебя, зная, что как только я остановлю своего отца, твоя гибель будет обеспечена…» ГДЕ ВЫ! ГДЕ ВЫ ВСЕ! ПОЧЕМУ НЕ ПОМОГАЕТЕ! -крикнула Панси. «Убирайся с моего пути!» — раздался далекий голос Драко Малфоя. «Конфринго!» Раздался приглушенный взрыв, но дверь все еще не выломалась. «Как решить», — сказала Дельфи, наслаждаясь словами, элегантно держа скамью в воздухе над собой. А потом вдруг, совсем как ее мать, на ее лице появилось выражение полного безумия. «О, мне скучно. Я убью тебя». Дельфи обрушила на него скамью. Гарри попытался откатиться, но только наполовину успешно, когда деревянная скамья разлетелась на куски. Она обошла большую часть его тела, но его левую руку, которая двигалась недостаточно быстро, обожгла внезапная боль. Гарри издал крик агонии. Лили, да и все девушки зала стали всхлипывать. Она обняла Гарри и зарыдала ему в плечо. Тот успокаивал ее. Краем глаза Гарри уловил какое-то движение. На одно странное мгновение ему показалось, что он видит Альбуса, там, в церкви, рядом с ним. В момент его смерти это было утешением. Гарри закрыл глаза. “ Авада… " — взвизгнула Дельфи, поднимая палочку. — Папа… — закричал Альбус Поттер, вынырнув из-за решетки на полу и подскочив к отцу, перекатывая ему палочку, которую он держал перед собой дрожащей рукой. УРАА! -крикнули все. Чего вы орете?! А если и Ала убьют? -спросил Забини. Джинни, Лили и Молли побелели. Все зло посмотрели на него. — Альбус! Нет!» — крикнул Гарри, открыв глаза, как только услышал голос сына. — Вас двое?» — заметила Дельфи, наслаждаясь видом двух Поттеров стоявших перед ней. Альбус защищал отца, как будто верил, что сможет защитить его. Это было действительно довольно забавно… «Выбор, выбор, — задумчиво произнесла Дельфи. — Думаю, сначала я убью мальчика. Авада Кедавра!» На этом моменте пришлось сделать паузу. У девушек зала была истерика. Послушайте! Еслиб он умер то книги бы дальше не было! -сказал Драко. Помфри дала всем успокоительно и только через час Гарри бледнея и дрожащим голосом продолжил читать. Когда вспышка ослепительного зеленого света ударила в грудь Альбуса Поттера, Гарри вскочил на ноги и отшвырнул сына в сторону, заставив его растянуться. В ярости Гарри выпустил Смертельное Проклятие прямо в Дельфи, которая легко увернулась, хихикая при этом. — Думаешь, ты сильнее меня?» — спросила Дельфи, возбужденная танцем. «Нет, ” выдохнул Гарри. — А я нет.» Дельфи выпустила еще одно Смертоносное Проклятие, и Гарри с легкостью вернул его. Для него не имело значения, что он должен сдерживать ее, что ей придется предстать перед судом. Не сейчас, когда его сын в опасности. В тот момент он не был главой Департамента магического правопорядка. Он был отцом, защищающим своего ребенка. Альбус поднялся с пола и наполовину пополз, наполовину нырнул под яростную битву, бушевавшую между Дельфи и его отцом, указывая палочкой на дверь ризницы. «Алохомора!» Он развернулся и указал палочкой на боковую часовню. «Алохомора!» Когда две пары дверей распахнулись, Гарри вздохнул с облегчением, зная, что Альбус будет в безопасности. Что даже если он погибнет в бою, его друзья и семья будут рядом, чтобы защитить его сына. ГАРРИ ПОТТЕР НЕ СМЕЙ ТАК ГОВОРИТЬ! -сказали Лили, Молли, Джинни и Герм. «Видишь ли, я никогда не сражался один, — сказал он Дельфи. «И никогда не узнаю.» Гермиона и Джинни выбежали из ризницы, Драко и Рон бросились с другой стороны, подняв палочки. Наконец! -выдохнули девушки. Дельфи пыталась отразить атаки, но была ошеломлена. Она увернулась от заклинания Гермионы Грейнджер только для того, чтобы оказаться на пути Драко Малфоя. Крутанувшись на месте, она попыталась послать Смертельное Проклятие в сторону Рона Уизли, но Гермиона Грейнджер заблокировала его, левитируя скамью на пути своего мужа, Дельфи только успела вовремя споткнуться о несколько неприятных деревянных осколков, образовавшихся в результате взрыва. Гарри Поттер присоединился к драке, больше не сражаясь на поражение. Не сейчас, когда Дельфи падала. Джинни сражалась рядом с ним, блокируя любые попытки ранить его с яростной точностью. Церковь сотрясалась от ударов, заставляя пол дрожать, когда бушевала битва, взрыв за взрывом угрожая разбить витражи. И вдруг Рон Уизли разразился Взрывным Проклятием, от которого Дельфи упала на пол. «Нет…» — простонала Делфи, пытаясь подняться на ноги. «Нет…» «Брачиабиндо!» — заявила Гермиона, и через несколько секунд Дельфи была связана, руки и ноги крепко прилипли к ее телу, голова откинута назад там, где ее серебристые волосы застряли в узлах. УРАА! ПОБЕДА! -счастливо крикнул зал. Лили, Джинни и Молли заплакали но уже от счастья. Все были радостные, но их оборвала Минерва. Там еще главы.-сказала она. Вот умеете вы испортить веселье.-прошептали некоторые Гриффы. В церкви внезапно снова стало тихо, почти безмолвно. Никто не опустил палочки, но заклинания прекратились, когда Дельфи была окружена. Драко немедленно повернулся к комнате в часовне, где Скорпиус нервно выглядывал, закусив нижнюю губу, с побелевшим лицом. При виде сдержанной Дельфи он хотел броситься к отцу, но Драко поднял руку. Он не собирался подпускать сына близко, пока они не убедятся, что опасность, которую представляла Дельфи, миновала. Джинни бросилась к Альбусу, который растирал свои поцарапанные руки и выглядел ошеломленным. Дельфи тщетно пыталась освободиться от пут, оскалив зубы, когда Гарри Поттер приблизился к ней. Никто не двинулся, чтобы остановить его. «Альбус, ты в порядке?» — спросил Гарри, не сводя глаз с женщины перед ним, палочка была нацелена прямо ей в грудь. «да. Папа, я в порядке, — сказал Альбус потрясенно. Гарри, казалось, не поверил в это. Он обнаружил, что не может отвернуться от Делфи, боясь ее даже сейчас. И если бы она ранила его сына… «Джинни, он был ранен?» — потребовал Гарри сквозь стиснутые зубы. «Мне нужно знать, что он в безопасности…» «Он настаивал. Он был единственным, кто был достаточно мал, чтобы пролезть через решетку. Я пыталась остановить его, — сказала Джинни с таким же ужасом в голосе. Она была так близка к тому, чтобы потерять сына. Он так чуть не попал прямо в опасность… Но этого к счастью не случилось.-выдохнула Цисси. «Просто скажи мне, что с ним все в порядке», — умолял Гарри. «Я в порядке, папа», — сказал Альбус, делая шаг вперед на дрожащих ногах. «Я обещаю». Но подтверждение не успокоило Гарри. Он обнаружил, что его страх сменился всемогущей яростью. Да, его сын был невредим, но все так легко могло сложиться по-другому. Если бы он вовремя не оттолкнул Альбуса с пути этого зеленого света… Гарри двинулся дальше к молодой женщине, которая пыталась убить его сына. Гермиона беспокойно стояла, наблюдая, с таким видом, как будто хотела вмешаться, но не была уверена, следует ли ей это делать или нет. Рон остался рядом с ней, внимательно наблюдая за Гарри. Гарри ты не убивай ее главное. Не падай до убийства.-сказала Лили. «Многие люди пытались причинить мне боль», — сказал Гарри, глядя на Дельфи, нависшую над ней. «Но мой сын! Ты посмел обидеть моего сына!» Драко издал звук согласия. Если Поттер собирался проклясть Дельфи до забвения, то он с радостью понаблюдал бы, помог, если бы ему это было нужно. «Я только хотела узнать своего отца», — простонала Дельфи. Гарри замер на месте, пораженный этими неожиданными словами и их детской непосредственностью. — Ты не можешь переделать свою жизнь, — твердо сказал Гарри. — Ты навсегда останешься сиротой. Это никогда не покидает тебя.» — Просто дай мне… увидеть его, — взмолилась молодая женщина, и на глазах у нее выступили слезы. Это были не слезы печали, а слезы разочарования, слезы совершенно побежденного человека, которому нечего терять. Рон закусил губу. Все остальные же фыркнули на ее слова, считая что это лишь попытка оправдаться. Гарри и Рон переглянулись и поняли по взгляду что думают одинаково и улыбнулись друг другу. «Не могу и не буду, — сказал Гарри. «Тогда убей меня, — жалобно взмолилась Дельфи. Гарри держал в руке волшебную палочку. Было бы так легко проклясть ее. Покончить с угрозой раз и навсегда. Чтобы наказать ее за то, что она чуть не сделала с его сыном… Но именно так она и поступила бы. Это было то, что Волдеморт решил бы в мгновение ока. — Я тоже не могу этого сделать.…» — признался Гарри, сдуваясь при этих словах. «Что?» — спросил Альбус. «Папа? Она опасна!» — Нет, Альбус.…» Гарри устало выдохнул. — Но она убийца-я видел, как она убивала. -» Даже если так, если Гарри убьет ее, чем он будет лучше? -тихо спросил Рон. Наконец Гарри нашел в себе силы повернуться к Дельфи спиной. Альбус смотрел на него в замешательстве, а Джинни положила руку на плечо сына и с гордостью кивнула Гарри. «да. Альбус, она убийца, — тихо сказал Гарри. — А мы-нет.» «Мы должны быть лучше их, — согласилась Гермиона, явно обрадованная сдержанностью и здравым смыслом Гарри. Рон шагнул вперед, скорчив племяннику утешительную гримасу. «Да, это раздражает, — согласился он. — Но это то, чему мы научились.» Лежа на земле, Дельфи снова начала корчиться. «Забери мой разум, — взмолилась она. — Возьми мою память. Заставь меня забыть, кто я.» Нет. Это слишком мягкое наказание.-сказали Сириус и Джеймс. Все согласно кивнули. «Нет», — мрачно сказал Рон. «Мы вернем тебя в наше время». «И ты отправишься в Азкабан», — согласилась Гермиона. «То же, что и твоя мать». «Где ты сгниешь», — ядовито добавил Драко. И тут Гарри услышал знакомый и тревожный шум. Он посмотрел сначала на Дельфи, у которой был закрыт рот, а затем вокруг себя, выглядя совершенно параноидальным. Ему вдруг стало дурно. Секундой позже это услышали и остальные. Шипящий, дребезжащий звук, наполнивший воздух ужасом. Джинни крепче прижала Альбуса к себе. Гарри почувствовал, как ледяная вода стекает по его спине, когда он услышал слова: Гаарри Поттттер… Нет нет нет! Только не сейчас.-сказали все побелев сильнее. Он чуть не отшатнулся в панике. ” Что это? " — спросил Скорпиус, который осторожно прокрался от двери боковой часовни к своему отцу. «Нет… нет… еще нет», — выдохнул Гарри. «Что?» — спросил Альбус. «Волдеморт, ” мрачно ответил Рон. Гаррриии Поооттееер… Дельфи внезапно вскинула голову, тоже услышав эти слова. — Отец?» — Сейчас? Здесь?» — спросила Гермиона, нахмурившись. — Отец!» — крикнула Дельфи, пытаясь принять вертикальное положение, глаза ее загорелись внезапной надеждой. Заткните ей рот! Он может ее услышать! И ВАЛИТЕ ОТ ТУДА! -крикнул зал. Драко, который стал еще бледнее, чем обычно, повернул свою палочку на нее через секунду. «Силенсио!» воскликнул он. «Вингардиум Левиоса!» Дельфи заткнули рот кляпом и отправили вверх и прочь, в сторону боковой часовни, где она бесцеремонно приземлилась на землю. Она тщетно пыталась позвать отца, но ни один звук не слетел с ее губ. Взмахнув палочкой, Драко закрыл за ней дверь. Все повернулись к Гарри, понимая, что сейчас произойдет. Зная, что должно произойти. Скорпиус и Альбус обменялись взглядами. Дедушка и бабушка Альбуса собирались встретить свою смерть. Через несколько мгновений. Время пришло. — Он идет, — выдохнул Гарри, потянувшись к Джинни, которая взяла его за руку. — Он сейчас придет.» Конец главы.-дрожащим голосом сказал Гарри.