This might be a little out of hand

POV Эндрю

Эндрю был встревожен и зол. Теперь, когда Нил скрылся из виду, он чувствовал себя ещё более растерянным, чем за последние пять часов своей жизни, а ещё он чертовски устал расхаживать по заднему двору, почти до боли сжимая телефон в руке. Позвони Би. Не звони Би. Позвони Би. Он никак не мог решиться. Он также не мог перестать думать обо всех тех ужасающих вещах, которые он хотел сделать с теми, кто причинил ему боль… Нил, его Нил. И к чёрту Нила за то, что он был так важен для него, что он не мог просто отмахнуться от этого. Нила изнасиловали. Его парня изнасиловали, и Эндрю очень хотел перерезать этим людям горло и, возможно, ещё парочку вещей. — Эндрю? Ха. Значит, он всё-таки позвонил Би. Тот факт, что он действительно разошёлся, чтобы сделать это, не задумываясь, был несомненно тревожным, но ему было плевать. — Би, — ответил он, хотя его голос был напряжённым и жёстким, не такой, как у Би. — Эндрю, сейчас 6 утра, всё в порядке? Всё должно быть хорошо, всё должно быть в порядке, потому что ему было всё равно. Так что же это было? Так ли это? — Нет. Он слышал, как Би встаёт с кровати и идёт либо на кухню, либо в домашний кабинет, и щелчки выключателей, были достаточным тому подтверждением. Он также слышал, как она открывает холодильник, и потому смог представить её на кухне с тех нескольких раз, когда ему нужно было провести сеанс у неё дома, а не в центре. — Ладно, я уже проснулась. Не мог бы ты рассказать мне, что произошло, снова кошмар? — Я не хочу об этом говорить. Тем не менее, после трёх лет общения с ней, он почти ожидал, что её ответ будет чем-то вроде «Если ты не хочешь говорить об этом, то зачем позвонил?», но она никогда не была похожа на других психиатров, которые пытались проникнуть в его сознание после колонии. На самом деле, Би не была похожа ни на кого в целом мире, и именно поэтому он продолжал еженедельные поездки к ней, несмотря на то, что они больше не были обязательными. В конце концов, именно поэтому он и позвонил сегодня. Её мягкий тон заставил немного успокоиться. — Это прекрасно, мы не обязаны обсуждать это прямо сейчас, — никто никогда не говорил, но она была маленьким умным дьяволом. — Ты можешь определить, что напугало тебя? — Да, — без колебаний ответил Эндрю. Проблема заключалась не в том, чтобы определить источник, а в том, чтобы найти способ контролировать его мысли и эмоции, потому что из всего, что случилось с Нилом, именно это ломает его. Именно это заставило его плакать больше всего, и хотя Эндрю хотел злиться, кричать и отрезать людям конечности, Нилу нужно было, чтобы он был спокоен. Нил нуждался в нём, и точка. Эндрю ненавидел его за это и ненавидел себя за то, что не мог повернуться к нему спиной, потому что: А) никто не смел трогать то, что принадлежало ему; Б) Эндрю слишком хорошо знал, что сейчас переживает Нил; В) Нил был его чёртовым парнем. — Лучше изолировать тревожные эмоции, чтобы ты смог изучить их получше, – голос Би заставил его обратить внимание на то, что он до сих пор идёт, он провёл рукой по волосам в попытке успокоиться. Как отвратительно. Эндрю проделал несколько дыхательных упражнений, которым Би научила его несколько лет назад, чтобы изгнать из головы все тревожные мысли, и после десяти минут её бормотания ему это удалось. — Би? — Да, Эндрю? — Теперь я в порядке. Её вздох облегчения был отчётливо слышен по телефону. — Хорошо, это хорошо, как думаешь, сможешь немного поспать? Эндрю заглянул в дом, когда его привлекло движение на кухне, и он заметил, что Нил машет ему рукой, стоя у барной стойки, где он, несомненно, варил кофе. На мгновение, отняв телефон от лица, Эндрю посмотрел на время и понял, что уже половина восьмого. Би разговаривала с ним уже почти два часа, а Нил так и не смог выспаться. Он позволил себе роскошь, вздохнув в разговоре. — Вряд ли. — Что ж, постарайся сегодня немного отдохнуть, ты знаешь, что лишение сна не помогает держать тревожные мысли в узде. Нил с тобой? Неожиданный вопрос вызвал новую волну беспокойства в его теперь уже спокойном поведении. Она ведь не могла знать, что произошло, не так ли? Если только Эбби или тренер не сказали ей об этом в попытке обратиться к Нилу за помощью. Глупый кролик никогда раньше не принимал её наставлений, и Эндрю был уверен, что он не будет внезапно рад консультации даже после прошлой ночи, но всё равно ответил на вопрос. — Да. — Хорошо, — она стала повторяться, подумал он с тихой усмешкой, но воздержался от колкостей по этому поводу. — Положись на него, если тебе понадобиться помощь. Ты проделал долгий путь, Эндрю, не бойся просить что-либо у своего партнёра. Эндрю едва не фыркнул, если бы только Нил не был источником этой грёбанной проблемы. — Пока, Би. — Хочешь, потом мы снова поговорим? — «Как хочешь», — что само по себе не было «нет». — Ладно, отдохни немного. После этого Эндрю отключился. Он не сразу вернулся в дом и вместо этого потратил ещё пять минут, чтобы разглядеть черты своего лица, с чем у него не должно возникнуть трудностей, хотя он больше не утруждал себя этим в присутствии Нила с тех пор, как этот идиот стал невыносимо хорош в его расшифровке. Ему придётся поработать над этим. Когда он, наконец, вернулся в дом, глаза Нила оживились при виде него, и невыносимый рыжик послал ему небольшую, но явно искреннюю улыбку. — Привет, — сказал он, на что Эндрю только хмыкнул. — Кофе? Он несколько секунд изучал Нила, а потом кивнул и отправил его к шкафам за парой кружек. Он пытался скрыть хромоту, которая, как Эндрю знал по опыту, определённо всё ещё была там, и, хотя он ожидал этого, эта мысль беспокоила его. Пытался ли он вести себя нормально ради него? Неужели он действительно думает, что если вести себя так, будто ничего не произошло, то станет лучше? — Ты ведёшь себя глупо, — он хотел добавить ещё больше, чем обычно, но довольствовался тем, что уставился на обманчиво растерянное лицо Нила. — Я не понимаю, о чём ты говоришь. Это была та самая команда? Он занялся наполнение кружки сливками и сахаром, прежде чем подвинуть её Эндрю, точно также как сделал бы в любое другое утро. — Би, — лишь ответил он. — Ты мне ничего не рассказывал… Нил достаточно контролировал свой голос, чтобы казаться незаинтересованным. — Нет, — невозмутимо парировал Эндрю, задаваясь вопросом, действительно ли Нил начал скрывать свои эмоции или действительно так быстро справился со всем сам. Но нет… это невозможно. — Значит, с тобой всё в порядке? — спросил Нил, и небольшая морщинка беспокойства нарушила его безмятежное выражение на его лице. Положись на него, доверься своему партнёру. Слова Би звенели у него в голове, но не собирался признаваться ещё в чём-то, когда этот идиот-кролик снова спрятался от Эндрю. Ну, в эту игру могут играть и двое. — Блинчики или вафли? — спросил он вместо этого. — Что? — На завтрак. Блины или вафли? — У нас их нет, мы съели их вчера утром. Ну, это было просто фантастично. И он забыл об этом? — Как скажешь, мы идём завтракать. Ты готов? — Ммм, конечно, но, Эндрю, ты хоть уснул? — блондин обвиняюще выгнул бровь. — Едва ли двух часов будет достаточно после всего, что ты пережил прошлой ночью. — Я спал, — а потом самонадеянная, но обнадеживающе фальшивая иллюзия нормальной жизни Нила треснула, когда он на секунду отвёл глаза. — Я... э-э… мне уже лучше, просто чтобы ты знал. Эндрю на мгновение задумался, он уже достаточно взрослый, чтобы признать, что он чему-то да научился у Би, и это можно было считать прогрессом. Он кивнул в знак согласия, с этим можно было жить. — Хорошо. Завтрак. Не сегодня. Но Нил не мог оставить всё как есть. О нет. Ему пришлось сделать шаг вперёд и встать перед ним достаточно близко, не касаясь его, и он вопросительно наклонил голову. Эндрю тупо уставился на него. — Эндрю, да или нет. Просто… — К чему это? Вроде того… — Поцелуи. Каждый. Блять. Доброе утро. — Нет. Он не был уверен, что Нил находился в верном состоянии, чтобы спрашивать это. Он даже не был полностью уверен, притворяется ли он, что всё в порядке, или на самом деле так и есть. В тот момент он ненавидел Нила больше всего на свете за то, что он заставил его усомниться в своих оценках, и он никогда бы не осмелился действовать на основании «может быть» — сомнительном, ложном подтверждении. — О, хорошо, — идиот даже не запнулся от своей реакции. Он слегка пожал плечами и указал на дверь. — Тогда пошли. Чёртова хромота почти исчезла. Несмотря ни на что, а может быть и благодаря всему, завтрак прошёл без происшествий. Они не разговаривали, и Эндрю устраивался поудобнее, украдкой поглядывая на Нила через каждые несколько кусочков. С ним всё было в порядке. Он действительно хотел, чтобы картина перед ним выглядела как воплощение совершенства, если бы не тот факт, что идиот не жаловался-... — Надеюсь, Эбби допустит меня до завтрашней тренировки. И вот оно: дьявол-обернувшийся-спортивным-мячом. Эндрю закатил глаза. — У тебя сотрясение мозга. И ты скрываешь хромоту, боль внутри и слёзы. Прошлой ночью ты плакал. — Теперь я в порядке, я немного сожалею, что сказал тренеру, что не смогу сегодня тренироваться, но думаю, один день меня не убьёт, — сказал он, пожимая плечами, — И ты определённо будешь тренироваться сегодня днём, я не хочу быть причиной, по которой ты пропустишь ещё одну тренировку за день. Эндрю решил, что лучше не обращать на него внимания, потому что драка, которая наверняка последует, если он ответит на это замечание, просто не стоит того. Он сосредоточился на завтраке, не обращая внимания на остальную болтовню Нила. Когда они вернулись в общежитие, была уже середина утра. Эндрю точно рассчитал время, чтобы они не наткнулись на назойливых Лис ни в коридорах, ни в комнате. Нилу нужно было время, чтобы понять, как он будет вести себя с ними, и по какой-то причине вредители чувствовали себя защищёнными этим идиотом. По правде говоря, Эндрю не мог их винить, особенно когда ему было в десять раз хуже, но он мог убедиться, что они будут вести себя достаточно нормально, чтобы кролик успокоился. Он немного протрезвел на обратном пути в башню, но Эндрю не собирался спрашивать всё ли с ним в порядке, когда ответ был очевидно «я в порядке». Вместо этого, он подыгрывал притворству Нила и решил сделать то, что делал утром каждого понедельника, прогуливая занятия. Нил, каким бы идиотом он ни был, вытащил какую-то домашнюю работу и начал заниматься. Эндрю молча сопровождал его, пока не пришло время встретиться с ураганом в виде Кевина, который ворвался в общежитие, требуя объяснить, какого чёрта их не было на утренней тренировке и что произошло прошлой ночью. И предстоял долгий час, если они хотели убедить Кевина, что всё в порядке, и Эндрю не очень этого ждал. Отвратительное настроение Кевина и беспокойство всех остальных последовали за ним на тренировку, где Эбби утащила Нила, а Эндрю остался с задачей пристально смотреть на любого, кто осмеливался задать хоть один вопрос о Ниле или о событиях прошлой ночи. Его взгляд был настолько опасен, что даже Ваймак не сделал замечания о том, что он пытается искалечить своих товарищей отбитыми мячами. Если в данный момент он не может приглядывать за Нилом, то пусть он выпустит накопившуюся злость при помощи упражнений. Может быть, таким образом ему удастся заснуть и отдохнуть, чтобы Би не беспокоила его из-за нарушений сна, хотя ему было плевать, что она скажет. *некоторое время спустя* Позже этой ночью Эндрю проснулся, вздрогнув от неожиданности. Его разум был благословенно пуст, на этот раз кошмары не преследовали его, но движение с нижней койки мгновенно разбудило его. Нил был из тех, кто часто ворочался с боку на бок, и, хотя он был жаворонком, Эндрю научился спать, не обращая внимания на мелкие движения Нила, встававшего с кровати раньше него. Однако в ту ночь, когда особенно сильное движение сотрясло весь каркас кровати, Эндрю взглянул вниз со своего места и увидел, что часы на столике показывают 2:34 ночи, а Нил вцепился в край кровати. Он, казалось, не замечал нависшего над ним блондина и явно пытался глубоко дышать, не слишком преуспевая в этом. — Нил, — сказал он строгим голосом, чтобы привлечь его внимание, но достаточно тихим, чтобы не разбудить Кевина рядом с ним, но не то чтобы парень так легко проснулся, — В чём дело? На мгновение Нил, казалось, испугался и покачал головой, не поднимая глаз. — Ничего особенного. Эндрю закатил глаза, хотя было слишком темно, чтобы Нил мог видеть это, если бы даже смотрел в его сторону, и Эндрю захотелось, очень захотелось просто повернуться, снова зарыться под одеяло и снова заснуть, но он провёл весь день, привыкая к мысли, что не может от этого просто так отмахнуться. Может быть, если бы это был кто-то другой, он смог бы сосредоточиться на своём собственном беспокойстве, но это был Нил, и это было что-то новое для Эндрю. Что, если бы кто-то был там, когда это случилось? После некоторого тщательного обдумывания Эндрю отбросил одеяло в сторону и спрыгнул на пол. К его чести, Нил даже не вздрогнул, неужели он стал таким предсказуемым? Он сел у кровати, медленно и достаточно далеко, чтобы его можно было сразу узнать. Когда глаза привыкли к темноте, Эндрю смог наконец разглядеть, как держится Нил, обхватив рукой нижнюю часть живота и скривив лицо в гримасе боли. — Я весь день ждал, когда ты сходишь в туалет, — промурлыкал Эндрю. Нил издал прерывистый смешок, но ничего не сказал в ответ, и это было единственным подтверждением, в котором нуждался Эндрю. — Рано или поздно тебе придётся сходить, просто сделай это сейчас. — Верно. И в этот момент было невероятно трудно не протянуть руку, чтобы помочь Нилу встать и доковылять до ванной. Но он мог понять желание разобраться с этим самостоятельно. Он помнил, что не очень-то и приятно держать всё в себе, пока не станет больно, потому что избавиться от всего было ещё больнее, но нет ничего, с чем они бы не справились. Эндрю не стал дожидаться, пока Нил закончит в ванной, и снова забрался в постель, однако он считал минуты, глядя в потолок, пока наконец Нил не вернулся к койке и осторожно опустился на неё, не удостоив Эндрю ни единым взглядом. — Там была кровь? — спросил он, половина мозга всё ещё помнила о том, чтобы говорить тише. — Иди спать, Эндрю. — Нет. Нил пошевелился, вероятно, глубже зарываясь в матрас, и Эндрю заколебался, прежде чем сказать что-нибудь ещё. Он не хотел, как все те люди, которые уже заставили Нила чувствовать себя виноватым за то, что случилось, но ему нужно было кое-что пояснить, чтобы хоть как-то помочь ему. И он действительно хотел помочь. Эндрю уже давно не позволял себе роскошь хотеть чего-либо, пока Нил не вошёл в его жизнь, дав ему серию интересных обещаний и лжи, но Эндрю так сильно хотел помочь ему пройти через всё, что просто не мог упустить момент. Его решимость улетучивалась. — Тебе никогда не было стыдно передо мной, — сказал он, стараясь, чтобы его голос не звучал обвиняюще, потому что это вовсе не было его целью. — Не начинай сейчас. Эндрю нужно было дать понять Нилу, что нет никакой необходимости скрывать своё смущение, хотя оно и было неуместным, потому что Эндрю был там и он знал, что бегать по двору утомительно. Он знал, что засыпать – всё равно, что приглашать кошмары и воспоминания последовать в его сон. И он знал, что позволить чёртовой куче дерьма выйти из того же места, которое подонки осквернили всего несколько дней назад, было болезненно, и это было далеко не тем, что можно было отложить на неопределённый срок, пока раны не заживут. Но он также понимал гордость и стыд, поэтому он мог только надеяться, что Нил понял его послание. Если и был кто-то, от кого Нилу не нужно было прятаться, так это был именно он. Но чтобы он ни говорил, когда наступило утро, Нил вёл себя так, словно ничего не произошло, как и накануне утром. На самом деле, утром он устроил всем ад, потому что они вот-вот опоздают на тренировку. Этот тупица был освобождён Эбби, но все остальные были на тренировке накануне, хотя его инструкции не должны были никого задерживать или останавливать, если он не чувствует себя готовым к этому, что, как все они знали, не произойдёт добровольно. Если бы Эндрю не знал это сам, он мог бы и обмануться, думая, что с Нилом всё в порядке, что ничего не случилось, кроме шишки на голове от падения во время бега. По крайней мере, это самое дерьмовое оправдание, которое они скормили команде из-за травм Нила. К счастью, никто не спрашивал о слезах. Они либо не осмеливались упоминать о них, либо списали на сотрясение. Эндрю полагал, что стоит быть благодарным, раз все были осторожны и не врезались в идиота во время тренировки, потому что несмотря на все его усилия, было очевидно, что он не играл на все сто процентов. Они делали всё, чтобы избежать ещё одной травмы или гнева Эндрю. Было очевидно, что Нил не успевал, но он не хотел отдыхать до следующей тренировки. Ещё одна очевидная вещь? Нил не спал. Не нужно видеть ясновидцем, чтобы понять, что Нил специально не спит по ночам. Эндрю не знал Нила, как человека, активно избегающего кошмаров. Они ему, конечно, не нравились, но он принимал их как часть своей поганой жизни и никогда не игнорировал сон из-за них. Это больше, чем что-либо другое, говорило Эндрю, насколько на самом деле не в порядке его парень. И снова это слово. Парень. Парень. Глупый кролик. Но когда в среду вечером он наконец решил поговорить об этом с Нилом, ответ этого придурка вызвал лишь желание скинуть его с крыши. — У меня сотрясение мозга. Спать опасно. — Значит, у тебя такое сотрясение, что тебе нужно бодрствовать, но когда дело касается экси, ты в порядке? Рыжик лишь пожал плечами. — Ты знаешь, как это бывает. Что там Би говорила о недостатке сна? Нил определённо терял контроль над ситуацией. Эндрю просто не представлял, насколько всё плохо, пока на следующий день запечатанный конверт из больницы не попал в руки Нила через Джека, из всех людей именно Джека. Как раз перед утренней тренировкой в четверг Джек смело подошёл к их двери и помахал конвертом у Нила перед лицом. — У тебя почта, Мясник младший.* Эндрю заметил, что конверт всё ещё запечатан, но это не помешало Нилу вырвать его из рук Джека. — Ты ждёшь что-то важное? — спросил этот тупорылый самоубийца, чем вызвал недовольное ворчание Нила. — Отдай его мне. Эндрю решил вмешаться, когда увидел кулак Нила, готовый к удару. Он спокойно вытащил нож и встал на пороге рядом с Нилом. — Лучше отдай ему конверт, Джеки**, или мне придётся провести остаток утра, убирая коридор. Когда Нил схватил конверт, но бросил на Эндрю, а не на Джека, яростный взгляд, он понял, что сделал что-то не так. Ну ладно, никаких сожалений и всего такого, верно? Джек закончил тем, что ушёл через секунду без признаков крови, вытекающей из его тела. После этого Нил куда-то исчез и пропустил тренировку, чем вызвал всеобщее удивление и гнев Кевина. Эндрю не хотел признаваться, что беспокоится, но он беспокоился о том, что Нил пропустит тренировку и какую-то важную информацию, которая могла бы содержаться в конверте. Как бы то ни было, Эндрю больше не видел Нила до тех пор, как послеобеденная тренировка не закончилась, и всё, что Нил пытался удержать вместе, рухнуло в приступе ненависти, криков и ярости. Именно во время этой тренировки всё пошло к чёрту. И действительно, Эндрю не должен был удивляться, что во всём виноват Кевин.