Братья под одной крышей

Бакуго не мог терпеть проигрывать. Вообще. Никогда. Поэтому всегда играл в полную силу, даже не скрывая своей жажды крови. Он пугал и устрашал, но его уважали и слушали. Он не изменял своим желаниям. Мидория любил побеждать. Сильно. Честно. Поэтому он всегда делал все возможное, чтобы вырваться вперед и доказать в первую очередь себе, что он не слаб. Но он мог бросить этот принцип, если кто-то был в беде. Даже сейчас, стоя на площадке из бетона высокого здания, эти два абсолютно разных человека играли за одну команду. Эта игра была смыслом Кацуки, его личным самоутверждением, а с недавних пор и Изуку. Кикбол был самой популярной и опасной игрой среди детей данного района Токио. Это было что-то типа смеси баскетбола, выбывал и боев без правил. Площадкой служила прямая крыша большого сорокаэтажного здания, постройку которого закрыли из-за нехватки бюджета. Это должен был быть то-ли жилой корпус, то-ли офис — неважно — сейчас это зона смертельных игр. По краям стояли большие бетонные опоры, которые не давали упасть. Высота их была метров со два с половиной. В самом углу был проход на ступеньки, которыми дети пользовались для того, чтобы добраться сюда. Еще было несколько дыр и балка, а также с одной — старый проход. Неизвестно, что это было: оно маленькое для лифта и даже не все старшеклассники могли туда попасть, к тому же этот «туннель смерти», как окрестили это дети, обрывался спустя несколько этажей. Но он был и никому не мешал. Сама крыша была разделена белой краской на зоны, а именно «зона поля», где велась сама борьба между командами и «зона зрителей», где находились не участники игры. Само поле поделено еще на два сектора. С разных сторон стен висели две баскетбольные корзинки. Правила были просты. Начиналось все быстро: команды должны были выбить мяч, как в начале баскетбола. У кого это получилось, тот забирал его на свою часть поля и переходил к другой задаче — выбить соперников. Если ему удавалось это, мяч возвращали команде, если нет — отдавали врагу. Выбить — это не просто черкнуть, а покалечить или отправить в нокаут, чтобы игрок не мог продолжать игру. Если же он поймает или остановит мяч, то его команда получит это оружие себе. Часто, когда игроков становилось меньше, все переходили в атаку и бежали закидывать мяч в корзинку. Победит та команда, которая забила десять очков или выбила всех участников. Изюминка игры заключалась в том, что можно было спокойно использовать причуды и драться. В большинстве случаев игра так и заканчивалась, потому что сильнейшие сходились в бой в равных условиях. Это также было причиной, почему игра была засекречена и известна только в очень узких кругах между лучшими учениками и хулиганами своих школ. Бакуго был капитаном одной из таких команд, куда также входили несколько учеников его школы, старшей и Изуку. Раз в месяц дети проводили турнир, всегда в воскресение, потому что только в этот день собираются все на «Кикио». Его команда вышла в финал. А то, капитан у них был тот еще мастер. Несмотря на то, что он был младше половины своего состава, авторитет был у него непоколебим, а сила внушала мысль, что его лучше слушаться. Пару недель назад у них было пополнение — Кацуки рассказал Изуку об игре и младший с радостью присоединился к команде. Шото они об этом не говорили, потому что то был слишком ленивым и незаинтересованным в этом. Но сейчас, стоя посреди поля и прожигая взглядом предателя, он набирал номер младшего и отчаянно молился, что тот согласится прийти. — Ой-ой-ой, Бакуго, плохи у тебя дела. Если за полчаса не найдешь замену, боюсь, вас выгонят, а всеобщий кубок будет мой. — Не дождешься! Сдохни, ублюдок! Капитан команды «красных» — Суру Сайсей — высокий старшеклассник, с отвратительным характером и подлым нравом. Этот человек был самым сильным и никто не тягался с ним, пока не появился Кацуки. Сегодня решалась их судьба победителей. Но Суру не зря был подлым — ему удалось переманить на свою сторону Инасу, очень важного игрока команды синих и теперь у тех было слишком мало времени, чтобы найти ему замену. Никто попросту не хотел выходить на поле против столь опасного игрока, да и к тому же, Бакуго не мог доверять всем. Спасла их идея Изуку. Гудки медленно раздавались в трубке, пока с того конца провода не послышался холодный голос: — Да? — Шото, ты сейчас свободен? — Я только что вышел из зала суда, — он выдохнул в трубку. — А что? — Ты срочно нужен мне. Приди по этому адресу, — Кацуки начал быстро диктовать название улицы и номер дома. — Что ты забыл в Синдзюку*, да еще в Кабукитё? — Он тяжко вздохнул. — Я буду через десять минут. Что Кацуки реально уважал в Тодороки так это то, что пусть он и задает лишние вопросы, всегда перебивает сам себя и говорит сразу по делу. Общаться с самим собой было что-то вроде привычки, хотя он просто пускал парочку реплик в никуда, озвучивая свои мысли. Что-что, а с Мидорией ему не потягаться — тот был просто мастером в разговорах один на один. — И? — Он придет. Особая пунктуальность младшего также удивляла, потому что этот человек, растрепанный и мятый, стоял уже наверху крыши ровно через десять минут после телефонного разговора. И принимался слушать о причине «призыва». Ребята просто смотрели на него с неким недоверием. — Ты рехнулся? — Спокойно спросил Тодороки, когда Кацуки рассказал ему о предстоящей игре. — Ты правда думал, что я соглашусь на это? — Но она очень важна для меня! — Сейчас нельзя проигрывать. Нет-нет-нет, чертова Половинка, ты обязан согласиться! — А мне-то что? Слушай, — он как-то устало вздохнул и закинул спортивную черную сумку себе на плечо. — Я только что из зала суда, но ты позвал меня на какую-то игру? Понимаю, это важно для тебя и бла-бла-бла, — парень закатил глаза и повернулся к выходу, спокойно игнорируя взгляды всех детей, что только тут были. — Но я не участвую. Ясно? — Я обещаю всегда объяснять тебе материал и помогать с конспектами, когда тебе это будет нужно. Тодороки резко остановился. Это звучало заманчиво, но он не дурак, чтобы соглашаться на это. — А еще буду делать всю твою домашку на протяжении двух недель. А если победим — месяца. Кацуки никогда в жизни так еще не унижался, но сейчас согласие младшего было важнее его собственного эго. Это давалось сложно, будто слова не хотели, чтобы их озвучили. Но Кацуки не слабак, поэтому, глубоко вдохнув, он сказал это. Это еще одна причина, почему он капитан. Бакуго умел побеждать себя. Тодороки только кинул свою сумку в угол и хрустнул пальцами: — Давай, рассказывай ваши правила. А, и да. Я не собираюсь играть, полностью подчиняясь тебе, ты знаешь. — У-у-у, Бакуго. Твои дела совсем плохи. Берешь этого мальчишку в игроки? Ха-ха, да его же расплющит в первые сорок секунд! — Сайсей, — высокий парень его команды дернул того за рукав футболки. — Не нарывайся. На это Сай только посмеялся, но был перебит одним мальчиком из толпы: — А ты не слышал? Это ведь Тодороки! — Это мне ничего не говорит. — Недавно он отправил в нокаут сына героя ТОП-10. А еще у этого мелкого сильная причуда, вроде-как. А слышал о недавно заложенной бомбе в школе Бакуго? Так вот, этот разобрался с бандитами, если верить слухам. — А еще он больной на голову! Ты просто вживую не видел, как он избивает других! Я как вспомню, как он «делал допрос» тем злодеям… — Заткнитесь. Холодный голос Шото заставил всей закрыть свои рты. Да, он был популярен. Вот только как второй хулиган школы. После Кацуки, конечно же. Тем временем младший чуть ехидно продолжал выводить их главного соперника из себя, внимательно следя за его выражением лица: — Ты, как там тебя, мне не важно, что ты думаешь обо мне. Мне неважно как мы будем играть. Я тут просто замена, а потом мы разойдемся, как в море корабли. Мне неважен наш поединок, ни сама игра, ни победа. Но если ты будешь говорить лишнего — я скручу тебе шею. — Маленький мальчик возомнил себя великим? Ха-ха. — Большой громила возомнил себя Юлием Цезарем? Ха-ха. Тодороки без опасений закинул голову вверх, смотря на старшеклассника, и перекривил того. Бакуго подметил для себя, что у Шото сегодня нет настроения. Даже издевается он по-другому. Может, в суде было все слишком плохо? Хотя правда все-таки была на его стороне, но тот герой мог задействовать свои личные круги, а Шото и так ненавидит героев. Нужно будет расспросить младшего. Наверное, позвать его не было хорошей идеей как минимум потому, что в данный момент Тодороки ведет себя довольно жестко или даже жестоко, что не похоже на него. — Так мы сегодня будем играть или нет? — Да, Тото, сейчас все будет. Ты займешь передовую позицию и… — Вау, Деку, да ты рехнулся! Этого? Мало того, что в игру взяли, так на передовую позицию? Мне стоит только поднять мяч, как он упадет от страха. — Ты все сказал? — Холодно поинтересовались у Сайя братья, а двопричудный мальчик добавил: — Не перебивай его. Лучше позаботься о себе и товарищах. Кацуки горд. Его младшие ублюдки выросли в его глазах. Теперь оба, даже никчемный Деку, сумели постоять за себя. Теперь настал тот момент, когда Бакуго не стыдно признавать тот факт, что они выходцы одной семьи. Обе команды готовы. Они заняли свои места. Решающий бой, который определит истинного победителя. Проигравший станет самым слабым участником абсолютно чужой команды, а игроков его собственной разберут ставками, как помидоры на базаре. Победитель получит все, что можно получить от такой игры: славу, превосходство, лидерство, деньги. Все будут его уважать и слушать ровно год. Он будет единственным, кто сможет прилюдно унизить соперника и не отхватить за это. Единственным, кто сможет отыграться на надоевших по полной программе. Ставки нереально высоки, деньги положены в корзинку. У команды «В» больше последователей, ведь чужаки никогда не приносят доверия. Но Кацуки все равно. Кацуки плевать хотел с высокой золотой колокольни на всю эту систему. Он — настоящий победитель, вождь. Лучший из лучших. Будущий герой номер один. Ведь он на верхней ветке среди этой кучки отбросов. Но Изуку по барабану. Изуку не обращает внимания на подколы и вечные оскорбления, ведь он выше этого. Он замечательный стратег, у него сотни планов «С» и «Е», и это только на одном языке. У него бесконечность возможностей, нереальное количество упорства и упрямства, а также невероятный ум. Он превзойдет их всех. Но Шото без разницы. Шото фиолетово, и это его основная полоса в жизни. Его такое не интересует. Он — одиночка, сам по себе. Не существует для него ни команды, ни товарищей, ни друзей. Он доверяет только себе и инстинктам: если хочешь чего-то добиться, делай все сам. И все же Кацуки выложится больше, чем на полную. Все же ему не так легко. Он не хочет, чтобы его союзников делили, как крыс. Он не хочет быть слабым в том, чем он живет. А Кацуки живет в «Кикио». И все же Изуку сомневается. В себе, в своих способностях и умениях. Он все еще не так хорош, как хотелось бы. Но игра поможет раскрыть весь его потенциал. «Кикио» — первая ступенька на долгом пути его уверенности. Если ты чего-то сильно хочешь, оно обязательно будет твоим, а если нет — оно тебе не принадлежит. Но если у тебя этого нет, значит, тебе нечего терять. Поэтому Шото ничего не хочет. Это правило. Принцип. И все же Шото постарается. У него нет ничего. И ничего не было, а до недавних пор, он был уверен, и не будет. Но эти люди пытаются подарить ему то, что он никогда не получал. Семью. А ради нее Шото пойдет куда угодно. Добро пожаловать в «Кикио» — игру на жизнь.