And Christmas for all!

Кирк лежал в уютной и тёплой постели, но ему совсем не спалось. Он думал, и думал лишь об одном: о Ларсе. Душа гитариста давно не была так смущена и взволнована. Весь день, который он провёл с ударником, перевернул все с ног на голову. Столько яркий и живых эмоций испытал Кирк за эти несколько часов. Ему было действительно хорошо и тепло на душе. Гитарист вспомнил, что последний раз похожие чувства он испытывал, будучи в отношениях с одной девушкой. Но даже та палитра ощущений не могла сравниться с тем вихрем, который Кирк переживал сейчас. Что-то яростно рвалось наружу из его груди, его сердце бешено стучало. Все тело требовало любви, и не какой-то абстрактной. Любви от конкретного человека. Осознав это, Хэмметт испугался- его обдало волной страха. Неужели он… не такой? Ведь ему нравились девушки, и у него получалось строить отношения с ними. А тут он за один влюбился в лучшего друга. За один ли день…? И тут Кирк вдруг осознал, что все это время, которое они провели вместе, играя в одной группе и создавая музыку, все это время он любил датчанина. Он просто не признавался себе, не понимал того тёплого и большого чувства, которое поселилось в его сердце. Что-то скрипнуло, за дверью послышались шаги. Кирк замер. Как бы ему хотелось, чтобы сейчас Ларс остановился возле его двери, чтобы он заглянул и без лишних слов лёг вместе с гитаристом на одну кровать. Они бы поговорили о какой-нибудь безделице или помолчали, думая о своём. А потом бы Ларс крепко его обнял, пожелав спокойной ночи, и они бы уснули, утопая в объятиях друг друга… Ларс шёл по коридору в ванную комнату. Он старался передвигаться как можно тише на случай, если Кирк уже спит. Закончив приготовления ко сну, ударник тихо пошёл назад. Он замедлился и остановился возле двери в комнату, где «спал» гитарист. Интересно, он во сне такой же милый, как и в жизни? Может, зайти к нему? Просто поговорить с ним о чем-нибудь, а потом как-то невзначай поцеловать.? Рука Ларса сжала ручку двери. Идти? Нет… хватка барабанщика ослабла- он оставил дверь в покое. Кирк не примет его. И никакое Рождество тут не поможет. Так они и уснули: оба расстроенные, влюблённые, но несчастные. Утром Ларс проснулся первым. Яркий луч зимнего солнца пробивался сквозь шторы. За окном был слышен смех детей, шум от проезжающих машин. Громко переговаривались мужчины, где-то вдалеке раздавалась музыка. Ударник потянулся и встал. Ноги коснулись ледяного пола (кто-то не закрыл окно, да-да). Ларс поежился. Аккуратно вышел из своей спальни и побежал вниз- надо бы положить подарок для Кирка под ёлку, пока тот спит. В животе было какое-то странное чувство, чувство нарастающего приятного волнения. Спустившись, барабанщик с удивлением обнаружил, что под елкой уже стоит коробка, красиво упакованная в цветную бумагу красного цвета с золотыми узорами. Видимо, Кирк проснулся раньше него, положил подарок и заснул опять. Ларс улыбнулся; какое приятное чувство! Как маленький мальчик, он стоял и сгорал от нетерпения разорвать бумагу и узнать содержимое коробки. Сдержавшись, он аккуратно положил свой свёрток под ёлку и отправился на кухню. Ларс вскипятил чайник и принялся накрывать на стол. Его голову занимали разные мысли: с огромным нетерпением ударник ждал сегодняшнего вечера, и, хотя надо было ещё многое приготовить, он не мог не предвкушать вечер Рождества. Ларс надеялся, что Кирк поможет ему с приготовлением блюд. Они оба не сильны в кулинарии, но вместе они справятся с чем угодно. Кирк… Ларс погрузился в воспоминания о вчерашнем дне и о ночи, когда, проходя мимо двери гитариста, он не решился зайти. Датчанин проклинал себя за свою неуверенность и страх. Возможно, что тогда он упустил тот самый чудесный шанс, подаренный самой судьбой на Рождество. Если это так, то пусть Вселенная сжалится над ним, пусть даст ещё одну попытку. Ларс не подведёт. Из раздумий ударника вывела внезапная тяжесть и громкий звук. Датчанин вскрикнул и обернулся- Кирк стоял за его спиной и смеялся. -Прости, Ларс, — гитарист все ещё хохотал, — ты так удачно стоял, грех было не напугать тебя. -Дурак.- ответил Ульрих, но он, конечно, не злился и, в подтверждение этому, улыбнулся. -Скажу честно, я очень хочу есть.- признался Кирк. -Садись, все готово, — ответил Ларс, наливая чай в кружки. -Кёрки, -произнёс Ларс, при этом гитарист вздрогнул, услышав ласковый голос, но ударник оставил это без внимания, — ты поможешь мне с едой для праздничного стола? -Да, конечно.- Кирк беззаботно улыбнулся, но на лице его была едва заметная тень, причиной которой были ночные раздумья. -Все хорошо, Потрошитель? — заботливо спросил датчанин. -А? Да-да, все нормально… Спал просто не очень. -Да я тоже, мысли некоторые лезли в голову, вот и не спалось. Ларс и сам не понял, как произнёс эти слова. Они сами вырвались из уст гитариста, прежде чем он успел понять их смысл. Кирк посмотрел в глаза Ларсу. Не об одном ли и том же они думали…?