The Girl

Тейлор Эберт После ухода Мэллори долго побыть в одиночестве Тейлор не удалось. Спустя каких-то четыре с половиной часа, большую часть времени из которых она провела лёжа, глядя сквозь потолок, безуспешно пытаясь хоть немного успокоить шторм в своей голове, Девидсон вернулась, неся с собой небольшой чемодан. Отвечая на немой вопрос Тейлор, Девидсон устало улыбнулась: - Начальство лютует. Представляешь, меня, аналитика, отправили в оплачиваемую командировку в Нью-Йорк, побыть соседкой по комнате для какой-то неизвестной для ЦРУ женщины. Да ещё и почти не дали времени на сборы! Неслыханно! - Эшли театрально взмахнула руками. Тейлор еле-еле выдавила из себя улыбку. Впрочем, Эшли явно применила свои навыки аналитика. Ситуацию и состояние Тейлор она прочитала практически мгновенно. - Боже, да ты же всё это время так тут и пролежала, да? Настолько тяжёлый разговор, да? У Тейлор не было ментальных сил для того чтобы ответить что-то внятное, однако Эшли это было и не нужно. Она аккуратно помогла Тейлор подняться с дивана и проводила ту до ванной, где помогла умыться и слегка привести себя в порядок, прежде чем проводить до кровати, помочь переодеться в пижаму и выдать ей пару таблеток снотворного вместе со стаканом воды. Таблетки подействовали почти мгновенно, и Тейлор отключилась, провалившись в сон без сновидений. На следующее утро она проснулась совершенно разбитой. Тело ломило, а глаза упорно не желали открываться, но глянув на часы, что безжалостно демонстрировали полдень, титаническим усилием воли она всё же смогла заставить себя оторваться от постели. Контрастный душ разбудил её окончательно, однако бодрствование телом несколько отличалось от бодрствования разумом. Откровения прошедшего дня, разбередившие и без того свежие раны, оставили её в состоянии, близком к заторможенному ступору. Её обычно реактивное и всеобъемлющее восприятие было словно бы подёрнуто пеленой, притупляющей… всё. Она упёрлась лбом в кафельную стену душевой, сосредоточившись на ощущении горячих струй воды, стекающих по её спине. Это был простой концепт, понятное явление, которое дарило приятные ощущения. Это было просто удобство, неотъемлемая часть современной инфраструктуры, простое и доступное удобство. Вода нагревала кожу. Это было приятно. Когда… когда последний раз она ценила простой поход в душ? Не считала это необходимостью и средством гигиены, а просто… приятным времяпрепровождением? Тейлор… Тейлор не могла вспомнить. Возможно, что даже никогда. Душ… душ всегда был средством, не целью. Чем-то обыкновенным. Цели… да. Цели. Почти всегда у неё были какие-то цели. Отметки на пути длиною в бесконечность. Она всегда куда-то шла, к чему-то стремилась… нечасто считаясь с последствиями. Если оглядываться назад, то переоценивала свои умения просчитывать последствия. Она… она привыкла действовать реактивно, убирать препятствия со своего пути как можно скорее, не считаясь с последствиями… Рука с пистолетом, направленная на Астер. Безжизненные глаза Александрии. Неуверенное лицо Панацеи. Холодный металл пистолета у затылка.

КХЕПРИ

С громким хрустом её рука пробила кафель и стену за ней. Боль… её подобие отрезвляло. На краткий миг, прежде чем океан эмоций и нестабильная биохимия парачеловеческого мозга затянули её вновь, мир прояснился. Этого хватило для того чтобы осознать неправильность происходящего. Её рой загудел. Крик отчаяния обернулся назойливым писком. Иррациональное желание разрушать - суицидальным пикированием прямиком на лобовые стекла проезжающих машин. Но ничто не заглушало боль и отчаяние, что она испытывала сейчас. Она снова ощущала себя горящей заживо, разрываемой пополам, агонизирующей от бомб Бакуды. Каждая рана, каждый шрам, каждый порез. Каждый её нерв болел фантомной болью, болезненным воспоминанием, что резало заживо наиржавейшим из ножей. Осколки кафеля в её руке казались ей аллюзией на неё саму. Она сжала их в ладони, кроша керамику в пыль, что мгновенно намокла, и исчезла из её руки, смытая потоком всё продолжающей течь воды. В дверь ванной постучали. Эшли явно услышала звук ломающейся плитки и пытается достучаться до неё. Судя по тону её голоса, если Тейлор ей не ответит, в этот раз дверь не сможет стать помехой для этой подозрительно заботливой женщины. - Я в порядке - её собственный голос вновь казался ей совершенно чужим и неестественным. Молчание за дверью не было долгим. Тихий и вкрадчивый голос практически прошептал. - Я слышу, насколько ты в порядке, Тейлор. Выходи оттуда, пожалуйста. - Девидсон знала, что Тейлор услышит её в любом случае. Что-то было в её голосе. Что-то такое, что заставило Тейлор подчиниться. Возможно, дело было в гнетущем чувстве одиночества, которое отступало от звуков чужого голоса. Или же в том, что используемая Дэвидсон тональность голоса практически один в один совпадала с тем тоном, который использовала Лиза в моменты, когда понимала что ей совсем хреново. Такие привычки… они тяжело умирают. Глубоко вдохнув, Тейлор выключила воду и вышла из душевой кабины. Вытирать тело одной рукой было той ещё задачей, но она кое-как справилась. Надев халат, Тейлор наконец-то открыла дверь ванной, встречаясь лицом к лицу с обеспокоенной Эшли. - Ты не поранилась? Что у тебя там произошло? Я услышала шум и подумала что… - Девидсон принялась засыпать Тейлор вопросами, но говорить ей совершенно не хотелось, отчего она ограничилась тем, что показала едва заметно красную ладонь. Эшли приподнялась на цыпочки и заглянула за плечо своей подопечной, откуда открывался вид на разрушенную плитку в кабинке. Она несколько посмурнела лицом и поджала нижнюю губу. Простояв в таком неловком положении ещё секунд тридцать, брюнетка наконец заговорила. - Давай договоримся, что ты не будешь запирать дверь? Тейлор устало кивнула, на что Девидсон слабо улыбнулась. - Ну и славно. Давай я помогу тебе высушить волосы. - после этого её… по-видимому, сожительница на ближайшее время, мягко затолкала Тейлор обратно в ванную, где находился фен и большое зеркало у раковины. Чувствуя чужие руки перебирающие её мокрые пряди, Тейлор еле удержалась от того чтобы вздрогнуть. Нет, она не боялась чужих прикосновений, вовсе нет. У неё не было такой боязни в больнице. Однако доктора не слишком часто касались её волос. И тем более это не происходило в… такой обстановке. Несмотря на то, что сейчас она была сильна как никогда ранее, тем не менее, она была слабее чем когда-либо. - Я думала о том, чтобы может быть стоит позвать Марвина и Сержа сюда вечером. Ну, знаешь... посидеть, отметить твоё освобождение, познакомиться поближе… но, кажется, для этого ещё самую малость рановато. Тейлор только и смогла что устало кивнуть, злясь на саму себя. Злость за проявленную слабость. Злость за то, что кому-то приходится заботиться о ней. Все эти эмоции… всё это было иррационально, путало сознание. Спустя десять минут Эшли закончила приводить её волосы в порядок. Далее, следуя стадному инстинкту, Тейлор проследовала за Девидсон на кухню, где её уже дожидалась простенькая яичница с тостами и беконом и кружка кофе. Машинально пережёвывая пищу и отстранённо наблюдая за окружением в радиусе пары кварталов, её фокус внимания как-то внезапно переключился на звук телепередачи в одном из соседних домов, где в одной из квартир на первом этаже проживала пожилая женщина с явными психическими отклонениями, во всяком случае, об этом можно было судить по невероятному количеству насекомых, сконцентрированных в одном месте. Если накладывать её зону покрытия на карту местности и отображать насекомых в виде светящихся точек, то выходила бы весьма конкретная засветка. Насекомых было недостаточно много, чтобы полноценно различать речь без дополнительной концентрации насекомых в одном месте, однако судя по обрывкам фраз, значение которых она могла угадать, поднимаемая тема могла быть довольно интересной. Вырвавшись из своего заторможенного состояния, Тейлор спросила обеспокоенно смотрящую на неё Эшли. - У нас есть кабельное? - Тейлор кивнула в сторону расположенного в комнате телевизора. Её собеседница повернула голову в указанную сторону, задумчиво рассматривая чёрную панель плазменного телевизора. - Кабельное? А… ну да, есть, я вчера новости смотрела. А что такое? - Хочу кое-что посмотреть. Где ты положила пульт? Спустя нескольких увлекательных минут, проведённых в поисках пульта, телевизор включился и спустя десяток щелчков по списку телеканалов, нужное ток-шоу было найдено. - "... Cитуация с Прядильщиком Паутины бросает тень на всё супергеройское сообщество. Для "Воут Инкорпорейтед" нет ничего более важного, чем поддержание высочайщих стандартов этики и профессионализма среди наших героев. Мы глубоко шокированы предоставленными доказательствами и хотим ясно дать понять: подобное поведение абсолютно неприемлемо. Мы понимаем, что герои играют важную социальную роль в современном обществе. Граждане нашей страны пристально наблюдают за теми, кто одарены способностями и часто используют их в качестве моделей для подражания, вследствие чего на нас возложена огромная моральная ответственность. Когда кто-то из наших героев злоупотребляет своими силами и своим положением, это не только нарушает закон, но и подрывает доверие, которое общество возлагает на супергероев. Мы не имеем права закрывать глаза на подобные инциденты. Воут всегда стремилась к тому , чтобы наши герои были примером для подражания, а не источником разочарования. В свете этих событий проводится внутреннее расследование и принимаются все необходимые меры, чтобы ситуация не повторилась в будущем. В том числе будут пересмотрены наши процедуры проверки и отбора официальных героев, чтобы гарантировать, что в будущем такие ситуации станут невозможными. Мы также хотим подчеркнуть, что "Воут" полностью сотрудничает с правоохранительными органами, и если будет доказано, что Прядильщик Паутины нарушил закон, он понесёт за это полную ответственность. Мы хотим заверить общественность, что для нас важнее всего безопасность и благополучие наших граждан, а также поддержание доверия к нашим героям. Кроме того, мы понимаем, что такие инциденты оставляют глубокие эмоциональные и психологические травмы у пострадавших. Чтобы поддержать жертв подобных преступлений, "Воут" приняла решение о значительных пожертвованиях в фонды, занимающиеся помощью пострадавшим от домогательств и вторжения в частную жизнь. Мы верим, что эти меры…" Продолжая вполуха слушать вещание очередного корпоративного дрона с заготовленной речью, Тейлор спросила у Девидсон. - Что у них там случилось такого? Эшли пожевала губами, прежде чем ответить. - Местный супер - Прядильщик Паутины, оказался вуайеристом то ли с манией преследования, то ли ещё какими фетишами. В общем, парень находил жертву из тех, что рангом повыше - топ-модели, актрисы, певицы, в последний раз даже окружной прокурор. В общем, находил жертву и начинал за ней следить, время от времени фотографируя жертву в разных пикантных позах и стадиях обнажённости. Далее, он либо анонимно шантажировал жертву фотографиями, вымогая довольно большие суммы денег, либо же просто сливал фотографии и компромат в какой-то третьеразрядный таблоид. Как его не поймали раньше - непонятно, там по ракурсам вполне можно вычислить, откуда велась съёмка. Также на местах съёмок находили неприлично много вязкой, липкой и быстрозастывающей жидкости - у него это работает по типу паутины. Они обе слегка скривились, представляя то, о чём можно было подумать, не зная контекста. - Тогда получается, его кто-то сдал? Полагаю, что сами "Воут", но Мэллори говорила, что процент судебных разбирательств до смешного низок. - Я слышала про это, даже разговаривала с ребятами из аналитики по поводу причин. Мы не копали слишком глубоко, однако всё выглядит так, что "Воут" сами слили этот инцидент журналистам. - Эшли продолжала водить вилкой по своей тарелке, покрывая кусок бекона кетчупом. - Они… пытаются отвлечь внимание от того, что Марафон пропал? - она высказала довольно очевидную, в общем-то, догадку. Девидсон кивнула, отпивая кофе из своей кружки. - Да, это очень заметно, если знать куда смотреть. У Марафона были назначены ещё несколько патрулей с героями второго дивизиона, но их под шумок перенесли на неопределённый срок, ссылаясь на семейные обстоятельства. К тому же, они уже начали постепенную зачистку собственных инфоресурсов и ивентов от упоминаний Марафона. Было очевидно, что "Воут" сейчас находится в состоянии дэмэдж контроля. Минимизируют потенциальные потери, подтирают следы и прочее-прочее-прочее. Тейлор даже не сомневалась, что все следы её пребывания в Спрингфилде будут затёрты со всей тщательностью, словно бы её там никогда и не было. Они бы сделали это в любом случае, с учётом того, что они списали её ещё раньше, когда поступил приказ о переводе её в "Сейдж Гроув". Мысленно, Тейлор сделала себе пометку о необходимости разузнать, что это за место такое и что там происходит. Следующий вопрос, который она задала Эшли, также был довольно прагматичен. - Полагаю, что "Воут" будут меня искать. Насколько вообще велики их возможности в этом плане? Эшли улыбнулась и, сделав очередной глоток из уже почти опустевшей чашки с кофе, ответила - Ну, до ЦРУ, ФБР и АНБ им точно далеко. Но в целом, это зависит от того, насколько активно они будут тебя искать. У них есть доступ к полицейским базам и частично городским системам видеонаблюдения, однако мощностей на поиск в масштабах страны у них просто нет и никогда не было. С другой стороны, у них есть суперы, а у некоторых из них есть… весьма интересные способности. Опять же, масштаб совершенно не тот, но некоторые доступные им инструменты перебить довольно сложно. Если суммировать - ты для них иголка в стоге сена. Если сменишь причёску, наденешь контактные линзы и будешь носить протез из тех, что получше, то вероятность того, что они найдут тебя, если ты сама не будешь лезть на рожон - стремится к нулю… - на этом моменте Эшли замялась, но Тейлор продолжила мысль: - …Но сама идея и смысл подразделения Меллори подразумевает, что я должна буду сталкиваться с "Воут". - Это не факт. Честно говоря, я пока что сама не очень понимаю, в чём заключается конечная цель. Но из того, что я понимаю - в наших задачах не стоит прямая конфронтация с суперами "Воут". Да, это возможно, но операция по твоему освобождению, это скорее исключение, чем правило. Да и твои способности… честно говоря, мне, как аналитику в ЦРУ, дико завидно. Здесь уже пришла очередь Тейлор улыбаться. - Поверь, завидовать тут нечему. Возможно, со стороны простого наблюдателя - да, круто, но не когда ценой за силу является худший день в жизни. Девидсон стушевалась, явно пристыженная её комментарием - Прости, я всё время забываю, что ты… не отсюда. Тейлор почувствовала необъяснимый прилив эмоций. Негативных эмоций. Виду она не подала, но только оправившийся настрой вновь начал уходить в крутое пике. - Давай… давай не будем об этом. Эшли намёк уловила и, быстро стрельнув взглядом в сторону телевизора, перевела тему. - Что ты думаешь про Прядильщика? Тейлор вздохнула, усилием воли проигнорировала сосущее чувство липкой пустоты в животе. - Оставляя за бортом то, что единственное, с чем я могу сравнивать действия Прядильщика - это мой опыт на Земле Бет? - Эшли покраснела ещё больше, но Тейлор неопределённо махнула рукой, прежде чем продолжить, - Вопрос на самом деле довольно интересный. По сути, СКП… - видя непонимание на лице Девидсон пояснила, - Служба Контроля Параугроз, государственное учреждение, которое занималось всем, что связано с суперами. Частью СКП является Протекторат - дочерняя организация, которая нанимает на работу суперов и контролирует их. Так вот, возвращаясь к Прядильщику. По сути, СКП работало примерно в таком же ключе - если за героем обнаруживались косяки, то чаще всего дело замалчивали, если это можно было скрыть. К тому же, с учётом принципа появления кейпов, такое происходило куда чаще, чем ты можешь себе представить. Поэтому дело Прядильщика… в общем-то, это наверное даже обыденность для меня. Видала я и похуже персонажей, которых прикрывали со всех сторон. Но у нас и ситуация кардинально отличалась от вашей. Эшли задумчиво оглядывала пустую чашку. - Мне страшно представить, что творится или будет твориться в нашем департаменте, когда они будут анализировать ваш опыт… - Тейлор послала в её сторону максимально невпечатлённый взгляд. Девидсон вняла. - Хреновый из меня терапевт… - женщина перевела взгляд в сторону окна, - Ладно, хорошо. Никаких разговоров о работе. В таком случае… как насчёт познакомиться с классикой кинематографа последних лет? Это было… приемлемым предложением.

***

Вечер того же дня. Эшли Девидсон. Убедившись, что её подопечная заснула, вот уже неделю как специальный агент Девидсон накинула на себя лёгкую куртку, прихватила ключи, перцовый баллон и сигареты с зажигалкой и отправилась на прогулку. Район был довольно безопасный, поэтому табельное оружие она брать не стала, оставив его в оружейном чемоданчике под диваном. Закрыв квартиру, Эшли спустилась вниз по лестнице и, выйдя на улицу, неспешно двинулась к месту назначения. Прогулка предстояла не самая короткая - почти полторы мили. Эффективный радиус охвата сенсорной сети Тейлор был около мили, если судить по анализу операции по её освобождению, но ближайшая круглосуточная забегаловка находилась несколько дальше. Глянув на последние три сигареты в пачке, Девидсон не моргнув глазом достала одну и тут же закурила. Идея с киномарафоном оказалась на удивление удачной. Рой…Тейлор хотя бы немного расслабилась по сравнению с тем, что было утром. Не то чтобы сама Эшли не была виновата, всё же она кто угодно, но не профессиональный психотерапевт, и Рой далеко не её братья, чтобы знать все её триггеры. Прокручивая в голове то недолгое время, что она пробыла вместе с Эберт, девушка не могла не заметить насколько… чужеродной та казалась, если присмотреться к ней получше. Нет, у неё не было зелёной кожи или рогов, эту дрянь лучше оставить для Голливудских киноделов и их очередной франшизы про Семёрку. Нет, это были неочевидные вещи. Практически незаметные на первый взгляд, но вместе вызывающие чувство сродни зловещей долине. То, как Тейлор рассматривала полные витрины супермаркетов, удивляясь иностранной еде. Качественные товары из Китая, на которые она смотрела с некоторой опаской. Совершенно свободное ориентирование в пространстве, в котором она оказалась в первый раз. Эмоциональная реактивность, которая скакала чаще, чем сердечный ритм. Это взрывало Эшли мозг. Даже со всем безумием, с которым она сталкивалась в жизни как аналитик в ЦРУ с высоким допуском, жизнь не готовила её к сожительствованию с пришельцами, которые выглядят как человек, звучат как человек и являются людьми во всем, где это только возможно, но при этом - чувствуется, насколько не в своей среде человек находится. Впрочем, для окружающих Эберт могла походить на одну из десятков миллионов туристов, что посещают Большое Яблоко каждый год. Ещё одна иголочка среди миллионов таких же. Спустя полчаса хода, проведённого за меланхоличными размышлениями, Эшли дошла до забегаловки. Зайдя внутрь, она сразу же увидела занятый столик, за которым расположилась Меллори. В другом конце заведения старалась не отсвечивать охрана замдиректора. - Добрый вечер, мэм. - Садись, Эшли. И рассказывай. Эшли села за стол и, вдохнув в грудь побольше воздуха, начала рассказывать. - Мэм, я вряд ли смогу помочь ей полноценно, кроме как присматривать за ней, пока она дома. Тут… я не психолог, мэм, но ей нужна помощь. Очень много помощи. Она плохо спит и приступы случаются практически без каких-либо видимых триггеров. Такое не проходит само по себе, и оно может… очень плохо кончиться. Меллори мрачно кивнула. - Этого следовало ожидать. Девочка повидала некоторое дерьмо, в которое и поверить-то трудно, чего уже говорить пережить и остаться в здравом уме. Я уже пытаюсь найти достаточно компетентного специалиста, чтобы ей помочь, но это займёт некоторое время. Нужно искать на стороне, Эберт нельзя сильно светиться в Управлении. Хорошо, позже изложишь в отчёте более подробную ситуацию. Другой вопрос. Как ты считаешь, если занять Эберт делом, это поможет нам выиграть время? Девидсон задумалась. - Это… может сработать. Из моего с ней общения… она хороша в концентрации на задаче. Я бы сказала даже, что почти туннельное зрение. Она отлично игнорирует раздражители… и если верить выкладке из её рассказа - вплоть до собственного тела, пока цель не будет выполнена. Но я не уверена, что сейчас наилучшее время для такой работы… Меллори посмотрела в сторону стены забегаловки, на которой висел телевизор, включенный на круглосуточном канале, транслирующим новости. - Боюсь, что у нас нет времени ждать у моря погоды, Девидсон. Обстоятельства изменились, и нам нужно начинать действовать, потому как в противном случае… могут случиться вещи, которых следовало бы избежать. - Мэм… вы говорите загадками. - Потому что гриф секретности некоторых вещей настолько высок, что даже у меня не должно быть к нему допуска, смекаешь, Агент? Когда Эберт будет хоть немного в порядке, поинтересуйся у неё про подвал больницы в Спрингфилде и что она видела там. - Мэм… этого не было в брифинге. - Именно, Девидсон. Этого не было. Через пару дней я снова с вами свяжусь, как только соберу под вас дополнительный отдел аналитики. Вашей первой задачей будет… обработать Прядильщика.

***

Петер Шнайдер “В Нью-Йорке продолжает разгораться скандал, связанный с обвинениями в адрес городского супергероя Прядильщика Паутины. Сегодня утром восемь жертв из опубликованного ранее списка подали заявление в полицию с обвинениями в сексуальных домогательствах, вуайеризме, преследовании, распостранении…” Петер переключил экран телевизора на канал с документальными фильмами о животных, после чего раздражённо выключил звук. Человеческая речь на текущий момент была ему искренне противна, даже успокаивающий голос диктора, повествующий о размеренности жизни южноамериканских капибар, не добавлял ему внутреннего спокойствия. Последние несколько дней оказались для него сущим адом. Его агент строжайше запретил ему выходить из съёмной квартиры, не то что показываться на людях. Еду доставляли до двери, никакого контакта с внешним миром, за исключением входящих вызовов по телефону от крайне узкого круга лиц. Даже пароли от аккаунтов в соцсетях у него забрали, и сейчас пиарщики жёстко чистили его комментарии, проверяя каждый пост и каждую геометку, вымарывая всё, что находилось хотя бы близко по времени и месту к местам его наблюдений. Петер поднял голову, оглядывая свои трофеи, прибитые к полу. Фотографии, скриншоты переписок, нижнее бельё, письма и даже несколько использованных презервативов. Всё это было аккуратно расположено по местам на карте, с пометками и датами.       Его взгляд невольно соскользнул в сторону своей последней фаворитки, которая до недавнего времени находилась…в работе. Лиззи только недавно начала работать моделью, но Петер заметил её гораздо раньше, ещё у себя на странице в фейсбуке. Она живёт вместе с родителями в Бруклине, на удобном четвёртом этаже, в её комнате есть небольшой, но симпатичный балкончик и, как следствие, окна там довольно большие. К сожалению, Лиззи оставляет окна на ночь закрытыми, так что Петеру пока не удалось проникнуть в её спальню, но он был не намерен останавливаться. Однако у него уже были фотографии из примерочных её модельной студии. Немного - слишком хлипкие в том месте были потолки - но несколько хороших кадров ему удалось сделать.       Но теперь, когда он заперт в четырёх стенах, ему, Петеру Шнайдеру, только и оставалось что перебирать взглядом места былой славы, время от времени выбирая своих старых любимиц в качестве объекта для очередного сеанса мастурбации. В мечтаниях об упругой заднице Лиззи, Петер почти пропустил вибрацию телефона, что лежал в его паутине быстрого доступа. В три движения доползя по потолку до нужной паутины, Шнайдер принял звонок от своего агента. - Прядильщик. - Слушаю тебя, Мэтт. - Мы достигли предварительного соглашения с присяжными. Если против тебя не будет новых дел, то отделаешься штрафом, браслетом и общественными работами. - Произнёс сухой и профессиональный голос в трубке. Мэтт был его новым агентом. Его старый агент, очаровательная Фелиция, с которой у него были выстроены хорошие и полюбовные отношения, основанные на взаимопонимании, сексе и некоторых фотографиях, внезапно покинула свой пост, передав его равнодушному Мэтту, которого Шнайдер и не видел ни разу. - Штрафом? - Петер не любил слово “штраф”. Штрафы значили меньше денег. А деньги Петер любил едва ли меньше чем женщин. - Сто с копейками тысяч долларов конкретно с тебя. Всё внутри Шнайдера похолодело. Даже паутина в его прямой кишке, и та начала застывать, гарантируя ему запор на ближайшие дня два. Сто тысяч было много. Очень очень много. У Петера не было столько в ликвидных активах. Все деньги он давно потратил. - У меня н-нет столько денег! - От волнения его голос стал тонким и почти девчачьим. - Не мои проблемы, Прядильщик. Начальство распорядилось не давать тебе займов. Крутись как хочешь, но штраф ты должен будешь выплатить сам. У меня всё. Его агент положил трубку, оставляя Петера наедине с ещё более разрастающейся паникой. - С-сто тысяч долларов. Сто штук. Откуда я возьму сто штук? Это же нереально!       Нервничая, Петер начал бегать по потолку, мысли роились в его голове подобно назойливой мошкаре. Сто штук... откуда бы он мог взять сто штук? Он мог бы продать свою коллекцию насекомых, но нет, нет, он Прядильщик, для него продать коллекцию экзотических пауков - это равносильно смерти. Он не переживёт. Нет, продавать Петер ничего не станет. Его узнают, все узнают, что Петер беден, "Воут" поймут, что он не справляется, и его отправят обратно в Орегон. Петер не хотел в Орегон. Петеру очень нужны были эти сто штук. Он должен найти решение. Должен найти сто штук баксов, чтобы выйти победителем, чтобы быть не мошкой в паутине Большого Яблока, а её единственным Пауком. И он найдёт. Да, ему нужно будет подумать. Посмотреть на Лиззи в неглиже. Передёрнуть и подумать. Он точно придумает, как всё сделать.       И тогда эта сучка Мэри точно к нему вернётся. Так же, как и Фелиция. Даже Лиззи примет его с распростертыми объятиями, прямо в свою постель. Ведь он её кумир. Прядильщик найдёт деньги.