Darkest Before Dawn

Райл, кипя от злости, быстро шагал к кабинету защиты. Каким же слепым был Драко, чтобы не заметить, как Терри его раздражает? Поцелуй в конце года тяжело давил на его мысли. Неужели это он был слепцом? Разве Драко не имел в виду поцелуй так, как он его воспринял? Это было очень неприятно, потому что из-за отсутствия навыков общения он сильно отставал от своих сверстников. Панси Паркинсон подошла к нему и едко сказала: — Драко идиот. Не обращай на него внимания; он скоро придёт в себя. — Прошу прощения? — мягко сказал Райл. Она возмущенно фыркнула. — Не строй из себя дурака, Райл. Я видела выражение твоего лица, когда Драко и Терри ведут себя так, будто вокруг них никого кроме друг друга. А тебе ведь нравится Драко, да? Райл отвернулся, глядя на второкурсницу из Хаффлпаффа и её подругу гриффиндорку. Её бледное лицо вспыхнуло, и она отвернулась, явно смущенная тем, что её застали за неудачной попыткой подслушать. — Да, — наконец, признался он очень тихо, — с тех пор, как он поцеловал меня в конце прошлого года. — Он поцеловал тебя? — пискнула Панси. Райл свирепо посмотрел на неё и прошипел: — Говори тише! — Извини, просто он ещё больший идиот, чем я считала. Он должен помнить, что у тебя проблемы с общением, и знать, что он должен быть настойчивее и упрямее. Быстрые шаги позади них заставили Райла слегка обернуться. Драко грациозно двигался в их сторону быстрым шагом, бросив слегка раздраженный взгляд, когда догнал. — Не понимаю, почему вы так торопитесь. В конце концов, этот человек, Амбридж, явно благоволит гриффиндорцам. — Если ты не беспокоишься о занятиях, тогда иди и проведи утро со своим драгоценным Терри, — язвительно прошипел Райл, делая несколько шагов вперед. — Господин, вы злитесь, — прошипел Сайфр у него на шее. Нежно поглаживая своего изумрудного фамильяра, он ответил: — Прости, что разбудил тебя. — Ваш Дракон наблюдает за вами со странным выражением, — заметил Сайфр. — Мой дракон? Почему ты его так называешь? — Он привлекает вас. Я чувствую это и одобряю, он был бы хорошим отцом для ваших детёнышей. Лицо Райла чуть не вспыхнуло от смущения. Хорошо, что Панси шла между ним и Драко. В прошлом году Сайфр помог Драко понимать парселтанг. Для Драко было не позволительно услышать, что змей так откровенно сказал. — Сайфр, я еще слишком молод, чтобы думать о детёнышах, — пожурил он. — Однако вы как раз в том возрасте, когда следует думать о том, с кем вы хотите стать родителем этих детёнышей, — парировал Сайфр. Вздохнув на слова своего упрямого фамильяра, он прошипел: — Ложись обратно спать. Следующий учитель, скорее всего, захочет причинить тебе вред. Сайфр не ответил, вместо этого скользнув по коже под рубашкой, обернувшись вокруг правой руки парня. Воспользовавшись моментом, чтобы успокоиться, он вошел в класс, не обращая внимания на Захарию и его приятелей, которые уже присутствовали и смеялись над чем-то. Он занял место в конце класса, рядом с Теодором Ноттом. Вытащив книгу "Основы для начинающих», он злобно уставился на неё. Обычно он любил этот предмет; однако из-за её преподавания он стал его самым ненавистным буквально в течение миллисекунды. Он предпочитал Трансфигурацию этому занятию, а это уже о многом говорило. А ведь, её преподавала сама Мяугонагалл, глава Гриффиндора. Тео нервно заёрзал рядом с ним и, наконец, неуверенно произнёс: — Райл. Обратив внимание на своего соседа, он спросил: — Тебя что-то беспокоит, Тео. — Не хочешь пойти со мной в Хогсмид на следующих выходных? Сказать, что Райл был в шоке, было бы слишком мягко. Из всего, что мог произнести Теодор Нотт, именно на это он никогда не рассчитывал. Райл на мгновение задумался, а тихий радостный голос в его голове сказал: «Только подумай, как ревновал бы Драко!» Именно этот тихий голос всё за него решил. Повернувшись к Теодору с ослепительной улыбкой, он тихо сказал: — С радостью. Когда и где ты бы хотел встретиться? — Как насчет часовой башни около 11 часов? — предположил Тео, несколько ошеломлённый тем, что тот согласился. — Звучит превосходно, — ответил он. Тео ухмыльнулся и отвернулся, когда Амбридж вошла в комнату, сопровождаемая, как обычно, грохотом дверей. — Достаньте палочки, — пропела она своим хриплым сопрано. Райл на секунду заколебался, прежде чем вытащить свою белую палочку, сомневаясь, не очередной ли это трюк. Её следующие слова едва не заставили его челюсть упасть на пол. — Дети, сегодня мы будем изучать Обезоруживающее Заклинание. Итак, данное заклинание немного сложное, и я не ожидаю, что вы овладеете им в первый же день, — она ярко улыбнулась, глядя на их ошеломлённые лица. — Заклинание называется — Экспеллиармус. При правильном произнесении заклинание заставит палочку противника вылететь из его рук, как… И тут Райл вышел из себя. — Экспеллиармус! Палочка Амбридж вылетела из её руки и оказалась в его протянутой ладони. — Вот так, — решительно сказал он, — глупец, который не может произнести правильное обезоруживающее заклинание, должен быть на 2-м курсе, а не на 5-м. Вы что, перепутали конспекты? Гриффиндорцы затаили дыхание в предвкушении. Глаза Амбридж сузились, и она подошла к нему. Выхватив палочку из его руки, она мягко произнесла:  — Невоспитанность не идет тебе, маленький слизеринец. 50 баллов от Слизерина и недельное задержание. Прибудь ко мне в кабинет в 6 вечера. Райл аккуратно убрал книгу обратно, поднял сумку и встал. Он прошёл всю дорогу до двери, прежде чем повернуться. Скривив верхнюю губу в лёгкой усмешке, он сказал голосом таким же ровным, как и его главы факультета: — Возможно, мы, слизеринцы, должны быть теми, кто научит вас, мадам Амбридж другим заклинаниям, если обезоруживающее — это предел ваших знаний. Затем он вышел, громко хлопнув за собой дверью. Это было так по-детски, но Райл почувствовал себя лучше, когда грохот эхом пробежал по коридору. Он знал, что сегодняшнее утро было свободным у главы его факультета, поэтому быстро зашагал к подземельям. Северус, подумал Блэк, поморщившись, вряд ли обрадуется потерянным очкам и задержанию. Сунув голову в дверь класса зелий, он увидел, как Северус быстро пишет на доске, готовясь к уроку. Райл нерешительно вошёл, бросив сумку на один из стульев. Инструкции предназначены для младшего класса, решил он. Зелье, которое нужно было изготовить, было Перцовым зельем. Дьявольски сложно, если вы будете торопиться с нарезкой. Ингредиенты этого зелья особенно должны быть нарезаны спокойно и гладко. — Сэр? — тихо спросил он. Почти чёрные глаза встретились с его, и глаза Северуса на мгновение расширились от удивления.  — Разве вы не должны быть сейчас на уроке защиты, мистер Блэк? — Я ушёл где-то на середине, — признался Райл. Северус положил мел, двигая своими точными длинными пальцами. — Ты ушёл во время урока Амбридж? Не думаю, что она отнеслась к этому спокойно. — Она уже назначила мне неделю задержки и сняла 50 баллов со Слизерина, — Райл опустил глаза, стыдясь признаться в этом. Он не чувствовал себя ужасно, спускаясь сюда, но теперь точно понимал, как глупо себя повел. — За что? — тон Северуса был ровным, не обвиняющим. — Она собиралась научить нас заклинанию, но я вышел из себя и применил его на ней, — признался Райл. — Ты атаковал учителя? — недоверчиво спросил Северус. — Райл, ты что, тупой Гриффиндорец? — Нет! — уязвлённо, защищаясь, сказал Райл. — Тогда что же, во имя Мерлина, заставило тебя атаковать УЧИТЕЛЯ? — ЗАКЛИНАНИЕ БЫЛО ЭКСПЕЛЛИАРМУСОМ, профессор! Она вела себя так, как будто мы не знали, как применить элементарное обезоруживающее заклинание! Если вы предпочитаете, чтобы я просто сидел там, как невежественный первокурсник, то, может быть, мне стоит сметить факультет, — огрызнулся Райл. Северус замер и на мгновение впился в него взглядом. — Конечно, я не ожидал, что ты будешь вести себя как идиот, Блэк, — ледяным тоном произнёс он, — ты не упомянул заклинание, которому она собиралась учить вас. Как думаешь, к какому выводу я пришёл, когда ты сказал, что наложил на неё заклятие? Райл тяжело опустился на стул, опустив глаза в пол.  — Мне очень жаль, профессор Снейп. Я не хотел кричать на вас и даже подразумевать, что мне следует поменять факультет. Комментарий про гриффиндорца задел меня, и я слишком остро отреагировал. В последнее время я часто так делаю. Длинные пальцы коснулись его подбородка и приподняли голову. Северус посмотрел ему в глаза и тихо произнёс: — Ты не единственный, кто должен извиниться. Мне тоже жаль; я знаю, как ты презираешь этот факультет. Итак, когда ты должен явиться на задержание? — В шесть часов, — ответил он, чувствуя облегчение, — я также вроде немного оскорбил её перед уходом, — признался он. Северус отвернулся и подошёл к доске. — Ты определенно сын своего отца, Райл, — печально усмехнувшись, сказал он, — вспыльчивый, порывистый и с острым языком. Собрав свои вещи, теперь уже в гораздо лучшем настроении, Райл решил немного подразнить профессора. Остановившись на пути к двери, он дерзко сказал: — Должно быть, это хорошая практика для вас, учитывая то, как вы в последнее время смотрите на моего отца, не так ли? За этим последовало смущённое бормотание Северуса. В шесть часов вечера он сидел в кабинете Амбридж, оглядываясь по сторонам с выражением явного отвращения на лице. Комната была ярко-розовой и белой, маленький столик был покрыт клетчатой бело-розовой скатертью, а стены увешаны картинками с кошками. Райл страстно ненавидел кошек, как и розовый цвет. От этой комнаты у него по коже пробежали мурашки. Другим источником его отвращения была фотография на столе. На ней была сияющая Амбридж, стоящая, между Корнелиусом Фаджем и Джеймсом Поттером. Фадж открыто ухмылялся, а Джеймс улыбался тонкой улыбкой. Райл быстро успокоился, услышав, как за его спиной открылась дверь. Амбридж вошла в комнату в пушистом розовом кардигане и подошла к столу. Налив себе чаю, она аккуратно положила в чашку два кусочка сахара и капельку сливок, прежде чем всё это размешать. Положив крошечную розовую ложечку с горным хрусталем на салфетку и вытерев пухлые пальцы, она посмотрела на него с фальшивой нежностью и сказала: — Итак, маленький слизеринец, как ты думаешь, почему я задержала тебя? — Потому что я произнёс заклинание вне очереди? — коротко ответил он. — Нет, это потому что ты наложил заклинание. Сегодня практиковались только гриффиндорцы. А я не могу допустить, чтобы кто-то пренебрегал моим авторитетом или выставлял меня дурочкой на уроке. Ты знаешь, как наложить заглушающее заклинание? — Да, — он едва удержался, чтобы не рявкнуть на неё. — Наложи заклинание так, чтобы эта комната была заключена в пузырь тишины, маленький слизеринец. Достав палочку, он тряхнул ею и нараспев произнес: — Silencio totale. — Очень хорошо, — ласково сказала она, — а теперь убери свою палочку. Он сделал это. Когда Райл выпрямился, она мягко сказала: — Сегодня ты не будешь писать строчки, маленький слизеринец. У меня есть разрешение от министра использовать одно заклинание по своему усмотрению. Взяв волшебную палочку, она заперла дверь и повернулась к нему. Направив на него волшебную палочку, она прошептала: — Заглушающее заклинание было для того, чтобы никто не услышал тебя, маленький слизеринец. Я боюсь, что это будет немного больно. Она подняла палочку и сказала: — Crucio.