v.
25 апреля 2021 г., 11:35
В последующие дни им удаётся упасть в ритм жизни, устраивающий обоих. Игорь больше не прячется от него в кабинете, первоначальное смущение и неловкость в скором времени улетучиваются, и они просто наслаждаются моментами жизни, стараясь не думать об утекающем сквозь пальцы времени, оставшемся у них, перед тем, как Артёму придётся вернуться в Москву, к семье, к невесте, к давящему долгу.
Между ними ничего не меняется, Игорь всё так же продолжает обучать его магическим премудростям и сыпать сарказмом во все стороны, то веселя, то раздражая им Артёма, только вот по ночам они падают в одну постель, и последнее, что они в ней делают — это спят, потому что и тогда их уроки продолжаются: Артём учится контролировать свои эмоции и свою магию, когда захлёстывает страстью, желанием, наслаждением, когда кругом только руки, губы, когда контроль — это то, что волнует его меньше всего.
Только вот Артёму совершенно не нравится каждое утро просыпаться и обнаруживать вторую половину кровати пустой и остывшей. Не было ещё ни дня, чтобы он открыл глаза, и рядом был тёплый, сонный, взъерошенный Игорь, с которым можно ещё немного понежиться в постели, обмениваясь ленивыми поцелуями. И сегодняшнее утро ничем не отличается от всех предыдущих. Артём недовольно ворчит, пока одевается, занимается утренней рутиной и спускается на первый этаж, снова находя Игоря, нависшим над небольшим котелком с булькающей в нём жидкостью.
— Хоть когда-нибудь ты можешь не вскакивать ни свет, ни заря? — обиженным голосом спрашивает Артём, зарываясь носом в волосы на макушке Игоря.
— Я не виноват, что ты так долго спишь, — парирует Игорь, зачерпывает своё варево и, повернувшись к Артёму, подносит ложку к его губам, — Лучше вот, попробуй.
Артём цыкает и закатывает глаза (Игорь мог бы гордиться), это тоже вошло у них в привычку, каждый день Игорь заставляет его пробовать какие-то свои отвары, так и не говоря напрямую, каким образом они должны подействовать.
— Я ещё даже не завтракал, а ты уже пихаешь в меня свои зелья, — бурчит Артём, морща нос, но покорно открывает рот, проглатывая чтобы там не было на ложке. У жидкости нет никакого особого вкуса, но на языке остаётся горьковатый привкус, заставляющий наморщиться ещё сильнее.
— И как? — интересуется Игорь, внимательно следя за ним.
— Не знаю, горько, — недовольно фыркает Артём, водя языком по зубам, чтобы избавиться от неприятного послевкусия, — Так что? Оно сработало?
Игорь берёт его за подбородок, Артём довольно прикрывает глаза от ставшего таким привычным покалывания кожи, тянет к себе и глубоко целует, проходясь своим языком по артёмовому, и горький осадок уходит, заменяясь вкусом Игоря — утренним кофе и чем-то свежим, исключительно его.
— Нет, не сработало, — чуть задыхаясь, отвечает Игорь, запечатляя на его губах последний мягкий чмок и отстраняясь.
— Рано или поздно, сработает, — пожав плечами, говорит Артём, — Я в тебя верю, — Игорь неопределённо угукает и чуть хмурится, взмахом руки отправляя всё ещё дымящийся котелок в одному ему известном направлении, — Какие планы у нас на сегодня? — Игорь неожиданно прячет взгляд и безуспешно пытается закусить заискивающую улыбку, — Что? Что ты задумал? — подозрительно прищуривается Артём.
— Ничего такого, просто подумал, что тебе пришло время наладить отношения с Котом, — невинно отвечает Игорь, стирая отсутствующие пылинки со столешницы.
— Нет, ты в своём уме? — Игорь неопределённо ведёт плечами, — Игорь, нет, это ведь не урок магии.
— Знаю, но если у тебя получится подружиться с ним, то это уже будет чем-то волшебным, — улыбается он и переключается в своей «уборке» на пиджак Артёма, приглаживая лацканы и расправляя складки, видные, очевидно, только ему одному.
— Он ненавидит меня, — жалобно хмурит брови Артём.
— Не говори глупостей, он тебя не ненавидит, ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к новому человеку.
— Ты сам говорил, что он не жалует никого кроме тебя, — напоминает Артём и с вызовом приподнимает брови.
— У него просто не было шанса сблизиться с кем-то, кроме меня, никто не остаётся здесь надолго.
Игорь пытается скрыть грусть в своём голосе, но Артём всё равно замечает, и его сердце сжимается, одно он знает точно, Игорю больше не придётся коротать дни только в компании злобного комка шерсти, потому что теперь у него есть Артём, от которого он вряд ли избавится. Вот только это совсем не значит, что Артём хочет налаживать контакт с этим дьявольским отродьем, глубокие царапины, оставленные Котом чуть больше недели назад ещё не зажили окончательно, но он всё равно покорно плетётся за Игорем, кыс-кыскающим и зовущим к себе Кота, который, жмурясь, греется на солнце, лёжа на каменных дорожках на заднем дворе.
Игорь подходит к нему и почёсывает шею, отчего тот начинает так мурлыкать, что можно подумать, что поблизости заработал какой-то машинный аппарат, но стоит Артёму приблизиться к ним, как мурлыканье обрывается, а шерсть на холке животного встаёт дыбом.
— Видишь? — с вызовом спрашивает Артём, тыкая рукой в сторону Кота. А он ведь говорил Игорю, говорил.
— Ну ты видел себя со стороны? Ты в десять раз больше него, естественно он немного испугался.
— Я бы не сказал, что ты намного ниже меня, но тебя ведь он не боится, — с сарказмом достойным Игоря говорит Артём, делая крошечный шаг ещё чуть ближе, только чтобы раззадорить взъерошенного Кота ещё больше, и тот не разочаровывает, начиная шипеть.
— Прекратите, — неожиданно раздражённо требует Игорь, и они оба замирают, Артём в шоке смотрит на Кота, он что действительно понимает абсолютно всё? — Я разве заставляю вас быть лучшими друзьями? Я просто прошу, чтобы вы нашли общий язык. Артём, — Игорь, всё ещё сидящий на корточках перед Котом, поднимает на него взгляд, и, честно, Артём готов упасть перед ним на колени, — Пожалуйста.
Артём сглатывает, Игорь вообще догадывается какую огромную власть имеет над ним? Он ведь готов буквально на всё ради него, даже найти общий язык с ненавидящим его комком шерсти, потому что для Игоря, по какой-то причине, это так важно.
— Хорошо, — сдаётся он, — Принесёшь немного ветчины, может, еда подействует на него?
Игорь улыбается, поднимается с земли.
— Никаких смертоубийств, пока я не вернусь, — предупреждает он и направляется в сторону дома.
— Ты думаешь, я могу навредить твоему коту? — недоверчиво спрашивает Артём, оглянувшись ему вслед.
— Я разговаривал не с тобой, — усмехается Игорь и скрывается за дверью.
Артём качает головой и занимает его место, усаживаясь перед Котом прямо на землю, он больше не шипит, послушно исполняя просьбу Игоря. Они некоторое время смотрят друг на друга, пока Артём не вздыхает.
— Я чувствую себя идиотом, разговаривая с котом, но послушай, я понимаю, что у тебя есть какие-то свои, кошачьи, причины меня ненавидеть, хотя я не сделал тебе ничего плохого, — Кот гордо задирает голову, но не пытается напасть на него, что уже хорошо. Артём откашливается, прочищая горло, и продолжает, — Но Игорю, почему-то важно, чтобы мы нашли общий язык, поэтому давай установим мир, ради него, потому что мы ведь оба любим его. И я не собираюсь причинять ему боль, я поклялся беречь его сердце, — он облизывает губы и чуть наклоняется вперёд, — Да, рано или поздно мне предстоит уехать, но я не собираюсь исполнять долг и жениться на Кристине, я лишь разорву помолвку и вернусь сюда, и нам с тобой придётся как-то сосуществовать друг с другом, поэтому давай облегчим жизнь нам обоим. Ради Игоря, — Кот прищурившись наблюдает за ним, — Пожалуйста, — Артём качает головой, он поверить не может, что умоляет кота принять его дружбу, — Ну?
Кот с ленцой поднимается на лапы, прогибается в спине, потягиваясь, и с широким зевком, наверняка для того, чтобы показать Артёму свои острые клыки, шагает вперёд, забирается ему на колени и сворачивается на них клубком. Артём поверить не может, что это произошло, широко улыбаясь, он осторожно опускает ладонь на кошачью голову и чешет его за ухом, Кот начинает мурлыкать, у Артёма внутри расплывается тепло, от испускаемой им вибрации.
— Что, чёрт возьми, здесь произошло, пока меня не было? — удивлённо спрашивает Игорь, появляясь рядом с парой кусочков ветчины в руке.
Артём поднимает на него взгляд с победной ухмылкой.
— Я, конечно, до сих пор чувствую себя сумасшедшим, но я поговорил с ним, и он, кажется, понял меня, — объясняет он.
— Вот видишь, больше нытья было, — улыбается Игорь и наклоняется, чтобы поцеловать его.
Артём тут же закрывает глаза, довольно выдыхая. Он без ума от него.
***
— Попробуй. — Игорь… — Одно и то же каждый день, Артём, просто попробуй и всё, больше времени сэкономим. Артём вздыхает и открывает рот, чтобы Игорь сунул ему туда очередную порцию зелья. — Что будет, если ты превратишь меня в лягушку? — Думаешь, я не смогу превратить тебя обратно? — усмехается Игорь, — Как ощущения? — Как обычно, — пожимает плечами Артём, затем оглядывает Игоря с ног до головы, он всегда выглядит потрясающе, но сегодня как-то особенно притягателен, по телу проходит жар, на который Артём обычно старается не обращать внимания в течение дня, но сейчас его тянет, он сокращает и без того небольшое расстояние между ними и прижимается губами к игореву местечку под ухом, чуть прикусывая, и с удовлетворением замечая, как чужая рука под пальцами Артёма покрылась мурашками, — Хочу тебя, — выдыхает он Игорю на ухо, но почти тут же на его лоб ложится рука и отодвигает его подальше. — Хотеть будешь потом, — говорит ему разрумянившийся в одно мгновение Игорь, — Сегодня я буду учить тебя бессловесной магии. Артём тут же откладывает свои желания на второй план, да, Игоря он хочет перманентно, но бессловесная магия — это удивительная вещь, даже столько времени спустя, восхищение от практикующего её Игоря никуда не делось. Поэтому Артём в рекордные сроки проглатывает свой завтрак и выжидающе смотрит на продолжающего лениво потягивать свой кофе Игоря. — Дайте мне сил, — вздыхает Игорь, закатывая глаза, когда Артём начинает нетерпеливо настукивать пальцами по столу, и опустошает чашку парой больших глотков, — Пойдём, горе луковое. Артём соскакивает со своего стула и чуть ли не в припрыжку идёт следом за Игорем на задний двор, если бы его мать видела, что он ведёт себя как невоспитанный ребёнок, её бы хватил удар, но Артём слишком взволнован, чтобы заботиться об этом, даже кончики пальцев покалывает от предвкушения. Игорь, в последние дни ставший куда более расслабленным, сейчас преображается на глазах, спина становится прямее и напряжённее, взгляд серьёзнее, он смотрит на Артёма, удостоверяясь, что тот слушает и, облизнув губы, начинает так, словно читает лекцию в учебном заведении: — Большинство не изучают бессловесную магию по двум простым причинам: во-первых, это сложно, во-вторых, нужна невероятная сосредоточенность на том, что ты делаешь. Для практики бессловесной магии тебе придётся одновременно целиком и полностью позволить магии поглотить себя, и думать о заклинании, которое хочешь использовать. Если что-то пойдёт не так, то это может привести к неизвестным последствиям, поэтому, Артём, прошу тебя, в этот раз целиком и полностью сосредоточься на том, что делаешь, — Игорь смеряет его предупреждающим взглядом и скрещивает руки на груди, Артём цыкает и возводит глаза к небу. — Это ты на «инцидент», — он нарочно выделяет слово кавычками в воздухе, — со свечами намекаешь? — Не намекаю, говорю прямым текстом, — усмехнувшись, отвечает Игорь. Артём протягивает ему руку, и внутри растекается тепло, когда Игорь вкладывает свою ладонь в его, позволяя потянуть себя вперёд, усадить на колени и заключить в объятия. — Всё потому, что я не мог перестать думать, как сильно хочу сделать с тобой это… — он запускает пальцы Игорю в волосы и несильно тянет за них, заставляя запрокинуть голову, чтобы Артём мог проследить губами дорожку влажных поцелуев от линии челюсти вниз, к расстёгнутым пуговицам рубашки, чтобы прикусить, оставляя яркий алый след, на нежной коже ключицы, — Или это… — он скользит свободной ладонью вниз по спине Игоря, оглаживает ягодицы и притягивает ещё ближе к себе, ухватив за бёдра, — Или это… — Артём отрывается от ключиц, снова прокладывает дорожку поцелуев вверх по шее и прижимается губами к губам Игоря, который тут же открывает рот, позволяя его языку ворваться внутрь, пройтись по зубам, нёбу и, наконец, столкнуться с игоревым языком. Они долго и с чувством целуются, останавливаясь лишь на пару мгновений, чтобы набрать воздуха в горящие лёгкие и снова рвануть друг другу навстречу. Когда они всё же разрывают поцелуй, то оба тяжело дышат, и янтарь из глаз Игоря практически исчез, затянувшись тёмным зрачком, его пальцы продолжают перебирать его волосы, а ноги сжиматься вокруг Артёма. — Когда я говорил, что тебе нужна полная концентрация, то, конечно же, имел ввиду именно это, — запыхавшийся голос Игоря прошит сарказмом. — Это всё — твоя вина, — тут же отвечает Артём и снова прижимается губами к губам Игоря, но в этот раз он не отвечает, и его пальцы дёргаются в волосах, причиняя едва ли терпимый дискомфорт, — Игорь? Ты чего? — обеспокоено спрашивает Артём, отстраняясь на десяток сантиметров, чтобы иметь возможность заглянуть ему в глаза и с неудовлетворением обнаружить, что Игорь натянул свою маску и запрятался за безопасными стенами. — Знаешь, — задумчиво начинает он, всё-таки расслабляя хватку в его волосах, вместо этого мягко приглаживая их, соскальзывая на заднюю часть шеи и под воротник белоснежной рубашки, — У нас ведь осталось не так много времени… — Игорь… — Ты не сможешь вечно прятаться здесь и избегать ответственности, — взгляд Игоря фокусируется вновь и становится осознанным, он с грустной полуулыбкой смотрит на замершего Артёма, они не поднимали эту тему с того самого дня, как крепость в лице Игоря пала, а сам он упал в объятия Артёма, который был уверен, что между ними установилось негласное правило никогда не поднимать вопрос его отъезда. — Я останусь здесь, — с напором говорит Артём. — Не говори глупостей, Артём, я с самого начала понимал, что ты рано или поздно уедешь… нет, подожди, дай мне договорить, — Игорь прерывает его не успевшие вырваться возражения, прижав большой палец к губам, — У тебя есть долг, который ты обязан выполнить, а я обязан проследить, чтобы ты был готов к нему как нельзя лучше. Артём хмурится, его осеняет не самой приятной мыслью, к тому же Игорь поднимается с его колен и отходит от него на пару метров. — Ты… ты хочешь, чтобы я уехал? — спрашивает он, сорвавшимся на конце вопроса голосом. — Ты идиот, нет, конечно, я не хочу, чтобы ты уезжал, но поверь, в этой ситуации то, чего хочу я, волнует всех в самую последнюю очередь. — А как же то, чего хочу я? — Союз между твоей семьёй и семьёй Орловых, как я понимаю, долго устраиваемое и планируемое событие, они… — Причём здесь вообще они? — закипает Артём, — Почему я должен позволять другим людям, пускай это и моя семья, вмешиваться в мою жизнь и решать, что будет лучше для меня? — Может, первое время ты и будешь доволен этой своей новой жизнью, но долго ли это продлится? Подумай, Артём, — говорит Игорь глухим голосом, скрещивает руки на груди, закрываясь от внешнего мира, но может быть только от внешнего мира, но не от Артёма? — Семья отречётся, всё магическое сообщество начнёт презирать из-за того, что ты не только отказался на перспективной партии в лице дочери Орловых, но и решил связать жизнь со мной. Ты думаешь, в Москве или в Петербурге я пользуюсь большим уважением? Сам ведь говорил, что обо мне никакой информации, ещё раз повторюсь, это к лучшему, чем меньше людей знает, кто я, тем проще, мне достаточно того, что обо мне знают влиятельные семьи, вроде тех же Орловых. Но если ты останешься здесь, со мной, пойдут слухи, всплывёт ненужная информация, начнутся перешёптывания за спиной. Как думаешь, насколько быстро тебе это надоест, и ты пожалеешь о принятом решении? — Прекрати, Игорь, я не понимаю тебя, сначала ты говоришь, что хочешь, чтобы я остался, но сейчас уже больше похоже на то, что ты ждёшь не дождёшься, когда я уеду. Ты проецируешь какие-то свои страхи на меня, — стараясь не закипать, произносит Артём, потому что он ни черта не понимает, ему действительно глубоко плевать на то, что подумает общество, за двадцать восемь лет своей безмагической жизни он настолько привык быть центром всеобщей жалости и обсуждения, что выработал к ним иммунитет, потому что несмотря на старания родителей скрыть его и его беспомощность, находились те, кто понимал, догадывался, знал и разносил эту новость остальным. — Нет никаких страхов, просто… — Я не слепой и вижу, что есть, что не так? — Артём, ты не понимаешь… — Так объясни мне, — бессильно взмахнув руками, просит Артём. Игорь несколько бесконечно долгих минут смотрит на него и не произносит ни слова, пока с тяжёлым вздохом не опускает плечи. — Когда ты спрашивал, что произошло, почему я так и не женился… Дело в том, что я очень вовремя понял, что эта девушка, моя невеста, она мне не подходит, ни она, ни какая-либо другая девушка, мне вообще девушки не подходят, — признаётся Игорь тихим голосом. Артём кивает, это для него не новости, было бы странно так думать после всего, что было между ними, просто он не думал, что Игорь настолько категоричен в своих предпочтениях. Но и это пока не отвечает на его вопрос, Игорь же, облизнув пересохшие губы, продолжает, — После разрыва помолвки, это дошло до не нужных людей, и если по началу были лишь бесконечные сплетни, на которые, я старался как меньше обращать внимания, хотя признаю, было мерзко и от них, и от самого себя, и, может, со временем я научился бы их игнорировать, но потом обо всём узнали крайне влиятельные люди и увидели во мне какую-то угрозу, не знаю чему, если заднице их сына, то они ошиблись, но факт остаётся фактом, меня попросили держаться подальше, и я уехал, чтобы не мозолить им глаза и не портить жизнь брату, который примерно в это же время собирался жениться на дочери из той самой влиятельной семьи. — Ты общаешься со своей семьёй? — спрашивает Артём, его, во-первых, поражает тот факт, что где-то в этом мире у Игоря есть семья, хотя это и вполне логично, не мог же он просто появиться из ниоткуда в один прекрасный момент, естественно у него где-то должны быть родители, но Артёму, по необъяснимой причине, никогда не приходило это в голову. Ну, и сама история того, почему Игорь живёт таким отшельником, заставляет кровь внутри кипеть от ненависти к неназванным людям, вынудившим его скрыться здесь. Игорь пожимает плечами. — Обмениваемся письмами несколько раз в год. Они после этого уехали в Петербург, а я уже и не помню, когда был там в последний раз, — они оба замолкают на несколько долгих мгновений, каждый погружённый в свои собственные мысли: Артём пытается убедить себя, что находить людей, причинивших боль Игорю — плохая идея, да и что он может им сделать, если они настолько влиятельны? Зажечь для них свечу? О чём думает Игорь неизвестно, но первым молчание нарушает именно он, — Так что хорошо подумай прежде, чем бросаться такими громкими обещаниями. Артём вскидывает голову, не сразу понимая смысл сказанных Игорем слов, а затем напрягаясь, чтобы подавить внутри очередную волну обиды, разочарования и гнева. — Игорь, если тебя это не устраивает, или пугает, я пойму это и приму, но если же тебе уже всё равно, что скажут люди, и ты действительно хочешь видеть меня в своей жизни, но пытаешься оттолкнуть, просто-напросто желая защитить меня от схожей ситуации, то извини, я свой выбор уже сделал. — Это ты пока так думаешь, но со временем… — Давай ещё и ты не будешь решать за меня того, что я хочу и о чём думаю, мне достаточно того, что моя семья занимается тем же самым, — огрызается Артём, потому что Игорь не хочет его понять, и от этого в груди разгорается огонёк горечи и обиды. — Я не решаю, а как раз пытаюсь оставить тебе право выбора, — так же раздражённо отвечает Игорь. — Повторюсь, я сделал свой выбор. — Тебе лишь только кажется. Артём разочаровано стонет и проводит рукой по лицу, на мгновение зажав пальцами переносицу и надавив на уголки глаз, заставляя белые блики плясать перед закрытыми веками. — Я не знаю, как ещё убедить тебя… — уставшим голосом начинает он, но Игорь перебивает: — Никак, просто… просто дай мне научить тебя бессловесной магии. Артём со вздохом кивает, но это не значит, что разговор между ними закончен. Сосредоточиться на уроке после их неожиданной ссоры даже сложнее, чем обычно. Артём теряет счёт часам, проведённым в попытках, не произнося ни слова, что-то создать, призвать к себе предметы или заставить их парить в воздухе. У него получается с попеременным успехом и, быть может, результаты были бы куда лучше, если бы Игорь проявлял хоть какое-то участие в процессе, а не, после подробных объяснений, отошёл от Артёма на десятки метров, сел под одно из яблоневых деревьев и не уставился в задумчивости в горизонт, лишь время от времени снова поворачивая голову к Артёму, наверняка, для того, чтобы проверить, не убился ли он там своей собственной магией. Не иначе, как под стать напряжённой атмосфере между ними, изначально светлое небо затягивается тёмными тучами, вдалеке слышатся первые раскаты грома, а воздух наполняется озоном, так похожим на запах игоревой магии, но Артём продолжает упрямо сидеть прямо на траве посреди заднего двора, даже когда на его руки, голову и плечи падают первые тяжёлые капли. Он поднимает голову на Игоря, который тоже не двигается с места, но обхватывает себя руками, чтобы сохранить ускользающее тепло. Артём с очередным вздохом поднимается со своего места и подходит к Игорю, как раз в тот момент, когда всё вокруг сотрясается от сильного раската грома, и крупные дождинки перерастают в ливень, больше походящий на стену из воды. Под деревом чуть суше, но косые капли долетают и до них, пропитывая пиджак, рубашку и заднюю часть брюк Артёма, обвившего руками подрагивающего от холода Игоря, который обнимает его в ответ, чуть ли не до хруста в рёбрах, запустив руки под пиджак и цепляясь пальцами за мокрую ткань рубашки. — Прости, — шепчет Игорь, вжимаясь лицом ему в шею и пуская мурашки по телу от прикосновения холодного кончика носа к тёплой коже, из-за раскатов грома Артём больше чувствует, чем слышит его слова. — Ничего, — отвечает он, без слов материализуя в своих руках тяжёлый плед, под которым они прячутся от дождя, пока бегут к дому.***
Дорогой Артём, Надеюсь, ты достаточно освоил магию для того, чтобы удовлетворить запросы Григория Орлова, потому что подготовка к балу окончена, и он состоится ровно через неделю от сегодняшней даты. Отец и мама настаивают, чтобы ты возвращался немедленно и показал всё, чему смог научиться, а заодно посмотрел всё планируемое для помолвки, а затем и свадьбы. Артём, я понимаю, что ты не в большом восторге от своего предстоящего бракосочетания, но поверь мне, всё будет просто чудесно. Я провела немало времени с Кристиной, пока готовился бал, и с уверенностью могу заявить, что она прекрасная девушка — милая, добрая и красивая. Она будет прекрасной женой, а со временем и матерью для ваших детей. Отец с мамой выбрали тебе чудесную невесту, возвращайся и убедись в этом сам. Экипаж с Михаилом прибудут за тобой завтра. С любовью, Ольга. — Я думал, у нас больше времени, — с нечитаемым тоном говорит Игорь, закончив читать письмо одновременно с Артёмом, склонившись за его спиной. — У нас столько времени, сколько мы захотим, — отвечает он голосом, не терпящим возражений. — Ты должен вернуться домой. — Ничего и никому я не должен, — безапелляционно отрезает Артём, — Я вообще планирую написать Оле ответное письмо и попросить, чтобы Михаил приехал не за мной, а привёз мои оставшиеся вещи. — Артём, если ты так уверен, что не хочешь жениться на дочери Орловых, то тебе в любом случае нужно вернуться в Москву и сообщить всем о своём решении. Невозможно разорвать помолвку, тем более такую, с помощью письма, — со вздохом говорит Игорь, он снова нервно смахивает и собирает невидимые пылинки с пиджака Артёма, — Это сейчас ты говоришь, что не хочешь этой свадьбы, но, возможно, когда ты окажешься дома, то передумаешь. — Не передумаю, — упрямо настаивает Артём. — Хорошо, пусть так, но вернуться тебе всё же придётся, и пообещай мне, что не будешь кричать о своём решении прямо с порога дома, а подумаешь, взвесишь всё ещё раз, встретишься со своей невестой… — Я не увижусь с ней до бала, — бурчит он, ему совершенно не нравится план Игоря, и ещё меньше нравится идея того, что столько времени придётся провести вдали от него. — Значит, на балу и сообщишь им о своём решении. Артём со вздохом кивает, и Игорь заметно расслабляется, наконец, переставая смахивать что-то с рукава артёмового пиджака, и усаживается прямо на край стола, за которым сидит сам Артём. — А ты будешь на балу? — спрашивает он, и Игорь снова напряжённо замирает, уставившись на него широко распахнутыми глазами. — Я… — Пожалуйста? Когда я буду разрывать помолвку с Кристиной Орловой, мне нужно будет видеть хотя бы одного человека, который не будет смотреть на меня как на душевнобольного. — Хорошо, — соглашается Игорь. Артём наблюдает за тем, как расслабляются его пальцы, до этого сжимавшие столешницу с такой силой, что не сломалась она лишь потому, что дуб, из которого сделан стол, слишком крепкий и толстый.***
— Кот снова меня ненавидит, — жалуется Артём, кидая взгляд на распушившегося зверя, сидящего на нижней ступени лестницы, размахивающего хвостом и наблюдающим за ними прищуренным взглядом. — Не неси чепухи, он ненавидит не тебя, а прощания, — с грустной улыбкой на губах отвечает Игорь, и уже в который раз поправляет узел его удавки, которую кто-то придумал именовать галстуком. — Так ведь это не прощание, — Артём оглядывается через плечо, в приоткрытую дверь, Михаил, сидящий на козлах, то ли специально, то ли ему действительно неинтересно, не смотрит в сторону дома, — Ты будешь на балу? — снова спрашивает Артём, заглядывая Игорю в глаза, — Не забывай, я знаю, где ты живёшь, и тебе лучше не знать, что будет, когда я снова найду тебя, если ты не появишься. — Что? Прожжёшь во мне дыру грустными глазами? — смеётся Игорь, теперь приглаживая его волосы, которые Артём всё равно рано или поздно снова разлохматит, забывшись и пропустив сквозь них пальцы, — К тому же, я всегда могу просто собраться и переехать. — Игорь… — Артём действительно строит свой самый грустный из взглядов, заставляя Игоря улыбнуться ещё шире. — Я обещаю, Артём, — он чуть привстаёт на мысках, чтобы их лица оказались на одном уровне, — Честное колдовское, — шепчет Игорь ему в губы, прежде, чем поцеловать.***
Искры магии и привычное покалывание от прикосновений остаются с ним надолго. За день до бала и объявления о помолвке Артём всё ещё чувствует губы Игоря на своих. Но даже это не позволяет хоть на мгновение забыть о боли, не унимающейся ни от каких зелий и стучащей в висках с того самого момента, как он переступил порог родного дома. Здесь всё не так: слишком много людей, слишком много пространства, под ногами не путается чёрный комок шерсти, магия вокруг слишком простая и прирученная, в ней не ощущается мощи и постоянного озонового аромата, здесь, в конце концов, нет Игоря. Пытаясь облегчить свои страдания он сбегает в сад, прячась в самой дальней его части за огромным розовым кустом, которым так гордится его матушка, словно лично выращивала его, а не их садовник, и заставляя красное блестящее яблоко появиться в его ладони, а затем покружить в воздухе, пока он снова не ловит его и не откусывает большой кусок. Вместе с кисловато-сладким вкусом, наполняющим его рот, голову наполняют яркие воспоминания о губах Игоря, покрытых яблочным соком. Дом больше не кажется домом. Григорий Орлов высказал свой сдержанный восторг и признал Артёма подходящим кандидатом в мужья для своей любимой дочери, когда Артём, стоя перед ним в его огромном и слишком помпезном кабинете, заставлял книги, слетать с полок и кружить по помещению, вставать на свои места, появляться в его руках из ниоткуда, произнося требуемые заклинания, хотя мог сделать это и без единого сказанного вслух слова. Он не сказал никому, даже Ольге, о том, что без особого труда пользуется бессловесной магией, решив, что знать об этом даже самым близким необязательно. Боль в висках от свежего воздуха не прекратилась, а словно ещё больше усилилась, поддерживаемая неожиданно возникшей тупой болью в груди. — Так и знала, что найду тебя где-то здесь, — Артём морщится, когда по правую руку от него раздаётся голос его младшей сестры, — Знаешь, для человека, любящего поболтать и довести до нервного срыва даже самого спокойного из людей, ты слишком много времени проводишь прячась от всех по углам, хотя мы не видели тебя три месяца. — Вот такой вот я мудак, — безэмоционально отвечает Артём и снова кусает яблоко. — Артём! — восклицает Ольга, — Следи за языком, представь, что было бы с мамой, услышь она тебя. — Ничего, думаю, напоминание о моей помолвке тут же бы привело её в чувство. — Ты больше не ничтоже, у тебя появилась магия, вот-вот будет объявлено о твоей помолвке с прекрасной девушкой, и твой статус в обществе взлетит до небывалых высот… учитывая всё это, ты слишком печален, я бы даже сказала депрессивен, — Артём ничего не отвечает, лишь сопит, мечтая, чтобы его оставили в покое, — И ведёшь себя так, словно тоскуешь по кому-то, — он не успевает сдержаться и вздрагивает, что не скрывается от внимательного взгляда сестры, — По кому? — тут же спрашивает она, опускаясь на землю перед Артёмом, совершенно не заботясь о пятнах травы, которые могут остаться на её бледно-голубом платье, и хватает Артёма за предплечье. — Ни по кому. — Ты врёшь мне, — безапелляционно заявляет Ольга, — Кто она? Кто-то из близлежащей деревни? Ты пересёкся взглядами с дочерью бедного крестьянина, и вы влюбились друг в друга без памяти? — мечтательно тянет она, но Артём лишь морщится на её предположение, его мутит от одной только идеи, — Ну тогда, у Игоря Акинфеева в доме есть миленькая горничная? Тоже нет? Или дочь? — шокировано восклицает Ольга, прикрывая ладонью рот. — Игорю всего лишь тридцать один год, какая дочь? — Хорошо, жена? Артём вздыхает, можно оставить его в покое? — Нет, ни жены, ни детей, ни прислуги. Он живёт один с вредным котом, а теперь отстань. — Что? Только ты и он во всём доме? Никаких любовных приключений? Ты даже никуда не выезжал? — разочарованно вздыхает Ольга, успев надумать себе всяких романтических историй, если бы она только знала… — Артём! — снова шокировано восклицает сестра, очевидно, всё-таки сопоставляя между собой все точки, — Ты скучаешь по нему только потому, что вы сдружились за это время? Скажи, пожалуйста, что да. — Тогда я просто промолчу, — безразличным голосом отвечает он, остаётся лишь надеяться, что Ольга не побежит тут же рассказывать обо всём матери с отцом, он обещал дождаться завтра. — Артём… — вздыхает Оля и опускает свою маленькую ладонь ему на щёку, — Понимаю, что немного странно, что ты выбрал объектом своей симпатии мужчину, но… — Это не симпатия, — признаётся Артём, и её брови взлетают вверх, — Я люблю его. — Он знает? — спрашивает она после очередной затянувшейся паузы. — Я не говорил ему этого, но уверен, что знает, — так долго сдерживаемые слова потоком срываются с его губ, на самом деле так приятно, наконец, признаться в этом хоть кому-нибудь, — И он меня любит, но всё равно настаивает на том, чтобы я женился на Кристине. — Ну хоть у кого-то из вас есть голова на плечах, — чувство облегчения тут же сменяется напряжением, на что Артём вообще рассчитывал? На благословение? С тех пор, как он вернулся домой, все его разговоры с Ольгой сводились к тому, какая Кристина расчудесная и распрекрасная, и как Артёму повезло, — Чем ты думал, Артём? Отец с мамой отправили тебя туда учиться магии, а не заводить интрижки со своим учителем! Только представь, что будет с твоей репутацией, если кто-то узнает, а с его? Ты думаешь, многие семьи решат отправлять своих детей к нему на обучение, зная, чем всё может закончиться? — Артём смотрит мимо неё, совершенно не обращая внимания на её покрасневшее от гнева лицо, да, он не думал об их отношениях в таком ключе, на его репутацию ему, если честно, плевать, но вот Игорь… для него ведь это важно? Пускай он никогда и не говорил об этом, но… — Завтра всему обществу будет объявлено о вашей с Кристиной помолвке, тебе нужно забыть об Игоре, для вашего же общего блага. Артём подтягивает согнутые в коленях ноги к своей груди, обхватывает их руками и утыкается в них лицом. — А что если я не могу забыть о нём? — спрашивает он заглушенным голосом. — Тогда тебе придётся всю жизнь прожить в несчастливом браке. — А если я не женюсь на ней? Ольга шокировано выдыхает. — О чём ты вообще говоришь, Артём? В твоей голове осталась хоть капля рассудка? Ты вообще представляешь, что будет с твоей репутацией? А с репутацией Кристины? Ты не можешь разорвать с ней помолвку! — Репутация, репутация, репутация! Ты думаешь, я не знаю про репутацию? Но знаешь, мне так плевать на неё. Я не могу жениться на Кристине, если от одной только мысли о том, что я буду вдали от человека, которого люблю, мне больно здесь, — Артём отпускает ноги и тыкает себе в грудь, всё ещё чувствуя ту самую боль, совсем не гипотетическую. — Всегда можно попробовать полюбить Кристину, просто попытайся… — Я не хочу пытаться полюбить кого-то, Оля, зачем мне это, когда всё о чём я думаю — это Игорь-Игорь-Игорь-Игорь… — он поднимает на неё печальный взгляд, запал злости прошёл, осталось только опустошение, — Поставь себя на моё место, если бы ты была обручена с одним, а любила другого, тебя бы волновала репутация? — Но я не на твоём месте, я… — Просто представь, вспомни все эти глупые любовные романы, которые ты так обожаешь, поверь мне, я сейчас чувствую себя героем одного из них, — грустно усмехается Артём, Ольге действительно сложно представить себя на его месте, несмотря на то, что ей уже двадцать четыре года, родители не торопятся с её помолвкой, находясь в поисках идеальной кандидатуры, с ней они тянут не из-за полного отсутствия магических сил, как было до недавнего времени с ним. — Хорошо, наверное, если бы я кого-то любила, но не могла быть с ним из-за позиции общества, меня бы мало волновало чужое мнение, и даже отец и мама со своими планами и целями на возвышение статуса в сообществе вряд ли могли бы мне помешать, — отвечает Ольга после долгой паузы. — Ну тогда почему ты пытаешься быть такой сознательной? — вздыхает Артём. — Потому что весь ум достался мне, конечно же. — Получается красота досталась мне? — чувствуя, что они пришли к хлипкому миру, в шутку спрашивает Артём. — Нет, красота тоже досталась мне, — парирует Ольга. — И что же досталось мне? — Талант играть на нервах. Артём фыркает и мягко толкает её в плечо, совсем как в детстве, когда они дурачились, пока не видела матушка. — Оля, я не вижу причин обрекать свою жизнь и жизнь Кристины на существование в несчастливом браке, — говорит он некоторое время спустя, в течение которого, они просто молча сидели рядом, разглядывая медленно плывущие по небу облака, — Завтра, когда Игорь появится… — Что прости? — хмурится Ольга, — Да, я знаю, что и родители, и Орловы решили отправить ему приглашение в знак благодарности за твоё обучение, но зачем ему появляться на балу, на котором будет объявлено о твоей помолвке, если он тебя любит? Артём тупит взгляд. — Я заставил его пообещать, что он будет там, — бормочет он себе под нос. — Ну конечно, я и забыла, что ты полный идиот, — взмахнув руками и возведя глаза к небу, говорит Ольга. — Перестань, — дуется Артём, — Пожалуйста, пообещай, что если мама будет кружить вокруг меня весь вечер, ты отвлечёшь её, пока я буду говорить с Игорем. — Хорошо, обещаю. Но он кажется вполне себе благоразумным человеком, поэтому не думаю, что он появится. — Он появится, убедишься завтра сама, — Артём улыбается ей, надеясь, что он действительно прав, и Игорь сдержит своё обещание.
