Игра теней

R
В процессе
70
автор
Размер:
планируется Макси, написано 268 страниц, 127 977 слов, 41 часть
Описание:
Примечания:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика

Глава третья. Чем дальше, тем страньше и страньше.

Настройки
В кабинете директора, куда Джул привёл декан, было темно и тихо — видимо, тот ночевал не здесь, предпочитая свой дом. Девушка повела плечом, оглядываясь: Поттер был на новом посту всего ничего, но помещение уже успело измениться до неузнаваемости. Когда в этом кресле сидела МакГонагалл, Флинт была здесь всего два раза, и оба раза она обращала внимание на то, с какой педантичностью и аккуратностью всё устроено. Раньше здесь не было ни намёка на беспорядок, а сейчас стопки книг зависали в воздухе, будто на невидимых полках, и один раз Джульетта даже ударилась лбом об одну из них. Кроме того, прежний диван заменила просторная тахта, возле которой устроился столик с огромной чашей. Её содержимое тлело, испуская ароматы индийских курений, что в сочетании с остальным хаосом, царившим в кабинете, играло какую-то загадочную роль. Всё это она успела заметить, пока профессор Лонгботтом пытался по каминной сети добиться аудиенции директора, но без толку. Пребывая в не особенно благожелательном настроении, что было понятно по голосу, он вытащил голову из зелёного пламени и немного резко позвал. — Лиро! Тотчас на пустом месте появился эльф с огромными ушами, одетый в толстовку с какой-то маггловской надписью. Он поклонился Лонгботтому и внимательно посмотрел на него с такой преданностью, что Джул почему-то прониклась сочувствием к маленькому существу. У них не было эльфов исключительно потому, что Кетти Флинт терпеть не могла любую эксплуатацию и в этом целиком и полностью поддерживала политику министра. Вспомнив о последней, Джул удивилась — она позволяет своему племяннику пользоваться услугами домовиков? — Где твой хозяин? — Мистер Поттер лёг всего два часа назад, сэр, — охотно поделился тот. — Мне позвать его? — Разбуди этого зас... Мальчишку и скажи ему, что если он не хочет, чтобы его уволили во второй день работы, то пусть никогда не закрывает свой камин, — поджал губы гриффиндорский декан. Джул почувствовала себя так, словно о ней забыли, и поёжилась. Но больше оттого, что по холодному каменному полу тонкой змейкой тянулся сквозняк, и даже тапочки не спасали. Поэтому, пока шёл разговор, она присела на тахту и поджала под себя ноги. Всё-таки тонкая ночнушка была предназначена лишь для сна под одеялом, а не для прогулок по замку. Лонгботтом обернулся к ней, когда домовик исчез с громким хлопком, и его лицо тут же приобрело обеспокоенный оттенок. — Тебе не лучше? За что Джул была по-настоящему благодарна своему учителю, так это, пожалуй, за понимание. Она была почти уверена, что приди она с такими видениями к Уоррингтону, слизеринскому декану, то была бы послана восвояси и прежде проверена на употребление запрещённой травки из теплиц того же Лонгботтома. Но, тем не менее, Флинт не знала, что отвечать на этот вопрос. Теоретически, с ней всё было в порядке — разум прояснился, и она уже могла анализировать увиденное и произошедшее, но это ничего не значило. В сердце закрался страх, и это пугало, потому что прежде ей нечего было бояться. Джульетта определённо не представляла, что должна делать. — Я... Как только она начала говорить, снова появился Лиро и с поклоном сообщил, что выполнил просьбу, и хозяин велел передать, что, пока он продирает свои глаза, они могут сами явиться на площадь Гриммо и поведать, что могло случиться в такую замечательную ночь, созданную для сна. Выслушав это, Лонгботтом закатил глаза, а Джульетта встала, пытаясь сдержать волнение: она многое слышала о фамильном поместье Блэков, и побывать там казалось ей настоящим приключением. Декан обернулся к ней. — Мне стоит пойти с тобой или ты сама расскажешь Альбусу, что случилось? Джул замялась, но вздохнула и кивнула. — Пожалуй, что второе, сэр. Не хотелось бы утруждать вас из-за того, что мне нужен переводчик или что-то вроде этого. Невилл улыбнулся. — Ну вот, ты уже не такая бледная и шутишь — добрый знак. Если ты и впрямь не против, то вставай в камин и громко назови гостиную дома 12 на площади Гриммо. Девушка последовала совету, и в следующий момент её уже утянуло куда-то вниз, а перед глазами замелькали огни, но прошло не больше минуты, и она оказалась в просторной комнате с высокими потолками. Здесь было темно и мрачно, хотя, возможно, из-за того, что только несколько свечей были зажжены. Джул сразу посетовала, что забыла прихватить палочку, когда отправлялась на поиски декана, но она не успела достаточно посокрушаться об этом. Свет зажёгся по щелчку пальцев, и Джульетта зажмурилась на мгновение, а затем медленно открыла глаза, привыкая. В дверях стоял заспанный Альбус Поттер: майка была надета наизнанку, фланелевые зелёные пижамные штаны, взъерошенные волосы и сонный взгляд. Всё это сразу превращало его из директора и учителя, которого Джульетта видела вчера на уроке, в обычного мужчину. Он зевнул и сказал, складывая руки на груди: — Мисс Флинт, если вы решили написать мой портрет, то я бы предпочёл подождать до утра, хоть это и льстит мне. Флинт почувствовала, как предательски краснеют щёки. Она вскинула голову, откидывая с лица пряди волос, которые всё норовили упасть на глаза. — Я видела призрака, сэр. Директор вскинул брови, и Джул почувствовала себя ещё большей дурой. Действительно, ведь в Хогвартсе полно призраков, они постоянно встречаются на лестницах, в коридорах, гостиных... — Я имею в виду, что никогда не видела её прежде, — поспешила добавить гриффиндорка. — Её? — Да, это была девушка, — уверенно сказала Джул, принимаясь нервно теребить фенечку на запястье. Она не могла разгадать, что проскользнуло во взгляде Поттера, потому что ей показалось, что он не выражал ничего. Подумав так, она сразу забеспокоилась: не хватало ещё, чтобы он счёл её шарлатанкой, которая пытаться добиться учительского расположения, используя такую грязную игру. Но мужчина подошёл ближе и улыбнулся, оглядев её. — Вы совсем замёрзли, — констатировал он, кивнув на короткие рукава-фонарики белой ночнушки. — Хотите горячего шоколада? Теперь Джул ясно увидела на его лице желание помочь и неуверенно улыбнулась в ответ. — Было бы замечательно, сэр. — Идёмте на кухню. Я мог бы позвать эльфа, но он занят своими делами домовиков, которые они так трепетно выполняют: либо полирует серебро, либо стирает пыль с фамильных портретов, чтобы те не орали. Такая манера разговора позволила Джул расслабиться, и она последовала за ним, с любопытством разглядывая всё вокруг. Особняк поражал своей стариной, которая, не смотря ни на что, не выглядела дряхлой. Обои, гардины, тёмное дерево мебели и полов — всё выглядело так, что чувствовалось присутствие хозяина и его забота о доме. Флинт вспомнилось упоминание об этом месте в книге по истории, которую она читала по совету профессора Бинса. Здесь проходили собрания знаменитого и таинственного Ордена Феникса, что не могло не будоражить её воображение. Задумавшись о том, что, наверное, по этим ступеням ходили сами Гарри Поттер и Сириус Блэк, она не заметила, как младший Поттер остановился, и уткнулась носом в его спину. Он сразу же обернулся и пропустил её вперёд, жестом предлагая сесть за стол. Пока Джул с удобством устраивалась на мягком стуле, подогнув под себя ногу, мужчина отошёл к рабочему столу и открыл шкафчик. — Так что вы видели, мисс? Может быть, поконкретнее? Флинт нахмурилась, пальцем чертя на столешнице только что придуманные символы. — Она была одета в платье, которое носили в старину, — ответила она, наблюдая, как профессор по очереди касается своей палочкой кружек. — Я не успела запомнить более детально, но она выглядела так, словно нарядилась Джейн Остен на Хэллоуин. Директор хмыкнул, но она не могла увидеть выражения его лица. — Надеюсь, она не была похожа на кого-то из сестёр Бингли? — насмешливо спросил он, обернувшись. — Вы смеётесь надо мной, — уныло ответила гриффиндорка. — Вы меня спровоцировали, вот и всё, — пожал плечами Поттер и добавил. — Она что-нибудь говорила, ваша незнакомка? Джул закусила губу, пытаясь восстановить в голове те фразы, что засели в голове до мелочей. — Она просила меня, — наконец тихо сказала девушка, глядя в стену прямо перед собой. — Просила найти того, кто по-прежнему ищет её, и передать, что она хочет обрести покой. Флинт была увлечена и не увидела, какой странный взгляд метнул на неё профессор, отвлёкшись от приготовления питья. В следующий момент он уже изменился в лице, возвращая сравнительное спокойствие, и поставил перед своей гостьей кружку. — В Хогвартсе много загадок, Джульетта, — мягко сказал он, присаживаясь рядом. — Вы что-нибудь слышали о Елене Райвенкло? — Это дочь Ровены? — нахмурилась девушка, сперва поджав губы. Она не любила, когда её называли полным именем, это прощалось только близким, но говорить об этом учителю она не решилась. — Верно, — кивнул Поттер. — Насколько я знаю, последними из видевших её были мой отец и крёстная мать моей сестры, Полумна Скамандер. — Но что привело её в гриффиндорскую башню, и почему именно сейчас? Если это вообще была она, — с сомнением прибавила Джул. — Это нам и предстоит выяснить, — склонил голову директор. — Вы начнёте с библиотеки в школе, а я здесь и в директорском кабинете. — Что мне искать? — с готовностью спросила девушка, заправляя прядь волос за ухо. — Всё, что связано с Основателями, я думаю, — проговорил мужчина, подперев подбородок ладонью. — Это точно было всё, что она говорила? Джул кивнула, а затем снова задумалась. Стоит ли говорить о том, как странно вела себя Стеффани? Решив, что терять уже нечего, она положила вторую ладонь на стол и начала издалека. — Сэр, я читала в газете, что вы знаете зелья лучше всех в Англии. Поттер повернул голову к ней, и улыбка директора напомнила ей того кота из сказки про Алису, что она так любила. — Мисс Флинт, вы же гриффиндорка. — И что? — подозревая подвох, нахмурилась девушка. — Лесть — не ваш конёк, — объяснил он. Джул второй раз за вечер ощутила, что стремительно краснеет. — Дело не в этом, — начала оправдываться она, — то есть в этом, но не совсем. Меня заинтересовало: можно ли подлить человеку зелье, которое сделает его лунатиком? — Я убеждён, что в таком обширном поле деятельности, как зельеварение, возможно всё, — ответил Поттер и продолжил. — Хотя я с таким не встречался. Другое дело, что лунатизм может стать одним из симптомов применения зелья... — Какого же? — быстро спросила Флинт, забыв о том, кого перебивает. Директор усмехнулся. — Минус десять баллов Гриффиндору, — он усмехнулся ещё шире, глядя, как вытягивается лицо Джул. — Таких зелий никак не меньше сотни, Джульетта. Флинт насупилась. Сначала она обиделась за факультет, но вспомнила, что они не в Хогвартсе, потом он назвал её этим именем, и если бы она могла язвить, то отняла бы за это баллы у змеиного факультета. — Не называйте меня так, сэр, — буркнула она. — Почему же? — искренне удивился Поттер. — На мой взгляд, очень красивое имя. Девушка пропустила мимо ушей комплимент и отпила немного из кружки, про которую совсем забыла. Шоколад был сладким и вкусным — как раз таким, чтобы улучшить настроение. — Вам бы понравилось, если бы вас назвали в честь четырнадцатилетней дуры, которая отравилась из-за первой несчастной любви? — наконец спросила она, вытирая губы тыльной стороной запястья. — Меня назвали в честь гея и евнуха, — парировал директор с каменным лицом, но во взгляде у него промелькнул смех. — Или в честь двух гениев. Ничто не имеет только одну сторону, всё зависит от того, какую мы выбираем. Джул хотела было что-нибудь ответить: согласиться или нет, но поняла, что подобные вещи не требуют никаких комментариев. Кроме того, с громким хлопком появился домовик и поклонился хозяину. — Сэр, — он протянул вперёд маленькую ладошку с зажатым в ней листком бумаги бирюзового цвета. — Мисс Малфой просила передать вам, что не успеет зайти утром. Внезапно Флинт ощутила себя лишней. В голове сразу всколыхнулось всё то, что она знала об истории этих семей, и появилось столько вопросов, задавать которые казалось неприличным и не к месту. Но женское любопытство брало своё, и она едва удержалась, чтобы не вытянуть шею и не прочесть ровные строчки. — Спасибо, Лори, — откликнулся директор и улыбнулся ему, после чего домовик исчез. Джул проследила за ним удивлённым взглядом — вспомнилось то недоумение, с которым она впервые увидела поттеровского слугу. — Вижу, что у вас есть ещё вопросы, мисс Флинт, не так ли? Поттер выдернул её из размышлений, и она смущённо кивнула. — Просто я всегда считала, что у тех, кто имеет отношение к Уизли, не может быть домашних эльфов, — осторожно сообщила она. — Этот дом принадлежал Блэкам, а те в своё время заключили специальный контракт, по которому в течение пятисот лет домовики сменяют друг друга после смерти, — объяснил мужчина, вставая со своего места. — Я удовлетворил ваше любопытство, Джульетта? Внешне он не подал виду, но гриффиндорка заметила, что он смеётся. Это было видно по зелёным глазам, которые хитро сощурились — в них плескалось искреннее добродушие. Тем не менее, девушка демонстративно раздражённо вздохнула и тоже поднялась, чувствуя, как страх постепенно уходит, уступая место обычной усталости и приятной истоме, которая навевала дрёму. Сейчас не хотелось думать ни о призраках, ни о Стеффани, ни о чём другом, кроме тёплой и желанной постели. Запоздало она подумала, что профессор мог подлить ей умиротворяющего бальзама, но так или иначе, больше всего она хотела вернуться в башню Гриффиндора. Собственно, директор осознал это её желание, когда ноги Джул подкосились на лестнице, и она едва не упала. — Пожалуй, не стоит пользоваться каминной сетью в таком состоянии, вас доставит мой эльф прямо в спальню, — проворчал Поттер, подхватывая ученицу под руки. Сил не было отвечать, и последнее, что Флинт успела запомнить — старый зелёный бархатный стяг, прибитый над входом в гостиную, на котором серебром было вышито: "Tojorus pur". *** Прошла почти неделя с того момента, как Джульетта посетила дом на площади Гриммо. Проснувшись с утра на следующий день, Флинт показалось, что произошедшее ночью приснилось ей, но потом она поняла — всё было наяву. И, прежде всего, призрак девушки, которая так отчаянно желала обрести покой. Именно поэтому Джул рьяно принялась разыскивать всё, что известно о призраках вообще и, конечно, Елене Райвенкло. Что и говорить, материала было много. Фрау Марта, сменившая на этом посту мадам Пинс, принесла ей огромную стопку и добавила, что на полке в глубине зала есть ещё, но Джул это не испугало. Не после того, как ей явился призрак, не виденный никем до неё. Впрочем, помимо всего объёма информации, найденной ей об Основателях, о Елене она знала по-прежнему крайне мало. Зато о её матери гриффиндорке довелось узнать то, чего она никогда не знала: например то, что корни самой мудрой волшебницы — греческие. Оттого она и выбрала имя дочери из тех, что так славились в древней Элладе. Хотя, мысль о её мотивах была достоянием исключительно автора того пособия, что так увлекло Флинт. Она сидела на диване в библиотеке и, не замечая времени, читала книгу. Артур, который нашёл свою хозяйку, уютно утроился в её ногах, время от времени лениво поглядывая на проходящих мимо других учеников. Тем временем Джул с интересом листала потрёпанный фолиант. Там рассказывалось о жизни Основателей до того, как они открыли школу. Годрик Гриффиндор славился своими ратными походами и многими победами, которым в книге было посвящено никак не меньше трёх глав. Устав от сложных названий и обилия имён, Джул начала переворачивать страницы и едва не упустила самое интересное. "Есть мнение, что именно в Озёрном крае Годрик Гриффиндор нашёл девушку, покорившую его сердце." Джул хмыкнула, вспомнив о родине. "Эта волшебница происходила из старинного рода, но, к сожалению, — маггловского. Сама же она была одарённой волшебницей и получила прекрасные и несколько специфические знания благодаря тому, что жила близ Корнуолла. Именно там она однажды встретила старую ведьму, передавшую ей свою книгу (некоторые источники утверждают, что это могла быть Моргана, но достоверного подтверждения не существует). Познакомившись с Основателем, она хотела отправиться с ним, чтобы помочь основать Хогвартс, но Ровена Райвенкло отнеслась к ней с недоверием, в основном из-за действия тёмных заклинаний, которые та использовала. Найденные записи утверждают, что запрет не подействовал на девушку, и тогда Ровена прокляла её, обратив против волшебницы её же магию. ( Об этом подробнее рассказано в "Балладе о походе"). Более о ней ничего неизвестно, кроме имени — Кэтрин Эрншо." Джул нахмурилась и закрыла книгу. Она по-прежнему ничего не знала о том, кем была её призрак, а теперь всё даже больше запуталось. Правда, больше её незнакомка не являлась — вот уже несколько дней Флинт спала спокойно и просыпалась по утрам в недоумении. Ей казалось, что теперь-то странная девушка не оставит её в покое, но та отчего-то пропала. Хотя это не значило, что она исчезла навсегда, и именно поэтому гриффиндорка продолжала свои нелёгкие поиски. Подхватив на руки кота, она направилась к выходу из библиотеки. Из высоких окон под потолком в огромный зал лились лучи солнца и опускались на шкафы, освещая пыль, что застыла в воздухе. Сегодня было тепло настолько, что Джул с наслаждением сменила натёршие за неделю новые туфли на любимые босоножки. Настроение было приподнятым, так что девушка решила пойти в гостиную окольным путём — по открытым галереям, где свежий воздух последнего из тёплых дней укутывал своим спокойствием. Солнце укладывало тени между колонн, и Флинт, как маленькая девочка, перескакивала с каждой светлой полоски на следующую, пока кот, сидящий на руках, не взглянул на неё укоризненно. Она пожала плечами и нахмурилась, услышав крики в конце коридора. Целая толпа студентов собралась у стены, и Джул, приблизившись к ним, приподнялась на цыпочки, чтобы лучше увидеть то, что так привлекло их внимание. Получилось плохо, но зато она заметила светлую голову Лорри, стоявшей прямо у серого камня. — Отстаньте, я ничего не сделала! Голос подруги почему-то срывался, и Флинт решила вмешаться: в конце концов в школе было достаточно людей, которые искали любой предлог, чтобы ощетиниться на сироту. Гриффиндорка, тихо извиняясь, пробралась между учеников, и её глазам предстала странная картина. Лорри, чуть не плача, с полными слёз глазами стояла, ссутулившись, и прижимала ладони ко рту. Но, конечно, быстро всё внимание Джул заняла стена, на которой готическим шрифтом было выведено: "Sanguinis est reatus". Надпись была сделана чем-то чёрным, с разводами и подтеками, которые лишь дополняли мрачный смысл фразы. — Кровь это вина... — прошептала Флинт себе под нос, а потом обратилась к Лорри, хватая её за руки, потому что та уже была на грани истерики. — Какого чёрта тут творится? Кто это сделал? — Я не знаю! — Никто не знает, — как-то философски откликнулся Джон Криви. — Но только этот вандализм реагирует на её прикосновения. — Что? — непонимающе нахмурилась Джул, взглянув на него и не обращая внимания на окружающих, которые что-то выкрикивали и пытались свести надпись с помощью различных заклинаний, впрочем, безуспешно. — Мы шли с тренировки по квиддичу, — охотно принялся объяснять мальчишка. — И увидели это, а потом она, — он кивнул на Лорри, — дотронулась до одной из букв, и вся краска словно ожила. Она начала двигаться и разливаться, а потом собираться в кучу. — Но я ничего не делала! — снова безутешно выкрикнула Лорри и добавила, обращаясь к подруге. — Помнишь, ты рассказывала мне про того сыщика из книжки, вот я и подумала, что смогу так же найти какие-нибудь следы преступления, но это произошло так внезапно, и я совершенно не понимаю... — Ври дальше, Нортон, — вставил стоящий рядом Генри Коннор, и Джул испытала огромное желание как следует пнуть однокурсника. Она обняла девушку за плечи и попыталась её успокоить, одновременно замечая, что её кот куда-то исчез. Почувствовав дружеское плечо, девочка со всхлипом уткнулась в него, а Флинт угрюмо спросила: — И что, никто не додумался позвать учителей? Директора? — Мы послали первака, только он видно заплутал по дороге, — почесал затылок Криви, но Джул не успела одарить его скептическим взглядом. Как по заказу, позади толпы учеников мелькнула темноволосая шевелюра. Студенты расступились, и Поттер прошёл к стене, хмуря брови и задумчиво потирая подбородок. Он провёл пальцем по одной из букв, и Джул заметила, что та оставила на его коже угольный след, который мужчина вытер о джинсы. — Что это, сэр? — робко спросила Лорри, вытирая ладонью покрасневшие щёки. Альбус хмуро взглянул на неё, закусив щёку — уже на уроках Джул успела заметить, что это признак некого замешательства её преподавателя, но ничего не ответил. Он приложил руку к стене — в свете заходящего солнца слабо сверкнул перстень на среднем пальце, — и что-то зашептал, прикрыв глаза. Все вокруг задержали дыхание, наблюдая, как съёживаются буквы и исчезают, словно позорное клеймо. Когда камень снова стал прежним, без намёка на следы краски, директор повернулся к своим ученикам. — Признаюсь, что источник данной магии мне незнаком, но её характер определённо содержит в себе мало светлого, не так ли? Думаю, что мы с остальными преподавателями разберёмся с этим. Многие уважительно взглянули на него и вновь расступились, на этот раз выпуская его обратно и наблюдая, как профессор стремительной походкой удаляется в сторону своего кабинета. — Ты заметила? — дёрнула Лорри Джул за рукав. Та вопросительно вскинула брови, и девочка пояснила, — Когда я коснулась этой надписи, она не оставила следов на моих руках. А его ладони были чёрными. Флинт пожала плечами, не зная, что ответить. Странное происшествие заставило её вновь подумать о таинственном призраке, хотя та показалась ей гораздо более дружелюбной. Что касается директора, то из её головы всё не шла картина, где он пьёт эссенцию собственной крови, разбавленной в кубке. Это ли не вина, о которой толковал загадочный адресат? *** Джул спустилась к завтраку в скверном настроении. Признаться, этой ночью она даже ждала увидеть свою мистическую незнакомку, но та упрямо не появлялась, оставляя за собой всё больше вопросов, а вот Флинт промучилась с бессонницей почти до самого утра и чувствовала себя ужасно. Сев за стол, она вспомнила, что забыла расчесаться, но тут же решила наплевать на это с Астрономической башни и стянула волосы в неряшливый пучок с помощью резинки, болтающейся на тонком запястье. Она налила себе кофе и уже взялась за блинчики, когда, обернувшись в поисках джема, увидела Лорри, сжимающую в руках газету. — Ло? — осторожно спросила Джул. — Что-то случилось? Она повернула голову к ней и с заминкой ответила, поведя плечом в каком-то неоднозначном жесте. — Старший Малфой умер. А теперь небольшой бонус к главе: http://royaldirewolf.tumblr.com/post/56245743682 Жду ваших отзывов, друзья!
Отзывы (5)