Игра теней

Когда Альбус вернулся в свой кабинет в Хогвартсе, он застал там чуть ли не весь преподавательский состав. Оказалось, что на этот раз всё произошло не в спальнях под покровом ночи, а во время воскресного обеда в Большом Зале. Невилл тут же хмуро взглянул на него и кивнул в сторону тахты, на которой лежала мертвенно-бледная Джульетта без сознания. Тёмные пряди разметались по золотой шёлковой обивке, а запястья безвольно лежали на груди так, словно она пыталась обнять себя за плечи. Кружевной воротничок был расстёгнут, видимо, кто-то пытался привести её в себя обычным способом, а подол плиссированной юбки беззастенчиво задрался. Наверняка мало кто заботился о её внешнем виде, доставляя сюда. — Она что, до сих пор не приходила в себя? — тихо спросил Поттер, присаживаясь на край её импровизированной постели и проверяя пульс. — Мы пытались Энервейтом и несколько раз, — в тон ему сообщил Невилл, оглядываясь на обеспокоенных учителей, которые шёпотом переговаривались у них за спиной. Все уже знали о странном послании, оставленном на стене неизвестным, и о том, что тайна этой метки всё ещё не раскрыта. Неудивительно, что такое состояние студентки не приводило их в восторг. Альбус поднялся и направился к профессорам, многих из которых ещё застал во время своей учёбы. — У мисс Флинт редкая форма магической комы, — с фантазией у Ала всегда всё было хорошо, так что он придумывал на ходу и очень талантливо. — К счастью, это мне по силам — вернуть её в сознание. Но пока будьте мне добрыми друзьями: позаботьтесь о том, чтобы меня никто не отвлекал, а остальные ученики оставались в спокойствии. Его заявление не произвело особенно восхитительного эффекта, но, по крайней мере, успокоило. Он всегда умел разговаривать в какой-то особой манере, внушая окружающим нужное доверие, которое использовал в собственных целях. В конце концов, учителя уступили ему и направились к выходу, и задержался только его собственный бывший декан, который за семь лет привык ко всему, что он мог провернуть. — Скажи мне, ты знаешь, что делаешь? — поджал губы Уоррингтон. Альбус закатил глаза. — Сэр, вы МакКошке так же говорили? — В её полноправное правление такого не случалось, — справедливо заметил мужчина и последовал за остальными, неодобрительно покачав головой. Остался только Невилл, который вопросительно взглянул на крестника. — Ты правда понимаешь, что происходит? Не сказать, что то, что Поттер выдал за правду, было далеко от действительности. Ал вздохнул, размышляя о том, что следовало залезть в голову этой девчонке, ещё когда она первый раз пришла к нему, и всё проверить. Но тогда он решил, что это всего лишь ночной кошмар, который та приняла за реальность, и просто заболтал её, напоив успокоительным. Смешно, но в тот вечер он показался сам себе примерным учителем. Если бы он знал, что всё так дерьмово и по-настоящему, то непременно бы воспользовался легилименцией. Что ж, теперь это сделать будет гораздо сложнее. Альбус приложил ладони к вискам Джул, которые в первое мгновение показались ему смертельно холодными, но он быстро пришёл в себя и сосредоточился на сознании девушки, всё норовившее ускользнуть от него. Поттер чувствовал страх, который от неё передался ему, но он упрямо отринул его и продолжил. Дальше попадались какие-то разрозненные воспоминания: вот она, девочкой бежит по склону высокого холма, влетает в объятия брата, и они вместе, хохоча, катятся вниз. Следом, картинка сменилась, и вот, та же малютка с двумя косичками и узнаваемыми глазами сидит на знакомой табуретке за минуту до того, как шляпа громко оглашает:"Гриффиндор!". Череда других воспоминаний мелькнула ещё быстрее, он словно пытался избавиться от них поскорее. Всё это время он продолжал звать её по имени, настойчиво отгоняя ужас, сковавший Джул и не дающий ей вернуться. Он не понимал, что не даёт ей этого сделать, пока не дошёл до последнего, что она видела. От удивления Альбус едва не потерял связь, потому что мелькнувшее лицо Офелии показалось ему отрывком собственного притягательного сна, что мучил его каждую ночь. Но, тем не менее, это была она, хотя едва ли её бы узнали те, кто не знал её при жизни — призрак выглядел неважно, насколько вообще призраки могут хорошо выглядеть. Она что-то говорила, и Ал попытался разобрать что, но не вышло, и он продолжил звать Джульетту ещё более настойчиво, думая, что на этом всё кончилось. Но он ошибся. Практически следом за его невестой, без времени почившей, появилась другая девушка, черты которой были куда более различимы, но директор не знал её. Она была красива и изящна, даже прекрасна, но в лице, движениях и глазах читался какой-то недобрый оттенок, словно дьявол нашёл ангельскую работу недостаточной и прибавил её образу своих красок. Тёмные зрачки блестели, горели необъяснимым огнём, губы кривились в усмешке, и она то и дело гордо вскидывала голову, откидывая локоны на спину. Она приблизилась к Джул, повторяя что-то раз за разом, яростнее и жёстче, после чего всё вдруг пропало, только вдалеке брезжил свет. Ухватившись за него, как за новую надежду, Альбус продолжал звать, уговаривая девушку так, как бывало сестру, когда та не хотела спускаться к завтраку. Он хотел, чтобы это выглядело как можно спокойнее и яснее для неё, потому что по-прежнему чувствовал страх и ужас. Наконец, она поддалась, Ал почувствовал это сразу и прекратил попытки, вынырнув из её сознания. Обычный солнечный свет тут же ударил по глазам, и мужчина зажмурился, потирая переносицу. Невилл же сразу бросился к Джул, которая резко вздохнула и распахнула веки, озираясь вокруг так, будто только родилась. — С возвращением в мир живых, — буркнул Поттер, и тут же спохватился, заметив, что на её глаза наворачиваются слёзы. К чести Флинт надо сказать, что она подавила желание разрыдаться и закусила губу, тяжело втягивая воздух через нос. Лонгботтом посмотрел на него так, словно хотел приложить его чем-нибудь тяжёлым, а затем сразу обратился к студентке. — Как ты себя чувствуешь? — Лучше, — хрипло пробормотала она, садясь на тахте. — Почему у меня ощущение, словно кто-то копался в голове? — Легилименция, слышали о ней, Джульетта? Она подарила Альбусу колючий взгляд, и на мгновение, когда глаза, похожие на тёмные омуты, смотрели на него так дерзко — ему стало не по себе. Но он быстро взял себя в руки, списав это на шок, тем более что у него всё не укладывалось в голове, как Офелия оказалась тем самым таинственным призраком. — Просто, чтобы вы знали, профессор — это запрещено законом, — Джул сверкнула глазами. Ого, она ещё смеет спорить с ним! Вследствие этого факта Ал начал раздражаться, хоть внешне пытался сдержать проявление смешанных чувств и искреннего замешательства. — Ну, ради такого случая, блюстительница порядка, я думаю, ты не обидишься на меня, потому что я спас тебе жизнь, — проговорил он, медленно склоняя голову набок. Наступила тишина, во время которой Невилл обеспокоенно смотрел на них обоих, а Джул, в конце концов, не выдержала и потупила взгляд. Альбус хотел добавить что-нибудь язвительное, в духе того, как они обычно разговаривали с братом, но остановил себя. Вместо этого он спросил уже другим тоном, не замечая того, что начал разговаривать на "ты". — У тебя есть проблемы с сердцем? Аритмия, тахикардия? — Какое это имеет значение? — непонимающе спросила Джул, снова поднимая на него взор. — Все медиумы с врождённым даром имеют сердечные болезни, это вроде как проклятие, — теряя терпение, быстро объяснил Ал и пытливо взглянул на девушку. — Так что? Та нахмурилась и скинула ноги с тахты, поправляя одежду. — Почему вы спрашиваете меня об этом только сейчас? — спросила вдруг она и продолжила с нарастающим раздражением. — Почему не в первый раз? — Кстати, да, — включился в разговор Невилл, обращая всё внимание на крестника, который тут же шумно вздохнул, закатывая глаза. — Почему? — Да или нет? — Вы не поверили мне? В голосе Джул прозвучало не столько обвинения, сколько жгучей обиды. На минуту Ал даже почувствовал вину, но быстро отмахнулся от ненужных угрызений совести и лишних чувств. Что в них толку, когда всё уже позади? Нужно думать о будущем, нечего размышлять о том, чего не вернуть. Услужливый внутренний голос, правда, ехидно напомнил, что сам Поттер допускает немало исключений для этого правила. — Я решил, что тебе это приснилось, — признался он и тут же добавил. — Будем разыгрывать твоего нелюбимого Шекспира по ролям или ты мне всё же ответишь? Грффиндорка, похоже, совсем забыла, где находится и что за разговор ведёт, потому что резко встала, при этом морщась. — Аритмия, — выплюнула она, завязывая свои шёлковые волосы в хвост на макушке. Потом Джул развернулась, кивнув декану, вскинула подбородок и добавила, поджимая губы. — Благодарю вас, сэр, за необычайную заботу. Но знаете что? Ничего бы этого не было, если бы вы поверили мне сразу. Она стремительными шагами направилась к двери, ведущей из кабинета. Так как комната была просторной, Ал успел сообразить, чтобы окликнуть её, потому что не узнал ещё и малой толики того, что хотел. — Джул? Флинт обернулась, и Альбус не успел заметить, что на её лице играла робкая надежда на что-то, сменившаяся тем же мрачным недовольством, как только он продолжил. — Вторая девушка, которую вы не видели прежде. Она называла своё имя? Джульетта раздумывала несколько секунд, перед тем как ответить, но, тем не менее, неохотно бросила, исчезая в проёме. — Орнелла Феллини, так её зовут. Ненадолго здесь снова воцарилось царство безмолвия, но Невилл быстро встал, неловко кашлянув. Он любил своего крестника не меньше дочери, но боялся он за него гораздо больше. Мужчина знал, какой потенциал есть в этом человеке, и мог себе представить, как он может отозваться в случае дурного с ним обращения. Поэтому он похлопал его по плечу, раздумывая, что сказать, чтобы это действительно могло помочь. — Знаешь, Дамблдору помогали лимонные дольки, — вдруг сказал он. — Ну от всех этих школьных стрессов. МакГонагалл вязала, но не думаю, что это твоя история. — У меня аллергия на цитрусовые, — уныло ответил Альбус, тоже вставая. — Тем более, что я терпеть не могу сладости. Слабая улыбка коснулась губ Лонгботтома, и он вздохнул, всем своим видом показывая, что сделал всё возможное. — Пойду следом за Джул, — наконец, добавил он. — Она в состоянии аффекта, и ей кажется, что она хорошо себя чувствует, но насколько я могу разбираться — это далеко не здорово отразится на здоровье, то, что случилось. — Просто налей ей умиротворяющего бальзама и горячего шоколада, — вяло откликнулся Ал. — Работает безотказно. Когда гриффиндорский декан скрылся за дверью следом за своей ученицей, Поттер устало помотал головой, пытаясь отогнать странное видение из воспоминаний Джульетты, которое сразу всплывало перед глазами, как только он закрывал их. После он сосредоточился на имени, которое назвала девушка, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь о семье Феллини, но безуспешно. Поэтому он подошёл к шкафчику с потайной дверцей и вынул оттуда умело скрученный косяк, появлением которого был обязан Роуз, много чего привезшей ему из Индии. Заперев дверь заклинанием, он поджёг свой способ избавления при помощи палочки и с наслаждением затянулся, чувствуя, как что-то приятное разливается по телу, а дым наполняет лёгкие. — Я уже придумал тысячу достойных комментариев для этой картины, но всё никак не могу выбрать из них самый подходящий, — нарушил его забвение низкий и полный сарказма голос. — Всё сомневаюсь между закатом Хогвартса в виде поттеровского наркоманского отродья и... Нет, впрочем, этот мне нравится. — Я ждал тебя, — больше мурлыкнул, чем сказал Альбус и оглянулся на портрет позади него, на котором расположился угрюмый волшебник, сложивший руки на груди и презрительно взирающий на своего приемника. — Есть парочка вопросов, Северус. Где ты был? Он успел познакомиться со всеми портретами ещё в августе, когда только приехал сюда, но с этим у него сложились особенные отношения. За всё время учёбы в Хогвартсе ему ни разу не удалось поговорить со своим тёзкой, но зато теперь возможностей предоставлялось гораздо больше. Сперва профессор не желал иметь ничего общего с "наглым мальчишкой, лишённым всякого представления о должности преподавателя". Но после, когда тот продемонстрировал свои недюжинные способности в зельеварении, сварив прямо при нём напиток Живой Смерти, в котором за секунду растворилось яблоко, Снейп стал более благоволить к нему. Впрочем, это сводилось лишь к тому, что он изредка разговаривал с Поттером, язвительно советуя сделать ему то или иное. Нередко советы оказывались дельными, и Ал даже попытался поблагодарить, но ответом ему был такой взгляд, что он тут же затыкался. — Я был в Мэноре, — недовольно ответил Северус. — Если ты хотел спросить о Малфоях, то они в относительном порядке, хотя я не видел Ванессы, видимо, она была... — Со мной, да, — отозвался Ал, с неудовольствием отмечая, что наслаждение и беспечность начинают пропадать, сменяясь естественными чувствами: опостылевшей мигренью и плохим настроением. — Надеюсь, ты там не высказывал своих догадок вслух? — У бедной девушки и без того полно проблем — она влюблена в тебя, — в том же тоне ответил портрет. Альбус картинно широко улыбнулся, повернувшись к Снейпу лицом, давая понять, что оценил юмор. Потом вспомнил о своих внезапных неприятностях и продолжил разговор. — Тебе что-нибудь говорит имя: Орнелла Феллини? Сомневаюсь, правда, что... — Конечно, — фыркнул Северус, перебивая его. — Это имя было практически у всех на языке в школе, когда я вернулся на шестой курс в Хогвартс, так что оно мне опротивело даже при том, что я ни разу не видел её обладательницу. — Что ты знаешь? — облизнул губы Поттер, сразу как-то напрягаясь. Собственно, его привычное состояние, когда предполагалось, что он услышит нечто крайне важное. — Мало, — недовольный таким настырным вниманием, ответил Снейп. — И всё же? — настаивал нынешний директор, зная, что всегда нужно лишь хорошо постараться, чтобы добиться желаемого. И старый профессор сдался. — Из-за неё Сириус Блэк сбежал из дома в шестнадцать лет, — неохотно поделился Северус, говоря об этом так, словно о смерти шелудивой собаки. — Я вспоминаю лишь обрывки слухов, что дошли до меня. Все мои однокурсницы чуть ли не в голос проклинали незнакомку, совратившую этого кобеля, но она никогда не появлялась в Хогвартсе. Все решили, что Блэк познакомился с ней на каникулах и из-за этого поссорился с матерью, а потом полгода ходил то как в воду опущенный, то так, словно с цепи сорвался. Бешеный, одним словом. Ал хмыкнул, представив себе, как моложавая копия Снейпа сторонится Блэка, бегущего по коридору с пеной у рта. Картина получилась живописная, что и говорить. — Я так понимаю, что больше тебя его личная жизнь не интересовала, — протянул Альбус, прикрывая глаза. — В любом случае, спасибо. Он медленно поднялся с края стола, на котором устроился, и направился к умывальнику, чтобы плеснуть себе холодной водой в лицо и попытаться прийти в себя. — Поттер? Ал обернулся и вопросительно вскинул брови. — Думаю, что она была магглорождённой или полукровкой — вряд ли иначе Вальбурга Блэк закатила бы подобный скандал, — задумчиво добавил Северус. — Как бы там ни было, тебе стоит обратиться в архив. Благодарно кивнув портрету, мужчина в задумчивом замешательстве взглянул в окно. И отчего мозаика калейдоскопа всё никак не сложится в картину? *** Гриффиндорская пара у Альбуса была последней в понедельник, и на ней он уже откровенно отдыхал: ни он, ни ученики ничего не писали, полностью отдаваясь практической части. К этому времени все уже овладели патронусом, и, когда профессор решил проверить их умения, кабинет тут же осветился множеством серебряных огоньков, которые принимали очертания животных. Покончив с этим заклинанием, они принялись за повтор дуэльных. Точнее, как к своему неудовольствию заметил Альбус, учение заклятий. Складывалось ощущение, что прошлые два года прошли для студентов во сне или вроде того, потому что практически каждое из названий, что он говорил, становилось для них сущим открытием. — Ладно, Вуд, — он позвал гриффиндорца, который покосился на него не особенно храбро и встал, поведя мощным плечом загонщика. — Какое лично у вас преимущество перед противником? Ким потоптался на месте, хмурясь и кусая губы. Молчание затянулось, и Ал тяжело вздохнул. — Мисс Финниган? — Я быстро бегаю, сэр, — мило улыбнулась блондинка, и её товарки захихикали. Поттер склонил голову, чтобы видеть проход. — Не уверен, что на этих каблуках, которые надеты на вас сейчас, в принципе возможно осуществлять движение. Они вообще предусмотрены школьной формой? Альбус знал, что будь здесь сейчас Джеймс, он смеялся бы долго и в голос над его потугами изобразить из себя праведного директора или вообще преподавателя, но он хотя бы попытался. — Я могу поспорить на галеон, что даже сейчас бегаю быстрее Вуда, профессор, — безразлично ответила Стеффани, успев между делом закатить глаза, когда вопрос зашёл о её внешнем виде. — Если бы в Хогвартсе был предусмотрен ипподром, это значительно облегчило бы нам жизнь, но, увы, — усмехнулся Альбус и кивнул ей. — Может быть, я услышу сегодня ответ адекватный нашей теме урока? Иначе не видать Гриффиндору кубка в этом году. Но ученики не поддавались на провокации и упрямо продолжали молчать. Взгляд Поттера скользнул к последней парте, где Джульетта склонилась над своим альбом, совершенно не обращая внимания на то, что творится на уроке. Она выглядела гораздо лучше, чем тогда, в его кабинете, но всё равно очень уставшей: тёмные круги под глазами, бледность, которая, впрочем, была ей к лицу. — Сэр? — позвала его русая девочка с первой парты, имя которой он не успел запомнить. Нет, вспомнил. — Да, мисс Моэм? Девочка просветлела, услышав своё имя, и чинно начала ответ. — Мне кажется, что моим главным преимуществом в поединке с противником мог бы стать мой малый рост — я могу быстро найти себе укрытие благодаря этому. Хотя я считаю, что если у человека нет достаточных знаний, то он не продержится и минуты в бою, каким бы подходящим сложением не обладал. — Десять баллов Гриффиндору, Катрина, — откликнулся Альбус, складывая руки на груди. — Что ж, вы правы и мне нечего добавить, кроме того, что на следующем уроке, мы с вами будем возвращаться к заклинание Редукто, и я хочу прочесть ваши прекрасные сочинения в два, нет... Ученики замерли, смотря на него с мольбой в глазах, но он безжалостно закончил. —... три фута длиной. Никто не пытался подавить разочарованных вздохов, и Поттер только довольно улыбнулся, садясь на своё рабочее место как раз в момент, когда прозвучал гонг. Все торопливо бросали перья и пергаменты в сумки, спеша, наконец, закончить тяжелый первый день недели, который тянулся так медленно. Ал близоруко прищурился, разглядывая разношёрстную толпу учеников, столпившихся у выхода, и позвал: — Мисс Флинт? Задержитесь, пожалуйста. Девушка услышала его и развернулась с равнодушным выражением на лице. Подойдя ближе, она сцепила руки в замок и склонила голову, а Альбус тем временем озаботился поисками учебного плана, который каждый раз имел свойство теряться. — Сэр? — она вскинула брови, когда он даже спустя минуту продолжал копаться в бумагах на своём столе. — А, Джульетта, — он надеялся, что она снова так забавно насупится и найдётся повод посмеяться, но она только тяжело вздохнула. — Как ваши призрачные друзья? — Живут и процветают за мой счёт, — ровным голосом ответила Джул, хотя он заметил, что в её глазах промелькнуло что-то совсем тревожное. — Это всё? Некоторое время он смотрел на неё, борясь с желанием бросить эту гордячку на произвол судьбы — пусть сама разбирается со своими проблемами. Потом вспомнил её странный припадок, Офелию и решительно отмёл этот вариант в сторону. — Ладно, Джул, сядь, — сдался он и тяжело вздохнул, кладя руки на стол ладонями вниз. — Имей в виду, я делаю это очень редко. Гриффиндорка вопросительно взглянула на него. — Я прошу прощения, — выдавил Альбус так, словно его заставили выпить костерост. — Я должен был поверить тебе, как любой нормальный педагог, как мой крёстный, в конце концов. Надеюсь, на этом твой бойкот окончен? Она неуверенно посмотрела на директора, мигом растеряв всю свою напускную холодность. Видно было, что ей есть, что рассказать, и больше всего она хочет поделиться этим. —Она приходила вчера, та, вторая. И опять кричала своё имя и требовала, чтобы я вернула ей её счастье. По-моему, она безумна. — Не думаю, что у призраков вообще есть мозги, — справедливо заметил Ал и добавил. — На её счёт я нашёл кое-что: вот, отправил запрос в атриум. — Разве она англичанка? — с сомнением спросила Джул. — Мне показалось у неё акцент, да и фамилия итальянская. — Верно, — кивнул Поттер. — Именно поэтому меня перенаправили к римскому министерству, и там уже я получил справки. Он вытащил папку из стола, кладя её перед Флинт. — Орнелла Феллини родилась в 1961 году, отец — магглорождёный, — проговорил он, наблюдая, как глаза гриффиндорки жадно изучают строчки. Она перевернула страницу и вдруг застыла, поражённая чем-то. Потом медленно подняла голову с каким-то странным выражением на лице. — Здесь сказано, что девичья фамилия её матери — Эрншо, — сказала она. — Ничего удивительного, это старый волшебный род, он имеет прямое отношение даже к семье вашей однокурсницы, мисс Финниган. У него много ветвей, некоторые даже неизвестны, — своим преподавательским тоном начал Поттер, но девушка перебила его. — Сэр, — нетерпеливо начала Джул, чьи щёки даже покраснели от возбуждения, а глаза заблестели, — что вы знаете о первой Эрншо? Впервые в жизни Ал почувствовал себя по-настоящему униженным, потому что для него это была всего лишь фамилия. Анимированное дополнение спефциально для вас: http://royaldirewolf.tumblr.com/post/56703629164 Следующей главой будет флешбек во времена Мародёров, друзья!)