Игра теней

— Уверена, что это хорошая идея? — с сомнением спросила Нортон, глядя на верхушки елей, которые росли в Запретном лесу. — Нам следует больше воздухом дышать, — натянуто ответила Флинт, но блондинка видела, что у неё есть более весомые причины, чтобы позвать Лорри с собой. — Хочешь сказать, что в замке я дышу углекислым газом? — проворчала девочка. В ответ она получила взгляд, полный укора, и только пожала плечами. Просто прибавился ещё один вопрос к огромному клубку, который поселился в её голове. Вокруг Лорри всегда существовало множество вещей, которых она не могла понять. Ей не удавалось осознать, что может случиться, чтобы оставить своего ребёнка казалось нормальным. Ей было трудно принять то, что она волшебница, но с этим, благодаря детскому воображению, она справилась относительно быстро. Но её дар... Это было и вовсе за гранью даже приблизительного понимания. И единственное, что девочка знала абсолютно точно — ей нужно что-то делать с этим, пытаясь не бояться. Да, пожалуй, мысль о страхе преследовала её все время, и она повторяла про себя как мантру гриффиндорскую часть гимна школы, чтобы вселить в себя хоть частичку храбрости. Это сработало, когда она увидела окровавленного ловца: её тянуло к этому месту, чтобы помочь человеку, словно иначе она поступить не могла. И, совладав с дрожащими руками, она собрала силы в кулак, чтобы сделать всё возможное и нет. А уже после она стала плохо спать, хотя раньше с ней такого не случалось. Она знала, что у Джульетты всегда были проблемы со сном и, ощутив на себе, какого это, искренне пожалела подругу. Ей снились собственные руки в крови, и Мерлин знает, в чём ещё. Это ужасало Лорри, и последние дни она боялась того, что вечер скоро наступит. Она остановилась на минуту, чтобы поправить гетры, выглядывающие из сапогов, и улыбнулась, подняв голову. Джул остановилась под большим платаном, который неведомым образом вырос здесь, чтобы собрать его яркую листву, окрашенную талантливым художником в осенние цвета. Лист ложился к листу, и вскоре в её руке оказался зажатым целый веер. Наблюдая за этим занятием, Лорри улыбнулась: всё-таки было прекрасно осознавать, что некоторые вещи остаются на своих местах. Она подошла ближе, сорвала какую-то травинку и сунула её в рот, заставляя и Джул усмехнуться. — Знаешь, кажется, я должна кое-что сказать тебе, — вдруг сказала Нортон. — По школе слухи ползут, что, мол, ты оценки у Поттера клянчишь или в шпионки к нему заделалась. Что-то из этого или даже хуже. Джул посмотрела на неё так, словно ничего не услышала, и горько усмехнулась. — Было бы странно, если бы этого не случилось. Это школа, Ло, я уже привыкла. — Но ты же не можешь отрицать, что по-настоящему странно другое, — многозначительно хмыкнула девочка и вскинула брови. Флинт глубоко вдохнула холодный лесной воздух, глядя прямо перед собой, а Нортон нахмурилась. Ей было бы легче, если бы подруга просто разозлилась из-за сплетен, но такое таинственное поведение заставляло насторожиться. — Всё очень сложно, — тихо сказала Джул и сделала шаг вперед, увидев на моховой кочке какой-то особенно привлекательный лист. Лорри тем временем замерла. Обычно, такие вещи говорились редко и в маггловских фильмах, которые Нортон так любила, и они означали одно: тайный роман. — Срань драконья, не говори только, что вы с профессором... — она замялась и взмахнула руками. — Мы — что? — непонимающе нахмурилась Джул, а потом закатила глаза и поджала губы. — Я похожа на такую идиотку? — Это риторический вопрос или ты правда хочешь знать моё мнение? — хихикнула Нортон и заслужила тычок под рёбра от Джул. — Ладно, если не хочешь выслушивать от меня теории вашего заговора, то расскажи всё сама. — Только... Постарайся понять, хорошо? Я имею в виду, что для меня всё это ещё слишком трудно, поэтому любой, ну, знаешь, намёк на недоверие, и я буду чувствовать себя ещё хуже. О, недоверие. Лорри знала об этом лучше девчонки, выросшей в волшебной семье и никогда не знавшей насмешек со стороны магглов, которые просто не могли понять... Лорри на секунду запнулась в собственных мыслях — она увидела, как сама стоит на той же позиции, только по отношению к своему дару. — Всё началось, когда я вернулась в школу, — со вздохом начала Джул и отвлекла её от этих мыслей. Её история была длинной и таинственной, похожей на ту звёздную томную ночь, когда Нортон впервые оказалась в Хогвартсе. Озеро, лодки с фонариками и замок, скрытый под покровом тьмы — всё казалось таким притягательным и загадочным, хоть даже и опасным. Истории Эрншо взволновали её. Она беспокоилась за Джул, потому что в самом деле, кто знает, удастся ли ей справиться с тревожным духом проклятой волшебницы? К концу рассказа у Лорри уже кружилась голова от подробностей, а кроме того, начинало темнеть. Заметив это, она взяла Джульетту за руку и потянула в сторону замка. — Я верю тебе, — улыбнулась Нортон. — А ещё верю мистеру Поттеру — он, кажется, профессионал. — Такими темпами придется открывать новый отдел в министерстве — вызов призраков на дом, — пробормотала Джул, а потом замолчала ненадолго. — Знаешь, спасибо. Мне стало гораздо легче. — Эм, да не за что, — улыбнулась Лорри. — То есть, конечно, я всегда готова тебя выслушать. — Тогда у меня есть ещё кое-что, чтобы сказать тебе, — с заминкой ответила Флинт и остановилась. — Ким рассказал мне, что ты вылечила раненого, когда на вашем занятии появился Джеймс и... Я подумала, может быть, ты посмотришь, что можно сделать с Мартином? Нортон внезапно почувствовала, как спазм подступает к горлу, а одна неверная мысль, и слёзы потекут из глаз. Она будто шла по минному полю, где всё напоминало ей о том, что у неё в руках зажата спичка, и она не знает, что с ней делать. Как поступить и куда идти. — Слушай, тогда всё было, как во сне для меня, — попыталась она объяснить. — И я не думаю, что смогу помочь, наоборот, у меня устойчивое предчувствие, что я причиню только вред твоему брату. Джул молчала, кусая губы. Кажется, она тоже была на грани, и на ресницах уже дрожали хрустальные капельки, но она совладала с собой и улыбнулась против воли. — Значит, нам нужен другой путь, — сказала она и сжала руку подруги. — Я доверяю тебе не меньше, чем ты мне, помни об этом, ладно? — Замётано, — улыбнулась Лорри и хитро добавила, с облегчением чувствуя, как тяжесть отступила. — Старший Поттер стал Джеймсом? Надо же, у тебя появляются такие влиятельные.. хм, друзья. Нортон поиграла бровями, Джул не удержалась и хихикнула. — На самом деле, он полный придурок и ведёт себя, как ребёнок, — призналась Флинт и добавила. — Хотя я допускаю возможность, что он играл на публику, то есть для меня. В этом они с нашим профессором удивительно похожи. — Я не знаю его настолько хорошо, — подколола подругу Лорри и заслужила почти весёлый взгляд. Они вошли в школу, где уже зажглись факелы, создавая непередаваемое ощущение торжественности у каждого, кто входил под своды холла. Девочки переглянулись, когда почувствовали соблазнительный запах еды, тянущийся из Большого Зала, и Лорри была готова признать, что после такой прогулки даже обычный ужин доставляет куда больше удовольствия. За столом Гриффиндора было мало народу — возможно оттого, что многие сочли время для ужина слишком ранним, ведь сумерки едва опустились на замок. Впрочем, Лорри только нравилось, когда в зале меньше народу, потому что в противном случае ей периодически вспоминался приют. Будучи страшно голодными, девочки наложили себе в тарелки, полные картошки, ещё по куриной ножке и салат. Джул потянулась за куском хлеба, сокрушаясь: — Мерлин мой, ещё пара таких ужинов или завтраков и я начну превращаться в бегемота! Лорри только закатила глаза, выражая этим одновременно и недовольство, и сомнение, потому что её рот был занят едой. Она как раз протянула руку за салфеткой, чтобы вытереть губы, как в столовую прибежал первокурсник со Слизерина — Тео Забини и, запыхаясь, быстро оглядел зал. На удивление Нортон, заметив её, мальчик обрадовался и припустил к гриффиндорскому столу. — Вас двоих директор вызывает, — ребёнок забавно картавил, что смотрелось очень нелепо совместно с его чистокровной выправкой, холодным взглядом, и Ло подавила улыбку. Но эта мысль быстро сменилась беспокойством: в отличие от Джул, Нортон не была частой гостьей мистера Поттера. Мысленно она сразу перебрала возможные свои промашки, в числе которых было последнее эссе по ЗОТИ, но даже оно не подходило под характеристику "проступков". Впрочем, вместе с этим в гриффиндорке загорелся интерес, потому что побывать в месте, о котором ходили легенды среди учеников, было бы милым приключением без последствий. Хотя о последнем она бы не стала заявлять слишком громко — как говорится, не гони гиппогрифа, не поклонившись ему. Флинт прихватила свой букет со стола, и они вместе отправились к выходу из Большого зала. — Есть хоть какие-нибудь идеи? — спросила Джульетта шёпотом, хотя вокруг никого не было. — Ни единой, — помотала головой Лорри. — А у тебя? — Я бы подумала, что он нашёл что-нибудь для меня из-за Эрншо или всего этого, но зачем нужна ты в таком случае? Нет, скорее всего, это что-нибудь другое, — задумчиво ответила Джул. — Знаешь, вчера я заколдовала стул Стеффани на трансфигурации, но... Ты опять же не при чём. — Серьёзно? — вскинула брови девочка. — Королева упала с трона? — Не то, чтобы так прямо, — замялась Флинт. — То есть да, упала, но после того, как я превратила эту деревяшку в котёнка. — Ты такая жестокая, Джули, — деланно разочарованным тоном проговорила Лорри, а встретив непонимающий взгляд, добавила. — Мучаешь бедных животных почём зря, не удивлюсь, если их призраки тоже начнут тебе являться! — Зато мне дали пять очков за успешную демонстрацию непосредственно темы урока, — развела руками подруга. — Вообще-то десять, но сняли за то, что Стеф вопила как... — Вопиллер? — Самка книззла в брачный период, как-то так, — прищурившись, ответила Джул, и девочки рассмеялись. Они пересекли большую часть замка и оказались в преподавательском крыле, где и находился директорский кабинет. Едва они завернули за угол, чтобы выйти в коридор по направлению к вышеупомянутой комнате, как замерли, словно громом поражённые. У восточной стены выстроились пять парней, одетых в одинаковые тёмные мантии, подбитые мехом и наглухо застёгнутые. Они как один повернули свои бритые головы в сторону вошедших девушек, а те только продолжали ошеломлённо пялиться на них. — Ээ, привет, — промямлила Джул и, схватив Лорри за руку, потащила её к кабинету. Та едва успела заметить, что один из незнакомцев не стоял по стойке смирно и привалился к стене. Он повернулся к ней в тот момент, когда она уже подбегала к горгулье, поэтому Нортон не смогла толком разглядеть его. — O tempora, o mores, — быстро сказала Флинт, и её подруга нервно хохотнула. — Он преподаёт в школе только месяц, а уже успел разочароваться в нашем поколении, — улыбнулась Лорри, пока они поднимались, но Джул только отмахнулась от девушки. — Ты знаешь, я не уверена, но мне кажется, что этот запас тестостерона прибыл из Дурмстранга, — сказала она. — Может, мистер Поттер хочет выдать тебя замуж по-быстрому, чтобы ты досталась кому-нибудь в комплекте со своими призраками, а я тут на правах подружки невесты? — невинно предположила Ло, берясь за ручку двери, и успела поймать взгляд Флинт, который прямо говорил: "Не смешно". В кабинете было просторно и светло, а ещё очень чудно — словно кто-то перед этим нарочно убирался слишком тщательно, чтобы убрать всё подозрительное. Но на это Лорри не успела среагировать, как и на остальной интерьер, потому что с кресла у камина встал директор и фальшиво улыбнулся им, что Нортон распознала сразу. — Лорри, дорогая, я хочу тебя кое-кому представить, — сказал он и взглянул на Джул. — Я хочу, чтобы мисс Флинт была с тобой, так как я уверен, что этот разговор дастся легче, если с тобой будет друг. Подобное начало было не лучшим, потому что заставило Нортон сглотнуть и вскинуть подбородок, что означало крайнюю настороженность. Она походила на зверька, который тянет носом воздух, чтобы учуять чужой запах, и сбежать прежде, чем его обладатель набросится. Так она была воспитана. Лишь раз в её жизни глобальные новости оказывались добрыми, и Лорри не хотела обольщаться. Из-за гардины, за которой стоял стол директора, вышла статная женщина в преклонном возрасте, и Джул прикусила губу от нахлынувшего странного чувства: незнакомка была слишком похожа на её подругу. Она оглядела девочек очень пристально, особенно Нортон и, спустившись по небольшим ступенькам, подошла ближе. При свете камина Ло лучше рассмотрела благородные, чёткие, словно нарочно прорисованные черты лица, по которым нельзя было прочесть эмоций, как и в синих глазах, не потерявших своего цвета, несмотря на возраст. Волосы женщины были подняты наверх и собраны в узел, а в ушах мерцали тяжёлые серьги. Мантия её была необычной — тяжелый кремового оттенка лён и кружевные вставки заставляли Лорри то и дело рассматривать причудливые узоры, к которым она всегда питала слабость. — Княгиня Ольга Строганова, — представилась гостья. *** Это было похоже на сон или кошмар, Лорри ещё не решила. Может быть, даже на странную дешёвую комедию, а возможно и всё сразу. По мере того, как она узнавала, что является внучкой странной мадам, Нортон проникалась противоречивыми чувствами к этой женщине. С одной стороны, она была единственной семьёй, что была у девочки, точнее, появилась. Но история о том, как она изгнала из рода собственную дочь за то, что та не согласилась выйти замуж по законам общества, где родилась, заставляла Лорри раздражаться и видеть во всём подвох. — Простите, мэм, если мой вопрос покажется вам дерзким, но что заставило вас изменить своё мнение? — спросила Джул, успокаивающе сжимая плечо Нортон, которая с облегчением выдохнула, когда подруга озвучила её собственные мысли. — Бог справедливо наказал меня за жестокость, — после секундного молчания медленно ответила женщина. — Я потеряла двух своих сыновей и осталась одна, последней из своей семьи. Меньше всего на свете я хотела бы передать наследство и знания тем, кто не имеет нашего настоящего дара. У Лорри сложилось устойчивое ощущение, что кто-то ударил её молотом по голове, потому что иначе никак не объяснить то, что творилось с ней. — Какой... Дар целительства? — в замешательстве спросила девочка, подаваясь вперёд. — Конечно, именно поэтому наследники нашей фамилии так ценны — впрочем, не все, — с достоинством ответила женщина. — Наш род даже слишком древний, дорогая. Он берёт начало от знахарей древних варягов, которые пришли на Русь со своими предводителями и стали князьями в новой стране. Не знакомые с историей девочки только хмурились, пытаясь свести мизерную информацию, которую знали, к тому, что помогло бы создать общую картину. Зато директор, видимо, только подтверждал свои догадки, слушая русскую. — Позже, они приняли крещение, так как были преданны княгине и моей тёзке, — голос Ольги идеально подходил для рассказа подобных историй, потому что каждый звук казался особенно интригующим. — Вера в наших краях обязывает многому, и, прежде всего для нас — использованию исключительно светлой магии. Именно поэтому мы обрели этот дар небес, который можем передавать потомкам: исцелять людей. И из-за своей гордости... Я сделала всё, чтобы он исчез, оставшись без детей. Но теперь, я намерена исправить свои ошибки. Она замолчала, и Лорри чувствовала, что в этих словах, произнесённых с заметным акцентом, каждая буква полна искренности. — Ты мой последний шанс, Вера. Гриффиндорка поняла, что не может произнести ни слова. Всё вокруг неё словно замерло, и ей оставалось только пользоваться тем недолгим моментом, пока она ещё не может оглашать своего мнения. Той короткой секундой, что она была ещё Лорри Нортон, у которой было совсем мало проблем. Она словно ощущала, как меняется жизнь вокруг неё, о чём раньше читала лишь в книгах. Казалось, что кто-то остановил время и поменял картинки вокруг неё за считанные минуты, тогда, когда это должно происходить в течение многих лет. Перед ней стоял выбор, и Лорри прекрасно понимала, что именно решения от неё ждёт бабушка (Мерлин, как странно было произносить это слово даже про себя!). Ей подумалось вдруг о том, что ей хотелось бы убежать в башню и запереться там на триста замков, но на деле... ... Она взяла себя в руки и выпрямилась в кресле. — Я... Что я должна делать? — наконец сказала она, бросая короткий взгляд на директора, который стоял слева, скрестив руки. Мистер Поттер ободряюще улыбнулся ей и присел на корточки рядом с тахтой, где расположились девочки. — Ло, милая, твоя бабушка не хочет менять твою жизнь кардинально, — мягко сказал мужчина. — Ты продолжишь учиться в Хогвартсе, но, конечно, у тебя возникнут некоторые трудности, а вместе с ними и новые возможности. Так всегда случается в жизни каждого человека, просто твой момент тоже пришёл, понимаешь? Пока он говорил, Лорри начинала успокаиваться, потому что он действительно знал, как подобрать слова. Всё не закончилось, всё только начинается. — Что за трудности? — тем не менее, всё ещё недоверчиво спросила девочка, бросая взгляд на женщину, которая вздохнула и поджала губы. — У нашей семьи есть враги, в числе которых исключительно тёмные маги, наследники родов, которые никогда не обращались к магии за добродетелью и милосердием, — ответила Ольга. — Долоховы, кажется, принесли свою лепту даже в вашу войну в прошлом столетии? — Да, я помню, мы учили... Такое странное имя, — пробормотала Джул. — Антонин, — подсказал Альбус и добавил. — Словом, как только ты примешь фамилию своей матери, то у тебя могут появиться недоброжелатели, и бабушка хочет обеспечить твою безопасность. — До меня, кажется, дошло, — нахмурилась Лорри. — Что, весь эскорт там за дверью теперь будет шляться за мной день и ночь? Вопрос прозвучал с вызовом, и девочка на секунду решила, что перегнула палку, но губы Ольги тронула лёгкая улыбка. — Сопровождать тебя будет лишь один из них, — мягко сказала она. — Они закончили Дурмстранг с намерением стать стражами, что-то вроде ваших авроров, так что проходят стажировку некоторое время... Это традиционно для мальчиков их возраста. — Слава Мерлину, что я не мальчик, — проворчала блондинка. — Но это не самое главное для тебя, — продолжила женщина. — Мы будем заниматься, развивать твои способности. Несколько раз в неделю, профессор Дам... Простите, Поттер, — девочки изумлённо посмотрели на неё, а Альбус усмехнулся. — Не вы первая, не вы последняя, мэм, — с хитринкой в глазах ответил он на её извинения. — Старая привычка, — слабо улыбнулась Строганова. — Как я и говорила, несколько раз в неделю ты будешь наведываться ко мне, международный портал пришлют на днях. И всё это, разумеется, если ты согласишься стать частью моей маленькой семьи. В последней фразе отразилось напряжение и сомнения, которые мучали женщину. Лорри поколебалась и всё-таки вздохнула, приняв своё решение. — У меня есть условие, — сказала она. — Никто, кроме меня, не будет руководить моей судьбой. Я не хочу, чтобы кто-то принудил меня так же, как и мою мать. — Ты слишком похожа на неё, чтобы я допустила эту оплошность ещё раз, — покачала головой Ольга, вставая. — Идём, выберем тебе телохранителя. — Звучит так, будто ты собираешься принести их на заклание, бабуля, — проворчала гриффиндорка так, чтобы услышала только Джул, но, видимо, она сказала не достаточно тихо. Вслед за женщиной поднялись все остальные и такой цепочкой двинулись к выходу, где их ждали сопровождающие Ольгу молодые люди. Лорри смогла разглядеть парня, который не вёл себя как остальные, и, к своему удивлению обнаружила, что у него разбита скула. Строганова заговорила что-то по-русски, и гриффиндорка с ужасом подумала о том, что будет, если бабушка захочет научить её этом языку. Потом женщина взглянула на Лорри, чуть прищурившись, и почему-то улыбнулась. Она позвала того самого побитого незнакомца, который завладел вниманием Нортон. Он в удивлении вскинул брови, а затем отделился от стены и выпрямился, слушая женщину, всё продолжающую говорить. Вскоре остальные парни отправились в директорский кабинет, чтобы воспользоваться камином, а Ольга осталась. Вместе с будущим стражем Ло. — Познакомься, Вера, это Данил Радимич, — мягко и, кажется, немного лукаво сказала женщина, что гриффиндорке совсем не понравилось. — Зови меня Лорри, — хмуро откликнулась девушка и протянула свою руку. Юноша сжал её ручку своей жилистой ладонью, вскидывая голову, и гриффиндорка получила возможность рассмотреть его получше. Он был бледным, как вампир, с тёмными мешками под карими глазами, которые, правда, при свете факелов казались янтарными. По его щекам к шее бежала целая вереница родинок, и Нортон почему-то вспомнила, как её мазали зелёнкой в приюте, когда она болела ветрянкой — у неё было не намного меньше отметин. — Зови меня Дэн, — тем временем сказал он. — Распределим тебя на Гриффиндор без шляпы, раз такое положение, — вмешался мистер Поттер и криво, но так привычно улыбнулся парнишке, хлопая его по плечу. — Добро пожаловать в Хогвартс, приятель. — Меня зовут Джул, — подхватила его бодрый настрой Флинт, и Нортон вдруг показалось, что они с профессором словно за одну нить тянут и могут так ловко поддерживать мысль друг друга. — Приятно познакомиться. Знаешь, я думаю, ты не пожалеешь, что тебе не надевали на голову эту рухлядь. — Ты так говоришь, потому что тебя хотели отправить на Слизерин, — со смешком вставила Ло, но не успела продолжить: бабушка или миссис Строганова — Нортон не успела определиться, попрощалась со всеми, чтобы также вернуться домой. — До свидания, моя дорогая, — улыбнулась она неуверенной улыбкой, что смотрелось странно на лице этой взрослой женщины. — Я надеюсь, что ты не пожалеешь о нашей встрече в последствии. Гриффиндорка неопределённо мотнула головой и облизнула губы. — Я тоже. http://noorthheart.tumblr.com/post/58782726211