Игра теней

Лорри с тоской взглянула на высокое окно в своей комнате, по стеклу которого маленькими прозрачными жуками бежали капли. Понаблюдав за ними, она вернулась к своему занятию, увлекшему её и дающему возможность сосредоточиться. Нитка ложилась к нитке, узелки завязывались ровно и красиво, так, словно в самих пальцах девочки искрилась магия, гораздо более древняя, чем та, которую используют современные волшебники. На самом деле, ничем экстраординарным она не занималась: всего лишь плела фенечку, чему научилась ещё в приюте. Это занимало её, позволяло забыть, что сейчас она останется ночевать в этом старом, практически древнем доме, где не будет Джульетты, готовой принять в себя часть её страхов, хотя и у самой их навалом. Нортон вздохнула, подумав о подруге, и отложила рукоделие, поджимая под себя ноги. Она казалась сама себе такой маленькой, почти ничтожной, рядом с чем-то могучим, пахнущим не так, как она привыкла, чувствующим всё совершенно по-другому. Словно кто-то показал ей весь мир с другой стороны, с изнанки. Здесь, в этом мире за окном были поля и луга, речка, лес, вроде бы обычные и понятные, но вместе с тем — совершенно не такие. Да и всё это место было наполнено другим, скрытым смыслом: огромный дом с пристройками разных лет, по которым можно было учить историю, нельзя было назвать просто объектом архитектуры. Он хранил секреты. Они были везде; тайны держали диковинный резной потолок из дерева, они же оставили свой след на расписанных узорами стенах. Старые истории жили в огоньках лампад, зажженных по русскому обычаю в каких-то особых углах перед иконами, которые смотрели мудро и с высоты жизней, прожитых разными хозяевами этого дома. Но комната Лорри была достаточно милой: всё в лавандовых, сиреневых и лиловых оттенках, что просто прекрасно сочеталось с тёмным деревом. Вкуса нельзя было отнять у бабушки, но Нортон всё равно ощущала себя чужой, словно стены наблюдали за ней, решая, признавать ли в ней будущую правительницу. Что сможет дать она им из того, что они ещё не успели узнать за столь долгое своё существование? От подобных вопросов голова начинала гудеть, и Нортон только больше съёжилась на своей огромной кровати, покрывало которого было расшито золотыми лилиями. Часы на стене пробили десять часов, и девушка слабо вздрогнула, сразу обернувшись и глядя на циферблат так, будто он позвал её по имени. — Вера? Нет, это был голос Дэна, заглянувшего в комнату. В этом доме бабушка настоятельно просила Лорри использовать своё подлинное имя, хотя девушка ворчала каждый раз, когда кто-то называл её так. Все, кроме него и его маленькой сестры. Это было странным, но из их уст чудное имя выливалось как самая красивая песня, когда-либо спетая. — Да? — улыбнулась гриффиндорка. — Твоя бабушка просила напомнить, что планирует с тобой утренние занятия завтра. Спокойной ночи, — сказал Радимич и уже хотел закрыть дверь, но девушка окликнула его. Она прошла два шага по тёплому ковру босиком, приближаясь к глазам, в которых застыло ожидание. — Ты не мог бы побыть здесь? — несмело, как первокурсница перед распределяющей шляпой, спросила Лорри. — Что, прости? — Дэн вошёл в комнату и плотно прикрыл за собой дверь. — Я не могу оставаться здесь одна, — казалось, что она даже может заплакать, но на деле она всего лишь отвела взгляд и судорожно вздохнула. — Просто... Всё, что происходит вокруг, такое ощущение, что только и ждёт, когда я останусь совсем одна, чтобы сделать что-нибудь страшное. Дэн скептически взглянул на неё, но заметив неподдельный страх, оставивший лёгкий след на красивом и бледном лице, с которого словно сняли краски мазком кисти, остановил себя. — Я буду в соседней комнате, — юноша постарался придать своему голосу как можно больше убедительности. Выражение её лица сменилось на умоляющее. — Слушай, если меня тут увидят, то будет большой, нет, огромный скан... — Просто побудь здесь, пока я не усну, — торопливо перебила его Лорри, и её руки, до этого, комкающие подол юбки, нашли друг друга, сразу сцепляясь в нерушимый замок. — Пожалуйста! Дэн в нерешительности замер, смотря на её пальцы, которые являли собой пример жестокого отчаяния девушки, действительно боявшейся чего-то абсолютно эфемерного. Но он был не вправе винить её за это — слишком многое в жизни гриффиндорки происходило внезапно, и не спрашивая её разрешения. Не было ничего удивительного в том, что она пыталась хоть как-то оградить себя от неожиданностей. Он всё ещё с сомнением посмотрел на её приоткрывшиеся губы, видимо, готовые горячо убеждать его остаться, и улыбнулся. — Ладно, — изображая жест побеждённого, ответил он и ехидно прибавил. — Надеюсь, обойдёмся без сказки на ночь? Ло закатила глаза, легко шлёпнула его по груди и направилась в ванную, смежную с этой комнатой, но на пороге обернулась и неуверенно, криво ответила на его улыбку. — Спасибо. Дэн ничего не сказал, а только оглянулся в поисках кресла, в котором будет наиболее всего удобнее провести эти час или два. Откровенно говоря, ему хотелось помочь ей хоть чем-нибудь, особенно после того, что Лорри сделала для него и маленькой Сашеньки. Такой поступок был настоящей неожиданностью и по-настоящему поменял многое в отношении Радимича к гриффиндорке. Тем временем, последняя выскользнула из дверей и прошла за ширму, пока Дэн обустраивался в своём мягком плюшевом гнезде, где подушки занимали большую часть сидения. Он недовольно пытался приспособить одну из них под шею, когда взгляд его зацепился за щель между створками ширмы, где Лорри снимала свою блузку. Он замер, словно кто-то подверг его Империусу, и заворожено наблюдал за тем, как шёлк соскальзывает с молочных мягких плеч. Он заметил шоколадную россыпь — родинки, которые у него самого расположились на скулах, нашли место на её лопатках и спине. Дэн успел подумать об этом до того, как поверженная блузка отправилась в шкаф, и он увидел белую полоску лифчика, вытянул шею, чтобы... Нет, он дёрнулся, словно что-то схватило его за ошейник, и закрыл глаза, почти зажмурил. Спустя минуты, что-то коснулось его руки, и оказалось, что это Лорри, уже облачившаяся в пижаму с кроликами, в которой всё равно осталась такой же привлекательной. Последняя мысль пришла к нему в голову прежде, чем он успел её осознать, и стала настоящим выстрелом в спину. А её улыбка ощутимым ударом поддых. — Решил уснуть раньше меня? Так не пойдёт, — весело усмехнулась она, но, не дождавшись ответной реакции, развернулась и босиком прошлёпала к кровати. Дэн так ничего не ответил, только потушил свет и вернулся на своё место. Отсюда ему хорошо была видна её кровать, светлая голова на подушке, которая едва ли не светилась под лучами полной луны, вышедшей из-за туч. Прошло, наверное, с полчаса, как комната погрузилась в дрёму, и юноша слышал только мерное тихое дыхание девушки, которая не ворочалась и уснула, как только легла. Это было странным, учитывая, как она боялась этой ночи. Но, может быть, все переживания и привели её к тому, что она была рада забыться так быстро? Радимич встал, чтобы быть уверенным наверняка, и подошёл ближе. Одеяло сползло с её коленки, и он поправил его, улыбнувшись: Лорри спала на животе, распластавшись, как морская звезда, и выглядела очень забавно. Прядь волос упала ей на лицо, и Дэн наклонился, чтобы убрать её. От этого короткого прикосновения девушка осталась недвижимой и даже не вздрогнула. Это подкупило его. Он не сдержался, наклонился и коснулся губами маленькой, нежной скулы, на которой ночь оставила свою тень. Казалось, что она задержала дыхание, но Дэн не стал думать об этом. Только тихо ушёл, закрывая за собой дверь и стараясь не щёлкнуть замком. *** Нортон снился исключительно необычный сон. Будто бы она была на своей помолвке. Разве это было не странно? Но во сне всё казалось само собой разумеющимся, понятным и ясным, а кроме того, лица жениха своего она не видела, только знала, что он рядом. Вокруг были всё знакомые лица, которые смешались в одно яркое пятно: Джул, бабушка, даже директор... Но вдруг из тени вышел человек, ведущий на крепкой повязи медведя. Тот шёл смирно, как котёнок, только то и дело с каким-то любопытством поворачивал голову в сторону того или иного гостя. — Он хочет запомнить каждый запах, — сказал бездушный голос хозяина зверя, и картина перед глазами Лорри снова перемешалась, превращаясь мановением чьей-то руки в библиотеку приюта, её любимое место. Была зима, и почему-то это запомнилось гриффиндорке так чётко, словно её Оле-Лукойле подчеркнул факт своим зонтом. В камине трещали поленья, на улице бушевала метель, Не было ничего странного — она сидела на подоконнике с книгой на коленях, как вдруг в окно ударили мощные лапы, отчего стекло пошло трещинами. Лорри попытала отскочить, но что-то удержало её на месте, и она с всепоглощающим страхом наблюдала за медвежьей мордой, просунувшейся в пробитое отверстие. Тяжёлый пар горячего дыхания вырвался из ноздрей медведя вместе с грудным рыком, а следом и всего одна фраза: — От тебя им, волком пахнет! И всё закружилось, завертелось в танце снежинок, которые бессмысленным потоком прорвались в пустую библиотеку и заставили Лорри вынырнуть из её странного сна, который так походил на извращённую реальность. Очнувшись, Ло села на постели и провела рукой по глазам, не понимая, где находится. Ей упрямо казалось, что она должна была проснуться в окружении девчонок из приюта, где Большая Мари храпит, а Карли уже вертится у зеркала, накладывая скудный макияж. Но нет, здесь никого не было — только прохладный осенний ветер, пахнущий свежестью, тревожил занавески, словно те были крыльями мотылька. Нортон зажмурилась, снова открыла глаза и испустила полустон-полурык, взглянув на часы. Было всего семь, а сна уже не было ни в одном глазу, хотя девушка планировала поваляться в постели ещё полчаса перед занятиями с бабушкой. Последние сегодня проходили в оранжерее, и Лорри потратила те самые полчаса, пытаясь найти её, плутая по коридорам и затерянным ходам. Можно было, конечно, разбудить Дэна, но не хотелось дёргать его из-за такой ерунды. К тому же она чувствовала себя неловко от того, что просила его побыть с ней перед сном, это было так по-девчачьи, будто бы она не львёнок совсем. Лорри фыркнула себе под нос, вспомнив, что директор на уроках зовёт их исключительно кошками и львятами. Гриффиндорка наконец вышла в стеклянный коридор, который вёл в теплицы, где её уже ждала бабушка. Она стояла рядом с цветущим гибискусом и пила свой утренний кофе, который придавал запахам цветов какую-то горечь, и Лорри недовольно взглянула в сторону дымящейся чашки. Та была отставлена женщиной, как только она увидела внучку. — Доброе утро, дорогая, — улыбнулась Ольга и указала рукой на два горшка, стоящих на столе рядом с девушкой. Блондинка заправила прядь волос за ухо и нахмурилась. Горшки были наполнены землёй, на которую склонили свои головы завядшие цветы. Жизнь покинула их лепестки, которые прежде играли разными оттенками, и больше Лорри ничего не смогла отметить. Она подняла недоумевающий взгляд на бабушку, которая, казалось, наслаждалась тем, что её игра в загадки удаётся. — Что я должна делать? — Сегодня у тебя появится, наконец, возможность перейти от теории к практике, — сказала женщина, кладя свои пальцы на глиняные бока одного из горшков. — Дар исцеления — природный и взаимодействует с любым живым созданием. Мы с тобой специально будем тренироваться на растениях, потому что именно так ты лучше освоишь контроль над своими возможностями. Она крепче сжала руки, и Лорри задержала дыхание — фиалка налилась соками и медленно, словно нехотя, стала поднимать свои цветки, расправляя лепестки. — Земля — хороший проводник для такого дела, — тихо объяснила Ольга. Наконец растение приняло совсем оживший вид, и она опустила руки, сразу наколдовывая палочкой простое агуаменти. Нортон же опасливо взглянула на свой цветок. Ей казалось, что всё это сейчас прекратится, и её попросят вернуться в школу, где каждая привычная вещь займёт своё место. Но вместо этого перед ней всё так же оставалась эта странная, древняя магия, которой она, по слухам, могла управлять, а не быть просто невольным проводником, как эта самая земля в горшке. Ничего не оставалось, как только проверить, но как страшно становилось при мысли о том, что ничего не выйдет! Едва она задумывалась об этом, то старательно пыталась начать вспоминать глаза спасённого ею парня, который был обречён. Сколько жизней может быть спасено её руками, как много доброго, настоящего произойдёт, если она лишь попробует... И Лорри решилась, нервно кусая губы. Сердце колотилось, сбивая дыхание. Она положила теплые и влажные ладони на бортики горшка и взглянула на землю со страхом, будто бы та могла поглотить её всю без остатка, тотчас разверзнувшись бездной без дна. Словно почувствовав, что внучка нуждается в поддержке, старая Строганова мягко коснулась её плеча. — Сосредоточься на положительных эмоциях, оттолкни любую скверную мысль... и просто почувствуй поток света, который проходит через тебя, — шёпотом посоветовала она, хотя кроме них здесь никого не было. Лорри шумно вздохнула и кивнула, а потом сделала всё так, как и сказала ей старая волшебница. Она прикрыла глаза, решив, что так ей будет проще не ждать какого-то результата каждую секунду, и принялась вспоминать те самые эмоции, которых в её жизни, говоря начистоту, было не так уж и много. Письмо из Хогвартса? Известие о том, что она волшебница? Нет, что-то слишком далёкое, стирающееся, нужно ближе... Их прогулка с Джул и весёлый смех подруги, ощущение человеческого тепла — Лорри уцепилась за это, как будто была Тесеем, а Андромеда бросила ей конец сверкающей верёвки. И, перебирая скрученные нити в руках, она дошла до вчерашнего вечера. Как тепло стало Лорри, когда Дэн остался сторожить её беспокойный сон! Вспомнив об этом, она ощутила, будто по самим костям, малейшим капиллярам побежали токи, которых она прежде не знала — больше того, они распространялись так, как было приятно ей. И она постаралась направить их к растению, жаждущему жизни и сил, оказавшихся у девушки в избытке. Прошло, наверное, ещё несколько мгновений, и она решилась открыть глаза, почти счастливая от того, что всё прошло так, как она и боялась представить, не давая себе ложной надежды. Но цветка в горшке не было. Не осталось ни иссохших травинок, ни стебелька того, что прежде было заданием Лорри, а бабушка смотрела на неё немного с замешательством и обескураженно. Отчаяние завладело гриффиндоркой: она ведь знала, что всё может кончиться так, а всё равно считала себя.. — У тебя очень большой потенциал, девочка моя, — прервала её саморазрушительные мысли женщина. — Ты так старалась, что сделала большее чудо, чем я планировала. Давай посмотрим... Она взяла маленькую лопатку и ковырнула землю пару раз, расчищая её, а затем вытащила маленькую луковичку нарцисса, который должен был воскреснуть от рук Лорри. *** Нортон вышла из залы, где примеривала платье на Хэллоуин, старательно застёгивая пальто. Ей нужно было вернуться в школу как можно скорее, иначе она рисковала опоздать на Защиту, а целый урок закатывать глаза, слушая ехидные комментарии профессора, ей не хотелось. Она едва не споткнулась, когда, увлечённая пуговицами, упёрлась лбом в Дэна, выросшего, как из-под земли. Точнее, он наверняка подошёл мягкой аккуратной, свойственной ему походкой, но девушка была не рада быть застигнутой врасплох. — Как твой наряд? — с усмешкой спросил юноша, складывая руки на груди, когда она приняла подобающий вид. — Слишком много органзы, на мой взгляд, — улыбнулась Лорри, открывая сумочку. — Я бы хотела костюм женщины-кошки. — Прости? — брови Дэна так смешно изогнулись, что Нортон ухмыльнулась, обнажая белые зубы. — Это наши маггловские штучки, называются супер-герои, — сказала она, вытаскивая что-то на свет. — Будешь хорошим мальчиком, и я покажу тебе как-нибудь старые комиксы, всё равно зря пылятся под кроватью. — Я тебе не... Это что? — Фенечка, — Лорри сама взглянула на лоскуток из узелков в своих руках. — Вытяни руку. Дэн послушался, и она отогнула манжет его рукава, обнажая острые кости запястья и бледную кожу, на которой выступали вены. Девушка помедлила секунду и завязала последний узел по-особому, чтобы не распустился ненароком. — Одну я отдала бабушке, а она её в медальон вложила, представляешь? — тихо проговорила Нортон и подняла глаза, отдвигаясь от него. Радимич молча рассматривал браслет из зелёных и жёлтых ниток, которые сложились в орнамент. Казалось, что он хранит тепло её маленьких пальцев, на которых задерживался взгляд юноши, когда он сидел на уроках и откровенно скучал. Так странно. В её рукоделии не было ничего особенного, но для него оно заключало какое-то тайное волшебство, о котором нельзя было рассказать. — Заколдовано? — спросил он, проводя большим пальцем по браслету. — Целительские чары, все дела? — Неа, — протянула Нортон, шмыгая носом. Вероятно, всё-таки простудилась в камине, ведь там такие сквозняки... — Больше того, я ещё и пару раз ругалась, когда схему путала, так что... — Мне нравится, — улыбнулся Дэн и предложил ей руку. — Ладно, желаете вернуться в школу из этого сумрачного и страшного дома, леди? На последней фразе он наигранно понизил голос, намекая на её нелепые ночные страхи, и Лорри только шутливо щёлкнула его по предплечью, беря за руку. — Знаешь, мне кажется, я начинаю привыкать к нему. Может, когда-нибудь, он и признает меня своей достойной жительницей, — проговорила она, наслаждаясь этим неведомо откуда появившимся ощущением защищённости и тепла. "— Когда-нибудь, ты станешь лучшей из хозяек, которых он видел за всё время", — подумал Дэн. Вслух же сказал: — Я уверен. http://royaldirewolf.tumblr.com/post/61195369542