Игра теней

Devotion — сильная, слепая, безоговорочная преданность. Это платье было настоящим горем для Джульетты. Его выбрала мама, потому что гриффиндорка совсем забыла о предстоящем вечере, и покорно взяла наряд, который она ей оставила, заботливо расположив его в кресле. Девушка собиралась на вечер дома, и вся её комната казалась совсем чужой, словно кто-то другой жил здесь, кто-то, не знающий чужого горя и не ведающий собственного. С тоской Джул подумала о Мартине, взглянув на колдографии, где брат дёргает её за косичку, а она смешно морщится. Поэтому она сделала всё, чтобы как можно быстрее влезть в своё платье, уложить волосы нехитрым заклинанием, а затем слегка подкраситься. Она немного подвела глаза, отчего те стали ещё темнее на бледном лице, поэтому Флинт решила добавить румян, но губы остались не тронутыми помадой. С недавних пор у неё появилась новая привычка: кусать губы, размышляя о чём-то. Она была у Джул и прежде, но так редко, что она и не помнила совсем о ней. Теперь же, она то и дело чувствовала стальной привкус крови на языке и торопливо вытирала запястьем красные следы со рта. Это было её секретом. То, что её терпения становилось мало: укушенный Ким, Стеффани, кричащая, как банши, брат... Всё это действовало на неё, как яд, медленно входящий под кожу, и только несколько людей в этом мире не позволяли ему проникнуть в сердце девушки. Она задумалась над этим и не заметила, как вошла мама, которая с нежной улыбкой посмотрела на дочь. — Ты такая красавица, — сказала она доверительным тоном и подошла ближе, приглядываясь. — Милая, почему ты не стянула корсет? — Что? Мам, ну я же просила, — едва ли не застонала Джульетта, осознав, что платье, у которого и так не было плеч и части спины, могло стать ещё более откровенным. Ей хотелось стать невидимкой, чтобы никто не смог найти её близких. Такие мысли то и дело жалили, услужливо подставляя разнообразные картинки, на которых умирает кто-то из любимых гриффиндорки, но она жмурилась и отгоняла их. — Тебе больно? — обеспокоенно спросила Кэтти, крепко затянувшая шнурки так, что они заставили синий шёлк обтягивать стройную фигуру Джул. — Нет, мам, — слабо улыбнулась Флинт, оборачиваясь к женщине и целуя её в щёку. Та поправила выбившийся из причёски дочери локон и склонила голову. — Что тебя волнует, дорогая? — вскинула брови она и немного насмешливо, в своей манере усмехнулась. — Может быть, директор? Джульетта сжалась в комок от первого вопроса, не зная, что ответить, потому что врать матери у девушки получалось из рук вон плохо. Но Кэтти сама спасла её, переводя разговор на другую тему, и гриффиндорка облегчённо выдохнула. — Мистер Поттер? У меня всё в порядке с оценками, — непонимающе взглянула она на мать. — Ладно, не хочешь говорить — твоё дело, но дай мне знать, если случится что-нибудь, о чём я должна знать, — загадочно ответила женщина и направилась к выходу из её комнаты. — Собирайся быстрее, хорошо? — Я почти готова, — у Джул не было времени думать над словами мамы, но она вдруг вспомнила лицо директора, когда тот стоял перед ней в башне. Он говорил о том, как боялся за неё. Это... льстило. Но такое чувство прошло быстро, словно кто-то щёлкнул пальцами, а после она просто замерла перед зеркалом, глядя куда-то мимо и вспоминая его слова. Каждое слово, взгляд. "Я почувствовал дикое желание убить того, кто сделал это." Джул судорожно вздохнула — он бы убил за неё? Почему-то смысл этих слов полностью обрушился на неё только сейчас, и ей срочно захотелось вдохнуть в лёгкие холодного воздуха, который заставил бы уйти это странное чувство из груди, которое заставило на целое мгновение сжаться все её органы. Она заторопилась спуститься вниз, к родителям, и мельком последний раз взглянула на своё отражение. Вдруг ей показалось, что это Орнелла посмотрела на неё из зеркала, но взгляд её был слишком тусклым, отуманенным заботами и тревогами для той девушки из сна, которая смеялась так счастливо. Джульетта вздохнула, поправила в последний раз длинное платье и вышла, плотно закрыв за собой дверь. *** Первой, кого опоздавшая Джульетта встретила, оказалась Лорри, которая в своём платье из органзы казалась совсем воздушной и нереальной. Пока не открыла рот и не схватила Флинт за руку, с такой силой стискивая, что Джул поморщилась и шлёпнула её по пальцам. — И тебе привет, — проворчала она. — Какой к чёрту "привет", — прошипела подруга и сделала большие глаза, отчего Джул едва не прыснула. — Здесь мои кузены, представляешь? Мерлин, земля не видела более невероятных существ по своему уровню кретинизма! — У них три ноги или руки? У тебя такой вид, будто ты увидела гриндилоу, — улыбнулась Джульетта и мельком оглядела зал, наблюдая за гостями. — Нет, такой вид был у моих кузин, когда они увидели меня! Губы Лорри то поджимались, то кривились в какой-то непонятной борьбе, а подбородок периодически выдавался вперёд, и Флинт поняла, что подругу пора спасать. Она подвела её к столу с напитками, который оказался неподалёку, и едва ли не силой влила в неё пунш, заставляя успокоиться. — Ты бы видела их, — процедила Нортон, косясь в сторону парочки девиц, болтающих о чём-то. — Ощущение, что их выращивали как те японские деревья — подстригая каждый день и выправляя по нужной форме. Кажется, что у них даже ресницы изогнуты только под одним углом и... — А с кем это Дэн танцует? — решила прервать её Джул, щурясь из-за слишком яркого света. Лорри сверкнула глазами и выпрямила спину, откидывая волосы назад — в этот момент она стала похожа на свою бабушку. — С одной из этих выдрессированных... леди, — последнее слово Ло выплюнула и отвернулась в поисках съестного на столе. Джульетта вздохнула и погладила её по плечу, пытаясь привлечь внимание подруги, а потом зашептала. — Разве ты не понимаешь? Это то, чего они хотят добиться, вот и всё, — улыбнулась она. — Им нужно от тебя, чтобы ты сорвалась, показала своё нутро, что среди них — дурной тон. Нортон встретилась с ней взглядом и рвано вздохнула, прикрывая глаза, видимо, пытаясь упокоиться. — Ярмарка тщеславия, — презрительно сказала она, складывая руки на груди. — А ты справлялась и с большим, Ло, помнишь?— Флинт ободряюще сжала её руку и добавила, обернувшись и заметив, что мать подзывает её. — Слушай, я пойду, а то мама мне это пренебрежение этикетом не простит. А ты давай, мужайся, ты же львёнок. Лорри криво усмехнулась и взметнула волосами, оборачиваясь. — Я, кстати, видела его где-то здесь, — сказала она, но Джул не стала расспрашивать дальше, просто в последний раз улыбнулась подруге, борясь с желанием трансфигурировать какую-нибудь вазу в биту, с которой загонщица Нортон имела бы гораздо больше шансов, сопротивляясь интригам именитых родственниц. Она неслышно подошла к отцу и сразу почувствовала, что в зале теплее, когда встала рядом с родителями. С ними она чувствовала себя в безопасности, они были домом, который никогда не станет ей чужим или другим — они всегда будут её главным оплотом, но она не сможет рассказать им всё. Почему-то именно сейчас она стала понимать это как никогда остро. Люди вокруг разговаривали друг с другом, слышался смех незнакомцев, обсуждающих последние сплетни и законы, но и семья Флинтов не избежала этой части вечера. — Мерлин, Кэтти, ты будто помолодела! — голос Дафны Гринграсс был резким и громким, так что Джул не могла не обернуться к женщине. Мисс Гринграсс была того типа особ, что вечно пытаются остаться молодыми, счастливыми и дышащими свежестью. Но в силу человеческой природы, им приходится с каждым годом всё больше подделывать эти качества, и чем старательнее они занимаются этим — тем яснее виден суррогат. Тем не менее, гриффиндорка улыбнулась, даже не слушая, что говорит хозяйка дома, но та, внезапно, сама обратила на неё своё внимание. Взгляд зелёных, кошачьих и когда-то очень соблазнительных глаз остановился на лице Джул, которая сразу почувствовала себя не в своей тарелке. — Джульетта так выросла, — проговорила женщина, обращаясь к Кэтти, а гриффиндорка почувствовала себя куклой на витрине. — Становится одной завидных невест, я думаю... — Мне кажется, что разговаривать об этом ещё рано, — вовремя вмешался хмурый Маркус, который хорошо был с чистокровными разговорами и тем, куда они ведут. Дафна улыбнулась, чтобы скрыть неловкость, и повела плечом. — Что ж, наслаждайтесь вечером, — её вежливые слова застряли в воздухе. Казалось, что сейчас она, наконец, оставит их, как и надеялась Джульетта — Я помню тебя ещё совсем малышкой, детка, ты играла в куклы, — улыбка должна была быть милой, но Флинт она напомнила оскал. Проходя мимо девушки, она прошептала или прошипела, — твои игрушки изменились, не так ли? Глаза Джульетты расширились: что она знает? Была ли это простая шпилька, присущая всем змеям и львицам этого общества? Страх внезапной волной поднялся в душе и накрыл её со спины, заставляя вроде бы скрывшиеся на этот вечер мысли вернуться победителями. Она не могла ничего с собой поделать: только беспомощно смотреть перед собой, пряча взгляд от родителей, чтобы те не увидели тени ужаса в её глазах. Джул не могла справиться с этим, что-то больное, колючее и инородное заворочалось в груди, и она почувствовала себя под прицелом, как вдруг... — Мистер и миссис Флинт, какая приятная встреча, — услышав его голос, она выдохнула. Альбус Поттер стоял напротив, а она даже не заметила, пытаясь совладать с собой. Он обеспокоенно взглянул в её лицо, и Джул задержала дыхание, когда увидела, что сегодня он выглядит даже слишком хорошо. Настолько, что эта мысль, абсолютно девчачья, помогла ей отсрочить панику. — Могу я попросить у вас танец, мисс Флинт? Её дрожащая рука легла в тёплую ладонь, и она торопливо кивнула, кусая губу. Люди вокруг смотрели на их пару с удивлением и не только, но для Флинт имело значение лишь то, что рядом человек, способный понять её сейчас и защитить. Она верила свято, что в безопасности рядом с ним. На паркете же ей пришлось повернуться, и она столкнулась с его взглядом, в котором явно читался вопрос. — Что случилось? Снова призраки? — прошептал Альбус, кладя руку на её талию. Джул вздрогнула, но тут же сделала первый шаг танца, прислушиваясь к звучащей песне. Вдруг ей хотелось, как в детстве, петь слова, которые она знала. Ты же понимаешь, в сердце Любого человека скрывается похоть. И я ничем не отличаюсь от других... Когда любовь иссякла, а страсть Пристально смотрит мне в глаза, Разве я могу обойти ее стороной? Но есть надежда, Что ты поможешь мне быть храбрым. — Кажется, мисс Гринграсс что-то знает, — так же тихо ответила Джул, старательно следя за всеми па. На мгновение её ноги оторвались от пола, и, почувствовав себя в сильных руках, она замерла, как статуя, но быстро расслабилась, когда вновь ощутила опору. — Ты вся дрожишь, — между тем, сказал Поттер, и Джул увидела, как он взглянул на голые плечи, ключицы и почувствовала себя непозволительно открытой перед ним. Во всём. Её душа была открытой книгой, её тело следовало послушно его рукам, пускай это был их общий танец. — Мне страшно, — проговорила она хриплым и низким от волнения голосом. Ты кажешься таким далеким мне сейчас, И смятение омрачает мой путь. Я не знаю, какой тропой пойти... Но есть надежда, Что ты поможешь мне противостоять... * В его глазах промелькнуло что-то такое, отчего она перестала смотреть по сторонам и пытаться найти следящих за собой. Она видела, как в зелёной радужке, расширенных зрачках есть то самое настоящее, что она всё время искала в нём, надеялась вытащить наружу. — Я с тобой, — коротко сказал он и отодвинулся, поворачивая её под своей рукой. — Ты веришь мне? Джульетта подняла на него глаза — Да, — слово далось так легко, словно она читала по книге, частью которой была эта фраза, и ничего другого эта часть сюжета не подразумевала. Но на самом деле ничего другого не могло бы сказать её сердце. Альбус улыбнулся: почти по-настоящему, так необычно тепло и вернулся к наблюдениям за залом, слегка нахмурившись. — Видишь что-нибудь необычное? — Только вашего брата и Ванессу Малфой, — вдруг со слабой улыбкой откликнулась Джульетта, кивая головой в направлении пары. — Я думала: она — ваша подруга. Некстати пришли в голову слова Стефани на завтраке, когда новый инспектор появилась в Хогвартсе впервые. Что творилось между этими двумя? Альбус вскинул бровь, услышав такое замечание, и усмехнулся. — Мой друг, а вот... — он повернулся, чтобы лучше видеть старшего Поттера. — А вот что происходит там, явно не имеет отношения ко мне. Джул же снова продолжила свои поиски, не увенчавшиеся успехом — вокруг всё были бесполезные, скучающие лица, среди которых ни одного занимательного для Джульетты. Даже Лорри — и та куда-то запропастилась. Вдруг в толпе она случайно встретилась взглядом с чьими-то карими глазами, горящими, как угли, но всё быстро исчезло, как наваждение, и их обладатель словно испарился. Танцующие остановились, потому что песня прекратилась, и все зааплодировали музыкантам, а Поттер тем временем спросил у Флинт: — Давай выйдем на воздух? *** На балконе особняка Гринграсс было более чем прохладно, так что пиджак Альбуса быстро перекочевал на плечи Джульетты. Он закурил, и, когда выдохнул дым, Флинт улыбнулась. — Мне следовало попросить его у вас ещё в начале вечера, — она склонила голову и коснулась щекой тёмного воротника, который весь пропах им. Ал усмехнулся, а потом задумчиво посмотрел на неё, так, что Джул стало неловко. — Ты выглядишь сногсшибательно, кстати говоря, — сказал, наконец, Поттер и добавил, вскидывая брови. — Так что я не дал бы тебе скрывать свою красоту. Флинт осталась невозмутимой, но румянец, отнюдь не от свежести вечера, выдавал её с головой. — Я бы предпочла сама скрыться, лишь бы не быть здесь и не дрожать от каждого резкого звука, — проговорила она, кладя руки на парапет. — Разве так поступают храбрые гриффиндорки без страха и упрёка? — Просто так бывает, что они тоже хотят выжить, — съязвила в ответ Джульетта. Ал ухмыльнулся и щёлкнул пальцами. — Вот, такой ты мне нравишься больше. Когда я увидел тебя сегодня — подумал, что что-то случилось, ну, существенное, — он опёрся руками о тот же парапет. — Может, уже и случилось, — снова помрачнела Джульетта. — Просто мы ещё не знаем. Поттер посмотрел на неё немного недовольно, а потом вдруг протянул свою руку и накрыл её пальцы. Точь-в-точь, как тогда, когда привёл её на могилу Орнеллы. Там, она скорбела по девушке, которая могла бы быть сейчас её весёлой и любимой бабушкой, а он помогал вынести эту скорбь и не дать ей стать чем-то большим. Сейчас между ними происходило что-то другое, но Альбус совершал обратные действия: словно лепесток за лепесток, своими движениями он только больше пробуждал странное нечто. Он погладил большим пальцем её ладошку и крепко сжал маленькую руку, отчего Джул почувствовала, что готова поверить всему, что он скажет. — Чтобы ни случилось, знай, что я найду тебя и спасу. — Рыцарь в чёрных доспехах, — позволила себе закатить глаза Флинт, но сердце забилось чаще. — Предпочитаешь белый цвет? — изогнул бровь Поттер так, что девушке много стоило совладать со своими чувствами. — Красный с золотом, — с достоинством ответила гриффиндорка, и теперь пришла очередь Альбуса закатывать глаза. — А я-то думал, что у тебя есть вкус, особенно после того, как увидел тебя в этом платье. Что, мама выбирала? Джул поджала губы, борясь со смешком, и выдернула свои пальцы из его, складывая руки на груди. — Значит, угадал, — широко, как кот, улыбнулся Поттер. — Защитник не может выполнять своих функций без свойственного ему сарказма? — фыркнула девушка, картинно обижаясь. — Мой сарказм идёт в подарок, — невозмутимо ответил Альбус, а потом обернулся в сторону открытых дверей в шумный зал. — Странно. — Что? — моментально отреагировала Джульетта, теряя своё лёгкое веселье. — Не волнуйся, просто Скорпиус зовёт меня, а это очень странно, учитывая, что в его взгляде, обращённом ко мне, всегда написано "убийца", — дергано усмехнулся Альбус и направился в зал. — Не думаю, что это надолго, наверное, какой-нибудь долг семьи и прочая ерунда. Тебе принести выпить? — Виски? — с надеждой, что алкоголь успокоит нервы, ответила вопросом девушка. — Мечтай, — фыркнул Поттер. Когда он скрылся из виду, Джул развернулась лицом к ночи, вдыхая специфические запахи, которые словно совы и летучие мыши просыпались вместе с этим временем дня. Она прикрыла глаза и краем уха услышала шаги сзади. Флинт уже собиралась развернуться, придумав очередную шутку, которая показалась ей удачной, но вместо этого чья-то рука крепко зажала ей рот. Джулльетта рванулась из крепкой хватки, но платье было не лучшим союзником, поэтому всё, что она смогла сделать — это со всей силы ударить каблуком в ногу своего противника. Тот замешкался всего на секунду, но её Джул хватило, чтобы закричать так, как никогда. Так, что, наверное, связки сели. А после наступила тьма. * Hurts - Devotion. http://royaldirewolf.tumblr.com/post/61974088930/devotion