Игра теней

Милого друга похитила вьюга, пришедшая из далеких земель. Сам не свой я с этих пор, плачут, плачут в небе чайки; В тумане различит мой взор лишь очи цвета горечавки; Ах, видеть бы мне глазами сокола, в воздух бы мне на крыльях сокола, В той чужой соколиной стране, да не во сне, а где-то около: Стань моей душою, птица, дай на время ветер в крылья, Каждую ночь полет мне снится - холодные фьорды, миля за милей; Шелком - твои рукава, королевна, белым вереском - вышиты горы, Знаю, что там никогда я не был, а если и был, то себе на горе; Мне бы вспомнить, что случилось не с тобой и не со мною, Я мечусь, как палый лист, и нет моей душе покоя. Мельница - Королевна.

Бывший друг выглядел абсолютно и напрочь сбитым с толку, словно только что узнал подробности личной жизни тёзки Ала. Он нервно провёл рукой по глазам и сделал глоток, уже третий из своего бокала, а Поттер закатил глаза. — Не думай, что это меняет что-нибудь, — наконец сказала Малфой, а Альбус почувствовал растущее раздражение. — Но... Он снова замялся, а Ал с тоской подумал о том, что вечер перестаёт быть томным. — Слушай, если ты думаешь, что быть тут с тобой большое удовольствие, а твои попытки активной речевой деятельности... — Ты понятия не имеешь, что происходит! — властно перебил его Скорпиус, мигом превращаясь из мягкого семьянина в настоящего Малфоя. — Тогда нахер расскажи мне, прекрати разводить драму на пустом месте, — прошипел Поттер, сверкнув глазами. По лицу блондина было понятно, что разговор даётся ему очень нелёгко, но, тем не менее, он начал. — Здесь, в зале находится... Но закончить ему было не суждено — раздался дикий, беспомощный крик, который словно оглушил Альбуса, который так резко повернул голову, что удивительно было, как его шея не треснула. Люди вокруг вдруг замолчали, а после всполошились, устремившись: кто к балкону, а кто спешно направился к выходу из зала. Поттер забыл о Скорпиусе сразу, как только услышал голос Джульетты. Сердце пропустило удар, второй, и вот он уже пробивается сквозь толпу людей, среди которых Гермиона — она схватила его за рукав, пытаясь удержать, но это было бесполезным занятием. Он остановился на пустом балконе, где оставил Флинт буквально минуту назад, и ничего не увидел, кроме пары капель крови на белом парапете. Ему казалось, что весь мир сузился до этих красных меток, в которых обозначился весь смысл его дальнейшего существования. — Что здесь происходит? — Маркус Флинт тоже появился на месте преступления и быстро взглянул на Поттера. — Где моя дочь? Ал молчал, прикрывая глаза и пытаясь восстановить лица людей, которые прошли мимо него, пока он стоял у барной стойки. Была ли среди них Дафна Гринграсс? Определенно, нет, такой разрез на ноге и слепой бы заметил, не то, что мужчина в рассвете сил. Чёрт возьми, все эти незнакомцы сливались в одно огромное пятно перед глазами, словно ребёнок, балуясь, смешал краски. — Альбус! — мужчина тем временем начал терять терпение и схватил его за плечо, заставляя вернуться в реальность. — Где она, где Джул? Поттер медленно выдохнул воздух, пытаясь заставить себя думать, а не представлять картины расправы. — Она была здесь три минуты назад до того, как я отошёл за напитками. Я оставил её здесь, — раздельно повторил он слово за словом, а потом обернулся к Гермионе и кивнул на людей вокруг, которые жадно хватали каждое его слово. — Уведи их отсюда, мне не нужны зрители. — Ал.. — нерешительно начала миссис Уизли, подходя ближе. — Что ещё? — тяжело ответил Поттер, снова переводя взгляд на неё с Маркуса, который по-прежнему молчал, видимо, охваченный безысходностью положения. Женщина сунула ему в руку белый платок. — У тебя кровь идёт носом, — прошептала она и обернулась к гостям, чтобы сказать какие-то нужные слова, которые она всегда легко находила. Альбус запрокинул на мгновение голову, а потом приложил к лицу платок, который тут же пропитался таким же красным цветом. Цвет боли, страха и злости. Обернувшись к Флинту, он увидел, как тот медленно оседает на пол, пряча лицо в руках, и бросил всё, чтобы подхватить мужчину. — Джули, ещё и она.. — Сэр, я найду её, — твёрдо и тихо сказал Ал, помогая ему встать. — Слышите? Я клянусь, что найду её, чего бы мне это не стоило, и всё будет хорошо. Вам лучше найти вашу жену и уйти, пока здесь нет журналистов и авроров: они не дадут вам передохнуть. Маркус с минуту смотрел куда-то мимо него и, когда Поттер уже подумывал о том, что пора ударить его по щеке, дёргано кивнул и двинулся к дверям в зал, прижав левую руку к сердцу. В его поступи было столько тяжести, будто к ногам его привязали свинцовые гири. Поттер чувствовал, что такие же повисли на его шее. Он опустил голову в поисках платка, а когда нашёл, то обнаружил, что испачкал рубашку. Сейчас ему было абсолютно наплевать, хотя он был уверен, что Лили не преминёт сказать ему о том, каким неаккуратным он стал. Мужчина последовал за Флинтом и обнаружил, что в зале почти никого не осталось, только домовики да члены семьи Уизли стремительно передвигались то там, то здесь, в основном из-за того, что большая часть родственников Ала была на государственной службе. — Альбус? — к нему подошёл Хьюго, на лице которого можно было чернилами писать "у меня плохие новости, но мне жаль, и я не знаю, как сказать". — Это не может подождать? — устало спросил Поттер, снова откидывая голову и надеясь, что треклятое кровотечение прекратится. Его организм как будто противился всему абсурду, что происходил вокруг него. — Боюсь, что нет, — покачал головой помощник главы аврората и протянул ему депешу. — На Хогвартс напали. А точнее: на Больничное крыло. Ал посмотрел на него, не мигая, а потом зажмурился. — Дай-ка угадаю, — проговорил он, мысленно считая до десяти, чтобы не начать крушить ближайший стул о сопутствующий ему стол. — Не досчитались Стефани Финнеган? — Что ты знаешь? — моментально отреагировал Хьюго, но Поттер увидел Скорпиуса и направился к нему, не обращая внимания на кузена. — Ал, ты должен мне сказать! Тот сразу обернулся и прошипел, хватая Уизли за грудки. — Не смей мне указывать, Хью, понял? — прошипел он и поставил брата на место, старательно избегая его взгляда. Больше между ним и Малфоем ничего не стояло, поэтому он резко дёрнул того за руку, прерывая его разговор с женой. Та возмущенно на него посмотрела, но только фыркнула, ничего не сказав. — Кто был в зале, Скорпиус? — с трудом проговорил Поттер. — Это уже не имеет значения, я думал, что опасность грозит тебе. — Ты спятил? — спокойно поинтересовался Альбус, отпуская его рукав. — Ты не понимаешь, что случилось, верно? Думаешь, если тебя и твоей семейки это не коснулось.. — Ты ничего не знаешь, Ал! — не вытерпела Мерида, подаваясь вперёд. — Так скажи мне! — прорычал Поттер, обращая всё своё внимание на рыжую, которая осеклась и посмотрела на бледного мужа. Тот прикрыл глаза и сжал губы в нитку, видимо, принимая в глубине души какое-то решение. Альбус терпеливо ждал — пока — но он не планировал оставаться спокойным долгое время и уже представлял, как начинает швырять в проклятого Малфоя заклинаниями. — В зале был оборотень, вот и всё, — сказал, наконец, Скорпиус так, словно пытался объяснить своей дочурке, откуда дети берутся. Альбус понял, что осталось совсем немного до того момента, когда он перейдёт границу между сдерживаемой и слепой яростью, поэтому на сцене вовремя появилась Ванесса под руку с Джеймсом. — Ты просто невероятно пунктуальна, больше нечем было заняться, когда пропадает ученица, инспектор? — проговорил он, кивая на собственного брата. — В любом случае, я собираюсь пытать твоего братца, думаю, тебе понравится. Ванесса сверкнула серыми глазами. — Прекрати. — Сделать что? — Я сказала, прекрати, Ал, и успокойся, это не конец света, — поджала губы в своей манере блондинка, складывая руки на груди. — То есть, по-твоему, оборотень на министерском приёме входил в программу праздника? До или после тыквенного пирога? — Оборотень? — вскинул брови Джеймс, вклиниваясь в разговор. Между тем, Ванесса выглядела невозмутимой, разве что раздражённой его тоном, и тут Альбуса осенило. Глаза его широко распахнулись, и он сглотнул, ошеломленный тем, насколько то, что происходило на самом деле, могло быть скрытым от него. — Ты знала, — обличающим тоном произнёс он, замечая, как напряглась подруга. — Просто отлично, лучше и быть не могло. Потом он повернулся к брату, который переводил ошеломлённый взгляд с него на Ванессу. — Может и ты тоже скр... — Либо ты сейчас же затыкаешься, и я рассказываю тебе всё, либо можешь и дальше искать чёрную кошку в тёмной комнате, — прошипел Скорпиус, хватая его за плечо. *** — Давай я залечу? — предложила Ванесса, когда Альбус в очередной раз повернул платок другим концом, но тот дёрнулся на своём кресле. — Убери от меня свои руки, лживая женщина, — Малфой закатила глаза. — Оно всё равно пройдёт быстрее, чем твой братец вспомнит, каково это — уметь говорить. Скорпиус, который мерил курительную широкими шагами, метнул в его сторону неприязненный взгляд. Джеймс рядом закряхтел и растянулся на диване, кладя ноги на подлокотник брата. — Серьёзно, Скорп, мы все измотаны, — проговорил старший Поттер, закидывая руки за голову. — А кое-кого из нас ждёт полная школа детей с глазами, как галеон, и требующих ответа, — буркнул Ал. — Он сегодня заткнётся?! — взвился Скорпиус, и Мерида встала со своего места, чтобы успокаивающе погладить его по спине и зашептать что-то. — Наверное, лучше будет, если начну я, — предложила Ванесса и бросила быстрый взгляд на Джеймса, который с ожиданием смотрел на неё. — Вы оба знаете нашу тётку, Дафну, и Ал должен помнить, что в молодости она была замужем. — Трижды, — не отказал себе в удовольствии озвучить сводки собственной памяти Альбус. — Я поражена, — поджала губы Несс и продолжила. — Спустя восемь лет после окончания войны и первого неудачного брака с мистером Забини, она уехала в Испанию и встретила там скрывающегося Рабастана Лестрейнжа. Не знаю, что там у них случилось, но вернулась она с кольцом на пальце, а позже моя мать узнала, что она понесла от него. Долгое время никто не знал, кто отец ребёнка, и назревали очень большие проблемы с тем, как объяснить его появление, потому что несмотря на проблемы чистокровных семейств в то время, никто из них не забывал о чести. Так или иначе, вскоре Лестрейнж появился сам, и они прожили вместе почти два года, пока он снова не исчез. Но главное в этой истории, что родился наш кузен — Алекс. — Я помню его, — нахмурился Ал. — Он же весь из себя такой болезненный был, в Думстранге учился, да? — Иногда мне кажется, что твоя память лучше, чем у профессора Бинса, — проворчала Ванесса. — Просто я вспомнил, как Скорпиус как-то побил его, когда я гостил у вас, — мстительно улыбнулся Альбус упомянутому Малфою, а тот даже не посмотрел в его сторону, только упрямо глядел в камин. Ванесса, тем временем, встала, чтобы подойти к какой-то шкатулке и вытащить из неё старую колдографию. Она протянула её Альбусу, но тот, впрочем, и так неплохо помнил кузена Малфоев — острые, но приятные черты лица, буйные чёрные кудри и карие глаза-угли, уже тогда светившиеся чем-то недобрым... Или это Поттер сейчас придумал? Он мотнул головой, и голос Ванессы, вновь звучащий, помог отогнать наваждение. — На самом деле, это правда, насчёт его болезней. Помимо астмы, у него была дислексия, так что и с учёбой у Алекса были большие проблемы. Это продолжалось до того момента, как ему исполнилось пятнадцать. Тогда на его курсе начались охотничьи испытания, во время которых ученики недели проводят в лесу или в горах, практически в одиночестве, пытаясь выследить медведя или другую дичь крупнее оленя. Ну, Алекс не стал охотником, наоборот: в одну из ночей он стал зверем. Его укусил оборотень, и с тех пор Алекс Гринграсс стал персоной нон-грата в нашей семье и обществе, где наша семья объявила о его отъезде в Японию. — Почему не в Антарктиду, она вроде дальше? — Потому что так и было, — с нажимом ответил вдруг Скорпиус, несмотря на то, что Ванесса хотела продолжить свой рассказ. — Мы все были уверены, что он и сейчас находится там, или, на крайний случай, в Америке. — Но он здесь, — закончил Джеймс, садясь и бросая взгляд на Несс. — Давно? — Мы знаем, что только неделю, — покачала головой девушка. — Мы не были уверены, что нападение на матче и на Вуда — его рук дело, поэтому и.. — Почему он не принял лекарство? — жёстко спросил Альбус, отнимая руку от лица, потому что кровь, наконец, перестала идти. — Мы долгое время считали, что он излечился, я помню, как тётя забирала снадобье из аптеки, она была очень радостной в тот день, но... Спустя несколько лет мой отец узнал, что он всё так же превращается каждое полнолуние, — тихо ответила Ванесса. — Бред какой-то, кому нужно оставаться чудовищем? — скривился Джеймс. Альбус встал со своего места и направился в сторону двери, чувствуя, как за ним напряжённо следят четыре пары глаз. Они ждут, что он скажет им сегодня, сейчас, что он примет какое-то решение. — Кому-то, кто не хочет стать слабым, — ответил Альбус и добавил. — Дайте мне знать, если услышите что-нибудь о нём или вспомните, где он мог бы быть. Мне кажется, ваша тётка знает больше, чем говорит вам. — Ал? — Ванесса встала со своего места, сминая пальцы по свойственной ей привычке. — Что ты намерен делать сейчас? Поттер не ответил и толкнул дверь. Что за глупые вопросы она задаёт? Разве не знает, что он ничего не может, а так отчаянно хочет? Это напоминало ему извращённый садизм — каждый то и дело давил на далеко ещё не заживший удар и даже не задумывался об этом. *** Вспышка света, ещё одна, другая. — Мистер Поттер, что вы можете сказать о пропаже вашей ученицы? — Как долго это будет продолжаться, наши дети в опасности? — Не уберёшь камеру — в опасности будешь ты, — буркнул Альбус, надевая очки и пробиваясь мимо репортёров к машине, которая была припаркована у газона. Из-за всех этих "неприятностей" — так их называла Гермиона — министерству пришлось на некоторое время закрыть каминную сеть, чтобы обезопасить Хогвартс. Как выяснилось, оборотень попал в школу именно через директорский камин, что было каким-то абсурдом, до сих пор непонятным Поттеру, потому что пароль внешней связи знало крайне малое количество людей. Тем не менее, ему пришлось пригнать из семейного гаража коллекционный Шевроле Камаро, а Джеймсу вытащить на свет старый мотоцикл, на котором он неплохо отжёг однажды в юности, пьяным врезавшись в крышу Дырявого Котла. — Мистер Поттер, у вас есть подозреваемые? — Почему бы вам не обратиться с этим в аврорат? — не выдержал Альбус, открыв дверцу и взглянув на молоденькую репортёршу поверх очков. — Вас с пропавшей девушкой видели в ту ночь вместе, следовательно, для вас самым главным будет найти её, а у вас куда больше возможностей, сэр, — хищно ухмыльнулась девушка, обнажая белоснежные зубы. — Восхитительная логическая цепочка, — фыркнул Поттер и сел на водительское кресло. — Жаль, что держится на воде. Он развернулся, шуганув при этом парочку зевак-магглов, которые не поняли, с чего такой ажиотаж вокруг их дома, и нажал на газ с целью быстрее выехать из города, чтобы там взлететь и исчезнуть, не нарушая закона. Пока он ехал и наблюдал за жизнью, бегущей мимо по улицам, спускающейся в метро и покупающей утренние газеты, то думал о том, что сам пишет вилами по воде. Любая его теория, хоть немного подкреплённая фактами, тонет, едва он успевает увидеть в ней хоть какой-то смысл. Алекс Гринграсс, Диана Альварес — два имени крутились в его голове и никак не могли сложиться в одну картину, которая могла бы ему помочь найти её. Он свернул на Таттсхилл, где можно было как следует разогнаться и взлететь, так что очень скоро уже приближался к Шотландии и Хогвартсу непосредственно. К счастью, он смог опуститься прямо во внутреннем дворе, а не перед воротами, так что он избежал сомнительного удовольствия брести по слякоти мимо неприветливого озера. Всё было бы хорошо, приди он пораньше, а так ему пришлось идти через полный зал детей, смотрящих на него с ожиданием, страхом, надеждами. Он нашёл взглядом Кима, сидящего у края стола, и подумал о том, были ли они с Джул действительно парой? Тогда ему должно быть по-настоящему хреново. Правда, вопреки желанию, жалость к парню в Альбусе не пробуждалась. Зато бледная, не выспавшаяся Лорри с кружкой кофе в руках смотрелась куда более потерянной и расклеившейся. Она шмыгнула носом и тоже подняла взгляд красных глаз на директора, который лёгким шагом прошёл к учительскому столу. — Ну, как тут у вас? — тихо спросил Альбус у Невилла, опираясь на столешницу локтём. Сзади зашелестел разговорами зал, и Лонгботтом неприязненно взглянул на него, разрезая омлет. — А ты как думаешь? Радуга и единороги? — Понятно, паника и ужас, — кивнул Поттер и выпрямился, направляясь к директорскому месту. Взмахом палочки он зажёг все свечи в зале, заставил их гореть ярче, несмотря на то, что был день: на взгляд Ала, серое небо навевало слишком много неприятных ассоциаций. — Прошлой ночью произошло по-настоящему серьёзное и ужасное событие, но оно не должно заставить вас отчаяться или бояться, потому что тот, кто сделал это — добивается именно такой вашей реакции, ясно? Сейчас, в эти трудные времена, самое время собрать все свои силы и объединить их, чтобы быть сильными перед лицом тех, кто хочет сломить вас. Он сглотнул, надеясь, что в этой тишине не слышно, как показалось Альбусу, оглушающего звука. — Что касается девочек, то я найду их — обеих, чего бы мне это не стоило. Больше Ал ничего не мог сказать. Перед глазами вдруг всё поплыло, и встала будто реальная картина: нежный овал лица, влажные карие глаза, смотрящие на него снизу вверх, мягкие губы, и он вдруг словно услышал её тихое "да".

" — Ты веришь мне? — Да"

http://royaldirewolf.tumblr.com/post/62080000432