Игра теней

— Ради всего святого, Криви, отцепись от верёвки — она не спасёт тебя от оборотня! — проорал Альбус, наблюдая за своими учениками, проходящими настоящее испытание, устроить которое пришло ему в голову после прочтения одной из книг, найденных в тумбочке своей любимой ученицы. Так теперь говорили в Хогвартсе, когда разговор заходил о Джульетте Флинт. Девушки шептались в коридорах, когда видели своего директора, но тому было как никогда плевать на чужое мнение. Он жил в эти дни, пытаясь поднять согнувшихся студентов, которые оказались неприспособленными для таких потрясений. Они падали на колени перед лицом опасности, и он вспоминал себя в их возрасте. Альбус был слизеринцем от мозга до костей, всегда ищущим выгоду, но был ли он трусом? Ни отец, ни дед не простили бы Поттеру такой слабости, а уж брат и подавно. Ориентируясь на представления своих недальних родственников о всё той же чести настоящего человека, он и затеял всё это. В лесу были протянуты специальные верёвки над ручьями и на достаточной высоте, по которым нужно было пересечь длинную дистанцию, наколдовывая перекладины и перила при надобности. Задание усложнялось тем, что в процессе вокруг витали боггарты, принимающие абсолютно разные образы, порой задаваемы с помощью заклинаний самим Алом. Он пристально следил за тем, как каждый из них работает в команде или отвечает за себя. Где любой из этих детей видит порог своих возможностей, и чего они боятся больше всего. Взгляд его зацепился за Нортон, которая была бледнее обычного, и оттого казалась чем-то абсолютно неземным со своими резкими и холодными голубыми глазами. Светлые волосы были заплетены в тугую косичку, рукава спортивной туники закатаны до локтей, обнажая худые руки, по которым бежала сеточка вен. Как за два месяца она успела стать такой явной представительницей северной крови? Теперь он ясно видел в ней не просто русскую — продолжательницу династии. Казалось, дай ей меч в руки, брось в другое время, и она сойдёт там за свою, но и это было не главным. Лорри была стойкой и удивительно сосредоточенной на своей слепой надежде, до самых сжатых побелевших губ. Альбус помнил, что вчера, на завтраке после пропажи Джул, она давилась слезами. На его уроке она ничего не делала и только сжимала в руках палочку, но пришёл Дэн, которого на несколько часов отзывали в Думстранг, и она тут же сбежала куда-то. Может быть, он дал ей сил? Хотел бы Поттер, чтобы кто-нибудь встал рядом с ним и подставил плечо! Но в его случае всё было гораздо сложнее: с Ванессой он принципиально не разговаривал, решив выдержать хотя бы недельный бойкот, а у брата возникли какие-то проблемы в лиге. Ал знать ничего не знал о профессиональном квиддиче и сейчас вычленил из матерного потока оскорблений Джеймса только то, что кто-то хочет выгнать его с места охотника. Словом, проблемы были везде и рядом, окружали словно сеть, в которой и прорех-то не найти. Всё, что Ал мог делать — ждать и искать. Вчера его внезапно поразила ужасная мысль о том, что на Джул было кольцо Эрншо, когда она пришла на бал, и он перерыл все девичьи спальни в его поисках, но ни черта не нашёл, зато разбил флакон духов Стефани, заставив всю гриффиндорскую башню смотреть на него с некой обидой. После, правда, он с лупой изучил фотографии с приёма и облегчённо выдохнул — пальцы Джульетты были чистыми от украшений. — Не боишься, что кто-нибудь из родителей обратится в попечительский совет? — за его спиной раздался знакомый и сейчас до глубин сердца раздражающий голос. — Такие нагрузки для детей после всего, что происходит сейчас... — У меня там блат, — наигранно улыбнулся Альбус Ванессе, которая обошла его и пристроилась слева. — Всё куплено, ясно, — понимающе закивала головой Малфой, скрывая ехидную усмешку. — А как же, — без особого энтузиазма откликнулся Поттер. — Решать проблемы с помощью фамилии — профиль Джеймса в нашей семье. Мне же пришлось придумывать нечто более изощрённое. Несс закатила глаза и сунула ему в руки какую-то папку, которая едва не развалилась в руках Альбуса, и он только и успел подхватить разлетающиеся листы. Ванесса удовлетворённо проследила за его действиями, а когда он, наконец, совладал с бумагой, то похлопала его по плечу. — Думаю, тебе это будет интересно. Альбус нахмурился, переворачивая титульный лист, на котором значилось: Диана Альварес. Он повернулся было к Ванессе, чтобы расспросить о происхождении этого документа, но той уже и след простыл — только одинокая и тонкая фигура в красной мантии Визенгамота, следующая к воротам Хогвартса. — Сэр, я прошла. Ал дёрнулся от чистого и звонкого, как удар колокола, голоса Нортон. Она смотрела на него прямо и твёрдо, а за спиной её держался Радимич, с каким-то беспокойством глядя на девушку. — Тридцать баллов Гриффиндору, мисс Нортон, — криво улыбнулся Альбус, пытаясь разгадать оттенки чувств на лице своей ученицы. Краем глаза он заметил, что уже даже Криви наконец добрёл до конца дистанции, и усталые дети развалились в корнях деревьев, поедая сэндвичи, принесённые преподавателем из кухни. Тем временем гриффиндорка кивнула и направилась к школе, но Поттер успел схватить её за предплечье. — Лорри? Ветер ударил её по щекам терпким румянцем, но она даже не сощурилась от неприятного холодного прикосновения. Ал знал это чувство — мир меняет свои координаты, а тебе ничего не остаётся, как врастать в землю. И знал, как оно губительно. — Я в порядке, сэр, — выдавила из себя девушка, которой, видимо, наскучил его сомневающийся вид. Она помолчала немного и добавила уже тише и с каким-то придыханием. — Вы только найдите её, ладно? Альбус устал отвечать на этот вопрос, он слишком часто говорил эти успокаивающие слова, но сейчас он понимал, что только и перед лицом её подруги он должен быть по-настоящему честен. — Я сделаю всё, что смогу, — твёрдо проговорил он. — Тогда это по-настоящему много, — ответила Лорри без улыбки, но с уверенностью в своих словах. И Ал почувствовал, что теперь это действительно немало. *** Поттер не знал, что Ванессе пришлось сделать, чтобы получить даже медицинские справки, но именно они и ещё один квиток — о составе семьи — помог ему по-настоящему проникнуться сутью всего, что происходило с этой загадочной и странной девушкой. Он помнил её прилежной и заинтересованной ученицей: не той, которые зубрят, а полюбившей предмет. Это польстило ему, но не более — тогда в его жизни были свои проблемы, и он мягко отказался помогать ей в тех начинаниях, которые она хотела сотворить. Тем более что они не казались ему чем-то стоящим, больше авантюрой. Сейчас Альбус понимал: он своими руками взрастил демона и не остановил его в зародыше. У неё действительно был талант, у Дианы, но что заставило её задумываться о подобном? Были ли причины для того, чтобы проект "волчьего" зелья пришёл ей в голову? Конечно, да. Поттер даже не сомневался в этом и убедился, открыв её досье. Отец Дианы был оборотнем, который отказался от вакцинации. Прочитав эту фразу, Альбус громко выругался такими словами, что портреты прежних директоров Хогвартса переглянулись и заворчали что-то себе под нос. Поттер же ещё раз перечитал и закурил, пытаясь прийти в себя. Он пролистал дальше и уже не ругался — слов не хватало даже в богатом лексиконе Поттера. Альфонсо Альварес был пойман при попытке к обращению и застрелен испанскими охотниками на оборотней серебряной пулей на глазах шестнадцатилетней Дианы, которая после этого почти год лечилась в клинике. Альбус моргнул, вчитываясь в строчки медицинского освидетельствования, которое сообщало, что мисс Альварес требуется минимальная нагрузка и ещё какой-то диагноз, требования... Он же видел совершенно другое: девчонка с промытыми мозгами, но разбитой и неправильно склеенной саморучно душой была выпущена в мир совершенно безумных возможностей. Но помимо этого в наличии существовала её сестра-близнец, Камилла. Вообще непонятный в этой истории персонаж, который Альбусу и вовсе представлялся корнем всех проблем, которые у него были, причём совершенно необоснованно. Он уронил голову на стол и закрыл глаза. Перед глазами мелькали разрозненные картинки воспоминаний, среди которых Ал силился увидеть какую-нибудь важную мелочь, но вдруг, вместо этого мужчина снова увидел лицо и улыбку, которые снились ему теперь по ночам, сменив его погибшую невесту. Поттер не понимал, что происходит с ним: было ли это чувство долга? Или ответственности? Так мало ответов... Вдруг что-то ударило его по затылку — или кто-то. Альбус вскинул голову и прищурился, потому что перед глазами, которые вообще не отличались лучшим зрением, всё плыло. Он сфокусировался на каком-то рыжем пятне, которое опустилось в кресло напротив него и взяло бумаги с его стола. И неуверенно протянул: — Роуз? — Единственная и неповторимая, — хмыкнул насмешливый голос, а Ал, помассировав себе глаза, наконец смог увидеть сестру, которая тряхнула короткими рыжими кудрями и улыбнулась ему. — Теперь ты больше похожа на ребёнка дяди Джорджа, — усмехнулся Поттер, оглядывая её. — Я думал, к уизлевской коже загар вообще не пристаёт. — Я тоже, поверь, — закатила глаза Роуз и так привычно скривила губы, что Ал вдруг отчётливо и ясно понял, как ему её не хватало. Она всегда была полной жизни: в этой худощавой длинной девчонке в удивительно равных долях сочеталось материнское рвение к цели и одержимость отца чем-либо. И даже теперь, в свои тридцать, она выглядела на двадцать пять из-за ребяческой улыбки и блеска в синих глазах, который никогда не покидал их. Роуз, тем временем, задрала короткий рукав майки-поло, под которым была светлая и привычная её кожа. Это заставило Ала фыркнуть, а Уизли с обречённым лицом кивнула. — Ты же не думал, что я там отдыхала. — Больше того, я был уверен, что ты будешь работать ещё, по крайней мере, два месяца, — протянул Поттер. — Что-то случилось? — Мать вызвала на выходные, — пожала плечами Роуз, и это прозвучало так, словно они всё ещё учились в школе и ничего не изменилось. Совсем. — Слышала, ты проштрафился? — Я? — непонимающе нахмурился Альбус. — Ещё и месяца не был на посту директора, а уже нападение и похищение, — покачала головой Роуз, и Поттер испытал уже почти забытое желание бросить в неё что-нибудь тяжёлое. — Тебя нельзя оставлять наедине с детьми. — Сказала мне та, кто чуть не повесила двух своих племянников за потерянное кольцо, — поддакнул Ал с язвительной улыбочкой. — Это было кольцо с нигерийским алмазом, меня бы оправдал любой суд, — хладнокровно откликнулась Уизли. — Кроме шуток, Ал, что случилось? Я встретила в министерстве Скорпиуса, он наорал на меня, и, видимо, из-за того, что я — твоя сестра. — Да мудак он, — вяло махнул рукой Поттер, призывая к себе бутылку с виски. — Ты знала, что у него брат — оборотень? — Да. Альбус воззрился на неё в праведном изумлении, но Роуз беспечно пожала плечами и пригубила бутылку, откупорив её опять же заклинанием. — Я была его невестой, если помнишь. Так что да, я знала об Алексе, но думала, что он принял лекарство, разве нет? Мужчине уже начинали казаться очень далёкими те времена, когда Роуз Уизли была названной невестой слизеринского принца и дружила с Меридой Данброх, которая, в конце концов, так удачно заняла её место. Нельзя было винить никого в этой истории, Ал понял это уже давно, но до сих пор вспоминал, как кузина за два дня до свадьбы сбежала в Японию, никому не сказав ни слова. Какой скандал тогда могли бы устроить газеты! Особенно, вспоминая нелепую аллегорию о Ромео и Джульетте... Альбус считал, что Роуз просто теоретически не могла стать леди Малфой — сидеть в замке и быть примерной женой с годовым доходом в кругленькую сумму никогда не было её мечтой, как Скорпиус не уговаривал свободолюбивую девушку. — Ну, в общем, совсем нет, — буркнул Ал и начал свой долгий рассказ, который изобиловал язвительными и ехидными комментариями Роуз, которая не могла отказать себе в удовольствии посмеяться над братом. Она выслушала последние его слова с должным вниманием — этого у Уизли отнять было нельзя. Помолчав с минуту, видимо, обдумывая информацию, которую получила, Роуз наконец потянулась в кресле и улыбнулась, как кошка. Все они, эти гриффиндорцы, улыбаются, как коты, с досадой подумал Альбус. — А что, эта Джул красивая? Поттер против воли закатил глаза. — Это так ожидаемо, учитывая, что я только что... — Да или нет? Директор посмотрел на свою кузину тяжело, как лев на добычу, которая вдруг вздумала дерзить. — Да, — сдался он, наконец, изображая настоящую раздражённость, но на самом деле... Да он толком и не знал, что происходит, и не был уверен, что сможет разобраться с этим сейчас. Решив, что сказал слишком очевидную вещь, он добавил, бросая на стол старую книгу с тесненной гравировкой "Эрншо" на обложке. — Они все красивые, вот, убедись. Роуз послушно взяла в руки книгу и пролистала её, остановившись вдруг на первых страницах. Пальцы проводили по строчкам, выписанным чернилами ещё в далёком шестнадцатом веке, и Альбус явно видел, что она размышляет обо всём узнанном. Он ждал, надеялся, что она даст ему хоть какое-нибудь правильное направление. — Тебе не приходило в голову, что стоит посетить Годрикову впадину? — наконец, сказала Уизли, поднимая глаза. — Эта самая Кэтрин связана с Гриффиндором, а он как-никак родился там. — Сомневаюсь, что мы что-нибудь найдём там, — проговорил Альбус. — Есть ещё идеи? Как думаешь, где этот Алекс мог расположить лагерь? — Поттер, в твоих мозгах существует что-нибудь помимо спасения этой девчонки? — закатила глаза Роуз. — Ты ходишь вокруг истории, которую не знаешь от начала до конца, и не делаешь ничего, чтобы приблизиться к сути. — И ты считаешь, что размытые деревенские дороги мне в этом помогут, — скривившись, отозвался Альбус. — Не знаю, что насчёт дорог, но кладбище — точно, — загадочно ответила Роуз, поднимаясь со своего места и накидывая парку, которая до этого небрежно была скинута на пол. — Ты со мной? — Похоже, что у меня нет вариантов, — недовольно ответил Поттер. *** — Меня здесь лет двадцать не было, а дома как будто и не изменились: такие же обшарпанные, — проворчал Альбус, когда они трансгрессировали в какой-то переулок. Здесь стоял дом Поттеров, который его отец отреставрировал, но они так никогда и не жили здесь — только иногда проводили лето. Всё оттого, что каждый себя чувствовал обязанным в этом месте, а дети сразу замечали, каким грустным становится отец. Кроме того, упомянутое Роуз кладбище хранило в себе останки не только предков рода Поттер, но так же и их дядю, а теперь и родителей Альбуса. Он не любил эту деревню. Нет, он терпеть её не мог, но так же знал, что Роуз права — ещё маленьким мальчиком, он на спор с Фредом и Джеймсом пробрался в дальний конец старого кладбища, где стоял увитый плющом склеп. Он так и не смог найти таблички или открыть дверь, так что отдавал свои сладости братьям целый месяц. Но, спустя годы, он всё-таки справился с задачей, когда смерть стала его вечным спутником. Здесь покоился Годрик Гриффиндор. За тяжёлыми воротами, выточенными из гранита каким-то талантливым мастером. Тогда он так и не решился проникнуть внутрь, но, судя по лицу сестры, она обладала куда большим желанием разобраться в этом. Они пересекли главную площадь, встречаясь взглядами с людьми, которые неприязненно поглядывали на чужаков. Роуз накинула капюшон, закрываясь от холодного норд-оста, дующего с такой невероятной силой, что Альбус крепче перехватил сестру, боясь, что её, отвыкшую от таких катаклизмов, вообще унесёт, как Элли — в Изумрудный город. Тучи серой ватой повисли на горах и начали затягивать небо, когда Роуз скрипнула калиткой и прошла на кладбище. Здесь мелкие капли дождя — редкого, но бьющего, как пули, наотмашь по лужам, — хлестнули и Поттера по небритой щеке, заставляя вздрогнуть и оглянуться по сторонам. Слева лежали мать и отец, справа — дед и бабка, все, словно на семейном празднике. Ближе к часовне разместился дядя Фред, прямо под огромной раскидистой яблоней. — Идём, — Роуз потянула брата за рукав, заглядывая ему в глаза. Ал сглотнул и кивнул — ему ещё предстоит пьяным сидеть у этих надгробий вместе с Джеймсом. Когда придёт Рождество, не сейчас. Склеп нашёлся не сразу, но, в конце концов, они заклинаниями очистили стену и наткнулись на огромную табличку с рунами, которые Роуз бегло прочла, закусывая губу. — Да, это здесь, — кивнула она, и пока Ал подбирал заклинание, чтобы без труда и угроз гробнице открыть его, задумчиво спросила. — Как думаешь, почему они не вместе все похоронены? — Ты об Основателях? — просипел Ал, толкая камень плечом. — Я слышал, что останки Ровены были переданы её греческим родственникам, Райвенкло вроде корнями оттуда была. А Салазар в тайной комнате погребён, это тебе любой наш первокурсник расскажет, во всех красках. Хафлапфф, кажется, в Корнуолле похоронена, но я до сих пор не знаю точно. — Странно, — повела плечом Роуз. — Дело их жизни было общим, а умерли по одиночке. — Не вижу в этом ничего странного — они были очень разными, — поджал губы Ал и удовлетворённо заметил, как скрипнул механизм, и настоящее облако пыли поднялось в воздух. Внутри всё было отделано белым мрамором и золотом, как и полагалось — почему-то Поттер и не думал увидеть что-то иное. Наверняка, здесь кто-то бывал, потому что, не смотря на пыль, три надгробные плиты посреди склепа были вымыты и защищены от грязи специальным заклинанием. Что ж, видимо, в Годриковой впадине волшебники всё ещё помнили своих героев... Ал присел на корточки над первой могилой и прищурился. — Это Годрик, всё, как и положено. Только почему... Почему здесь перечисляются его предки до шестого колена? — Раньше так принято было. Ал пригляделся получше. — Твою мать... Он был потомком Пендрагона? — Роуз отвлеклась от своих наблюдений и тоже наклонилась над золотым готическим шрифтом, который сверкал даже в тусклом свете люмоса. — Точнее, правнуком Артура. Ты не знал? — вскинула брови Уизли. — Мы учили это на Истории Магии, на втором курсе. — Ах да, припоминаю, кажется, тогда я занимался очень интересным... ничем, — буркнул Ал. Потом нахмурился и добавил, судорожно соображая. — Кэтрин была ученицей Морганы, по крайней мере, по легенде. А те двое не ладили, разве нет? — Мягко сказано, — хмыкнула Роуз и оглянулась на следующую плиту. — А вот и Керидвен Гриффиндор, которая опрометчиво вышла замуж за доблестного Джерарда Поттера, вашего далёкого предка, сэр. Ал насмешливо посмотрел на неё и спросил: — Мы каким-то странным образом умудрились всех в свою родословную заполучить: и Певереллов, и Гриффиндоров и, если так подумать, то и короля Камелота. Но Уизли его не слушала. Она прошла дальше и остановилась у третьей могилы, кусая губу. — Ричард Гриффиндор, — произнесла Роуз, и её тихий голос едва коснулся толстых стен коротким эхом. Она повернулась к Альбусу и склонила голову, прищурившись. — Смотри, он погиб, когда ему было шестнадцать, вот год. А теперь вспомни, когда Кэтрин прокляла свою душу? — Роуз, мы оба знаем, что это твой фокус с запоминанием любых цифр, перестань меня мучить, — пробормотал Ал, подходя ближе, а сестра закатила глаза. — Моим всегда было запоминание рецептов с первого прочтения. — Здесь и помнить нечего — цифра-то одна и та же, — ответила Роуз, складывая руки на груди. Ал наклонился, чтобы самому разглядеть, но тень как раз упала на дату, и он едва уловил очертания. — Думаешь, это как-то связано? — с сомнением протянул он. — Знаешь, что говорила мне мама, рассказывая об их походе за крестражами: важна любая мелочь, — произнесла Роуз и встретилась взглядом с братом. — Так что протри глаза, Альби, или надень очки — что-то определённо ускользнуло от твоего внимания. *** Они брели по каменной кладке внутреннего двора школы, где когда-то проводили перемены между парами, смеялись и считали дни до выпускного бала вместе с теми, кого любили. Ал глубоко вдохнул свежий морозный воздух и выдохнул пар, а Роуз рядом весело на него посмотрела. Сестра знала, о чём он думает и как именно — она всегда хорошо его понимала. Поттер давно усвоил, что в их семье так много родственников, что нити всех связывают абсолютно разные. У кого-то близкие, где-то скрытые от чужих глаз, у кого-то природные, не рвущиеся, как у них с Роуз. Зря что ли родились с разницей в неделю? Мама всегда говорила, что это какой-то знак. — Слушай, есть ещё кое-что, о чём ты забыл за своими поисками, — вдруг сказала Уизли, останавливаясь и вытаскивая свою руку из-под его локтя. — Мм? — откровенно говоря, Альбус порядком устал и хотел есть, как... Нет, про волков ему вспоминать совсем не хотелось. — Ты так и не узнал, кто провёл оборотня в Хогвартс, — Роуз сказала это таким тоном, что Алу тут же захотелось, как в детстве, щёлкнуть её по носу. Но потом он осознал, что на самом деле этого не сделал, и нахмурился, пытаясь собрать разлетающиеся мысли и воспоминания. — Пароль знали только два ученика... Джул и Лорри, — Альбус старательно вспоминал момент, когда перед уходом к Джеймсу как раз поменял пароль, простоявший неделю, и послал его патронусом только девочкам, которым он мог понадобиться в любой момент. Роуз вскинула одну бровь в ужасно раздражающей манере, словно она одна понимает, что происходит вокруг. — Русская? — Да, подожди... Она не могла, — уверенно ответил Ал, опираясь руками о парапет, за которым сумерки уже окутывали окрестности Хогвартса. — Поттер, ты будто и не слизеринец, — тяжело и обречённо вздохнула Уизли. Альбус судорожно соображал, чувствуя, как страх предательства прокрадывается за шиворот и начинает душить. Он оттянул воротник, снял шарф и прикрыл глаза, пытаясь вычислить, кому же Нортон могла сказать пароль случайно и не задумываясь. Просто потому что так надо. Потому что не ждёт от этого человека ничего плохого. Поттер раскрыл глаза и разжал кулак, ударяя ладонью по холодному камню. — Вот сукин сын. Роуз Уизли: http://royaldirewolf.tumblr.com/post/63162300816/jane-levy Семья Гриффиндоров: http://royaldirewolf.tumblr.com/post/63162302601 Иллюстрации к главе: http://royaldirewolf.tumblr.com/post/63162236727 Небольшой бонус - промо-фото (автор шёл мимо фш и не смог удержаться): http://royaldirewolf.tumblr.com/post/62705334364/the-game-of-shadows