Игра теней

Маленькая Кэтти бежала вниз со склона так быстро, как только её короткие ножки могли. Она не замечала того, что высокие стебли вереска бьют её по рукам или туфелька промокает в небольшой лужице, оставшейся после прошедшего ночью дождя — она знала только то, что до смерти хотела видеть тех рыцарей. Высоких, в сияющих, как весеннее солнышко, доспехах и с реющими алыми флагами далёкого Камелота. Далёким он был лишь по мнению ребёнка, не видевшего ничего, кроме деревни, где она выросла, и домика старой ведьмы, тайком обучающей её магии. На самом деле до него было каких-то сто лиг. Но кони под статными мужчинами были уже взмылены, и каждый из них выдыхал тёплый пар, улыбаясь друг другу, как только и умеют они. Кэтрин любила присесть на камень, натянув подол застиранного синего платья на разбитые коленки, и наблюдать за эскортом короля, скачущим по узкой тропинке в долину. Она, как какой-то зверёк, вытягивала шею, чтобы разглядеть больше и больше, а потом украдкой мечтать о странствиях этих воинов перед тем, как уснуть, придумывая себе образы загадочных принцесс. Эрншо хотела бы быть взрослой красивой царевной, за которую борются на турнирах такие яркие, ослепляющие рыцари. Это было сказкой, в которую она упрямо верила, творя колдовство каждый день и считая его неимоверно обыкновенным, разумеющимся само собой. Вот и сейчас она замечталась больше нужного и не заметила, как целая колонна всадников проследовала из ущелья, в котором они скрылись больше полугода, назад, обратно в их деревню, которая была своеобразным местом отдыха для них, где воины останавливались на короткий ночлег перед походами. Девочка коротко и немного расстроено вздохнула, думая над тем, что теперь снова долго ждать, когда можно будет увидеть их на конях и в этих замечательных плащах. Затем сама отправилась на ту же тропинку, собираясь вернуться домой засветло, не то папа будет сердиться. Он не любил, когда Кэтрин надолго оставалась у старой ведьмы, называл последнюю многими плохими словами, и девочка даже закрывала уши ладошками, чтобы ничего не слышать. Но она всё равно очень любила своего отца, который был человеком очень земным и приземлённым, но, тем не менее, крепко дорожащим своей дочерью. Та была для него последней связью с безвременно почившей женой, и он больше всего боялся потерять её, а девочка каким-то интуитивным образом понимала это. Кэтти шла по дороге, напевая под нос себе какую-то песенку, и то и дело склонялась к земле, чтобы нарвать красивых придорожных цветов, полевых и простых. После она придирчивым взглядом эксперта определяла увядшие или сломанные и оставляла их в пыли, а остальные бережно складывала в свой букет, ставший достаточно большим к тому времени, как она дошла до дома. Точнее до трактира, который держал её отец — Кэтрин потянула на себя ручку большой двери и улыбнулась теплу очага и шумным разговорам рыцарей, которые при свете огня казались более реальными, не такими, как там, на дороге. Здесь они болтали о всякой чепухе вместе с крестьянами и могли выпить с ними, посмеяться над обычными шутками... Кэтти предпочитала запоминать их более сказочными. Но и теперь вечер обещал быть весёлым и славным, пахнущим элем, едой и загадочными историями, где кто-нибудь из воинов если и приврал, то лишь от хмеля, ударившего в голову, да и вряд ли больше, чем было возможно. Кэт весело улыбнулась, отчего на щеках у неё появились милые ямочки, и прошла внутрь, мимо стены, увешанной охотничьими трофеями отца: оленьими рогами, головами кабана и медведя. — Кэтрин! — послышался раздражённый голос родителя из-за стойки, и Боральд появился с двумя полными кружками. — Где ты носишься? Сама же знаешь, сегодня мне нужна помощь — смотри сколько народу. Эрншо подпрыгнула и взяла глиняный горшок с полки, чтобы наполнить его водой, и состроила умильную мордочку, зная, что она безотказно срабатывает на отце. — Сейчас надену фартук и буду бегать быстрее, чем феи летают, — звонко пообещала девочка и сунула руки со своей вазой в бочку, чтобы наполнить ту. Она поставила цветы на стойку и довольно отметила, что мужчина улыбнулся ей совсем так, как она любила. Схватив с крючка маленький серый льняной фартучек, Кэтрин отправилась на помощь Гертруде, в одиночку сновавшей между громкими мужчинами, требовавшими ужина и пива. Она выглядела очень устало, и Кэт убедила её, что справится сама, после чего девушка ушла наверх, чтобы подготовить комнаты для столь многочисленных гостей. Конечно, Эрншо была немного самонадеянной для десятилетней девочки, но в то же время она была и очень шустрой — не прошло и получаса, как она уже подносила тёплое вино на ближний к огню стол. — Король прислал указание о том, что это был последний поход за Граалем, — проскрипел престарелый воин с шрамом через всё лицо, глядящий сквозь полуприкрытые веки так, словно находился в другой вселенной. — Ты должен гордиться, Годрик, твоё первое путешествие за подвигами замкнуло целую эпоху. — Он был скучным, — скривился молодой человек напротив, вытягивая ноги под столом и разваливаясь на своём стуле даже слишком вальяжно. — Мне даже не удалось проверить свою стойкость... — Не каждому в шестнадцать удаётся увидеть гибель дракона, — недовольно откликнулся старик. — В тебе слишком много спеси, Гриффиндор. Блондин закатил глаза и фыркнул, потирая плечо под латами. — У меня болит мышца, только и всего — вот единственный мой недостаток, — широко улыбнулся он и обратился к своему собеседнику. — Ну же, не ворчи, Гвейн. Я знаю, что ты меня любишь. Паренёк откинул светлую чёлку с лица и блеснул голубыми глазами, ухмыляясь так открыто, что даже Кэт подавила улыбку, умело скрывая её. Она оставила на столе скромные яства и отправилась было восвояси, но тут взгляд её зацепился за обмундирование Годрика, как того назвал старый воин — ремень, связывающий его латы, перекрутился и был стянут так неряшливо, что не было сомнений в том, отчего у него ноет плечо. — Похоже, у вас нерадивый слуга, сир, — вдруг без всякого стеснения сказала она, обращая внимание на себя. Тот мигом обернулся и нахмурился, будто ища источник звука. Когда он заметил девочку, то только усмехнулся, как свойственно молодым юношам — широко, словно каждый в этом месте должен смотреть на него. Кэтрин готова была рассмеяться ему в лицо, так как в силу своей детской искренности ещё никогда не встречала таких высокомерных гордецов. — Хочешь сказать, что понимаешь в этом больше его? — прищурился Годрик, вскидывая брови. Эрншо пожала плечами и подошла к нему со спины, принимаясь маленькими пальчиками расстегивать ремешок. Ей помогло волшебство внутри её души — оно позволило без труда справиться с тяжёлыми латами и аккуратно застегнуть замок. Она провела ладошкой по кольчуге и легонько стукнула по ней. — Готово, — она сложила руки на груди, наблюдая, как насмешливый юный рыцарь меняется в лице, поводя плечом. — Неплохо, — одобрил он и вытянул руку, сжатую в кулак. — Хочешь, покажу фокус? Кэтрин заинтересованно закусила губку и нахмурилась, сосредоточенно глядя на его белые пальцы все в каких-то мелких шрамах и мозолях. Когда девочка кивнула, молодой человек раскрыл ладонь, и перед Кэтти появился маленький огонёк, висящий прямо в нескольких миллиметрах от вен под его кожей. Но для маленькой волшебницы это не было фокусом, так что она всего лишь весело усмехнулась, проследив, как простая магия сработала, а затем наклонилась и прошептала какое-то заклинание, после которого пламя превратилось в призрачную огненную бабочку и в несколько мгновений поднялось к потолку, рассыпавшись на искры. — Кэтрин! Куда ты опять запропастилась?! Девочка вздрогнула, услышав голос отца, и как потревоженная лань бросилась к нему, не заметив, каким заинтересованным взглядом проводил её молодой человек. Он одним махом выпил всё своё вино и взглянул на Гвейна, который смотрел на него обеспокоенно. Юноша закатил глаза и встал, направляясь к маленькой девочке и ища что-то в кармане. — Гриффиндор.. — Господа ради, — простонал юноша. — Хватит опекать меня — я способен позаботиться о самом себе в чертовой таверне! — Ты слишком похож на своего деда, — сдержанно улыбнулся старик. — Тот тоже упоминал имя бога и чёрта в одной фразе. Годрик польщено ухмыльнулся и оглянулся в поисках Эрншо, даже имени которой не узнал. Зато молодой волшебник знал кое-что более существенное — ведьмам и магам на Альбионе никогда не были рады, а она, видимо, из тех, что талантливы без меры и не научились ещё этого скрывать. Собственно, как и сам он. Наконец, девочка попалась ему на глаза, он поймал её за локоть и присел на корточки так, чтобы их глаза были на одном уровне. Она посмотрела на него не со страхом, а с любопытством, и это подкупило юного рыцаря. — Ты мне помогла, и у меня есть для тебя небольшой подарок, — загадочно улыбнулся он и вытащил из-под кольчуги тонкое серебряное колечко. — Я купил его на юге для своей сестры, но думаю, что ей гораздо больше понравятся мои рассказы. Украшение легло в ладошку Кэтти, и она прищурилась, разглядывая его. Маленькие буковки заставили её потрудиться, разбирая их, но она всё-таки прочла слово и удивлённо посмотрела на юношу. — Примешь мой подарок, прекрасная дама? — спросил Годрик, вскидывая бровь. — Как твоё имя? — Кэтрин. — Будь счастлива, Кэтрин, — тени отразились на его лице, играя с прямыми и правильными чертами, искажая их и делая такими таинственным, что девочка забыла обо всех сказках, придуманных ею раннее. Она смущённо улыбнулась, что было странным для Эрншо, и просто кивнула. *** Спустя семь лет. Снег одинокими и редкими холодными хлопьями опускался на землю, и лишь случайно повернув голову, Кэтрин почувствовала морозный поцелуй на своей щеке. Она стёрла с румяной скулы каплю и двинулась дальше, кутаясь в меховой плащ всё плотнее, надеясь, что он сбережёт её от холода и стужи, которые крались по пятам Эрншо, спешащей в Камелот. Ей не было дела до проезжающих мимо повозок, в которых весёлые селяне звали девушку присоединиться к ним — она слишком многое потеряла благодаря таким же, как они. С тех пор, как умер отец, и Моргана оставила её, не было человека, которому бы она доверяла. В сердце невинной девочки пустила корни чёрная обида, когда каждая бывшая товарка начала показывать на неё пальцем и зачастую открыто звать проклятой ведьмой. В этом не было её вины, она родилась такой. Она не хотела ничего менять: ни того, кем была, ни того, что её ждало, а она чувствовала всей душой, что будущее у неё будет великое. Зря что ли об этом всё твердила бабка-колдунья? Нет, Кэтрин определённо знала, что она способна на то, чтобы изменить вокруг себя. Ей хотелось доказать свою правоту и то, что она такая же как и все, просто может и умеет больше. И отчего-то Эрншо была уверена, что только в Камелоте она сможет раскрыться, расправить свои крылья и вздохнуть полной грудью. Она помнила, как мечтала о лучшей жизни, будучи ещё совсем маленькой, и теперь была уверена, что время пришло. Кэтти думала об этом всё время, даже когда мороз начал хватать её за икры, забираясь под подол своим холодным дыханием и заставляя вздрагивать и ёжиться. Но Кэтрин упрямо шла вперёд, уже видя вдалеке огни замка, притягивающим своим величием, которое, возможно, было лишь игрой воображения уставшей Кэтрин. Она чувствовала, как что-то мерзкое, ледяное пробирается внутрь вместе с каждым вздохом, но никакой магии здесь не было — она лишь замерзала, медленно и верно. Прошло ещё полчаса, после которых она, наконец, не выдержала, упала на сугроб у дороги и сползла по нему на устланную снегом землю. Из последних сил упрямая волшебница сотворила маленький огонёк на ладони и слабо улыбнулась ему, стараясь ни о чём не думать. Пламя осветило и тонкий палец, на котором было надето колечко с одним только словом... Сзади раздался стук копыт, но Эрншо будто знала, что так будет — всё её способности медиума, зародившиеся вместе с магическими, позволяли ей предчувствовать и доверять своей интуиции. Она прикрыла глаза, не в силах ждать своих спасителей, а те спешились как раз рядом с ней, освещая бледное лицо Кэтрин светом факелов, поджигающих темноту уже опустившейся ночи. — А ты говорил, что мы зря выезжаем в дозор, — весело пожурил кому-то зычный мужской тенор. Кэтрин хотела было открыть глаза, но не чувствовала себя способной на что-либо — последние силы ушли в магию. — Какая красавица, — проговорил тот же голос, и Эрншо почувствовала, как что-то коснулось её щеки, должно быть рука в перчатке. — Нужно скорее доставить её в замок. После, Кэтрин уже перестала держаться в реальности, она растворилась в холоде, обнявшем её, и какое-то время безмолвно странствовала в ледяной пустыне, ища тепла. Последнее само нашло её и обняло за плечи, ноги, руки — всю без остатка. Что-то согрело девичье тело, разлившись по венам, и она провалилась в сон без грёз, но здоровый и чистый, как зимнее утро в окне, на которое смотришь из тёплой постели. Проснулась она нескоро, судя по тому, что открыла глаза Кэтрин, уже когда было совсем светло. И, на удивление, обнаружила себя в огромной кровати под балдахином, на бархатных подушках и льняном белье, пахнущем травами. Косы её были расплетены и расчёсаны чьими-то заботливыми руками, а она переодета в шерстяную рубаху, в которой было так уютно, что она улыбнулась, потёршись о неё носом. Сев на постели, она оглянулась и отметила, что в этих покоях всё обставлено по самому богатому и вычурному вкусу. Помимо разнообразных шкур, которыми был устлан весь пол возле кровати, прекрасной выделки восточные ковры украшали стены, а мебель была искусно вырезана из тёмного дерева. — Госпожа уже проснулась? В дверь заглянула девочка ненамного младше самой Кэтрин, волосы которой были убраны под чепчик. Она глядела на девушку, явно ожидая какого-то приказания, чтобы незамедлительно выполнить его. — Где я? — собственный голос был хриплым и чужим, видимо, оттого что она слишком много времени провела на морозе. — В Камелоте, конечно, — улыбнулась девушка. — Меня зовут Карлина, господин Годрик приставил меня к вам. Годрик... Имя прозвучало слишком знакомо, резануло памятью по ушам, заставляя Эрншо нахмуриться и приняться вспоминать, где именно она его слышала. И тут она вспомнила, едва взглянув на свои руки, сухие после стольких часов, проведённых на холодном воздухе. Кольцо словило блик по-зимнему тусклого солнца и подсказало ей правильный ответ. — Может быть, вы хотите принять ванну? — потеряв терпение, подсказала Карлина, и Кэтрин как-то отстраненно кивнула. Она никак не ожидала того, что подобное может с ней произойти: она помнила этого молодого человека всего лишь хвастливым немного рыцарем, который был волшебником. Магом, подарившем ей одно небольшое воспоминание — кольцо. Но некоторые малые воспоминания имеют для нас значения больше, чем целые периоды жизни, и никто не сможет этого изменить, потому что так решила судьба. Кэтрин вскинула голову, услышав плеск воды, выливаемой служанкой в большую ванну, в которой бы три таких, как Эрншо, устроились бы с удобством. Девушка спустила ноги с кровати в тёплый мех и быстро прошла по камню, желая поскорее опуститься в воду. Последняя приняла её, как своё дитя, расслабляя каждую мышцу, распрямляя ссутуленные в дороге плечи и позволяя вскинуть голову так, как она привыкла. Кэтрин никогда не учили вести себя с достоинством леди из замков, но она сама стала такой, глядя на старую ведьму или воображая принцесс в детстве — она всегда хотела быть похожей на них и не заметила, как ей удалось. Ароматные масла заставили её улыбнуться и почувствовать себя и вовсе королевой: это было похоже на сон, в котором она — превыше всех. И когда девушка вылезла из воды, то даже не попыталась препятствовать Карлине, которая подскочила, чтобы одеть её. Девушка стянула корсет крепко, и блондинка обернулась к зеркалу, оглядывая себя. Платье из лилового и синего шёлка обтягивало точёную фигуру и делало Кэтрин безупречной, особенно когда атласные ленты были вплетены в волосы. — Где же твой хозяин? — с интересом спросила Эрншо, пока ловкие пальцы Карлины волшебным образом укладывали косы на её голове. — Он тренируется — скоро турнир, а он ещё никогда не проигрывал, — с некой гордостью ответила девушка. Словно в продолжение её слов дверь хлопнула, и в покои кто-то зашёл. Кэтрин хотела было встать и выпорхнуть из-за ширмы, но дело служанки ещё не было завершено, поэтому она лишилась возможности встретиться с почти незнакомым мужчиной в идеальном виде. Он прошёл в спальню, где на краю кровати с прямой спиной сидела Эрншо, и улыбнулся, опираясь плечом о косяк. Он был слишком привлекателен для неё. Настолько, что она и сказать ничего не могла — только смотрела на него широко раскрытыми глазами, силясь не упустить какой-нибудь мелочи своего первого впечатления. Годрик повзрослел с тех пор, как она видела его, стал шире в плечах, и был подстрижен как-то по-другому, но светлые волосы его по-прежнему были того цвета белого золота, так же, как её собственные — червонного. А в глазах, улыбке, острых скулах и во всём его лице ей чудился смех, такой же золотой и драгоценный. И глядел он на неё странно: так на Кэтрин ещё не смотрели, только равнодушно, с опаской или презрением. — Да, так ты выглядишь определённо лучше, Кэтти, — с доброй насмешкой, наконец, сказал он, медленно направляясь к ней. Карлина молча закончила и тихо вышла, хотя Гриффиндор ничего не приказывал ей. Эрншо не успела подумать об этом, потому что он взял её за руку — и всё остальное словно пропало. — Вы помните моё имя, сир? Я польщена, — выдавила из себя Кэтрин. — Трудно забыть девчонку, которая до сих пор носит твоё кольцо, — улыбнулся он, ближе поднося к своим глазам её палец, будто тот был драгоценностью какой-то. И после он сделал что-то совершенно невообразимое для неё: нежно прикоснулся своими губами к руке, задерживая поцелуй и её дыхание одновременно. "— Будь счастлива, Кэтрин.." Она была счастлива... *** Джульетта проснулась от того, что кто-то тряс её за плечо, и вряд ли успела сообразить, кто именно это был. Все её мысли были там, в далёких временах рядом с двумя влюбленными, в которых она с трудом узнавала будущего Основателя и жестокую ведьму, способную на любое преступление, на любое проклятие. Но реальность, наконец, вернула её в сознание, и она различила в предрассветных тенях лицо Орнеллы, обеспокоенной чем-то. — Что случилось? — сипло пробормотала Флинт. — Слава Мерлину, наконец-то, — пробормотал с облегчением Феллини. — Я скоро исчезну, другая сторона тянет меня, но здесь что-то странное творится. — Что? — нахмурилась гриффиндорка, спешно протирая глаза. — Кажется, он нашёл тебя. http://royaldirewolf.tumblr.com/post/63813654262