Игра теней

When the hour is nigh And hopelessness is sinking in And the wolves all cry To fill the night with hollering When your eyes are red And emptiness is all you know With the darkness fed I will be your scarecrow. * Imagine Dragons — Bleeding out.

Когда Альбус думал о том, что сейчас Джульетта лежит под каким-то деревом, в то время пока он здесь мечется в бесполезных попытках найти её, мозг его начинал медленно и целенаправленно закипать. Он в очередной раз встал со своего кресла и принялся мерить шагами спальню Джеймса, в которой посреди ночи расположилась фактически вся политическая верхушка современной магической Британии: министр, глава аврората, заместитель начальника Визенгамота и, конечно, сам директор Хогвартса. Между тем, простой охотник в квиддиче и по заместительству хозяин дома, взглянул на него недовольно и воспользовался своим тоном старшего брата. — Ал, ты либо садишься, либо я сейчас встану. — Джеймс... — Ванесса положила руки на плечи своему парню, успокаивая его, но тот мотнул головой. — Он просто беспокоится... — Спасибо, мисс лживая прорицательница, твоя поддержка как никогда кстати, — не упустил возможности вклиниться Альбус, но всё-таки с тяжёлым вздохом опустился на диван, согнав с него пса. Гермиона напряженно посмотрела на него. — Милый, я уверена, что когда стажёры твоего дяди сообщат что-нибудь, он сразу узнает. Рон, сидящий рядом с женой, только и кивнул, запивая сэндвич молоком. Утерев подбородок, он передал бутылку Гермионе и добавил, наставительно тыкая пальцем в сторону Ала. — Но ты же понимаешь, что не должен действовать, как полный кретин. — То есть не как обычно, — поддакнула Роуз своему родителю абсолютно опрометчиво, потому что находилась в зоне возможных невербальных чар Поттера, которые тот незамедлительно использовал. Уизли посмотрела в зеркало и обречённо вздохнула. — Серьёзно? Поросячий пятачок? — Просто всю свою фантазию он сейчас направляет на то, что будет делать с Алексом, — участливо пояснил Джеймс. — Не собираюсь тратить на него свои жизненные силы — расчленить вполне подойдёт, — откликнулся Ал, хмуро глядя перед собой. — Об этом я и толкую, — буркнул Рональд, протягивая руку за следующим бутербродом. Гермиона же теряла терпение гораздо быстрее мужа, поэтому просто окинула всех таким взглядом, что Роуз, с новым язвительным комментарием на языке, предпочла проглотить его и не испытывать судьбу. — Замолчите, вы трое, — жёстко ответила она и посмотрела на Альбуса. — Ты должен понимать, что для тебя главное — спасти мисс Флинт, а не устраивать бойню, потому что мы не сможем сделать ничего сейчас, когда не знаем, сколько у этого оборотня последователей. — Окей, отложу вырывание его сердца и трахеи на потом, — поднял руки в жесте побеждённого Поттер. — Это не шутки, Ал, — Гермиона продолжала смотреть на него взглядом тётки, доведённой до высшей степени беспокойства. — Подумай о том, каково этой бедной девочке, и о её состоянии. Просто помни об этом. Был ещё взгляд доведённой до высшей степени бешенства, умиления, счастья, правда, последние два случались куда реже предыдущих. Но у Альбуса так же имелись свои степени настроения, и в некоторых из них он являл собой сущее раздражительное чудовище. Как сейчас. — Да ты нахер издеваешься, — прошипел он, отводя плечи назад, что было жестом абсолютно отчаянного положения. — Мне кажется, что я не помню, когда в последний раз не думал об этом, понимаешь ты, странная женщина? — Альбус, прекрати истерику, — вмешался Рон, предчувствуя грозу. — У девочки зеркало, мои люди её... Как раз в этот момент в комнату ворвалась серебристая сова какого-то аврора, имени которого Ал не помнил, и деловым тоном доложила: — Сэр, мы обнаружили антиаппарционное поле вблизи с Корнуоллом, это должно быть и есть то место. Разведчики действовали тихо, как вы и приказывали, но на поле наложено что-то слишком мощное — никто не проникнет туда без ведома этого волка, — как-то раздосадовано закончил мужской голос, дальше говоря точные координаты. Альбус встал своего места, направляясь к двери, но Джеймс остановил его, тоже поднимаясь и беря в руки куртку. Братья встретились взглядом, и никто из них ничего не сказал, только Ал кивнул. Но когда он взялся за ручку, Гермиона остановила их. — И как же вы собираетесь проникнуть туда? — Есть у нас одна идея, — загадочно усмехнулся Джеймс, бездумно крутя в руках палочку. *** Джул едва успела заметить, как Орнелла растворяется в воздухе, и почувствовать последнее прикосновение к своей руке, как увидела, что к месту её заключения кто-то бежит. Прищурившись, она поняла, что это Алекс, и выглядит он по-настоящему взбешённым, что не могло не доставить удовольствия измотанной девушке. Она улыбнулась потрескавшимися губами так, как никогда раньше не могла улыбнуться. Ей казалось, что вместе с этим сном что-то от старой Кэтрин передалось ей, но её брат сказал бы, пожалуй, что малышка Джули просто увидела слишком много, чтобы оставаться всё той же, какой была когда-то. До этой осени, до первой ночи своего семнадцатого сентября. — Что ты сделала? — прорычал оборотень, подскочив к ней и дёрнув на себя словно куклу: безвольную и слабую. Флинт уже смирилась с этим, но каждый раз она чувствовала прилив дикой неконтролируемой ненависти, когда встречалась взглядом с Алексом. Это инородное чувство словно проникло к ней под кожу и заставляло руки трястись, а губы сжиматься до одной кривой полоски. — Я спросил, хочешь, чтобы я сам узнал? Методы тебе совсем не понравятся, поверь, — прошипел оборотень, когда не услышал ответа. Но Джул только сглотнула, прикрывая глаза. — Я предупреждала, — наконец произнесла она, чувствуя, что сильные руки с нечеловеческой яростью сжимаются на её худых предплечьях. — Ах да, конечно, — ядовито откликнулся Алекс, корча какую-то гримасу превратного понимания. — Я забыл о том факте, что этот мудак всё пытается выставить себя героем, когда всем вокруг плевать. Но знаешь что — я тоже хочу предупредить тебя, дорогая. Джульетта закатила глаза, мечтая, чтобы он опустил её обратно к земле, которая успела стать родной и более приветливой, чем его персона. — Если ты не хочешь отдать мне то, что я требую — я приду и заберу это любой ценой, — от этих слов разило безнадёжным холодом, который словно давал понять, что здесь не может быть других вариантов. Так волк бежал меж красных флажков, подчиняясь чужой воле, а в случае Алекса — своему желанию власти и Мерлин знает чему ещё. В этот момент Джул стало даже жаль его, потерянного в собственных страхах и страстях, но что могла она сделать с заражённым самой старейшей из болезней человечества? Сердце его не было пусто, но занято столь явственными пороками, что гриффиндорке ничего не оставалось. Она лишь покачала головой со слабой улыбкой. — Это не спасёт тебя. — Мне не нужно спасение, — напряжённо отрезал оборотень. — Не лги хотя бы самому... Вдруг раздался истерический крик девушки, огласивший, наверное, всю долину так, что её голос зазвенел в самом свинцовом небе. — Алекс! Он мгновенно выпустил Джульетту, и она упала в сухую траву, с наслаждением ощущая, что пришёл её час. Она приподняла голову и увидела, что с вершины холма, со стороны леса в их сторону мчится огромный чёрный лев, который точно знает, что у него за цель. По мере его приближения, Джул всё больше хотелось рыдать от счастья, смеяться, делать что-то совершенно невообразимое, чтобы просто радоваться — она выдержала. Но у неё не было сил, так что она просто смотрела вперёд, всматриваясь в гибкую фигуру зверя, который тёмным пятном двигался по тусклому пейзажу перед девушкой. Но Алекс тоже не медлил: прямо на глазах Флинт произошло его превращение в волка, и, в отличие от анимагического заклинания, это выглядело действительно устрашающе. Каждая его кость ломалась, и складывалось ощущение, что в одно короткое мгновение в нём сконцентрировалось столько боли, что он не сможет вытерпеть. Гриффиндорка не вытерпела и зажмурилась, а когда распахнула веки, то увидела большого серого волка с белыми подпалинами. С пасти его падала на землю слюна, и он воинственно дёргал носом, напрягая все свои мышцы перед прыжком, которого не успел сделать. Одним ударом мощной лапы лев сшиб его с ног, заставив глухое рычание появиться в глубине утробы волка. Он зыркнул налившимися кровью глазами и бросился на чёрного хищника, не уступая тому в силе удара. Блеснули зубы, и Джул снова зажмурилась, задержав дыхание. Она подняла взгляд и увидела, что там, на холме, бьётся в объятиях сестры Диана Альварес, пытаясь броситься между ними и, наверное, своим худым телом заслонить Алекса от опасности и угрозы, нависших над ним. Но Камилла была сильнее и смогла увести сестру к остальным, которые, видимо, уже собирались бежать. Вдруг откуда-то слева появился таких же внушительных размеров олень, устремившийся к месту схватки. От неожиданности Флинт вскрикнула, и это сыграло плохую шутку со львом — он отвлёкся на голос девушки и пропустил момент, в который оборотень успел упереться ему лапами в грудь и опрокинуть навзничь. Поверженное животное зарычало каким-то совершенно диким звуком и уже впилось когтями в волка, но в этот момент олень снёс своими рогами Алекса со льва. Оборотень не стал дожидаться дальнейший расправы — он завыл, призывая остальную стаю, так что Джульетта даже не успела ничего сообразить, как оказалась в лапах льва. Она бросила последний взгляд в глаза удаляющегося Алекса и похолодела, задумавшись на мгновение о том, как он будет мстить и какими изощренными методами. Но тревожные мысли стихли после осознания того, что она, наконец, свободна, и нет больше дерева, ставшего живой клеткой. Альбус одним движением лапы закинул девушку на спину, случайно оцарапав её бедро. Это произошло так стремительно, что Джул бы и не заметила этого факта в силу адреналина, ударившего в голову, но кровь — липкая и горячая — заставила её почувствовать боль. Только не было в этой боли ничего, чего она боялась. Гриффиндорке не хотелось думать о ране, она с наслаждением ощущала тепло зверя рядом с собой, а потом опустила руку в мех и провела ладонью ниже, до сердца, которое гнало кровь по венам льва с немыслимой скоростью. — Спасибо, — тихо прошептала она и была уверена, что чуткое ухо зверя уловило её слова. *** — Кажется, она потеряла сознание, — напряжённо сообщил Альбус, когда он и Джеймс очутились за пределами долины, которая, на взгляд Поттеров, была слишком большой. Джим запыхался и прислонился плечом к дереву, пытаясь выровнять дыхание, а Ал опустился на колени перед Джульеттой, вглядываясь в её лицо и пытаясь привести в чувство. Он попробовал Энервейт, но Флинт только приоткрыла рот и как-то судорожно выдохнула, хмуря тонкие брови. — Не выходит? — Сам как думаешь? — Попробуй осмотреть её, может что-нибудь сломано или... Ал провёл руками по её рёбрам, нажимая на кости, и, когда спустился ниже, обнаружил кровь на своих руках. Его брат присел на корточки рядом, а заметив, что у бедра Джул что-то красное — скривился. — Фу, вдруг у неё, ну, знаешь.. — Джеймс, клянусь всем святым, если продолжишь, то будешь ждать своего крёстного на верхушке ближайшего дерева. Джеймс закатил глаза и сел на траву, наблюдая за тем, как Альбус ругается, найдя источник крови — рваную рану, на которой следы от когтей были столь явственными, что происхождение её было понятным. — Почему ты такой злой? — тем временем спросил Джеймс, с наслаждением потягиваясь. Он давно не практиковал анимагию, поэтому сегодня впервые за долгое время ощутил, что буквально каждая мышца его тела работала на износ. — Из нас сегодня получилась неплохая команда. Он помолчал немного, а потом уже тише добавил, как будто это была какая-то сакраментальная истина. — Это напомнило мне... — Рассказы отца, — договорил за него Ал, отрываясь от гриффиндорки, и поймал взгляд брата. — Я тоже подумал об этом. Джеймс слабо, но искренне улыбнулся и взъерошил себе волосы, шмыгнув носом. Потом посмотрел на Джул и предложил: — Попытайся как-нибудь остановить кровотечение без бадьяна ненадолго, а я пока подготовлю портал — я где-то читал, что он не так действует на раны, как аппарация. Альбус кивнул и, разодрав ткань когда-то прекрасного шёлка, принялся исправлять то, что наделал, а старший Поттер старательно вспоминать чары, которые учил лет пятнадцать назад. *** Джульетта очнулась от дикой острой боли на своей коже, которая буквально пронзила её всю. Она сжала зубы, застонала и сразу услышала незнакомый женский голос, который звучал очень напряжённо. — Наконец-то очнулась. Я всегда знала, что бадьян — лучшее средство от всех болезней. Представляешь, в Катаре его используют как лекарство от насморка и даже верблюдам, которые... — Где я? — прохрипела девушка, разлепив веки. Правда, она тут же поняла, где она. Это было похоже на то, как кто-то буквально подставляет пред твои глаза картину, а ты с лёгкостью называешь её название. Она лежала на кровати в спальне своего директора, и что-то отчаянно продолжало жечь её бок. Упомянутое лекарство снова капнуло на её ногу, и на этот раз Флинт уже взвыла, обращая обиженный взгляд на причину своих страданий. На краю кровати сидела рыжая женщина с короткой стрижкой, которая и держала в руках бутылёк. — Серьёзно? Не можешь потерпеть ещё чуть-чуть, хочешь шрамы? Флинт учащённо закивала головой, закусывая губы и чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Это было странно: всё, наконец, закончилось, и можно было только радоваться, но она теперь понимала, что хочет казаться жалкой. Она безумно хотела, чтобы её жалели... — Почему она кричит? — Джул ощутила, как дверь за спиной распахнулась, и услышала этот голос, заставивший что-то рядом с сердцем дрогнуть и забыть на секунду о боли. — Может, высокий болевой порог... У неё нет аллергии? Альбу обошёл кровать и наклонился над Джул, убирая волосы с её лица и вглядываясь в каждую чёрточку её лица, пытаясь разгадать её чувства, её желания. — Роуз, иди. — Но... Видимо, он посмотрел на неё так же, как на Коннора, когда тот разбил клетку с пикси в кабинете ЗоТИ, потому что кузина Поттера немедленно поспешила скрыться из виду. Да, Джул узнала её в конце концов — у неё была неплохая память на лица. Как только дверь за Уизли закрылась, Ал занял её место и посмотрел туда, где сам оставил свой грубый след. Белая кожа порозовела от крови, и свежие белые полоски манили его пальцы, чтобы прикоснуться к ним, но он зажмурился, мотнув головой — достаточно на сегодня, доприкасался. — Прости меня за это. Джул всхлипнула, и Ал заметил, как по её щекам ползут крупные слёзы, стирающие пыль со щёк. — Это ничего, я в порядке... — пробормотала она, борясь с желанием отдаться истерике, которая жила в ней с самого момента, когда она попала в плен. — Только мне надо немного отдохнуть, и я точно буду... Альбус тяжело вздохнул, заметив, как она пытается сесть, и притянул её к себе: мягко, но настойчиво. Джул уткнулась носом в тёплую ключицу и даже не успела подумать о том, что это неправильно, потому что разрыдалась и всё не могла остановиться на протяжении нескольких мучительных минут. Страхи, боли и ужасы холодных ночей — всё выходило из неё со слезами, горькими и солёными. Ей даже некогда было подумать о том, что она промочила его джемпер насквозь, потому что внутри Флинт жило лишь одно желание: опорожнить эту страшную чашу до конца, чтобы осталось лишь неприятное послевкусие, которое скоро забудется. И важнее всего для бедной девушки было то, что Поттер не отталкивал её, а только гладил по голове и спутанным волосам, сбившимся в какой-то невообразимый колтун на затылке. Он обнимал Джул, ничего не говоря, словно давая понять — теперь она, наконец, в безопасности, может вздохнуть спокойно. — Я ещё не сообщал твоим родителям, нужно послать... — прошептал он ей на ухо так доверительно и ненавязчиво, что она начала успокаиваться. Это звучало слишком обычно. Слишком близко, чтобы продолжать плакать. — Не надо пока, — едва ли не икая от количества пролитых слёз, пробормотала Флинт, отстраняясь. — Я не хочу, чтобы они видели меня такой и волновались, надо привести себя в порядок. — Кстати об этом. По-моему, ты похудела раза в два за это время, — нахмурился Поттер, оглядывая её. — Этот урод вообще тебя не кормил? — Мне кусок в горло не лез, — покачала головой Джульетта, растирая остатки своей слабости по щекам. Она осмотрела себя, отстраняясь от мужчины. — Нужно принять душ, чтобы... Почему моё платье больше без юбки? Она недоумённо взглянула на Альбуса, вскинув брови. — Зато у тебя есть нога, — выкрутился тот, быстро улыбнувшись. Джул склонила голову, глядя на него, потом издала какой-то странный хрюкающий звук. — Век не забуду, что мой учитель видел меня в нижнем белье, — откликнулась она. — Удивительно, что даже в таком состоянии у тебя остаётся яд для меня, — всплеснул руками Альбус, чувствуя какое-то удовлетворения, придумывая остроумные ответы на её фразочки. Он успел соскучиться по этому. — К постоянным клиентам у нас особый подход, — фыркнула Джул, кладя ладонь на свежий шрам и разглядывая его с детским любопытством: он выглядел, как какая-то метка на дереве её жизни, и Флинт даже не хотела, чтобы он исчезал. Альбус проследил взглядом за её рукой и сглотнул. — В любом случае тебе стоит набрать вес, а то вскоре я не смогу хвастаться этим фактом своей биографии — он может стать позорным. Джульетта закатила глаза и спустила ноги с постели, чтобы встать и направиться в ванную, которую уже заприметила. На секунду она помедлила — будто забыла нечто очень важное — потом повернулась и, помявшись, повторила только одно короткое слово. — Спасибо. Что двигало ею в следующий момент? Она не имела ни малейшего понятия, но чувство было странным: словно, если она этого не сделает, то молния поразит её в следующий миг на этом же месте. Джул наклонилась и легко коснулась губами его щеки, оправдывая себя тем, что это такая форма благодарности. И стремительно убежала, оставляя Поттера наедине со своими мыслями. Но он пробыл в комнате недолго и в скором времени тоже покинул комнату, едва удержавшись от того, чтобы не хлопнуть дверью. Ему тоже нужен был душ. ____________________________

*Когда близок час, И безнадежность начнет затягивать, И все волки заплачут, Только чтобы заполнить тишину ночи. Когда твои глаза покраснеют, И пустота станет твоими единственными друзьями Станут темнота и пустота, Я отпугну их от тебя.

http://royaldirewolf.tumblr.com/post/64204385209/i-will-be-your-scarecrow