Башня Бдения - нелетописное. До Скайхолда и обратно

      Складывалось ощущение, что Скайхолд никогда не спал. Ну или просыпался еще до восхода солнца. Во всяком случае, когда Элисса проснулась, то крепость уже была полна жизни. Умывшись чуть теплой водой, Элисса сразу засела за ответ для Хоу. Кратко объяснив, где она и что будет дальше, она свернула письмо и запечатала, приложив крупный перстень с грифоном. Выйдя из комнаты она почти сразу столкнулась с Андерсом и Лелианой. Судя по его выражению лица и редким синеватым искрам, пробегавшим по рукам, разговор касался одной из взрывоопасных тем: либо киркволльской Церкви, либо положения магов в Тедасе.       — Все в порядке? — уточнила Элисса, сложив руки на груди.       — Вполне, — Лелиана весело улыбнулась ей. — Просто побеседовала с твоим другом о том, что творится в Кругах.       — А то ты раньше не знала, — успокоившись, пробормотала Элисса, протягивая ей письмо. — Можно потревожить твоих почтовых ворон, или они у тебя все уже разлетелись с важными письмами?       — Для тебя всегда есть лишняя птичка, — Лелиана, кивнув, взяла свиток. — Знала, но, скорее, со стороны. И вообще, сколько людей — столько и мнений. А теперь, прошу простить, мне пора. Тайны не ждут, — она улыбнулась на прощание и скрылась за дверью.       — Твоя подруга на редкость здравомыслящий человек, — сказал Андерс, спускаясь по лестницам. Элисса пожала плечами:       — А что, были сомнения?       — Ну, от Левой руки Верховной Жрицы я ожидал более… фанатичного взгляда на мир и место магов в нем.       — Как неожиданно, далеко не все мечтают видеть магов в клетках. Андерс, ну мог бы уже привыкнуть к тому, что люди разные, и далеко не каждый схватится за вилы, увидев магический посох! — Элисса устало махнула рукой.       — Отвык за годы в Киркволле, — отозвался он, и Элиссе пришлось прикусить язык, чтоб не съязвить: «А вот нечего было сбегать».       Спустившись вниз, они остановились: в главном зале уже собрались Инквизитор и ее советники.       — Я соберу людей, и мы двинемся сейчас же, миледи. Вам нет нужды отправляться в путь вместе с нами, — Каллен сложил руки на груди. Инквизитор с сомнением покачала головой:       — Напротив, сер Каллен, я считаю, что так будет лучше. О, Страж-Командор Кусланд, вы уже встали? — Лавеллан, заметив их, скупо улыбнулась краем рта. — Вы еще не передумали отправиться в поход к Западному Пределу?       — Никак нет, миледи, — Элисса коротко поклонилась.       — Отлично. Тогда будьте готовы — через два часа мы выдвигаемся в путь. Ночью пришло письмо от Хоук и Страуда — Серые Стражи обратились за помощью к магистру из Тевинтера. Сейчас они заняли Адамант и не настроены на переговоры.       — Магия крови, — Андерс даже не спрашивал. — Разумеется. Все проблемы начинаются с мысли: «Ой, а почему бы нам не использовать магию крови, ведь ничего плохого не произойдет».       — Вы уверены, что ваше… средство поможет в этой ситуации? — Лавеллан, не обращая внимания на его слова, прямо взглянула на Элиссу. — Одержимость демоном ведь не излечить.       — Оно поможет от ложного Зова и снизит влияние Корифея на разум Стражей. Это все, что мы можем вам обещать.

***

      Даже с самыми быстроходными скакунами путь до Западного предела занимал две недели. Снега и метели Морозных гор сменились мягким теплом Долов, а затем и вовсе — раскаленными песками Западного предела, и время неумолимо текло сквозь пальцы. Немного утешала весть, что армия Инквизиции, воспользовавшись поддержкой орлейских отрядов, взяла Адамант в осаду. Во время одного из коротких привалов к Андерсу подошел эльф.       — Я бы хотел поговорить с моим другом Справедливостью, — произнес он, едва скользнув взглядом по Элиссе.       — А вас не смущает, что он немного… в Андерсе?       — Нет. Это меня злит, потому что подвергать добродетельного духа мучительному существованию в этом жестоком мире — признак скудоумия и эгоизма, — в голосе эльфа прорезались рычащие нотки, и он глубоко вздохнул, успокаиваясь. — И это, к слову, именно то, о чем я хочу с ним поговорить.       — Все в порядке, командор, — даже не глядя на него, Элисса знала, что сейчас глаза Андерса горят ярким синим огнем. — Он не причинит зла.       Пожав плечами, она отошла в сторону. Солнце, стоявшее в зените, с каждым днем жарило все сильнее, нагревая металлические пластины на доспехах, и она воспользовалась случаем, чтобы хоть пару часов избавиться от них, устроившись в тени скал. К ней неторопливо подошел гном.       — Итак. В Скайхолде нам не удалось толком познакомиться, так что попробуем здесь. Варрик Тетрас, отъявленный плут, писака и сущее наказание, если верить леди Искательнице.       Элисса с серьезной миной пожала протянутую ладонь.       — Страж Командор Ферелдена. Элисса Кусланд.       — О, ваше имя-то я знаю, — он уселся рядом, аккуратно положив арбалет на камень. — Все, наверное, знают — Героиня Ферелдена, спасительница Тедаса…       Элисса поморщилась и замотала головой:       — К счастью, эти громкие титулы вспоминает только Его Величество, когда желает в очередной раз потрепать мне нервы. Мне достаточно Стража-Командора.       Варрик довольно хохотнул.       — Не могу не спросить, читали ли вы что-нибудь из моих книг?       — Помимо «Истории Защитницы»? — Элисса улыбнулась и подперла голову ладонью. — Ну, «Трудная жизнь в Верхнем Городе». Правда, концовка…       — Ох, я сам знаю, — Варрик раздосадовано махнул рукой. — Я взялся за вторую часть, но у меня всегда есть время для хорошей истории. Может?.. — он с хитринкой покосился на нее.       — Кажется, мою историю уже и так знают все, кому не лень, — Элисса вздохнула. — А кое-где уже и анекдотов насочиняли.       — И как? — искренне заинтересовался гном.       — Так себе. Хотя, тот, в котором «Заходят как-то в трактир Страж-Командор, Король Ферелдена и Левая рука Верховной Жрицы, а трактирщик кричит: "Попрошайкам не наливаем"» — довольно сносный. Ну, или хотя бы исторически верный.       — Да, забавно, — вежливо согласился Варрик, задумчиво глядя куда-то в даль. — Король Ферелдена, это, я так понимаю, Алистер Тейрин?       — Он самый.       — А правду говорят, что вы с ним…       — Создатель милосердный, нет! — Элисса даже раскашлялась от удивления. — Я его почти все время была готова придушить голыми руками.       — Будь осторожней, — Андерс, уже вернувшийся в себя, подошел к ним. — Он может такое понаписать…       — Я пишу правду, Блондинчик. В основном, конечно, — Варрик, помрачнев, внимательно уставился на него. — Я не стал писать о том обмане Хоук, благодаря которому ты жив.       — Что ж… спасибо?       Варрик, подхватив арбалет, поднялся на ноги и покачал головой.       — Не стоит. Я сделал это ради нее.       Проводив его взглядом, Андерс, негромко выругавшись, сел на песок и пару раз стукнулся затылком о камень.       — Кровь Андрасте. Мне действительно будет не хватать болтовни с Варриком.       — Может, еще наладится? — неуверенно предположила Элисса.       — Сомневаюсь.       Андерс, помедлив, положил ей голову на колени и тяжело вздохнул.       — О чем вы хоть говорили с Соласом? Или это личное? — спросила Элисса, бездумно ероша его волосы.       — Не то, чтобы личное, просто… Мне нужно немного времени, чтобы все это в голове улеглось. — Андерс, зажмурившись, потерся о ее ладонь.       Недолгий привал подошел к концу и они продолжили путь. Лошадиные копыта вязли в песке, снижая скорость движения, солнце нещадно палило с небес, а редкие деревья, иссушенные и перекрученные, не дающие даже подобия тени, только внушали тоску.       — Жаль, что не существует магии, которая бы позволяла мгновенно переноситься на большие расстояния, — пробормотала Элисса, вытирая выступивший на лбу пот. Андерс пожал плечами:       — Если бы и существовала, то храмовники бы сразу усмиряли всех магов. Только представь — нас бы ничто не могло удержать.       — Ну, хотя бы какой-нибудь артефакт, — не сдалась она. — Чтобы войти в одной точке, а выйти из другой…       — Когда-то эльфы обладали такими возможностями, — сухо бросил Солас, поравнявшись с ними. — В те далекие дни, память о которых теперь утеряна.       — И как это у них получалось? — спросила Лавеллан, обернувшись. — Это одно из тех заклинаний, о которых ты говорил?       — Нет, Инквизитор. Не заклинания. Элувианы.       — Что?! — в один голос воскликнули Андерс и Варрик, и быстро переглянулись. Кивком головы Андерс уступил ему право голоса. — Наша подруга, Мерриль, у нее был элувиан.       — Не может быть! — Эллана с интересом посмотрела на них. — И он… работал?       — К сожалению, он был осквернен во время Мора, — ответил Андерс. — Мерриль пыталась его очистить, не боясь даже использовать магию крови… Но в конце концов, Мерриль разбила его. Это был слишком… горький урок.       Солас раздраженно фыркнул.       — Разумеется. Наследие прошлого, бесценная реликвия — и уничтожена безграмотной эльфийкой.       — Оно все равно не работало, — вступился Варрик.       — Ошибаетесь. Для того, чтобы элувиан открылся, нужно просто знать, что делать.       — А ты, разумеется, все знаешь, — бесстрастно бросила Лавеллан. Солас еле заметно поморщился.       — Не все, но многое. Впрочем, — признал он, — даже если бы ваша подруга смогла открыть его, это могло принести много бед.       — Значит, они все-таки опасны, — подытожил Андерс.       — Любая магия опасна, если не уметь с ней управляться. Я видел в Тени то, что случилось однажды… Незадолго до первого Мора, какой-то самонадеянный эльф нашел работающий элувиан и вошел в него, — Солас глядел прямо перед собой, и от его тихого, равнодушного голоса по спине ползли мурашки. — Он долго бродил в пустоте и во тьме, пока, наконец, не набрел на странный город, в котором Тень и реальный мир сплелись воедино.       — Быть такого не может! — воскликнул Андерс, и Солас прищурился:       — Неужели? Люди, жившие там, призвали демонов, которые поработили города и целые страны. Я видел отражения безжизненных, каменистых пустошей, где вода превратилась в яд, а существа, что бродили там, стали искаженными тварями. И над всем этим царствовал демон безумия — многорукий, многоглазый, жестокий и беспощадный. Я видел город, который утонул в жажде силы — и кровь текла по улицам, а жители его стали бешеными зверями. Я видел отражение луны, истекающее кровью, видел чудовище, что жило в этом отражении.       Над отрядом повисла тишина, которую нарушил Варрик.       — Что ж, Смеюн, спасибо, сегодня ночью я буду спать в обнимку с Бьянкой, — он похлопал арбалет по рукояти. — А такие истории лучше рассказывать в канун Дня Всех Душ.       — А что потом стало с тем эльфом? — спросила Элисса, поежившись. Солас бросил на нее короткий взгляд.       — Он вернулся в этот мир. Почти безумный, перепуганный до смерти. Он бежал к своему поселению и кричал о чудовищах, которых видел в стекле. Никто не обратил на него внимания, но вскоре в тех краях разразилась эпидемия янтарного гнева…       — Янтарный гнев? — воскликнула Элисса. — Это ведь считали воздействием демонов… — она осеклась, и Солас кивнул.       — Вот именно. Демоны… но из других миров.       — Значит, вы утверждаете, что иные миры действительно существуют? — напряженно переспросил Андерс.       — Да.       — Но ведь… — медленно произнесла Элисса. — Если кто-то может попасть туда через элувиан, значит, это работает в обе стороны, и…       Она замолчала, а Варрик устало прикрыл глаза:       — Отлично, теперь я вообще не усну сегодня ночью. Может, поговорим о чем-то более приятном? О Корифее, красном лириуме или новом Море?       Солнце медленно клонилось к закату, расцвечивая небо алым. Вдали, почти на линии горизонта, клубились черные тучи, предвещая ненастье.       — Завтра мы доберемся до места встречи со Страудом и Хоук, — устало сказала Лавеллан. — Предлагаю остановиться, разбить лагерь и хорошенько отдохнуть перед марш-броском.       — Полностью поддерживаю, — буркнул Варрик. — Не при благородных дамах будь сказано, но я уже не чувствую своего седалища.       Предложение леди Инквизитора отряд встретил с одобрением — за время этой бешеной гонки все успели устать и вымотаться до предела. Основные войска должны были добраться к Адаманту уже к завтрашнему утру, так что передышка обещала быть долгой.       Кое-как умывшись над еле видным ручейком, Элисса забралась в палатку, где уже дремала Кассандра, и нырнула под одеяло, надеясь урвать пару часов сна. Пустыня вокруг них жила своей жизнью — шелестел песок, вдалеке слышались крики каких-то неведомых тварей… а еще где-то поблизости бродили Порождения Тьмы. Она ощущала их присутствие и это мешало наконец-то уснуть. Проворочавшись пару часов в зыбком состоянии полудремы, Элисса раздраженно набросила на плечи куртку и выбралась наружу.       Сонный часовой только кивнул в ответ на ее: «Пойду прогуляюсь вокруг лагеря». По небу плыли ленты света, перетекая друг в друга, сплетаясь и разделяясь, словно ручейки по весне. Освещения они давали не так, чтобы много, но вполне достаточно, чтобы различить, кто там, вдалеке — Порождение Тьмы, хищник или просто разбойник. Расслышав шаги за спиной, Элисса остановилась.       — Ты хоть иногда спишь? — спросил Андерс, догнав ее.       — А ты?       — Иногда, — он чуть улыбнулся. — Но не с Порождениями Тьмы под боком.       Элисса пожала плечами.       Через пару шагов до слуха донеслось рычание и шипение.       — Это еще что?.. — пробормотала Элисса, на всякий случай вытащив меч из ножен. Они подошли к краю очередного обрыва и притихли: внизу дрались два крупных существа, походивших на странную помесь дракона и птицы.       — Фениксы, — удивленно сказал Андерс, чуть прищурившись. — Это фениксы!       — Ты уверен?       — Еще бы. Я про них читал в библиотеке Круга.       Элисса с интересом уставилась на зверей: два феникса, судя по всему, не поделили добычу. Вонь, исходившая от них, мешалась с серным запахом источников, создавая чудовищную смесь ароматов, от которой даже глаза слезились. Взмахом руки Элисса предложила возвращаться к лагерю.       — Ты знала, что их перья практически невозможно поджечь? — спросил Андерс. — Поэтому их используют для отделки мантий.       Элисса недоверчиво покосилась на него и потыкала пальцем в перьевую накидку:       — И ты хочешь сказать, что вот это…       — Нет, — Андерс покачал головой. — Подозреваю, источник этих перьев кудахтал на заднем дворе какого-то крестьянина. Во всяком случае, эти перья точно горят. А вот фениксовые действительно невозможно поджечь, они только оплавляются и воняют.       Элисса с любопытством уставилась на него.       — Что, ставил эксперименты?       — Естественно! Я обратился к старшему чародею Суинни, чтобы он подписал разрешение на работу с огненным жезлом, забрался в прачечную, где лежали мантии старших чародеев, ну и… В общем, я сжег мантию Ирвинга, но перья остались целыми. А потом я пошел и прожег дырки в стене женской спальни.       — Зачем? — Элисса рассмеялась и тут же прикрыла рот рукой: не хотелось привлечь внимание хищников — или кого похуже. Андерс подмигнул:       — Меня бы все равно наказали. А так хоть не скучно было.       — Как хорошо, что в Башне Бдения тебе и без этого весело… — пробормотала Элисса.       — Да нет, там просто стены толще, — беззаботно отозвался Андерс и прикусил язык. Элисса негромко кашлянула.       — Так…       — Честное слово, мы с Хоу все заделали! Ты ведь даже не заметила их.       — Опять Веланну доставали? — уточнила Элисса, и Андерс покаянно кивнул. — Андерс, ты… — Элисса закатила глаза, пытаясь подобрать нужные слова, и он пришел на помощь:       — Когда меня в очередной раз поймали, один храмовник сказал, что я «ходячая тощая белобрысая головная боль».       — Какой проницательный человек! — едко прокомментировала она. — Мне Веланна чуть плешь не проела своими жалобами, а вы, два обормота, с радостью давали поводы.       — А если я скажу, что очень-очень сильно сожалею?       — Я тебе не поверю, — проворчала Элисса. В тишине они добрались до развалин какой-то башни и Андерс, наконец, прервал затянувшееся молчание.       — Слушай… вот чисто теоретически, если бы в тебе был какой-нибудь дух, и у тебя появился шанс вернуть его в Тень… и, возможно, остаться при этом в живых…       — Я бы рискнула, — перебила его Элисса. — Но это я. А ты сомневаешься?       — Не знаю, — помолчав, признался Андерс. — Я знаю, что это наилучший выход для нас со Справедливостью, пока он действительно не стал демоном, но я боюсь.       Он тяжело вздохнул.       — Если не получится, то я умру. Если не сделать этого — рано или поздно я тоже умру, только перед смертью стану одержимым чудовищем.       — Зато если получится — вы оба освободитесь. А теперь подробней — откуда эта информация? Про разделение тебя и Справедливости?       — От Соласа. Конечно, с его точки зрения идеальный вариант — это прибить меня и освободить Справедливость, но он учел наши с ним пожелания. В общем, у авваров это довольно распространенное дело: на время обучения впускать в себя добрых духов из Тени, а затем отпускать их обратно. И, по счастливой случайности, Инквизиция как раз оказала услугу оплоту Каменный медведь, так что…       — Хочешь туда отправиться? — перебила его Элисса, и Андерс, кивнув, добавил:       — Может, на обратном пути завернем? Если ты не против…       — Да я только за. Когда еще выдастся шанс посетить авваров, да еще и с такой миссией? — охотно согласилась Элисса. Андерс, просияв, сгреб ее в объятия и крепко стиснул.       — Можно я скажу, что ты — потрясающая?       — Можно, только не души меня, — Элисса похлопала его по спине.       — Ты самый потрясающий Страж-Командор во всем Тедасе, — Андерс чуть ослабил хватку, но так и не отпустил. — Самая прекрасная, потрясающая и…       — И я себя уже начинаю чувствовать второй Андрасте, так что хватит, а то придется сочинять новую версию Песни Света и идти в Священный Поход против Тевинтера, — отшутилась Элисса.       — … и невероятно скромная, — Андерс быстро поцеловал ее в кончик носа, и она фыркнув, слегка дернула его за хвостик.       — А ты ходячая головная боль. Все, отпускай меня.       — Не хочу.       Если бы не ночная тишина, воцарившаяся за мгновение, она бы и не расслышала этот шепот. Андерс, поспешно растянув губы в улыбке, разжал руки и отступил на шаг.       — Андерс? — окликнула его Элисса. Он отвернулся, теребя завязки перьевой накидки.       — Не хочу отпускать. Но должен. Так ведь будет… правильно, да? Я ходячее несчастье, и от меня только проблемы.       — Раньше речь шла только о головной боли, и, поверь, я не считаю тебя источником проблем… разве что ты решишь уничтожить мир, используя армию Порождений Тьмы.       — Они мерзкие и воняют. И уничтожать я ничего не хочу. Лучше я порабощу мир котятами. — Андерс так и не обернулся.       — Котята это здорово, — согласилась Элисса, делая шаг вперед и осторожно касаясь его плеча. — Они милые, пушистые… и безобидные.       — Ты явно не испытывала, как это — когда об тебя точат когти. И зубки. У котят такие мелкие, острые зубки, а еще они чешутся… — Андерс оборвал сам себя, резко поворачиваясь к ней и целуя.       В последний раз так ей голову кружило лет в шестнадцать, но то был первый поцелуй, да и атмосфера была до омерзения романтичной. А сейчас… Андерс целовался потрясающе, и вряд ли все дело было в долгом перерыве в ее личной жизни. Теплые пальцы скользнули по ее шее, обхватывая затылок, прижимая теснее — и Элисса, даже не осознавая того, обхватила его за шею, отчаянно цепляясь, словно утопающий — за соломинку. Потому что и правда, тонула. В прикосновениях, от которых хотелось выть в голос, настолько по нервам била их нежность. В дыхании на своей шее, в тихом шепоте, в глазах, в которых плескалась тоска и все та же обескураживающая, пугающая нежность. И все, что оставалось — целовать в ответ, обнимать, ерошить волосы, в которых золото уже давно смешалось с серебром. И пусть куртка уже давно упала на песок, а следом за ней свалилась мантия — вряд ли бы они замерзли.       Элисса, тяжело дыша, уткнулась лбом в плечо Андерсу. Колени предательски дрожали, и вообще хотелось рухнуть на землю и пролежать так несколько часов, а еще лучше — дней. И чтобы не на песке, под безжалостным палящим солнцем, а в удобной кровати… «А еще чтоб Создатель вернулся и во всем Тедасе воцарились мир и благоденствие» — насмешливо подумала она, переминаясь с ноги на ногу. Андерс, выдохнув, вдруг осторожно опустился на песок, утягивая ее за собой, обнимая — и Элисса прислонилась к его груди, прислушиваясь, как успокаивается бешеный стук сердца.       — Котята, значит, — бездумно протянула она первое, что пришло в голову.       — А? — он непонимающе посмотрел на нее и тут же кивнул. — Ну да. Котята.       — А почему бы не добавить к ним щенят? Маленьких, очаровательных щенят мабари?       Андерс издал короткий смешок.       — Предлагаю порабощать мир вместе: я — котятами, а ты — щенками.       — Отличный план! — поддержала идею Элисса. — Да здравствует дивный новый Тедас. С котятами. И щеночками.       — Почему-то даже самые бредовые идеи в твоем исполнении звучат реально, — сказал Андерс, отсмеявшись. — Встаем?       — Надо бы.       Элисса, охнув, с трудом поднялась на ноги, хватаясь за стену. В голове царила мешанина из мыслей и чувств, и она потерла висок, надеясь как-то успокоить эту бурю. Андерс протянул руку, но тут же остановился.       — Если хочешь, можешь мне врезать, и мы оба сделаем вид, что ничего не было.       — Не надейся. — Элисса, взяв себя в руки, насмешливо улыбнулась ему. — Мне, может, понравилась идея захватить мир. И все, что было потом.       Андерс прищурился:       — Это хорошо… Потому что Справедливость считает, что я поступил чудовищно непочтительно и вообще неподобающе.       Элисса, застонав, схватилась за голову.       — Проклятье, а вот теперь мне почти стало стыдно.       Бок о бок они добрались до лагеря. Часовой уже сменился, остальной отряд спал — так что никого не интересовало, где они бродили столько времени, и чем занимались. На прощание Андерс быстро поцеловал ее ладонь и с беспечной улыбкой направился к палатке, из которой доносился молодецкий храп Варрика. Элисса только фыркнула ему в спину. Оставалось надеяться, что за ту пару часов, оставшихся до рассвета, она сможет выспаться.