Девочка, которую любит Солнце.

Сидя на коленях Третьего Хокаге, а также своего названого дедушки, Наруко болтала ногами, с интересом наблюдая за его работой. Неделя подходила к концу, и Узумаки могла уверенно сказать, что очень весело провела это время. Хирузен, Асума и Куренай (Что вновь временно перебралась в дом Хокаге) стали для Наруко не только временными опекунами, но и учителями. Почти каждый день Третий брал девочку с собой в кабинет, давая остальных пару часов отдыха. Наруко, чаще всего, в такие дни сидела на коленях Хокаге, слезая и уходя на диван только тогда, когда к Сарутоби приходили посетители. Довольно часто она задавала вопросы, пока Сарутоби отвечал и объяснял, с легкой улыбкой наблюдая за тем, как Наруко все внимательно слушала и запоминала. В другие дни Узумаки располагалась на диване, или рисуя, или вновь занимаясь Фуиндзюцу. Время для Наруко пролетело быстро — она продолжала свои тренировки и занятия, постигала теорию, рисовала, занималась печатями, гуляла и играла. А также с интересом наблюдала за работой Хокаге; Наруко могла признать, что у Хокаге было очень много разных документов, которые нужно было внимательно прочесть и подписать, а иногда даже отдать нужный приказ. Однако она также признавала, что это тоже была важная работа. Ей было интересно наблюдать за тем, как работал Хирузен. А мужчина, видя такой сильный интерес, даже объяснял большинство своих действий и то, как надо правильно заполнять документы. Сарутоби продолжал поражаться тому, как легко Узумаки все понимала (Удивительней всего было понимание девочки в том, что документы — тоже были важной частью работы). Тем не менее девочка скучала по Шисуи и Итачи. Но Узумаки знала, что те скоро вернуться и все снова будет так, как раньше.

***

— Нару, — оторвавшись от документов, Третий перевел взгляд на названную внучку, в очередной раз видя призраки ее родителей. Всегда, когда мужчина смотрел на девочку, он видел ее родителей, их повадки, манеры, внешность, черты лица. Наруко очень сильно была на них похожа, представляя собой адскую смесь из Кровавой Хабанеро и Желтой Молнии. И мужчина верил, нет, он знал, что Намикадзе-Узумаки Наруко превзойдет обоих родителей. — Да, одзии-сан? — оторвавшись от альбома, златовласка подняла сапфировые глаза на сидящего за столом Хокаге. — Сейчас сюда придет кое-кто и ты отправишься с ними, ладно? Только не бойся, тебе никто ничего не сделает, они хорошие люди. — задумавшись, Наруко неуверенно кивнула. Ей все еще было тяжело доверять посторонним людям, но раз так говорил ее названый дедушка, Наруко могла поверить. Да и девочка знала, что ни Асума, ни Куренай не могли с ней сидеть — Шиноби были отправлены на срочную Миссию. Убедившись, что Узумаки не против, Сарутоби перевел взгляд на портреты предыдущих Хокаге, остановившись на фотографии с красивым молодым юношей. Мужчина задумался — Наруко была очень умной и спокойной, и постепенно гиперактивность Клана Алых Дьяволов становилась более заметной (Благо, что девочка могла усмирить ее, иначе бы Коноха не устояла). Она также уже знала о собственной судьбе в виде Джинчуурики, и реагировала на это спокойно, принимая все без истерик. Но за это время Узумаки ни разу не спросила про своих родителей. И это по мнению Третьего Хокаге было странным; будучи сиротой, не зная даже имен ни отца, ни матери, Хирузен был уверен, что почувствовав себя более уверенно, девочка хотя бы раз, но задаст этот вопрос. Но этого не происходило, и в последнее время Сарутоби размышлял о том, стоило ли говорить девочке о ее семье? Все больше чаша весов склонялась в пользу правды о ее родителях. Хирузен был уверен, что Наруко сохранит это в секрете и спокойно примет. Что-то подсказывало ему, что девочка определенно не будет кричать об этом на каждом шагу (Иногда об этом задумывался и сам Третий, чисто ради того, чтобы после посмотреть на лица всех тех, кто издевался над ребенком человека, которого они считали своим Героем). Все остальные, с кем Хокаге советовался, были согласны с решением мужчины. Им казалось, что было бы правильным рассказать девочке о ее семье. Никто определенно не хотел, чтобы ребенок узнал об этом от постороннего, смешавшего истину с ложью. И Хирузен Сарутоби, Третий Хокаге, принял решение. — Нару, ты хотела бы узнать о своих родителях? — поинтересовался Хокаге, вернув взгляд на Наруко, что вновь что-то вырисовывала в альбоме. Удивленно подняв взгляд на мужчину, та склонила голову на бок, уточнив: — А разве они меня не бросили? — Сарутоби замер. — Воспитатели всегда говорили, что меня выкинули, потому что я Монстр. И что я виновата в Смерти своих родителей, ведь они не выдержали знаний о том, что я Монстр и покончили с собой, — кабинет наполнила жуткая Ки, напугавшая всех не только в Резиденции, но и за ее приделами. Что удивительно, Узумаки не чувствовала тяжелой Ки остальных. Это выяснилось случайно, когда Шисуи не сдержавшись, распространил свою Ки, после того, как увидел, как один из торговцев, не заметив сопровождающего Наруко подростка, бросил в нее несколько острых предметов. Именно тогда стало известно, что Узумаки не просто игнорировала, а не замечала Ки. Глава Клана Нара предположил, что это было от тесного сожительства с Девятихвостым Демоном Лисом, чья Ки определенно была намного тяжелее их всех вместе взятой. Насильно успокоившись, но не убирая собственной Ауры, Хирузен прохрипел: — Не слушай никого, Нару, тебе лгали. — девочка приоткрыла рот в форме буквы «О», после чего пришла к выводу, что это действительно могло быть правдой. — Они очень тебя любили, — поманив Узумаки к себе, Хирузен посадил девочку на колени, после чего вновь вернув взгляд к портретам Хокаге, остановившись на фотографии с подписью «Минато Намикадзе, Желтая Молния Конохи, Четвертый Хокаге». Собравшись с мыслями, Хирузен тихо заговорил, указав пальцем на фотографию: — Ты дочь Четвертого Хокаге, Наруко, — девочка подняла голову, после чего встретилась взглядом с теплыми глазами. Мужчина кивнул, и Наруко медленно перевела взгляд на фотографию красивого молодого мужчины с короткими золотистыми волосами и сапфировыми глазами. Узумаки могла признать, что они действительно были очень сильно похожи. — Намикадзе Минато, также известный как Желтая Молния Конохи, твой отец. Его супруга, Узумаки Кушина, Вторая Джинчуурики Кьюби, Химе Клана Узумаки, также известная, как Кровавая Хабанеро, твоя мать. Наруко прикрыла глаза, чувствуя, как в носу защипало. Она продолжала слушать теплый, тихий, голос Третьего Хокаге. — Они невероятно сильно любили тебя. Когда Минато узнал о том, что станет отцом, он был на седьмом небе от счастья, а Кушина… Кушина любовно мечтала о том, как вы будете жить все вместе. Но во время твоего рождения, кто-то напал на Коноху, Кьюби вытащили из твоей мамы и подчинили, заставляя разрушать деревню. Минато смог остановить нападение, после чего принял решение запечатать Кьюби в тебе, ведь он верил, что ты сможешь справиться с этой ношей. Хирузен перевел дух, продолжая: — Они защищали тебя, Наруко, и на последнем издыхании запечатали в тебе Кьюби. О твоей родословной никто не знает, ведь и у Минато, и у Кушины было много врагов, узнай они о тебе, ты подверглась бы нападениям. Именно поэтому я надеюсь, что ты сохранишь это в секрете, — Наруко слабо кивнула, однако Хирузен видел, что девочка находилась не здесь, а в своих мыслях. Узумаки не ожидала такой правды, и уж тем более не думала, что ее любили. Когда Наруко впервые сказала о том, что не нужна была родителям, девочка не верила, но в конце концов, стала считать именно так. Однако теперь она узнала, что ее родители были знамениты не только во всей Конохе, но и во многих других Странах, а сама девочка оказалась любимой. …И где-то в глубине Души, Наруко поклялась, что станет той, кем ее родители могли бы гордиться. — К слову, твои Защитники, как ты их называешь, когда-то были личными учениками Минато, — заметив, что в сапфировых глазах мелькнуло пламя, Хокаге улыбнулся. — Я обязательно узнаю их личности сама, Даттебайо! — Наруко улыбнулась. Спустя полчаса за Наруко пришли.

***

Весь оставшийся день девочка провела в Штабе Анбу, в компании Анбу и некоторых Джонинов. Узумаки быстро нашла общий язык со всеми остальными, и пускай Анбу не снимали своих масок и обращались друг к другу по позывным, но Наруко не расстраивалась, понимая, что у них была очень важная работы, требующая скрытности. Наруко также нравилось проводить время с обычными Шиноби — хищно улыбающейся Анко, серьезным Ибики, гиперактивным Гаем, уставшим Хаяте. Узумаки также познакомилась с отрядом личных телохранителей, что когда-то служили Четвертому Хокаге, в которых входили — постоянно жующим сенбон Генмой, спокойный Райдо и добродушный Иваши. Но больше всего Наруко была рада встречи с Защитниками, что скрывались под масками Кота, Пса, Орла и Ласки. Девочка узнала, что именно Пес, Орел и Ласка когда-то были личной командой ее отца, однако личностей своих они не выдавали, находясь в масках, и, как и остальные, обращаясь друг к другу по Позывным. Но Наруко не расстроилась, а загорелась идеей разгадать их личности самостоятельно. Узумаки провела веселый вечер, слушая рассказы о своих родителях, что иногда переходили на истории о Миссиях. Девочка с интересом слушала, как Анко рассказывала о своих тренировках с одним из Великих Санинов, а Ибики с хищным оскалом рассказывал, как лучше запугивать, получая за это кулаком от девушки под маской, отдаленно напоминающей кошачью. Наруко также с интересом слушала, как Гай рассказывал о своих тренировках, заодно иногда перескакивая на истории о состязаниях с Псом, что только стонал, пытаясь убежать от друга. Девочка со смехом наблюдала за перепалкой Пса и Орла, пока Ласка не ударила их обоих по головам, под тяжелый вздох Кота и смех всех остальных. Златовласка с любопытством расспрашивала Анбу об их Миссиях, и те радостно рассказывали интересные моменты, избегая того, что не нужно было слышать ребенку. Наруко провела действительно веселый день, и поздним вечером за ней пришли Асума и Куренай, что раньше вернулись с Задания. Приветливо поздоровавшись со всеми собравшимися, Шиноби забрали клюющую носом Узумаки, направляясь домой, тихо хихикая, когда Наруко дала обещание погрустневшим Анбу вернуться. По дороге домой, Сарутоби купил девочке шпашку данго, и медленно обгрызая сладкие шарики, Узумаки весело щебетала, рассказывая о том, как провела день в компании остальных Ниндзя. Куренай периодически хихикала, когда несущий девочку Асума хмыкал, только усмехаясь, иногда качая головой. Шиноби также делились тем, как провели сегодняшний день. Миссия, пусть и оказалась срочной, однако была довольно легкой и не сильно продолжительной, именно потому они смогли справиться с ней за полтора дня, вместо предполагаемых трех. Асума поделился с Узумаки тем, как они победили в нескольких боях, используя подаренные ранее девочкой обездвиживающие печати. Узумаки покраснела, радостно улыбнувшись от осознания, что ее печати действительно были полезны. После она рассказала о том, как Хокаге поведал девочке тайну ее семьи, на что Асума и Куренай радостно переглянулись, рассказав девочке о том, кто еще знал об этом, чтобы Узумаки без страха могла поделиться своими знаниями с Учиха. Подходя к дому, Куренай обратила внимание на затихшую Наруко, после чего ласково улыбнулась. Девочка крепко спала, утомившись после насыщенного дня. Заметивший это чуть раньше Асума, покрепче прижал к себе ребенка, что положил голову на плечо Шиноби, после чего направился в дом, где уже ждал Хирузен, читающий в кресле новый детективный роман. Асума Сарутоби, спустя много лет после смерти своей матери, чувствовал себя дома. ________________ Написано — 18.04.24 г. В 21:50. Автор: Под конец уже не знала, что писать, пришлось слегка растягивать, так как я не стала расписывать внешность и имена Анбу. Все вскроется по мере повествования.