Девочка, которую любит Солнце.

Наруко старалась бежать как можно быстрее, уклоняясь от летящих в нее протухших овощей, фруктов и просто камней. Сейчас девочка действительно была рада, что уделяла много времени тренировкам, но даже этого было мало. Узумаки понимала, что сейчас, как бы ни тренировалась, физически девочка не могла убежать от взрослых людей. В сапфировых глазах плескался ужас, когда позади нее раздавались крики и пожелания Смерти; а некоторые с одобрением подбадривали ее преследователей. Пытаясь скрыться, Узумаки забежала в переулок, где наткнулась на тупик. Сорвавшись с места, надеясь успеть убежать, Наруко вскрикнула, когда в голову прилетела стеклянная бутылка, что, разбившись, осыпалась осколками по земле. Потеряв равновесие, Узумаки упала, руками защищая лицо от вонзившихся в тело осколков и ударов пьяных мужчин. Те, громко гогоча и кидаясь грязными ругательствами, переходя на обзывательства, остервенело забивали златовласого ребенка ногами. Единственное, что Наруко смогла сделать, — принять позу эмбриона, закрывая лицо руками, и терпеть. Терпеть удары по рукам и ногам, терпеть пьяный гогот, терпеть обзывательства… Держась за уплывающее от боли сознание, она могла только терпеть… Пока не услышала яростный рык: — ПОШЛИ ВОН! — кое-как приоткрыв глаза, Наруко прищурилась, пытаясь сквозь размывшееся зрение рассмотреть приземлившегося рядом с ней Шиноби. Однако она видела только короткие остроконечные волосы серебристого оттенка, что ярко выделялись в темноте подворотни, не сливаясь с ней, в отличие от темной экипировки и жилета. Наруко скользила мутными глазами по металлическим наручным пластинам и перчаткам, сандалей Шиноби с шипами для пересечения горных местностей, трех сумок Ниндзя, расположенных в районе пояса, и белого плаща. Узумаки узнала униформу Анбу, после чего обратила внимание на лицо своего спасителя, скрытое маской пса. Узумаки закрыла глаза, расслабляясь и не заметив, как, не дожидаясь ответа, Шиноби со всей силы отбросил одного из мужчин в стену, после принявшись за других. Она слышала, как Анбу избивал их, не щадя, словно отыгрываясь за Узумаки, пока девочка пыталась вспомнить, где видела эту маску. Спустя пару минут поврежденное сознание дало ответ, и, приоткрыв глаза, Наруко хрипло выдохнула: — Пес… — бросив едва живых мужчин, Шиноби подлетел к девочке, присаживая на колени и прижимая ребенка к себе. — Я здесь, Малышка, — услышав знакомый теплый голос, сочащийся беспокойством, Наруко окончательно расслабилась. После чего потеряла сознание.

***

Однако долго в беспамятстве девочка не провела, очнувшись довольно скоро — ее даже не успели донести до дома. Приглядевшись к несущему ее Анбу и убедившись в том, что это все еще был один из Защитников — Пес, девочка расслабилась, улыбнувшись уголками губ, после чего закрыла глаза, позволяя телу медленно восстанавливаться. Конечности болели, и любые попытки пошевелиться причиняли глухую боль, потому Наруко безвольно лежала на руках Шиноби, старательно абстрагировавшись от боли. Прижимаясь лицом к телу несущего ее Пса, девочка вслушивалась в его дыхание и быстрое биение сердца, одновременно с этим запоминая запах парня. Через двадцать минут Анбу добрался до дома девочки, проскочив через окно в ее спальню. Аккуратно уложив ребенка на кровать, Шиноби метнулся в ванную, где отыскав аптечку, вернулся к Узумаки, принимаясь аккуратно обрабатывать все полученные раны, ссадины, синяки и царапины, пока Наруко морщилась, но терпела. Анбу был уверен, что девочка получила более серьезные раны, однако у него не было времени на то, чтобы искать Напарницу или других Ирьенинов, готовых помочь, — ему оставалось только довериться Девятихвостому, что должен был залечить все серьезные травмы. Нежно обрабатывая разбитую губу Наруко, Шиноби непреднамеренно выпустил сильную волну Ки, распугав проходящих мимо дома прохожих. У него в ярости сжимались руки, когда парень видел, что те ублюдки оставили новые шрамы на детском теле. В конце концов, какой бы сильной и быстрой ни была регенерация, но от шрамов та не могла спасти. Анбу жалел о том, что те пьяные ублюдки остались живы, потому что сам парень метнулся в тот момент к позвавшей его Наруко. Тем не менее, он не собирался оставлять их в покое, и также не собирался быстро лишить жизни. Он планировал медленно и мучительно вытягивать из них жизнь. Он собирался заставить их почувствовать всю ту боль, которую чувствовала Наруко. И Пес уверенно мог сказать, что сегодня прольется чья-то кровь. Отогнав временно все кровожадные мысли, Шиноби сосредоточился на обработке ран, что заняла полчаса. Закончив обрабатывать последнюю царапину, что рассекала ладонь, Шиноби улыбнулся девочке, и та даже через фарфоровую маску почувствовала теплый взгляд. — Вот и все, Нару, отдыхай, — наполненный любовью и лаской голос был последним, что Узумаки услышала перед тем, как провалиться в сон. Убедившись, что Наруко крепко уснула, Какаши аккуратно переодел ее в пижаму, после чего плотнее укрыл одеялом. Захватив с собой окровавленное платье, что стало напоминать обычный кусок ткани, Хатаке бесшумно выскользнул из дома, быстро перемещаясь по крышам, направляясь к своим Сокомандникам. Ки, витающая над головой парня, распугивала идущих внизу гражданских, но Какаши не обращал на это внимания, даже не пытаясь скрыть собственную ярость, осознанно пугая людей. Темные глаза, скрытые под маской, пылали от ярости. Ему хотелось убивать за то, что посмели сделать те ублюдки. Хотелось перерезать им глотки за все новые шрамы, ссадины и синяки на детском теле. Но Какаши только двигался в сторону Штаба, зная, какая реакция будет у его Сокомандников на новости. Хатаке также знал, какую реакцию вызовет у Анбу и Джонинов, успевших привязаться к Наруко. О, Хатаке действительно не терпелось увидеть потемневшие от ярости глаза бывших телохранителей его Сенсея, гнев Асумы и Куренай, что проводили много времени с ребенком, и… Какаши не терпелось увидеть гнев Хокаге. Ворвавшись в Штаб Анбу, где в очередной раз расположились не только сами Анбу, но и обычные Шиноби, Хатаке приземлился рядом с Рин, поспешно стягивая маску на бок, позволяя увидеть заледеневшее выражение своего лица. — Какаши? — обеспокоенно насупившись, Рин побледнела, заметив, как парень сжимал в руках знакомое окровавленное платье. Платье, подаренное Наруко самой Рин. Общающиеся между собой Ниндзя затихли, с опустевшими лицами уставившись на окровавленную тряпку в его руках. — Ч-что случилось? — Ее опять избили, — холодно произнес Хатаке, и все услышали рычащие нотки в угрожающе-тихом голосе друга. — Ублюдки! — Анко, до которой дошел смысл слов, подскочила со своего места, высвободив порцию Ки. — Да как они посмели поднять свои лапы на Лисенка?! — Я смотрю, у нас много смертников завелось в последнее время, — спокойно заметил Райдо, когда сидящий рядом с ним Генма переломил сенбон, что до этого держал в руках. Кружка в руках Иваши треснула, разлетевшись на мелкие осколки, когда сам парень с пустым лицом только стряхнул их с руки, медленно поднявшись со своего места. — Кажется, у меня скоро появятся несколько новых подопытных, — угрожающе протянул Ибики, расколов стол на две части. — Ты запомнил кто? — Обито материализовался около Напарника, и сейчас перед собой Хатаке видел не лучшего друга-растяпу, что весело улыбался… …Сейчас он видел перед собой Орла, готового убивать за тех, кого любил. Он видел Обито Учиху, также известного как «Неуловимый», и одного из сильнейших и жестоких представителей Клана Учиха. — На платье все еще есть запахи тех ублюдков, — рычаще протянул Какаши, передавая Обито окровавленные остатки платья. — Призывай, — рядом встала Рин. Не его лучшая подруга, что, мило улыбаясь, ругала их за ссоры и не любила кровопролития, нет. Он видел перед собой Ласку, одну из сильнейших Анбу-Куноичи, одну из опаснейших Куноичи-Ирьенина, что была готова уничтожить всех за людей, которых считала своей семьей. — Техника Призыва! — повторять дважды Хатаке не нужно, и, быстро прокусив палец, Шиноби сложил нужные печати, ударив по земле. Спустя пару секунд с тихим «пуф», в белой дымке появились верные Нинкены Хатаке. — Зачем призвал? — лениво поинтересовался маленький мопс с коричневым мехом и тёмно-коричневой мордой и ушами. У него розовые лапы, и он носит стандартную одежду Нинкенов Какаши, что состоит из синего жилета с печатью Хено-Хено-Моджи и протектора Конохи, который он носит на голове как ободок. Он также носит бинты на передней лапе. Молча взяв платье, Шиноби протянул его псам, холодно бросив: — Узнаешь, Паккун? — принюхавшись, мопс зарычал, заметив среди сильного металлического запаха знакомый аромат золотоволосой девочки. Познакомившись с ней пару дней назад, Паккун сильно полюбил девочку, как и все остальные псы, рычащие рядом. — Кто это сделал? — прорычал Паккун под согласный вой остальных. — Понюхайте и запомните запахи ублюдков. — произнес Хатаке. — Запомнили? — послышалось согласное рычание. — Теперь, Паккун и Булл, идите за одним. — Булл являлся самым большим Нинкеном, обладающий темным мехом и носивший воротник с шипами и обычную экипировку Нинкенов, в виде синего жилета и протектора Конохи. — Уруши и Шиба за вторым. — Уруши имел белый и светло-коричневый мех, а также длинные острые пучки волос на голове. Его глаза очень напоминали традиционные японские гневные глаза. Будучи одним из Нинкенов Какаши, он носит стандартный синий жилет с печатью Хено-Хено-Моджи и протектором Конохи на шее. У Шиба светло-серый мех с белой нижней стороной и черный хохолок на голове, напоминающий томагавк. Его глаза округлые и имеют темные полосы над ними. Он также носит стандартную одежду из Нинкенов Какаши, которая состоит из синего жилета с печатью Хено-Хено-Моджи и Протектора Конохи на шее и повязки на его передних лапах. — Бисуке и Акино за третьим. — на ушах и лапах у Бисуке есть коричневые отметины. У него есть кандзи для «Шиноби» (忍) посреди его лба и имеет темные круговые отметки вокруг его глаз. Он носит стандартную одежду из Нинкенов Какаши, которая состоит из синего жилета с печатью Хено-Хено-Моджи и Протектора Конохи на шее. У Акино рыжевато-коричневый мех с одной белой полоской, начинающейся от макушки и спускающейся по морде. Он носит солнцезащитные очки и стандартный наряд нинкена Какаши, состоящий из синего жилета с печатью Хено-Хено-Моджи и налобным протектором Конохи на шее. — Уухей и Гуруко за четвертым. Приведите их в кабинет Хокаге. — Уухей очень похож на породу борзых. Он каштановый с белыми мордой и нижней частью. Будучи одним из Нинкенов Какаши, он носит стандартный синий жилет с печатью Хено-Хено-Моджи и протектором Конохи на шее. Также на шее он носит повязки. У Гуруко коричневый мех, белая морда, длинные уши с темно-коричневым цветом и заметно более выраженные усы, чем у других нинкенов, он носит обычную одежду нинкенов, синий жилет и протектор Конохи. — Сделаем… — прорычал Паккун, и псы разбежались по своим целям. — Мы с Рин и Обито отправимся к Хокаге, а вы присмотрите за Наруко. Она сейчас спит. — Сделаем, Какаши. ______________ Написано — 18.04.24 г. В 22:40.