Golden Toppat's

***

Генри еле добрёл до своих апартаментов, попутно встречая праздничные взгляды тех, кто готовился к импровизированной вечеринке в космосе. Наконец, для Топпатов был спокойный вечер, так еще и приказ лидера об освобождении от обязанностей сыграл свою роль в готовности перед богатой шумихой. И вот Стикмин теперь у себя, совсем один, уставший и голодный. Он утратил все свои силы и время на проверку безопасности, именно ради своих людей. Но считалось ли нахождение в жилище наградой после сегодняшнего? Ночные поиски в Сан-Франциско, путешествие по утреннему Сиэтлу и экстремальный побег из этого самого города, очередная речь перед всем кланом, совещание, двухчасовые брождения по станции – неужели это всё произошло в один единственный день? Генри не мог в это поверить. Стоя в прихожей, – это сложно назвать таковой, если смотреть прямо из дверей – он скинул с себя, на первый взгляд обыкновенный дорогой, но тянущий вниз из-за своей длины и толщины, черный плащ и отбросил мантию куда-то в сторону. Жилая зона представляла собой просторный изогнутый параллелограмм с несколькими отдельными комнатами. Перед глазами черноволосого парня была крупная гостиная с камином, который окружен роскошной мебелью: невероятно тонким настенным телевизором в правом углу, журнальными лакированными столиками, современными выдвижными диванами с зелёными и алыми подушками. Четыре каменные колонны, достигающие в высоту до потолка, создавали впечатление, будто здесь музей современного искусства. Пара стеклянных ступеней отделяла центральный холл своего рода мраморными дорожками, ведущими к другим зонам. К кухне, например; слева от гостиной располагались темно-серые столешницы, сам прямоугольный обеденный стол, два холодильника, кухонная плита с черным покрытием, посудомоечная машина и около семи настенных ящиков с дорогой посудой. Цилиндровые свисающие люстры белого цвета в обеих зонах автоматически зажглись, теперь освещая апартаменты нейтрально голубыми красками. Цветовую гамму легко можно было изменить на электронной панели рядом с выходом. Сами стены жилья структурировали из бежевой керамической плитки. В правой части помещения ждал своих будущих посетителей небольшой бар с алкогольными, спиртными и газированными напитками. Напротив бара обустраивался личный кабинет лидера, а правее от камина из холла – дверь в зону спа, где был шикарный бассейн, стенки которого были цвета изумруда, а подсветка отдавала тоном свежих листьев или долларовых купюр, отчего вода казалась полностью зелёной. Парню стали мерещиться жаренная курочка, пицца и чизкейк, как только он оказался в трёх метрах от холодильника. Не сбавляя скорости, Генри нараспашку открыл дверцу и, заглатывая слюни, проник зрением внутрь. Увы, из-за дефицита кулинарных способностей Стикмин достал с полок только пачку бекона, пучок петрушки и два яйца. — «С Элли было весело готовить...» Как раз его верная защитница прекрасно справлялась с приготовлением пищи, помогая тому во всём. Пять минут и простая яичница готова. Пересохшее горло утолил еле теплый апельсиновый сок. Пришлось, так скажем, ужинать завтраком, но Генри было этого достаточно. Не прибирая за собой, лидер клана стал подниматься по белокаменной лестнице – такая же есть и в апартаментах Роуз, но отзеркаленная – в свою спальню на втором этаже. Эта комната была прямо над кухней. Внутри лежало много дорогих мягких ковров, а привычная для него кровать с занавесками до сих пор была в помятом виде, вся расправленная ещё с тех пор, когда Генри разбудил будущую Леди Правую Руку, спавшую в его покоях, и не привёл её в церемониально-украшенный главный зал. Там-то он и вручил подруге ту самую розовую шляпу, первый экземпляр которой сейчас оставался вместе с другими цилиндрами в джипе в Калифорнии. Свет ночных городов Европы, как от маленьких светлячков, пробирался через иллюминатор в виде большой шляпы в спальню. Потолочную лампу Генри включать не стал, отдав приоритет на небольшой светильник рядом с постелью. Этого освещения хватало, чтобы парень подготовил лист бумаги и черную ручку, расположился поудобнее на пурпурных подушках, сняв убор с обувью, и приступил к мыслительному процессу создания в голове грамотного чувственного письма. — Умереть в любом случае готов. — с волнением произнес Генри, щёлкнув клапаном ручки.

***

— Стой, Свенссон! Какой-то хриплый женский голос прозвучал через толпу резвых Топпатов, находившихся в невероятном экстазе. Пассажиры без ведомства лидера устроили празднования своей свободы и независимости от землян, во всех отсеках шла музыка. Большинство располагалось на главном уровне ракеты, собираясь в зале для составления плана трехдневных вечеринок или с целью завести новые знакомства и просто потусить. — Кэрол? Один из Шляпников обернулся назад, не дойдя к стеклянным дверям в огромное помещение, также именуемое столовой или кафетерием. Множество лиц мешали парню разобрать, кто его окликнул, но спешившая и запыхавшаяся женщина закрыла вопрос. — Ты специально меня избегаешь или что?! — рассерженно гаркнув, черноволосая стукнула Свена в плечо, не рассчитав силу. — Нет. — боязливо ответил голубоглазый, разводя руками. — Я и не собирался прятаться. — Тогда почему тебя пришлось искать хрен пойми где и черт его знает сколько времени? Швед недоуменно захлопал ресницами. — Так я был у Генри, но оставшиеся часы разгребал бумаги по числу потерь в недавнем налёте. Прости, что пришлось тебя заставить попыхтеть?.. — Не важно, Свен, — Кросс изменилась в лице, убрав агрессивный настрой. — я просто хотела кое-что с тобой… обсудить. — в голосе стала прослеживаться стеснительность. — Насчет моего поведения на обеде. — Ты про что? — не сразу сообразив, Свенссон порылся в памяти, чтобы найти хоть что-то, что волновало напарницу. Лишь её скрещенные руки на груди пробудили в сознании неловкий алкогольный конфуз. — О-о… Ты про… — парень рассмеялся. — Всё хорошо, правда! Все мы бываем такими, когда злоупотребляем спиртным. Женщина облегченно вытерла со лба пот и, накрутив из-за нервов на палец волосы, попыталась всё разъяснить. — Вообще я крепка и стойка, да и непобедима против опьянения, но в честь нашей с тобой дружбы тётя Кэра заказала себе слишком много портвейна. — ухмыляющаяся улыбка расцвела столь же стремительно, как и задорный смех блондина. — Ты не поверишь, но я даже не пытался тебя остановить! — Я пропустила анекдот? К этим двоим вышла из зала молодая девушка, облеченная в приятные глазу розовые одеяния. Её вопрос сразу перестал иметь значения, так как смех был во всей округе. — Элли Роуз, — обратил внимание Свенссон, почтительно сняв шляпу. — мы… м-мы обсуждали неловкие ситуации. — Конечно. — непринужденно подтвердила Шляпница. Зам лидера наклонила голову набок и, чувствуя поднятие бровей, отразила неистовое удивление. — Вы оба всё-таки помирились. Рада вашему компромиссу. Кросс соединила ладони. Прикид Роуз вынуждал делать ей комплименты, поднимая и так нескончаемую авторитетность. — Нет, это слишком красиво. Вам очень идёт этот костюм, подчеркивает элегантность. — Спасибо, — Элли искренне улыбнулась. — ты и Свен тоже выглядите прекрасно. Поправив украшение в воротнике, красноволосая задумалась. — Я, конечно же, не хочу к кому-либо относится предвзято, — девушка заговорила тише. — но обращайтесь ко мне на «ты». Элитные преступники обменялись взглядами. — Вы, как и Генри, пока что единственные, с кем удалось пробыть большее количество времени в клане. Можно ли считать вас своими друзьями? — невольно добавила та. — Я только за. — кивнула Кросс. — Это шутка? — парня переполняли эмоции. Роуз хихикнула и указала следовать за ней к огромному иллюминатору. Только от присутствия заместительницы Топпаты автоматически затихали, чтобы показать свою невозмутимость и, если она на них посмотрит, уважительно поклониться. Шляпницы перешептывались, кто-то из них выкрикивали любезные слова насчёт внешности. Парни же густо краснели, когда Элли тем игриво улыбалась. В какое-то время все возвращались к своим разговорам, продолжая веселиться. — Вся элита предпочла помощь с обустройством ресторана, — продолжила Роуз. — поэтому развлекаются по большей части рекруты, бойцы и персонал. Я дала разрешение на вечеринку и теперь боюсь за внутренний облик станции. — Считаешь, Генри не учел того факта, что некому будет следить за порядком? — Именно, Кэрол. Спасибо доброте Стеллы Алимбдем, с которой удалось сократить отпуск горничных до суток. — О да, Стелла сама доброта в нашем клане. Обожаю эту женщину. — идя правее от Элли, Кросс убрала непослушный локон волос с глаз. — Она к тебе как отнеслась? Девушка не обернулась, только неоднозначно осмотрела маникюр из-за данного вопроса. — С гостеприимством приняла, рассказала о жизни среди таких, как Шляпники. Говорит, что после окончания начальных классов переехала вместе с бабушкой в Сеул. Да, она родилась в штатах и при жизни не знала своих родителей. — Мы очень много раз это слышали. — согласился Свен. — На самом деле я была удивлена ее историям, — Элли остановилась, отчего парень чуть не врезался ей в спину. — Когда бабушка Мина получила работу старшей горничной в пятизвездочном отеле Сеула, той удалось нанять Стеллу на должность обыкновенной прачки. И о боже, из-за строгости Мины и её высоких принципов к работе Стелле пришлось пройти долгий должностной путь, закончив замом своей бабушки. — покачав головой, Элли подошла к синему столу и облокотилась об него ладонями. — Но она не жаловалась мне. Сказала, что обрела за долгие годы трудолюбие и стала хозяйственной особой. Возгласы на фоне немного заглушили речь Роуз и та подождала с рассказом, глядя на еле заинтересованных Свена и Кэрол. Оба и так знали жизнь Алимбдем, но узнать мнение новенькой хотелось. — Как попала в клан, не объяснила. — Это случилось четыре года назад. — подошла поближе черноволосая. — После кончины бабушки Стелла вернулась в Америку... аж спустя тридцать лет. Устроилась уборщицей в центральном банке Стредфорда. — скривившись, Кэрол освободила часть волос из-под шляпы и распустила их по плечам. — Я бы не поверила своей родной тёте, если бы Теренс завербовал старую нищебродку из Азии, имеющую опыт работы в лакшери-отеле. Неловко для себя Свен издал звонкий смешок, поднеся пальцы к подбородку. Обескураженность Элли и хладнокровный взгляд Кросс подавили желание перебивать. — Хотя стоп, — закатила глаза Шляпница. — Теренс мог творить и не такую херню. По-моему, это был его единственный грамотный рейд. — Вот только простая уборщица обладала искусством карате и мигом перевернула наших бойцов, благодаря чему многим заложникам удалось эвакуироваться из банка! — широко улыбнулся швед. — Лучшая тётка… — У которой не было выбора. — закончила за парнем Кэрол. — Ей предложили пропуск в клан взамен на то, что та не станет похищенной заложницей. Роуз отошла от скамьи и выставила руку, играя ногтями. — Стелла согласилась? Так просто? — Её ничто не держало: ни карьера, ни семья. — вздохнул Свенссон. Как же эта история напоминала ему о себе в прошлом. — Она долго была нейтральной к нам. Назначили сразу Топпат-Бойцом, но через некоторое время на дирижабле стало не хватать уборщиков и наша богиня вызвалась быть главной по клинингу. — женщина увидала официантов, подносящих выпивку почитаемым Шляпникам. — Под ее руководством клан успешно нанял девушек, чьи руки, готовые за большие деньги, могли драить железные паркеты и чистить стекла. Не успела Леди восхититься выдержкой Алимбдем, как какой-то мужчина с рюмкой виски в руках шлёпнул растерянную Кэрол ниже поясницы. Её визг перекрыл голоса всех Топпатов. На несколько секунд воцарилась напряженная тишина. — Убью смертника! Лишь разглядев нахала, Шляпница непроизвольно засмеялась. Смесь гнева и возбуждения захлестнули её, давая намёки о контроле казусной ситуации. — Убью тебя, Ахнольдт! — она более мягко выкрикнула, трогая бока юбки. — Споко-о-ойствие, Кэрол, — спасённый член клана группой Альфа пританцовывал, дико улыбался, показывая отсутствие передних зубов. — это на-ашаа территория! — Любимый дебил вернулся. Я счастлива. — ухмылялась черноволосая. — Что за ужас?.. — Э-э-этот ужас даёт шансик на халявные трусики! — не соображая, Шварц ответил блондину с брезгливой миной. — Извращенец хренов. — фыркнула женщина, закусив верхнюю губу. — Иди отсюда, пока не трахнула. Не одна Кросс возмутилась. — Ахнольдт Шварц, ты разве не должен помогать с планировкой ресторана? — скрестила руки на груди Роуз. — Мэм, мы снова встретились. — протрезвел Топпат. — Я ведь мог убить вас на тех заброшенных складах в Сан-Франциско. Говорите спасибо вашей сексуальной красоте! — Штраф привилегий. — равнодушно произнесла девушка и указала покинуть зал. Мужчина промолчал. Под зрительным давлением обеих девушек Ахнольдт благосклонно развернулся и ушел прочь. Казалось, Свенссону было всё равно. — Иметь бы такую власть, как у тебя, Элли, — завидовала кареглазая. Хоть она и могла распоряжаться судьбами большинства, себе подобные по-прежнему были неприкосновенны. — Скажи это Генри. — пожав плечами, заместительница вновь пошла по ковру, выравнивая стройную походку. За ней продолжили следовать новые друзья, которые только рады сотрудничать с представителем высшего совета Топпатов. — Иногда мне кажется, будто я застряла в собственном пузыре. Оболочка – границы моего сознания. — Элли с тоской рассуждала о себе, копалась в заточенных рамках сознания. — Выхода нет. Всё происходит так быстро, что не успеваешь осознавать масштабность того, куда я вляпалась. Заиграл танцевальный трек одной любимой Шляпниками группы и внутрь стало заходить больше людей. Вечеринка, заразившая все уголки и места орбитального логова, настигла и вестибюльный этаж. — Кто бы мог желать вступить в криминальную организацию, если не случайное появление моего шанса на свободу? — та имела в виду Генри. — Ответ ясен, ведь любой отшельник захочет быть и чувствовать себя среди вас. — Подру-уга-а! — протяжно выдохнула Кросс. — Ээ… не против ведь, если я так тебя называю? Неловко всё же. Зна́ком «не против» стало томление в зрачках девушки. Свен уже потерял контакт с обеими, поэтому хмуро стрелял взглядом свою обувь, прикрывая глаза из-за сонливости. — Ты отважная воительница с правом на всё, что пожелаешь! Европа показала тебе бразды отчужденности, не позволяла спокойно отдышаться, ограничивала твои возможности в свободе. Но теперь, — оптимистический настрой в голосе придал красноволосой капельку уверенности в правильных действиях. — теперь у тебя, совместно с шикарным парнем, есть в распоряжении вся наша империя! Мы будем вместе бороться с целым миром, против нищеты, против гнусных законов и систематического рабства! Уверена на все сто, ты об этом мечтала, дорогуша. Роуз несколько смутилась. — Мы с Генри не встречаемся. — Что?.. Шляпница потеряла цепочку наваждения. — Аа… ты неправильно поняла. Я сказала, совместно с парнем, то есть твои другом, а не... парнем-парнем. — Да? — немного нелепая ситуация, но Леди неловко рассмеялась. — Извиняюсь, я просто принимаю все слова всерьез. — Элли, главное, ты поняла суть? — женщина заботливо поправила головной убор девушки так, чтобы сиреневая роза оказалось спереди на уровне взгляда. Та, словно своей старшей сестре, которой в принципе и нет, по-домашнему кивнула. Уголки губ растянулись, озаряя полной надежды и веры улыбку. — Не подведи меня, Кэрол. И ты, Свен... — она, прекратив движение, подхватила ладонью «лунатика», выставляя руку к его груди. Он был готов свершить ту ошибку, в результате которой мог повалить своим телом Роуз. Спасибо внимательности последней. — не спать, Свенссон! — Естественно. Конечно. Да. — он поднял взор на Леди. Кросс выразила почтение к ней. Голос женщины хоть до простоты ровный, но прекрасно вселял веру в зама лидера. — Несомненно, Элли. Поддержка твоих интересов – поддержка наших. — Очень, очень рада это слышать! Вы двое за считанные минуты стали для меня ближе, чем собственный братец. — Роуз фыркнула. И вот она снова поделилась семейным прошлым, рискуя своим доверием к еле знакомым людям. Первым человеком, узнавшим не только о брате, но и о матери Элли, был Стикмин. Девушка точно была уверена, Кэрол и Свен теперь не отстанут от нее. Ожидаемый интерес в глазах обоих блеснул ярче пламени, поэтому Элли, предварительно расстегнув верхнюю пуговицу пиджака для освобождения воротника рубашки, так как в зале, особенно во время вечеринки, было довольно жарко, жестом показала присесть на скамью. — Мы никогда не понимали друг друга. — решилась Леди. — Я с ним дружила только до того, пока не пошла в школу. Джейкоб, так его имя, старше меня на три года. — Начало школьной жизни разорвало с ним дружбу? Но как? — Тебе не понять, Свен, если не было сестры или брата. Я его вдруг начала позорить и вызывать чувства стыда, когда появлялась на глазах его старшеньких друзей. Стал обделять меня, гаденыш. — девушка многозначительно поджала губы. — Вообще-то я имею двух старших братьев, Стефана и Карла Свенссонов. — без намека на эмоции сказал швед. — Сейчас работают на новостную корпорацию и мне всё равно на обоих. Предпочитая не встревать в беседу, Кросс внимательно слушала их, подсев со спины парня. — Тоже ссорился с ними? — проявила любопытство Роуз. — Угу. — Не представляю, каково вытерпеть сра-а-азу двоих. — она сочувствующе промычала. — Зато мне было весело воровать вещи Джейка, пряча их в незамысловатых местах. Такой душка, когда злился. — Томми Партридж! — сильный возглас Кэрол чуть не оглушил правое ухо блондина. — Не смей использовать свои провальные разработки! Космическая вечеринка – не повод, слышишь?! Матильда, останови своего паренька! Одна из персон «Элитной десятки», Матильда Айви, имеющая прикольную малиновую челку с выбритыми висками, уплетала за столиком еды напротив шоколадно-кремовый торт. На ней была небольшая фиолетовая шляпка, тёмно-синий жакет и красные туфли на каблуках. Та не сразу отреагировала на приказ напарницы, прожевывая сладкое. — Я знаю, Кросс! — язвительно отозвалась через громкую музыку розоволосая. — Не надо мне указывать, что делать! Особенно Томми! Партридж, Топпат-Сотрудник из инженерной лаборатории на высшем переходном уровне, где проводились работы над телепортом, был самым скромным преступником, кого могли только знать остальные. Этот джентльмен один из горе-учёных, пытающихся поразить своими неудачными изобретениями королевский совет. Только Айви поддерживала его, верила всем сердцем, что однажды ему удастся создать полезную технологию для клана. Только она любила Томми… любила человека из низших классов. Она даже радовалась, что использует свою власть в облегчении жизни Партриджа. — Зачем она держится на этом недоразумении? Клёвый характер и боевой авторитет, а Тильда убивает время ради него. — слегка прислонив голову к плечу Свенссона, с полным непринятием проговорила женщина. Где-то в семи метрах от них Айви подошла со спины к инженеру, который уже убрал с поля зрения какое-то наземное устройство размером с ладонь. Он был одет в бежевый халат и носил немного изношенную темную шляпу. Что-то сказав ему на ушко, Матильда с нескрываемой любовью поцеловала парня в щёчку. — Любви не прикажешь, — наблюдая за дальней парой, с улыбкой сказала Роуз. — Видимо, её привлекают мужчины, которые пытаются достигнуть своих целей, несмотря на любые трудности и неудачи. Элли уследила за легкой ухмылкой, появившейся у Свена после того, как Кросс успешно приземлилась левой частью лица, с потекшей тушью из-за повышающейся температуры, к его руке. Заметив их внезапное пересечение взглядов, девушка подумала о своем, о желании смотреть на эту картину дальше. Ведь Роуз состоит в клане ничтожные сутки, не знает жизни этих людей наверняка. Но лишь по первым впечатлениям ей удалось построить мнение, что Кэрол – непробиваемая строгая леди. А так ли это было всегда? Роуз хотела спросить, как давно они знакомы, но решила не прерывать такой милый момент. — Сейчас Джейкоб выполняет роль сержанта в сухопутном подразделении Великобритании. Его заслуги мне известны благодаря короткой случайной встрече… — Элли засуетилась. — когда я покидала границы Лондона после ограбления краевого хранилища. Мы тогда не виделись почти семь лет, его ведь в армию забрали, когда мне было пятнадцать. — Он тебя отпустил? Мимо проходили Топпаты, многие из которых наконец завершили подготовку к открытию ресторана уровнем ниже. С каждой секундой в кафетерий заходило всё больше и больше членов клана; шляпные преступники предвкушали что-то грандиозное, что-то так обещанное «Элитной десяткой» в эту ночь. Да, сегодня никто не будет спать. Кэрол, чувствуя себя как-то иначе, заприметила никогда не отпускающую из рук телефон лучшую подругу, Иаррингс Эвалейт. Обе обменялись приветственными кивками. — Свен, я даже банальное «спасибо» не сказала ему. — взгляд Леди на потолок прорубил воспоминания о прошлом. — Не знаю, как он отреагировал на мой арест в Мадриде, но... впервые я по-настоящему соскучилась по нему. Элитная Шляпница тихонько переместилась с места на место, располагаясь между Свеном и Элли. — Подруга, вот с Ахнольдтом тебе бы не пришлось скучать. — заметив брезгливость на её лице, Кросс включила режим переубеждения: — Да, он единственный, кто не знает манеры поведения из элитного членства, зато прекрасно командует кланом и ведёт гениальные тактики рейдов. Можно сказать, этот извращенец мне даже нравится. В этот момент Свенссон почувствовал себя лишним в женской компании. Надев маску спокойствия и невозмутимости, швед отстранился от девушек. — Ты куда это? — в смятении спросила Кэрол. — Проведать нашего нового друга. — парень имел ввиду Берта. — Я не создан общаться на такие темы. — Эм-м, ладно. Передай этому другу, чтобы немедленно отдохнул от работы и стал праздновать вместе с нами. — Это я и намеревался сделать, — парень стал отдаляться, кинув напоследок наигранную ухмылку. — увидимся! — крикнул тот. Кэрол переключила с него внимание на блондинку с яркими серьгами, делающую совместное селфи со Шляпницами на фоне ночной планеты. — Говоришь, хотела иметь больше связей с кланом? Красноволосая озадаченно проморгалась. — Познакомимся с людьми, которых я знаю и уважаю. — женщина встала со скамьи. — Идём к иллюминатору? — Как скажешь. Ей нечего было делать. Роуз направилась с новой подругой дальше по залу, минуя группы беседующих Топпатов. Их радость и ощущение свободы зашкаливала все допустимые параметры. — Рингс! — Каролина! Девушки засмеялись и послали друг другу воздушные поцелуи. — Боже, мисс Роуз! — воскликнула обладательница серебряного браслета. — Счастлива видеть вас! Я… я стала восхищаться вашей выдержкой после сегодняшней миссии! Вы стали прекрасным образцом для наших рекрутов и я… — Я поняла, Иаррингс. — приостановила жестом неугомонную особу Элли. — Извините. — успокоилась Эвалейт. — Просто в-вы... такая крутая! — Не подлизывайся к начальству. — Кэрол с легким цинизмом встряла в знакомство. — Сама уже небось любимицей Роуз стала. — шикнула в ответ блондинка. Аловолосая издала подобие заглушенного смешка. — Я польщена, конечно, но не забывайте, что я в роли императрицы преступного синдиката не более двух суток. Заместительницы императора, если быть точнее. — Вот повезло! — Эвалейт рассматривала наряд Леди. — Я всю жизнь мечтаю вступить в королевский совет. — Прорвешься, если будешь для этого делать всё необходимое, например как я. — Пыл останови свой, Каролина. Твое авторитетное поведение конечно позволяет, но рано или поздно его может не хватить. — высказалась Иаррингс. Они могли так спорить до бесконечности. И только привлекающий кашель Роуз разорвал битву мнений. — Да, кстати, Элли, — продолжив с того, зачем пришла, Кросс почти вплотную подошла к герметичному окну. Девушки приняли это за намек уединиться подальше от лишних ушей. — позволишь моей подруге обращаться к тебе на «ты»? — Я бы и сама спросила. — упрекнула Эвалейт, просматривая в смартфоне галерею сохраненных фото платьев. — Без проблем. Согласие Элли, пусть и не без вмешательства черноволосой, порадовало внутреннее эго блондинки. — Тогда… как тебе мой аристократичный костюм? Зам лидера оценила свободные белые брюки, такого же цвета туфли, голубой пиджак и темно-синий цилиндр девушки. — Нет, Элли, — задорно улыбнулась та. — твой костюм, сшитый благодаря мне. — Не может быть... — Роуз детальнее взглянула на себя в еле видимом отражении от окна, крайне удивившись таланту «новой-новой» подруги. — Ты… — Лучший и единственный дизайнер-модельер клана! Тебе нравится?! — вновь оживилась Эвалейт. — Я... влюбилась в себя, Рингс. — Леди аккуратно гладила эксклюзивный образец одежды в своем роде, ощущая мягкую дорогую ткань. Блондинка подпрыгнула от счастья, отчего Кэрол закатила глаза. — Спасибочки! Я сконструировала привычную Топпат-моду с элементами процветания девятнадцатого века и прогрессии современных вариаций стилистических мужской и женской моды! Для нужд в хранении вооружения специально в каждом костюме есть много мест, не портящих внешний облик идеального преступника. Шляпы тоже создала я! — Она лучшая в своем деле. — поддержала Шляпница. — Вообще я вся в мать, продолжаю её работу. Любовь к дизайнерству я проявляла еще в детском возрасте. Иногда сидела на работе в ателье в мамином кабинете, делала аппликации, рисовала красивые рисунки и выдумывала логотипы. — ностальгируя по давним временам, Иаррингс вглядывалась в Землю. — Выкраивать первую одежду стала во время учёбы в школе. — Её мать входит в десятку лучших модельеров мира. — Кэрол растрепала боковые части волос. — До сих пор не понимаю, почему твой дуэт так быстро был разрушен? Припомнив кое-что своё, Элли мимолётно усекла собственный взор на глаза Рингс. — Твоя мама случайно не Алекса Эвалейт – немецкий модельер, имеющий дом моды в Гамбурге? После такого уточнения, особенно от слов Кросс, Иаррингс более не была такой счастливой и навязчивой. Она отошла вправо, водя указательным пальцем по иллюминатору. — Ага. Самая честная и порядочная женщина. — то ли в ее ответе прослеживался сарказм, а может и попытка принять правду, Элли и Кэрол не в состоянии были понять. Почти семь вечера и в это время в главный зал стали выносить полсотни подносов с неизвестным содержимым. В числе Топпатов-Официантов нелегко, но всё же можно было заметить Реджинальда с самой несладкой миной из всех остальных. Его как всегда сопровождал Правая Рука, помогал ему даже после таких унижений. — А где Генри?.. — выискивая своего друга, скучающе пробурчала Роуз. Черноволосая Шляпница развела руками. Странно, но подобная смена темы поспособствовала возвращению к Эвалейт былой энергичности. — Новый лидер – неземная мечта!.. — Кто-то сказал «лидер»? — Рингс, я правильно услышала?! — Девочки, я бегу к нашему крашу! Три подруги немки подбежали так быстро, насколько могли, нарушив приватность общения. — Вас никто не звал. — с надменностью произнесла Кросс. — Своего «краша» обсуждайте без нас. Они разочарованно что-то проблеяли и скрылись из поля зрения за столиками с едой. — Краш? — сморщилась красноволосая. — Ты вообще понимаешь, с каким красавцем сбежала?! Стикмин мне нравится в миллионы раз больше жалкого «медного дна»! — Эвалейт хотела потрясти девушку за плечи, но побоялась последствий в виде неуместностей в диалоге. — Он сильный, находчивый… молодой… — сознание Иаррингс мечтательно поплыло. — Объясняю на английском языке, — приготовившись излагать объективное мнение, Кросс манерно отодвинула безбашенную подругу. — Генри хоть и юный парень, зато в делах организации преуспел во всех смыслах. Лично для меня Стикмин – элемент подражания, в отличие от Копперботтома. Леди Правая Рука была недовольна таким лицемерием. — Вы лишь влюбились в его власть и бицепсы. Будь он худощавым, — на деле он таким частично и был. Во время объятий Элли прекрасно себя чувствовала, даже иногда боялась переусердствовать в подобных действиях, зная его телосложение. Хотя Генри вовсе не калека. — старым, самодовольным и не имеющим золотой короны, я бы взглянула на ваши лица, полные отвращения. — Ну нет, он не мой типаж мужчин. — объяснила Кэрол, удивляясь уму Роуз всё больше. Конечно же, в хорошем смысле. — Стикмин достоин лидерства. Эвалейт наигранно обиделась. — Угу. Элли права. Не будем мешать влюбленной получать своего принца. Брови красноволосой сползли вниз. — Ч… что? — девушка всё поняла только по случайной ухмылке немки. — Я в него не… — Аж губки поджала! Видать орлиный глаз давно положила на его собственность. — Рингс, перестань. — криво улыбнулась черноволосая. — Иаррингс Эвалейт! От грозного тона Леди даже Кэрол покосилась. — Как ты и тебе подобные смеете так думать о нём! Ваша неискренность легко определиться. Уверена, Генри не глупый. — Получается, у меня нет конкурентов? — ехидно сказала блонди. Роуз была поражена до глубины души такому отношению со стороны девушек и женщин. Ей не хотелось терпеть подобного и та уже обдумывала план посетить друга и всё ему рассказать, но… внутреннее чувство показать свое превосходство в плане отношений вновь пробудилось, словно звоночек из прошлого. Она понимала, так делать нельзя, что это неправильно и легко портит впечатление о порядочности. Непосильное желание быть первой одолело нынешние принципы Элли. С другой стороны, это ведь всё ради Генри, верно? — У тебя ничего не получится. — С чего это вдруг? — насторожилась Эвалейт. — Генри не устоит перед красоткой первого класса, — та показательно распустила короткие локоны волос. — ведь ещё ни один парень в моей жизни не посмел отказать себе в желаемом. — Девчат, вы уверены? Может, не стоит?.. — это всё могло показаться абсурдом, как и поняла Кэрол, но такое явление вполне распространено среди женского населения в мире. Все самки цепляют своих самцов, даже животные и птицы. Девушки решительно посмотрели друг к другу в лица, серьезно настраиваясь. — Ты до сих пор выглядишь наивной, если продолжаешь думать, что я собираюсь завоевать нашего крутого лидера. — Роуз интонационно выделила последние три слова. — Наш спор заключается в правдивости настоящей любви. Генри выберет меня, потому что сила нашей дружбы более велика. — Я готова даже не встречаться с ним! — воскликнула Иаррингс. — Давай так: победительница та из нас, с кем Генри согласиться пойти на ненастоящий ужин. Элли устроил такой расклад и обе пожали друг к другу руки. Как истинный судья, Кросс с закатанными глазами расцепила девушек.

Место упокоения Правительственных агентов в шести километрах от космодрома. 14 августа 2020 года. 4:44 PM по местному времени.

Дождей до сих пор не наблюдалось при сгущающейся пелене серо-розовых облаков, через которые что-то увидеть было зрительной пыткой. Округу кладбища и всех джунглей Догобого окутали негативные эмоции, темнота… мертвая тишина, периодически нарушаемая раскатами грома. Влага, как миллиарды капелек в воздухе, легко чувствовалась осязанием, разносилась по всем поверхностям растений, травы, песка, пальм. — Мне сказали, вы провожаете павших. Чарльз Кэлвин, одетый в черный костюм, с невинным выражением лица подошел чуть поближе к военному, которого медленно, но верно разъедало чувство подавленности. — Я бы не оставил своих друзей в такую трудную минуту. — Как… как тебя отпустили? — выдавил предложение Руперт. Недалеко от парней среди толпы черных фигур стояла Амелия, чьи глаза были закрыты. Она думала о моментах, проведенных с погибшей подругой, вспоминала о ее секретах, которые никогда не будут раскрыты, теперь кроме нее самой. — Не важно. Руп, кто?.. — пилот сочувственно выискивал во взгляде друга что-нибудь живое, намек на какую-то надежду. — Виктория и ее команда. — смотря куда-то вбок, без эмоций оповестил парень. Душа Кэлвина не могла поверить в услышанное. — С-с-соболезную вам. — он распахнул руки для объятий Прайса, но тот оставался на месте, стреляя взором траву. Не удержавшись, Руперт всё-таки набросился на него. Тихий плач. Его слезы впитывались одеждой Чарльза, а их обладатель уткнулся лбом в плечо явившегося друга. Пилот не заметил перед собой подошедшую брюнетку с темным платком. Она смотрела на своих друзей и не могла больше сдерживать себя. Резкий порыв и теперь они втроём, плакали и обнимались. Ей даже всё равно, каким образом её любимый друг очутился в двух километрах от лазарета. — Чарли? Отстранившись друг от друга, они устремили взгляды на одинаковых рыжих людей. Оба парней несли в руках цветы. — Нам искренне жаль… — ...что всё так вышло. — закончил за одним другой. В их голосах было в самом деле сочувствие и скорбь, а ведь подобные эмоции никогда не унывающие братья не испытывали даже в самые отчаянные времена. Позади от группы людей показался молодой человек с тюльпанами. Это был Дейв. — Мы отомстим за них, ребята. — твердо, с нескрываемой злостью сказал спецагент. Воссоединение, возможно, могло как-то и помочь Руперту с Амелией перенести трагедию. Прайсу также было невыносимо это осознавать, ведь парень любил Викторию всем сердцем. Дополнительной темой для разговора в любую секунду могла стать появление Кэлвина, явно интересующего подробности произошедшего. — Как вы узнали об этом? Друзья обратили внимание на шатена и неспешно окружили его. — Генерал дал доступ к камерам космодрома. — начала Эстебан. — Там-то мы всё и увидели. Так Чарли и задавал осторожные вопросы, ответы на которые он получал то от Амелии, то от Буковски. Шли жалкие минуты, а нахождение в этом месте казалось мучительной вечностью. Пилот объяснил, что договорился с доктором о ранней выписке. Аргументом послужила любовь к своей «семье» – родные друзья, ставшие для парня нечто бо́льшим, чем обыкновенные напарники-агенты. Кэлвин отдал память павшему капитану, сдерживая поток слез. Он был очень ранимым и любая трагедия долго не отпускала его чувства… Но осознание потери ста девятнадцати коллег и знакомых – это почти два взвода или половина от основной роты Правительства – может совсем замкнуть цепи в голове Чарли, не привыкшего к подобным случаям. Никто и не заметил плавного приближения фигуры в черных обличиях и с фуражкой на голове. — Я и сам не могу это терпеть. Хьюберт Гейлфорс пытался не заплакать. Даже военный дедушка, которому так дороги его подчинённые, не в состоянии был восстановить спокойствие. — Извините, что раньше не говорил. Не мог прийти в себя… я… я в последние дни прини… — его с душевной теплотой оцепили со стороны, принимая в жаркие объятия. Генерал хотел им объяснить про свое слабое здоровье и неустойчивые нервы. Ему было крайне сложно принять определенные вещи, связанные с потерями в личном составе, поэтому за прошедший год Хьюберт стал принимать то, что был способен – успокоительное. — Мы понимаем вас. — вновь заревела Амелия. — Мы с вами, мы… мы поддержим, никогда не бросим. Во время чувственных обнимашек Черепаха не уследила за собственными действиями. Девушка спонтанно взяла свою левую ладонь и сцепила ее в руку Чарльза, охотно принявшего добродушный жест. Теперь она боялась за единственное свое сокровище, которое буквально держала в руке. — Ну… всё, отпустите меня, детки, — те послушно разъединили круг, в отличие от ладоней, доведенных до пурпурного окраса из-за силы жеста. Без стеснений генерал потер пальцами глаза, убирая лишнюю влагу. — Как вы, мои хорошие? — Когда мы уже дадим отпор? Я говорю не только за себя, но и за ваших агентов. — жалобно спросил новый хакер Правительства. Панпа в чём-то был действительно прав. Скорбящие прохожие могли посчитать данные вопросы неуместными, но остальные парни вместе с охотницей поддержали нового друга. — Мне хотелось поговорить об этом попозже. — Но генерал! — вмешался Кэлвин. — Генри и его чёртов клан не имеют прав на существование. Мы обязаны знать план действий! — Да! — яро кивая, хором сказали Кельвин и Конрад. Гейлфорс сделал несколько шагов в сторону гроба, возложенного цветами и всякими прощальными письмами. Он достал из кармана белые перчатки и, надев их, прикоснулся к крышке ладонью. Последний раз Хьюберт отдал честь девушке, которую он больше никогда не увидит. Развернувшись, ему попались на глаза молодые люди, испытывающие переживания и страх неизвестного. — Чтобы отомстить, вам придется отправиться в космос.