Мой сладкий призрак (My sweet ghost)

Пэтти, тяжело дыша, вывалилась из аудитории. Прав был Ринтаро — не надо сидеть допоздна. Это только начало, а что будет потом? К зачёту нужно готовиться заранее, причём с конспектом. А она так ненавидела конспекты… Ещё и с утра не позавтракала, вот от голода и тошнит. Кусок не полез в горло, да и боялась опоздать на первую пару. Может, в сумке что-то есть… Пэтти облокотилась на подоконник и пошарила по карманам. Да, пакетик печенья в глазури. Ринтаро не мог его положить. Похоже, Юзуру, с утра он крутился возле сумки. Пэтти улыбнулась и начала есть вредное сладкое. Постепенно силы возвращались к ней. Надо спуститься в буфет, купить стаканчик кофе, будет совсем хорошо. — Э-э…можно поговорить? Рядом с ней стоял мрачный темноволосый парень, которого Пэтти видела на лекциях. Он выглядел смущённым, даже напряжённым. Его спутницы-призрака рядом не было. — Да, конечно, я слушаю. — В общем…ты же видишь призраков, да? И как тебе? — Как ты неожиданно… Мне…в общем, нравится. Среди них есть те, кто мне очень дорог. У тебя тоже так? Я видела с тобой девушку. — А, Кёко. Да, мы с ней соседи по дому. Как у тебя. — Мне так приятно встретить коллегу, — улыбнулась Пэтти. — У меня парни, а у тебя девушки, да? — У меня и парень живёт. Но в основном девушки. Ещё вопрос… Ты ведь в любовных отношениях с кем-то из своих призраков? — А почему ты спрашиваешь? — покраснела Пэтти. — Мы с Ринт…ааа…мы все друзья. Я решила не отвлекаться на любовь, пока не сделаю карьеру. Я буду работать, иллюстрировать самые лучшие рассказы, а то и свои. Стану прекрасным специалистом, буду много зарабатывать и тогда заведу парня. — Это сколько лет? Пять? Десять? — Лучше столько, чем сидеть на шее у парня, ничего из себя не представлять. И не хочу ни от кого зависеть. — Понятно. Что же…мне казалось, ты прониклась антуражем призраков. — Это как? — Они очень загадочные, одно это притягивает. Сама мысль о романе с призраком более сладкая, чем со скучным человеком. К тому же, соседи по дому благодарны за приют, сразу несколько баллов тебе в пользу. Ведь и тебе не везло с настоящими людьми? — А, тебе тоже?.. Ну, в общем…да. Было дело, но больше так не хочу. И с ребятами проще общаться, мы как семья. Ты так говоришь, будто у тебя был печальный опыт с людьми. — Не было. Но это и хорошо. Мы с тобой отличаемся о серой массы, потому что видим призраков. Неужели это не знак, что лучше вести дела с ними? — Нет. Мы живые и у нас другие цели, чем у них. Нам нужно преуспеть как людям, прежде чем навсегда потерять эту возможность. Призраки просто… существуют. — Цели, карьера… Да уж, мне казалось что мы похожи. Этот мир слишком тесный, чтобы пробиваться в нём. Ты думаешь, что если ты умеешь рисовать, то умеют все?! Что все могут выделиться?! Свободно общаться с людьми?! У всех есть шикарный особняк, любящие родители и денег невпроворот?! — Замолчи! Ты хочешь сказать что я просто содержанка?! Я работала! И работаю! Ты не знаешь как это сложно и что я пережила! Десятки бессонных ночей. Изнуряющие диеты, которые не помогали, потому что было всё равно. Выжигание каждого «я недостойна», «я отвратительна» и «я скучная». Это был путь от забитой девочки, не знавшей что такое интернет и соцсети, до студентки с чувством стиля и собственного достоинства. «Правда, мне помогали. Это значит что мне действительно повезло, а вот Рику нет?» — Тебя все любят. А меня не замечают, будто я давно умер. — Ты должен захотеть с ними общаться. И не отвергать их в пользу соседей, которые по-любому никуда не денутся. — Вот значит как. Тогда и ты признай, что хочешь любить и выбрала того призрака просто потому, что он призрак. — Это моё дело, не твоё! И я сказала что не буду никого любить в ближайшее время. — Наш разговор так и не получился. Видимо, такому как я, далеко до светил вроде тебя. — Да никакое я не светило! Я хочу спастись, ты это понимаешь? Любыми путями. Только не оказаться там, где меня не услышат. Я не могу без людей. Любых. Мне очень плохо одной. Поэтому мне жаль призраков. — И в этом твой секрет? Ты вовсе не общительная, просто во всём полагаешься на других? Странно что ты чего-то добилась. Безответственная, так ещё и впадаешь в истерику. — О. Вот как. Получай свою истерику. Пэтти, практически не думая, ударила кулаком по этому гадкому лицу. Рику согнулся и схватился за челюсть. — С-сука!.. — Я могу ещё! Я могу… Она запнулась, потому что кто-то прикрыл ей рот. — Милая сценка, но давайте прекращать, — предложил Ринтаро. — Кёко, забери своего дикаря. Пэтти не знала как он тут оказался. Был всё время? Похоже, да. И Кёко, получается, тоже следила за ними, потому что появилась быстро. Сейчас она смотрела на Пэтти равнодушными прозрачными глазами, без капли эмоций. — Ринтаро, это возмутительно, — голос Кёко был тихим и приятным, но совсем безразличным. — Мы оба видели что произошло. В комментариях не нуждается. — Рику, извинись, — приказала Кёко. Тот злобно сверкнул глазами. — Рику, ты же никому не скажешь что тут произошло? — Скажу! Отвяжись! — Так ты хочешь, чтобы я ушла? — С каких пор ты пляшешь под его дудку?! Ты должна быть на моей стороне!.. — Не должна. — Кёко!.. Но ведь я заботился о тебе! И ты мне помогала! Ну почему, почему ты снова унижаешь меня? Я думал что мы друзья!.. — Может быть. А, может, и нет. Пэтти стало гадко и очень грустно. — Мне не надо извинений. Мы решили бы это сами. Ринтаро держал её за руку, но Рику никто не поддержал. Он медленно выпрямился, вытер разбитую губу и ушёл, не попрощавшись. Кёко с ним не было. Они с Ринтаро молча шли домой. Погода стояла пасмурная и Пэтти знобило. Ей хотелось поспать. Она так устала. Но что-то её зацепило в разговоре с Рику. Недосказанное чувство, которое всё объясняло. Ринтаро, который оказался рядом так естественно, будто они действительно семья. Который всё понял и тоже о чем-то задумался. «Он всегда мне поможет. Мы всегда будем вместе». Ринтаро, который уже давно делает ей завтраки. Который знает её страхи и радости. Который почитал те книги, что ей нравились, чтобы поговорить о них. Который перевязал ей руки, когда катана их натёрла. «Я люблю тебя. И я тебя никому не отдам». Ветер взвыл, обнося лепестки сакуры. На улице никого не было. За серыми тучами не проглядывалось солнца — не лучший день для признания. И Пэтти промолчала, хотя её сердце болезненно заныло. Она понимала что никогда не сможет ему понравиться.