Мир матриархата: Крестовый поход

      Когда солнце взошло и его лучи уже настигали дома и улицы города, по Иерусалиму уже прошла молва о прибытии армии Саладдины. Жители пытались сбежать из города с семьями и добром, но немногих выпускали - мусульманки уже подходили к городу со всех сторон, и мало кто мог проскользнуть мимо них. Вскоре люди поняли это и решились не бежать, а наоборот остаться и защищать свои дома. Беженцы из ближайших деревень и соседних городов, что прибывали эти несколько дней в Иерусалим, направились либо в храмы и мечети, либо просто прятались, не желая попасть под опасность или раздачу. Солнце входило в силу, но Саладдина не нападала. Выжидала. Осталось только понять, чего.       Аделаида и Эдна пошли искать Тиберию, а Балиана быстро забежала в замок и наткнулась уже в саду на Сибилла. - Она уже здесь. - тяжело дыша от бега, сказала девушка. - Да. Знаю. Весь город знает. - мужчина заломил пальцы. - Она будет осаждать город? Или сразу нападёт? - Мы не знаем. Она не присылала посолок с новыми требованиями. Тебе..лучше покинуть город, пока есть хоть какая - то возможность. - Я не оставлю город. Я король, этого города, этих земель. И тебя не оставлю. - он обернулся на неё. - И будь что будет. - Сибилл, сейчас не время для геройства, я волнуюсь за тебя. - Бал. У меня есть кое - что против Салах ад - Дины. Если все станет совсем худо, то я прибегну к этому. Ты поймёшь. Иди к армии. Балиана лишь раздасованно вздохнула, возвращаясь к другим.       Тиберия столкнулась с ней почти что уже у стены. - Подготовьте лучниц, все рыцарки должны быть собраны, лошади тоже. - отдала приказ Балиана. Вдруг её за рукав синей сюрки схватила патриарха Ираклия. Глаза её блестели от страха и возмущения в перемешку с жаждой наживы - Балиана знала этот блеск ещё с детства на родине. - Леди Балиана, неужто вы не уходите? - Я не могу оставить город и людей. - Но врагини уже близко! У наших ворот! Нам надо спасать себя! - Или ваши украшения. - кивнула Аделаида на внезапно умножившиеся кошели на поясе пожилой священницы, где громко что - то бряцало. Ираклия лишь фыркнула на неё, гневно сверкнув глазами. Тиберия отодвинула женщину, а Балиана встала на импровизированный помост и громко закричала, призывая к вниманию рыцарок, важных господниц и простой люд: - Я прошу вас успокоиться! Сейчас мы должны быть сильны духом и телом, ибо мы не знаем, что уготовила нам сама Сатана! Мы защитим город и его жителей! Но сделаем мы это вместе, собравшись духом! Со стены немного спустилась по каменной лестнице одна из оруженосиц и сообщила: - Прибыла слуга Саладдины! Она говорит, что её госпожа желает поговорить с Леди Балианой Ибелинской и королём Сибиллом. Повисла тишина, прерываемая лишь плачем детей. Множество взглядов - с надеждой, со страхом, с равнодушием - уставились то на Балиану, то на оруженосицу. Та пришла в себя и обернулась на девочку: - Д-да. Я иду. Подготовьте лошадей. Оруженосица кивнула и побежала обратно на стену к своей рыцарке. Балиана уже краем глаза заметила, что как только сообщили о сарацинке, служка побежал в замок - видимо, сообщить Сибиллу. Балиана подошла к воротам, пока конюшие готовили лошадей. Люди стали разбредаться по улицам, стенам и замку, понимая, что пока будут лишь мешаться. Аделаида подошла к подруге. - Я еду с тобой. - Аделаила, сейчас не.. - Эй, я хочу помочь. Да и моя тётя натворила делов. - Ох..Нет. Нельзя. Аделаида покорно кивнула, внутренне расстраиваясь, и обернулась к Эдне: - Будь на стене. Я сейчас. Эдна кивнула и пошла к лестнице. Мимо неё и девушек прошёл Сибилл, уже с накинутым лёгким платком на голове оранжевого цвета. Все поклонились или кивнули ему, приветствуя. Он вскочил на лошадь, и поняв, что подруги просто стоят и смотрят на него, посмотрел на них сверху вниз: - Чего ждём? - А, да. - Балиана забралась в седло. Аделаида лишь молча проводила взглядом уезжающих правителей, мысленно молясь Богине, чтоб всё было в порядке. На стене рыцарки и оруженосицы просто молча наблюдали за городом и песками за стенами Иерусалима. Никто не разговаривал - видимо, ни у кого не было желания. Тем и лучше, Аделаида особо и не рвалась, просто сидела и размышляла, как жизнь дошла до этого момента. Эдна сидела рядом и чиркала маленьким клинком по куску дерева, пытаясь вырезать что-то.       Балдуина и король вернулись после обеда. Аделаида, заметив их ещё со стены, чуть ли не бегом спустилась к ним, едва не порвав сюрку. - Ну, что? - спросила она, дунув на тонкую прядку волос, чтобы не мешалась взору. - Мы не сдадимся. Саладдина берёт Иерусалим в осаду. - ответила Балиана, смотря отрешённо за спину зелёноглазой. 20 сентября, 1187 год от Рождества Христовой. Иерусалим под осадой Салах ад - Дины. ~21 сентября~       Подсчитанные вечером 20 сентября припасы должны были кормить город около трёх недель - спасибо другим близ лежащим городам и деревням, что все же смогли передать хоть немного своих запасов за ближайшие пару дней.       Аделаида вышла с небольшого обеда - командирши предложили немного урезать порции солдаток, чтобы дольше сохранить пищу. Разумеется, если будут стычки или болезни, то вернут обычные. "Спасибо Богине, что хоть так кормят. Мать рассказывала, что в одной из крепостей, вроде, совсем редко кормили воительниц, они едва стояли на ногах.." Мысли прервал странный свистящий звук, и девушка, замерев на лестнице на стену, увидела в локте от себя стрелу, что вонзилась в камень. - Стрелы! - воскликнула она, призывая других. Другие стали как можно быстрее доставать щиты и поднимать ограждения, служки и простой люд попрятались. Лучницы Иерусалима тоже в долгу не остались - вскоре в сарацинок тоже стали пускаться стрелы, порой из арбалетов. К счастью, сарацинских лучниц было не очень много, часть даже убили, и они быстро ушли к своей госпоже. - Почему не были на стенах?! - яростно прорычала Аделаида на лучниц и оруженосиц. - Да мы.. - Что? Что "вы"?! Вы обязаны быть здесь всегда! - Аделаида. - Балиана положила руку на плечо и стала отводить бывшую госпожу подальше. - Давай поговорим. - И о чем же? - Аделаида фыркнула, убирая прядь с лица. - Не срывайся на них. Они здесь не сильно виноваты, сарацинки умеют незаметно перемещаться - это пустыня. - Дело не только в этом, они.. - Они все, что есть у города! - прервала её Балиана. Повисла пауза. - Аделаида, у нас нет армии. Лишь лучницы да стражницы на стенах и вратах. У нас только четырнадцать рыцарок, да их молодые дочери и сёстры. И оруженосицы. Это всё. Аделаида отвела взгляд к серому горизонту, где виднелись точки - армия Саладдины. - Пойду приободрю их. Они нам ещё нужны. - Балиана поправила косу и пошла к лучницам, хлопнув пару раз Аделаиду по плечу. Аделаида устало протёрла лицо, смотря в серые облака. Богиня, дай ей и городу сил.. ~23 сентября~       Аделаида сонно стояла на стене, стараясь не обращать внимания на усталось в разуме и теле. Она заступила на ночной дозор, пока пара рыцырок со своими оруженосицами спали рядом. Как ни странно, но сарацинки за эти пару дней не появлялись. Ни обстрелов, ни диверсий, ни разведки - они затихли. Среди горожан даже пошли слухи, с легкой надеждой, что Саладдина передумала. Или что на армию пошёл мор.       Аделаида зевнула. Кто-то коснулся её плеча, и она шарахнулась в испуге в сторону. - Э, это я. - Эдна поднесла факел ближе. Хоть скоро и будет светать, до сих пор было темно. - О. Прости. - Иди поспи пока. Я прослежу. Ты последние три дня мало спишь и ешь, так быстрее жизнь сгубишь. Аделаида посмотрела на пустыню, на рядом спящих рыцарок, и молча плюхнулась рядом с ними. Эдна дала ей свой плащ от холода и, сменив потухшийся факел на свой, сменила подругу на посту.       Примерно после утренних молитв их созвали на совет. От дальних и близких застав и деревень пришли вести - к Саладдине идут другие армии. Она созывает союзные войска.       После обеда все вновь встали у стен с оружием - приближались осадные башни. Пока большинство горожан прятались, малая их часть помогала носить оружие и готовила кипящее масло.       Аделаида, натягивая сюрку на латы, вдруг ощутила, как дрожат колени. Осознав это, она сплюнула на происки Дьяволицы и с Эдной и Тиберией помолились Богине. Через ворота выскочили несколько лошадей с наездницами - они надеялись помешать осадным башням подъехать ближе к стенам. С луками, они начали обстрел. Пока они занимались одной, вторая уже была близка к стене. Едва показались сарацинки, жители и оруженосицы выплеснули масло на них, и половина из них завопили не своими голосами, хватаясь за обоженную и пузырящуюся кожу. Другая часть воительниц, что не особо пострадала, кинулась на рыцарок и в итоге сами надели себя на мечи и копья.       Аделаида с Эдной и Балианой были не в первых рядах, и не сильно пострадали, отбивая стены от третьей осадной башни. Одна из рыцарок, крупная и сильная, сама перебила около десяти сарацинок, пока удары клинков не ослабили её, потом падая за стену и утаскиваю пару воительниц с нею вниз. Четвертую осадную башню смогли одолеть на подходе - облили насколько смогли маслом и подожгли со всех сторон. От низа огонь быстро распространился наверх, и воительницы Саладдины погибли от огня и дыма в деревянной конструкции.       Хоть они и отбили атаку, все понимали: подкрепление Саладдины идёт, и им нужно максимум пара дней, чтобы добраться до своей госпожи. ~25 сентября~       Вечерело. Аделаида, хрустнув шеей, спускалась по лестнице со стены, направляясь на ужин, как что-то привлекло внимание - краем глаза она увидела две женские фигуры в белом. Одеты они были по - простому, носили оружие. Белые капюшоны скрывали их лица, но Аделаида, встревоженная и внимательная из-за событий прошедших дней, присмотрелась к ним. Пока одна заскочила в переулок, другая остановилась и зыркнула на девушку. На секунду зелёноглазая вздрогнула - глаза девушки показались ей золотыми. Девушка, поправив белый капюшон, скрылась в переулке. Адедаида медленно побрела на ужин, продолжая путь и заодно размышляя. "Вроде оружие есть, возможно наемницы..Кто их тогда нанял? Нам бы сказали. Но одежды белые..такие носят монахини, но монахини с оружием? Бред. Хотя, из-за Саладдины я стала мнительной, может просто носят что есть, и защищаются чем могут, вот и всё. Незачем это все сейчас..."       Она заснула у себя в комнате, и проспала утреннюю молитву. Плюнув на это - она все равно редко молилась из - за жизни в Йаффе - она продолжила сон, и лишь чуть позже её разбудила Эдна с новостью, что их всех созывают на срочный совет. Подмога Саладдины пришла. ~26 сентября~       Весь город застыл в напряжении и страхе; По его стенам гулял один вопрос: что дальше?       Жизнь и волнение кипели в замке и на стенах.       Балиана Ибелинская решилась на смелый шаг - она даровала рыцарские титулы. Дочери и сестры старших рыцарок, оруженосицы, ученицы и просто желающие - они все отныне были рыцарками. Считались ими и носили титул с собой.       Пока Сибилл, Балиана и патриарха Ираклия проводили общую церемонию посвящения, Аделаида с остальными старшими рыцарками пытались создать ополчение из горожан, разумеется, за хорошую плату. Из многотысячного населения набралось чуть больше двухсот человек. Впрочем, как сказала Эдна, народ ещё может прийти, если почувствует опасность у своих ворот.       К обеду все собирались на защиту города: все уже видели, что Саладдина перемещает армию, хочет напасть. Аделаида надевала привычные латы, отказавшись и от помощи предложенной оруженосицы, и от тяжелых доспехов. Ей нужна подвижность. Она вышла к стене, где Эдне помогали с доспехом. Ей самой одна оруженосица принесла меч по приказу от кузничихи, хорошо отточеный для битвы. Поблагодарив и послав девчушку за шлемом, она спрятала меч в ножны. - Скажи честно: тебе страшно? - тихо спросила Эдна, нервно смеясь. - Честно? Да. Такое ощущение, что снова рожу. - слабо улыбнулась француженка. - Надеюсь нет, я не хочу снова через это проходить.       Понимая, что оттягивать смысла нет, а лучше занять позицию повыгодней, Балиана отдала приказ войскам собраться.       Все понимали, что могут не вернуться - войска Саладдины больше, а потому лишь попрощались с близкими и все помолились у храма. Аделаида, нервничая, но стараясь внешне этого не показывать, помолилась за жизнь мужа и дочери, попросила прощения и защиты у матери, чтобы Богиня защитила её и Эдну.       Небольшая армия собрала оружие какое было и оседлала лошадей. Провожали их с надеждой истрахом в глазах. Аделаида остановила лошадь неподалёку от Балианы. Небо медленно, но верно заволакивалось тучами, лёгкий ветер трепал знамёна Господни и рыцарок. Зелёноглазая поправила шлем, нервно дыша. Страх и осознание скорой битвы глубоко засел и тревожил душу, в голове мысли заменяли друг друга, и все они были о сражении, крови и боли. Ноги были мягкими и податливыми, а дрожащие руки едва держали щит и узду. Девушка не понимала, почему так. Она много раз была в патрулях, много раз билась с сарацинками, но здесь...       Другие тоже нервничали, кто как. Особенно сильно это проявлялось у ополчения из жителей, которые не держали оружия до этого. Среди ополчения даже были мужчины, они - то больше и нервничали, и многие женщины цыкали раздражённо на них.       Сарацинки тоже были готовы, но они излучали уверенность в себе, в своей госпоже и своей Богине. В их войске многие улюлюкали и кричали воодушевляющие призывы и речи, их лошади ржали на все поле предстоящего боя.       Балиана отдала приказ. Едва успев встретиться глазами с Эдной, Аделаида пустила свою лошадь галопом на войско врагинь, стараясь удержать узду от волнения. Расстояние между ними сужалось, крики мусульманок и христианок становились ближе и громче, а глаза, полные ненависти и жажды крови все больше охватывали людей друг напротив друга. Две армии столкнулись.       Аделаида рубила мечом направо и налево; сарацинки рычали и кричали в ярости и боли, падали с лошадей. Кровь была на латах, на сюрке, руках и клинках. Крики были со всех сторон. Аделаида тяжело и быстро дышала, стараясь смотреть во все стороны и уследить за врагинями. Множество тел, бегущие лошади, порой со свисающим вниз телом, тела на земле.. Аделаида, выдохнув, сняла шлем, чтобы лучше видеть. "Если помирать, то хоть небо увижу.." Многие сарацинки покидали поле боя, убив большинство рыцарок. Постепенно, но они бросали взгляды вдаль от поля боя и стен города, некоторые уже пускали лошадей к "своим". Аделаида слабо улыбнулась, стараясь дышать и чувствуя легкую радость. Внезапно она почувствовала мощный толчок, и она стала заваливаться вниз. Она успела увидеть вблизи лишь чужую лошадь, и ощутила удар о землю. Всё померкло.       Тёмно - серое небо накрывало тенью поле битвы. Сотни девушек в латах и крепких одеждах лежали на земле. Некогда светлая от песка земля была тёмная, с алыми пятнами. Вдруг девушка издала непонятный горловой звук и медленно открыла глаза. - Я..жива?.. Аделаида, поняв, что лежит на земле и дышит, стала еще больше дышать, нервно рыская глазами вокруг. В голове крутилась лишь одна мысль - она жива. Голова кружилась, и девушка поморщилась. Тут же она ощутила, какая сухость была во рту. Она часто в последние месяцы была в пустыне, но такой жажды еще не испытывала. "Надо..двигаться.." Медленно, она смогла приподняться на слабых руках и перевернулась на бок. Пожмурившись от неприятных ощущений, она осмотрелась. Поле битвы было усеяно трупами. Взрослые и пожилые рыцарки, молодые их дочери и оруженосицы, то немногое ополчение из мирных жителей... Те, кто смогли выжить, ходили по полю и искали остальных. Кто - то неподалёку от Аделаиды сидела на коленях и что - то бормотала, видимо, молилась.       Зелёноглазая, прошипев ругательство, всё же смогла подняться на ноги. Немного качнувшись, она стала искать подруг. "Балиана...наверняка она жива..её даже море не убило. Где..Эдна? Я не помню..Но она вроде бы была с левой...стороны.."       Она побрела к ближайшим выжившим, стараясь по пути осмотреть тело. На виске запеклась кровь, наверно, расшибла лоб, когда падала с лошади. Помимо неё была небольшая рана на плече и глубокая царапина чуть ниже колена - клинок прошёл через кожаные сапоги. "Жаль..новые были..всего-то пару месяцев носила.."       В целом, она еще неплохо отделалась - она видела, что у одной не было головы. А другая кровью из шеи залила сюрку и латы.       Она уже почти подошла к остальным, но нигде не могла найти подруг. Страх с новой силой накатил на разум, и Аделаида едва ли не упала, поворачиваясь во все стороны. Чёрт. Чёрт! Краем глаза она вдруг ухватила что - то знакомое; француженка присмотрелась, и узнала Эдну. - Эдна! - Аделаида кинулась к подруге, споткнувшись из-за трупа. Она грохнулась на колени рядом с подругой, не обращая внимания на боль, и потрясла ту за плечи. Эдна слабо что - то промычала, медленно открывая глаза. - О Господи, спасибо. - Аделаида, быстро дыша от радости и улыбаясь, опустила голову на живот Эдны. - Ад..ида..- слабо прохрипела англичанка, пытаясь взяться за ладонь подруги. Аделаида дала ей ладонь, ища лекарку или Балиану. Эдна вроде бы была в порядке, несмотря на глубокую рану в боку и синяки на лице. Хорошо хоть она лежала на чьём - то светлом знамени, а то с её чёрными волосами и не заметили бы.. - Где.. - Они ушли. Мы, вроде как, победили. - слабо улыбнулась Аделаида. - Идти можешь? - Наверно. - сглотнула Эдна, пытаясь приподняться с земли.       Аделаида помогла подруге, и дав той облокотиться на неё, медленно побрела к городу. Другие выжившие тоже брели к воротам; монахини отпевали смертниц, трупы кидали на повозки, кто - то оплакивал родственниц и подруг, кто - то молился или же с пустыми глазами просто сидела, не двигаясь.       Немногих вышивших встретили по - разному: кто - то со слезами счастья или же горя, кто - то проклинал Саладдину или крестоносцев. Были и те, кто равнодушно смотрели на них. Сибилл и Ираклия встретили их, выйдя на главную городскую площадь и зачитав молитву. Аделаида не стала даже слушать - ей сейчас главное подругу спасти.       Лекарку они едва нашли, рядом со стеной. Та вытащила клинок из раны Эдны и как смогла зашила. Аделаида в это время умылась, и увидела, что на лице и шее тоже есть царапины и ссадины.       Они нашли пристанище в недо - палатке; Эдна лежала на своей лежанке в отключке. Аделаида глотнула воды и вырубилась рядом с ней, внезапно осознав, как тело и разум устали. ~28 сентября~       У Эдны начался жар. Тело пыталось справиться с ранением и болью от боя, и девушка могла лишь лежать в палатке. Аделаида меняла ей повязки - утром и вечером, усмехаясь - недавно Эдна также сидела с ней..Эдна либо спала, почти не дыша, либо же тихо стонала и тяжело дышала, все время смотря на небо и людей через вход в палатку. Аделаида старалась от неё не отходить, хоть и самой было тяжело после боя. Ничего, все заживёт, главное, что живы...       К вечеру стали хоронить погибших. Аделаида не пошла - зачем, если она и близкие живы и здесь? Она что, Иисус, Дочь Господня, что воскресит погибших женщин?Поэтому лишь закрыла палатку, чтобы на неё косо не смотрели.       Балиана пришла к ним вечером. Извинялась за бой, ранения, страх и боль. Её смогли убедить, что это не её вина - а Гиты. Кстати о родственнице - Балиана не слышала о ней вестей, и из сарацинских лагерей никто ничего не передавал.       За эти пару дней Саладдина перевела свои армии к Маслиничной горе, откуда продолжила осаду. На тех стенах не было больших ворот, и крестоносцы не могли сильно защищаться. Из населения больше пошло ополчения, как и предсказывала Эдна. Видимо, испугавшись ещё сильнее, больше тысячи людей помогали с защитой стен. ~29 сентября ~       К частым обстрелам стрелами и арбалетами прибавилась новая проблема - сарацинки смогли пробить стену. Не полностью, но было место, чтобы армия потихоньку вошла в город. Аделаида с остальными кинулись на защиту и едва успели отбить город; на замену погибшим ополченцам пришли другие. Балиана отдала приказ заделать стену как возможно, понимая, что времени на это особо нет.       Аделаида устало селана землю рядом с их с Эдной палаткой и устало протёрла лицо, пытаясь прийти в себя. Отдалённо она размышляла, как жизнь дошла до такого.. -Переводишь дух? - А? - Аделаида посмотрела на говорившую, и сквозь призму усталости, не сразу, но вспомнила говорившую. - Ох..вы? - Да. - слабо улыбнулась Сара, поправляя складки на одежде. - Как вы..вы остались в городе? - Не совсем. - Сара плюхнулась рядом с девушкой. - Принц...уже король Сибилл не казнил меня, но я не могла здесь больше оставаться. Я чувствовала на себе злые взгляды, едкие перешёптывания. Недолго думая, я решила на время оставить Иерусалим. Я ушла в пустыню, там путешествовала с торговыми караванами в качестве защитницы, и недавно вернулась сюда. Ну а тут..тут уже и Саладдина в открытую напала. - Оу. Вы.. - Приняла ли смерть дочери? - Да. - Аделаида слегка смутилась и отвела взгляд. - Не знаю. Наверно нет. Но я мать, так всегда будет. Сейчас мне уже не так больно, хотя бы от того, что моя девочка уже на небесах и не видит всего происходящего здесь. - Наверно. - Где вторая? Которая еще поддых мне дала тогда. Толстая, чёрноволосая. Умерла что - ли? - Оу, нет. Она..Ранена, но жива. - Аделаида кивком головы указала на их палатку за спинами. - О. - Не жалеете, что вернулись? Вы могли бы не возвращаться, и жить спокойно. - Хех, вряд ли. Я натворила делов, и хочу быть хоть немного полезной для города. Сара поднялась и отряхнула одежду, на прощание кивая француженке. Аделаида кивнула в ответ. Она вновь ушла в свои мысли, наблюдая за тёмно - серым небом. Ветер был сильнее, он трепал знамёна и ткани палаток и на домах, переносил песок. Вокруг мельтешили люди - к стене, между улицами, к раненым.       Услышав, что созывают на обед, она предупредила Эдну и быстро сбегала туда - обратно, взяв их порции. Эдне за последние пару дней стало чуть лучше - она уже могла сидеть, начинала есть. И появился блеск в глазах. Конечно, рана не затянулась до конца, но уже что-то. Аделаида поела и сменила повязку подруге. На улице кто - то завел песню, наверняка из горожан, и там началось небольшое веселье, на что Эдна усмехнулась - хоть что - то хорошее в этом городе..       К вечеру подруги могли лицезреть странное и даже немного пугающее зрелище - духовенство города устроило шествие. С босыми ногами, с пением молитв, оно шло вдоль стен. Как потом кто - то из пожилых рыцарок объяснил, горожане были в отчаянии, и религиозницы решили так успокоить народ, придать силу духа и усилить веру.       Поздним вечером случилась ещё одна вещь: мужчины вели своих детей на Голгофу. Одна оруженосица (что бегала к своему жениху в его дом неподалеку, но это не важно) рассказала, что мужчины обрезают волосы своим детям, окунают их в воду до подбородка и читают молитвы.       Аделаида уже почти заснула рядом с подругой, когда к ним заглянул дворцовый служка. - Чего тебе? - Мой господин желает видеть вас, миледи. Аделаида, поёживаясь от ночного холода, прошла за слугой в тронный зал.       Сибилл, уставший, нервный и грустный, встретил её у окна. Кивнув на поклон девушки, он спросил: - Как ты и твоя подруга? - Ей уже полегче. Я кажется тоже в порядке. - Хорошо. - Сибилл подошёл к столику и достал из катулки небольшой мешочек, где что-то звякнуло. Он протянул его Аделаиде, и та, смотря на него с удивлением и легким недоверием, посмотрела, что внутри. Камни. Драгоценные камни. Дорогие и красивые. - Господин..Я не понимаю. - Они твои. Я хочу, чтобы ты покинула город и вернулась домой, на родину. - Что? Я не могу! - Можешь. - Да я ж...Почему я. Сибилл вздохнул, поправляя одежду. - Не только ты. Я спрятал брата, важных придворных. Этот город обречён. А ты уже помогла мне и городу - скрыла мой роман с Балианой и раскрыла заговор против трона. Ты неплохой человек, к тому же, моя родственница через Гиту. Я хочу спасти тебя и твой род, чтобы в этом дрянном мире еще остались хоть немного честные и добрые люди. Убедившись, что Аделаида его слушает, король продолжил: - Через сад есть проход, Балиана проведёт тебя. Идите к Тиру, этот город еще не захвачен. Завтра ты сбежишь отсюда, этих камней хватит и на корабль, и на хорошую жизнь даже твоим внучкам. Если ослушаешься, то я пошлю своих людей. Аделаида молчала, но всё же поклонилась. Придётся уйти, хоть и не хочется. Но жить тоже хочется... -Слушаюсь, ваше величество.       Аделаида вернулась в их палатку. Разбуженная Эдна выслушала её. - Так ты..уходишь? - И ты со мной. Неужто думала, я тебя оставлю? - Аделаида грустно улыбнулась, ложась рядом. - Наверно. Я ведь больна, я балласт. - Я тоже была больна, но ты же меня не бросила. - Даже если я выберусь со Святой Земли, то куда я пойду? Аделаида почесала голову и ответила: - Ко мне. Поехали со мной. Ко мне домой. - Но твоя семья.. - Эй, мы дохрена всего вместе пережили. Можно сказать, в одном доме жили как семья с Саррием. Моя семья тебя примет, мать так вообще с радостью - она всегда большую семью хотела. Вот и притащу ей ещё одного члена семьи с собой. Вместе с мужем и дочкой. - Ну..ладно. - с довольным блеском в глазах ответила Эдна. - Раз уж разговор о семье..давно хочу спросить: почему ты мужа не найдешь? Даже у Эммы муж есть и дети, а ты вообще по сравнению с ней принцесса. И ты даже в бордели не ходишь. - Я..я и сама не знаю. Если честно, меня вообще к постели не тянет. Я не хочу мужа - его заводят, если хотят утех и детей. А мне..похрен как-то на это всё. Не хочу. - О. Допустим. Ладно, давай спать. Я итак через весь замок почти бегала. - Угу.       Так или иначе, но лагерь и город постепенно погрузились в ночную тьму и сон.