Где цветет асфодель и гранат горько-сладок

Стоял теплый и ясный летний денек. Солнце пока ласково пригревало, а не палило, сжигая, как это будет всего через пару недель. Вокруг зеленела листва, радостно щебетали пичуги. Легкий ветерок доносил из парка аромат лилий и отцветающих пионов. Хотелось выйти из переполненного обедающими людьми дворика и отправиться на прогулку, побродить по аллеям императорских садов. И будь у Лиаса чуть больше времени, он бы так и сделал, перекусить ведь можно и на ходу. Но ке Бурасар с помощниками снова были завалены работой так, что не продохнуть. И эти-то минуты на свежем воздухе казались непозволительной роскошью. Впрочем, кому из канцелярских служащих сейчас было легко? Неизменно приближалось начало празднования в честь представления Наследника, и дела, одно за другим, сыпались на всех секретарей. Иногда Лиасу казалось, что они не успевают с подготовкой, что задуманные торжества так и останутся лишь на бумаге. Но потом вспоминал объем уже сделанного, прикидывал, сколько впереди дней, и успокаивался. Все же, за сроками следили люди опытные, и пока они полностью укладывались в график. До официальной церемонии оставалось потерпеть чуть больше месяца, и ке Бурасар обещал, что вскоре работы убавится. Впрочем, Лиас считал дни вовсе не до начала празднования, а до встречи с семьей, и этот час был еще ближе. После многочисленных споров и обсуждений Селард и Джада решили, что правильней будет приехать в Адальгон заранее. И пусть им это обойдется в несколько раз дороже, чем даже строительство новой крыши, зато они смогут освоиться и осмотреться. Все-таки, для них речь идет не о развлечениях, а о шансе найти женихов и невесту. Возможно, о единственном таком шансе. Хотя все основные празднования должны были состояться уже после церемонии представления, череда балов и приемов начиналась на две недели раньше. И Лиас к собственному удивлению уже получил для всей их семьи множество приглашений. Поначалу Лиас переживал, откуда его сестрам взять новые платья. Но Джада написала, что после мамы осталось несколько сундуков с отрезами дорогих тканей, да и ее бальные наряды после переделки еще можно будет использовать. Знать бы только, какие фасоны сейчас носят в столице... В этом им помогла ки Морар. Оказалось, она не только разбирается в моде, но и весьма неплохо рисует, так что очередным письмом Лиас отправил домой целую пачку схем и картинок. И зная умницу-Джаду теперь был уверен, что вопрос с платьями для сестер решен. А вот как объяснить им перстень на пальце, Лиас до сих пор не представлял. Едва ли они отнесутся к связи с герцогом Долганским с тем же пониманием, что ке Морар. Мало того, что именно он — их главный обидчик, так еще и мужчина. Нет, говорить им о природе их с Ромаром отношений нельзя. Категорически нельзя! Но… Ах, если бы только кольцо было не таким приметным! Если б на нем хотя бы не было родового герба… Лиас снял перчатку и задумчиво покрутил перстень. Можно, конечно, попробовать носить его камнями вовнутрь, но кого он этим обманет? И как надолго? — Добрый день, ке Анби, — вывел его из задумчивости мужской голос. Лиас поднял взгляд и увидел ке Марсина, одного из личных секретарей элтемире. За прошедший месяц он познакомился с ними со всеми, при этом не переставая удивляться, что за ним каждый раз посылают самих секретарей, а не их многочисленных помощников. — Добрый день, — он настороженно посмотрел на ке Марсина. Это ведь не то, о чем он подумал, правда? Ромар ведь не может вызвать его прямо в разгар рабочего дня?! — Вас ожидают у Арсенальных ворот, — услышал он вопреки всем надеждам. — Сейчас?! Но ведь еще день! — воскликнул Лиас, и тут же мысленно поморщился, настолько жалко его слова прозвучали. Нет, не дело показывать свою слабость и зависимость перед чужаками. Так они и вовсе перестанут его уважать. — Да, конечно, сейчас иду. Нужно только предупредить ке Бурасара… — Ему уже передали, что до конца дня вас не будет. До конца дня?! А вот это было что-то новенькое. Как и в принципе тот факт, что Ромар забирает его куда-то в рабочее время. Интересно, куда? Едва ли к себе домой, ему и самому так рано там нечего делать. Несмотря на богатство и могущество, Ромар был истинным трудоголиком. — Спасибо. — Лиас раскланялся с ке Марсином и отправился к Арсенальным воротам. К его немалому удивлению, на площадке перед въездом находился лишь один всадник. Да уже оседланная Заря флегматично помахивала хвостом, отгоняя от себя насекомых. — Здравствуйте. Мне передали, что меня ждут, — вежливо обратился Лиас к сидящему на коне воину. Кажется, он прежде слышал, как соратники называют его «ке Нардул». — Добрый день, ке Анби. Да, мне велено сопроводить вас во дворец элтемире. Лиас молча кивнул и вскочил на Зарю. Ему показался странным тот факт, что они все-такие едут к Ромару домой, да еще без хозяина, но он не чувствовал себя в праве задавать вопросы. Воины из сопровождения Ромара вообще вызывали в нем смятение и робость. Еще увидев их впервые на ярмарочной площади, он почувствовал, что они отличаются от знакомых ему стражников и гвардейцев. И хотя до сих пор не смог бы сказать, чем именно они так выделяются, но чувствовал себя рядом с ними до крайности неуютно. Добрались они быстро, дороги в Первом круге были широкими и в это время дня — совершенно пустыми. Лишь перед поворотом на Прибрежную линию они встретили карету с графскими гербами, да и то возница уступил им дорогу. Воинов из свиты Ромара здесь хорошо знали. Во дворце у Ромара Лиас бывал уже трижды. Ромар неизменно кормил его вкусным ужином, после чего уводил в свою спальню. А там… Лиас до сих пор не мог определиться, как относиться к тому, что там происходило. Ромар больше не был с ним нежен и осторожен, как в первый раз в этих стенах. Все тело Лиаса теперь испещряли синяки, а мышцы ныли от неудобных поз, но… вопреки опасениям, Ромар не унижал его и не причинял сильной боли. Напротив, Лиас и сам получал от происходящего физическое удовольствие. Ромар доводил его до исступления, и какое-то время мучил, не позволяя кончить, а потом как величайшую награду дарил столь желанную разрядку. Затем обнимал и гладил по волосам, шептал ласковые словечки… и Лиас к собственному стыду прощал ему в эти мгновения вообще все, что было между ними плохого: испытанные на праздник Весны страх и боль, угрозы, которыми Ромар вынудил его принять свое безальтернативное предложение… Все три раза Лиас засыпал у Ромара в постели, а на утро не знал, куда деть взгляд от смущения. К нему возвращалось понимание, насколько в жизни все сложно. Что есть поступки, которые прощай-не прощай, ничего не изменится. Человек либо способен на них, либо нет. И если да, то не стоит обманываться минутами хорошего отношения, время в итоге расставит все по своим местам. Поравнявшись с центральным фронтоном, Лиас спешился, передал Зарю на попечение ке Нардула и вошел во дворец. В холле его встретил слуга, который тут же провел его на второй этаж. Но не к личным покоям, а в одну из парадных гостиных. В этой части дворца Лиас пока не бывал, так что, пока они шли, с любопытством оглядывался по сторонам. Обстановкой дворца явно занимались разные люди, настолько парадные покои отличались от личных комнат. Здесь, как и в холле, все поражало блеском и роскошью. Золоченые рамы зеркал сочетались с такими же деталями на лепных пилястрах и мебели. Стены были покрыты дорогими заморскими тканями, каждая следующая — своего цвета. Разглядывая причудливую мебель, многочисленные вазочки и статуэтки, Лиас подумал, что не может даже представить себе Ромара, отдыхающим в подобной остановке. В очередной раз сделалось интересно, почему он не изменит тут все по своему вкусу. Или… может быть, все эти затейливые столики да диванчики — память о его маме? Перед очередной дверью слуга остановился, громко постучал. Дождался разрешения и пропустил Лиаса внутрь. — А вот и он! — при его появлении объявил Ромар. Помимо него в комнате находились еще трое: пожилой низкорослый мужчина в ярком изумрудно-зеленом котарди и двое юношей, примерно ровесников Лиаса, в также зеленых дублетах. Один держал в руках отрез темно-синего бархата, другой — драгоценной узорчатой парчи. Повсюду — на диванах и столиках, на стульях и даже на полу — лежали рулоны ткани, образцы лент и кружев. Комната будто бы превратилась в лавку портного, и Лиас в немом удивлении разглядывал выложенные перед Ромаром чудеса. Перламутровые и жемчужные пуговички, необычные пряжки, яркие перья, шкурки пушных животных. Мелькнула мысль, что, наверное, к Ромару приехала погостить сестра и теперь он, как заботливый брат, помогает ей с выбором бальных нарядов. Но тут же пришло понимание: нет, в этом случае Лиаса бы сюда не позвали. Но что тогда тут происходит?! Зачем он здесь?! Неужели… Ромар ведь не может решить познакомить его с женой?! Нет, это было бы слишком даже для него! — Проходи-проходи, — заметив его нерешительность, Ромар сделал манящий жест рукой. — Р-Гретуд любезно согласился поработать над твоим гардеробом. Р-Гретуд? Это имя Лиасу было известно. Так звали самого знаменитого портного столицы, у которого одевалась вся высшая знать. Ки Морар, отправляя для Джады рисунки модных нарядов, довольно много о нем говорила, сожалея, что он шьет мужские, а не женские платья. Из ее слов выходило, что он — не портной, а волшебник, творящий истинные чудеса. Но что значит, он согласился поработать над его гардеробом?! Лиасу ничего не нужно, у него и так все есть! А даже если бы чего-то и не хватало, он никогда не обратился бы к столь дорогому мастеру. Он и так до сих пор не расплатился с долгами за форму служащего канцелярии! От мысли о том, сколько может стоить вон тот синий бархат, сделалось дурно. — Спасибо, но я вовсе не… — Лиас, милый, — перебил его Ромар, и в его голосе послышалось предупреждение. Спорить тут же расхотелось, вдоль позвоночника побежали ледяные мурашки. — Тебе явно нужно поработать над умением принимать подарки. Иди сюда и не спорь. Тем более, ради тебя Р-Гретуд был вынужден отказать сыновьям графа Шалтского… Р-Гретуд, приступайте. Ке Анби полностью в вашем распоряжении. И р-Гретуд приступил. Ничуть не смущаясь присутствия Ромара, он принялся командовать, как генерал от иголок и ниток. Лиас и прежде бывал у хороших портных, но никогда еще его не измеряли с подобной тщательностью. Никогда не прикладывали к лицу такого количества, казалось бы, одинаковых светлых тканей. — Так, значит, с рубашками определились — наконец сказал р-Гретуд, что-то черкая на длинном и без того уже почти полностью исписанном свитке. — Пять из вот этой даросской шерсти, и еще три из больвенской. Три шелковых жемчужно-белых, три дымчатых, три цвета магнолии... У льняных остановимся на медовой росе? А по воротнику и манжетам пустим вот это кружево? Ромар согласно кивнул, а Лиас почувствовал, как что-то екнуло у него в груди. Сколько же все это должно стоить?! Как больвенская, так и даросская шерсть отличались мягкостью и тонкостью выделки, и обычно их могли позволить себе только очень богатые люди. Но зачем ему двадцать рубашек?! Он как-то всегда обходился двумя-тремя, не считая, что этого мало. До конца жизни ему, что ли, хотят сшить гардероб?! Тут р-Гретуд принялся обсуждать с Ромаром дублеты, и Лиасу сделалось совсем уж тоскливо. Подарки — это, конечно, хорошо, но не когда тебе дарят нечто дорогое и абсолютно ненужное. Вот куда ему носить расшитый жемчугом и перламутром дублет из синего бархата?! Не на службу же! Его и так там только-только снова начали принимать за своего. К тому же, Лиас не понимал, как Ромар может уделять столько внимания тряпкам. Сам он никогда особо не интересовался одеждой, надевая то, что для него выберет Джада. Вот какая, например, разница между лиственным оттенком и еловым?! И тот и другой — просто темно-зеленый! А Ромар с р-Гретудом на полном серьезе обсуждали их плюсы и минусы. Но ладно зеленый, это еще хоть как-то можно понять, но когда речь пошла о нескольких видах черного, Лиас едва удержался от нервного смеха. Проявить подобное неуважение к элтемире в присутствии посторонних было бы абсолютно недопустимо, а потому Лиас заставил себя отвлечься, принялся вспоминать рецепты самых сложных снадобий ол-Ченира. А кстати! Скоро ведь у него день рождения, надо бы найти в подарок что-нибудь редкое, порадовать старика. Вот только что?.. По ощущениям Лиаса прошло несколько часов, когда он услышал, что р-Гретуд наконец-то прощается. Он встрепенулся, посмотрел на Ромара и тут же встретился с его насмешливым взглядом. Ну да… тот, конечно, заметил его отсутствующий вид, но, мучения Лиаса его лишь позабавили. — Милый, — с деланной укоризной произнес Ромар, как только они остались одни, — ну нельзя же настолько демонстративно пренебрегать работой мастера! Знал бы ты, сколько знатный господ хотели бы сегодня оказаться на твоем месте. — Простите. Я вам благодарен, правда, но… я не понимаю, зачем мне все это. Мне даже некуда носить шелк и бархат. Может… пока они не начали шить, можно еще отказаться? Ромар в голос расхохотался. — Милый, ты бесподобен! От моих подарков прежде никто не отказывался! А насчет того, что тебе некуда носить приличную одежду… хм, кажется, я забыл тебе рассказать, что на время празднований по поводу представления Наследника, ты войдешь в свиту принца Скаара. Лиасу показалось, что он ослышался. — В свиту принца Скаара? Я? Но в качестве кого? — с искренним недоумением переспросил он. — Одного из его личных секретарей. Его императорское Высочество привезет с собой из Зетарана доверенных людей, но по статусу ему положена куда более многочисленная свита. Так что, можешь заранее спросить ке Као-Старага, что будет входить в список твоих обязанностей. Он поможет. Оказаться в числе личных секретарей действующего второго Наследника?! Если это такая шутка, то слишком жестокая! Но судя по выражению лица Ромара, тот не шутил. Смотрел цепко, изучая реакцию, и как будто чего-то ждал. Но чего?! Что за странные проверки?! Лиас был в полной растерянности. Он не знал, что и думать. Люди к должностям столь высокого уровня идут годами, постепенно совершенствуя навыки. Это если еще не говорить об интригах, сопровождающих карьерный рост. И уж точно никто не становится личным секретарем сразу из младших помощников. — А… почему я? — задал он главный вопрос. И тут же к нему пришло осознание. Ну, конечно, Ромар приставляет его к принцу не просто так! Наверняка он должен будет выполнить какое-то щекотливое поручение. Следить за принцем и докладывать лично Ромару? Или… но нет! Ромар не стал бы делиться любовником! Ведь не стал бы?.. — Какое прекрасное у тебя сейчас выражения лица! О, эти страх и растерянность… Что, думаешь, я собираюсь подложить тебя принцу в постель? — Ромар моментально уловил ход его мыслей. Высказанное вслух, это предположение показалось еще ужаснее. И… не таким уж невероятным? — А вы… вы собираетесь? — к его немалому стыду, голос Лиаса дал петуха. То, как Ромар смотрел на него, сколько в его взгляде было темного, злого желания… Неужели он и правда заставит его… нет-нет-нет! — Помнишь, о чем мы договаривались? Ты же выполнишь любой мой приказ? — взгляд Ромара еще потемнел, стал жадным, пронизывающим. — Д-да. То есть… пожалуйста, нет! — Нет? О, как я люблю это слово в твоем исполнении. Оно так заводит! Но что, неужели тебе не хотелось бы попробовать другого мужчину? Почувствовать его страсть и желание? Как он входит в тебя, как трахает жестко, с оттяжкой? Имеет, словно кобель течную сучку? — Нет, пожалуйста! — взмолился Лиас, смаргивая набежавшую на глаза пелену. Он и не понял, как они меньше, чем за минуту от мирного разговора перешли к происходящему кошмару. — Я… я вас умоляю. Не делайте этого! — На колени! Разденься, а потом уже умоляй. Или я устрою тебе другого мужчину, не дожидаясь принца. Дрожащими руками Лиас буквально сорвал с себя одежду, рухнул на колени. Из его глаз не останавливаясь бежали слезы, леденящий ужас мешал дышать. — Открой рот, — приказал Ромар. Подошел вплотную, схватил за волосы и повозил лицом по своему паху. Одной рукой высвободил из одежды член, похлопал им по губам и щекам Лиаса. Соленые слезы смешались с предсеменем, Лиас судорожно всхлипнул. От страха в голове не осталось ни одной связной мысли. Вдруг его щеку обожгло звонкой пощечиной. Лиас дернулся в инстинктивном стремлении дотронуться до пострадавшего места. Но тут же был остановлен резким: — Руки за спину. И на меня смотри. Он поднял взгляд, тут же утопая в темном и яростном пламени. На этот раз он увидел движение прежде, чем Ромар снова ударил его. Вторую щеку обожгло хлесткой пощечиной. — Не смей даже думать о других мужчинах. Ты мой, ясно это тебе, глупая сука? — Д-да, — Лиас сморгнул слезы, тихонько выдохнул от охватившего его облегчения. Ромар никому не отдаст его, он и сам еще не наигрался. А потом… дожить бы до этого благословенного «потом», когда его наконец-то отпустят! — А раз ясно, повтори: чей ты? — В-ваш. Я ваш! — Мой! — Ромар сильнее ухватил его за волосы, надел ртом на свой член. Вошел глубоко, так что Лиас почувствовал рефлекторные спазмы в горле. Нет-нет! Надо расслабиться! Если его сейчас вырвет, это будет конец! Такого Ромар не простит ему! Ромар вытащил член, и Лиас смог сделать глубокий судорожный вдох. Пошевелил языком в тщетной попытке помочь себе, облегчить очередное проникновение. Но на этот раз все было не так, как обычно. Не Лиас отсасывал Ромару — тот имел его в рот. Грубо, жестко, ничуть не жалея. Кончил он глубоко в горло и тут же расслабленно потрепал Лиаса по волосам. Казалось, вместе с семенем его организм покинула и внезапная ярость. — Запомни, милый, что бы между нами ни происходило, не смей даже думать о ком-то другом. Ну а возвращаясь к нашему прерванному разговору… можешь не беспокоиться, никаких дополнительных поручений к тебе не будет. Ты действительно станешь личным секретарем принца Скаара, не более того. Хм, да…. Можешь одеться. Лиас поспешил к сброшенной неопрятным комом одежде. Он окончательно перестал понимать Ромара. С чего тот вдруг взбесился и почему так резко успокоился? Ведь не ревнует же он? К кому, к принцу, которого Лиас не видел ни разу в жизни?! Право, смешно. Да и Лиас — не самоубийца, находясь рядом с Ромаром он никогда ни на кого не посмотрит в том самом смысле. И Ромар должен это понимать! Но ладно перепады его настроения, может, они вообще никак не связаны с Лиасом. Может, Ромара точно так же оскорбило бы предположение, что он предложит принцу Скаару… да любую свою личную вещь! Но Лиас не понимал этого странного назначения. Почему все-таки он, если на него нет никаких дополнительных планов? Ему казалось, во всех трех канцеляриях не найдется более неподходящего человека. Он ничего не знал ни о придворном протоколе, ни о членах императорской семьи, ни о характере самого принца. Да он же не справится! — Простите, я понимаю, что мне оказана величайшая честь и доверие, — закончив одеваться, заговорил Лиас. Он попытался подобрать слова, чтобы выразить всю глубину своего смятения, но в голову ничего не приходило. А потому он сказал просто, как есть: — Но я не смогу. — Вот как? Почему это? Лиас растерянно посмотрел на Ромара. Неужели тот правда не понимает? Или это часть очередных его игрищ? Вроде как облагодетельствовал, но на самом деле довольно крупно подставил, и теперь нужно вывернуться наизнанку, чтобы отказаться от оказанной милости? — Вы же знаете, что я всего несколько месяцев, как приехал в столицу. Я не знаю никого из придворных. Ни официального дворцового протокола, ни установившихся неформальных правил… да любое мое действие может бросить тень на репутацию его императорского Высочества! — Все это глупости, — Ромар попросту отмахнулся от его доводов. — Ты достаточно умен и легко адаптируешься, так что справишься. Или тебе нужна дополнительная мотивация? — последнее прозвучало как угроза. — Н-нет, я… — Лиас тяжело вздохнул. — Этого назначения точно никак нельзя избежать? Может быть, я могу что-то сделать… — Милый, — Ромар стремительно подошел к нему, приложил палец к его губам, призывая к молчанию. — Тшшш, не говори ничего. Мне, конечно, интересно послушать твое предложение, но дело решенное: на время празднований ты войдешь в свиту принца Скаара. Но ты зря так расстраиваешься. Если бы я не думал, что ты справишься, этого назначения не было бы. Да, не буду скрывать, тебе придется непросто, но не думаешь же ты, что мне было сразу легко на должности элтемире? Ке Бурасар о тебе очень высокого мнения, и поверь, это дорогого стоит. Место младшего помощника в архиве — явно не твой предел. Так что, ты уж постарайся, не подведи. — О! — только и смог выдохнуть Лиас. Вот уж таких слов от Ромара он точно не ожидал. Неужели он о нем настолько высокого мнения? Не понятно, с чего бы, но как же приятно! И действительно захотелось сделать все возможное и невозможное, чтобы оправдать его ожидания. Показать, что он — не только постельная игрушка, но нечто большее. Может, тогда Ромар наконец перестанет обращаться с ним, как вот только что. Лиас, конечно, не питал по его поводу ни малейших иллюзий, но обида из-за недавнего внезапного насилия подобно жгучим уголькам тлела в груди. — Спасибо! — Сочтемся, — довольно улыбнулся Ромар. — Кстати, тебе будет положено как минимум пять помощников. Четверых тебе посоветую я, как людей опытных. Но вот одного можешь подобрать сам. Подумай, есть ли у тебя кто-нибудь на примете. — Нет, у меня никого нет, — ответил Лиас, ужасаясь еще и тому, что в его подчинении окажутся люди, намного опытнее его самого. С другой стороны, они смогут удержать его от совсем уж грубых ошибок… да-да, смогут, но вот захотят ли? Не посчитают ли его назначение оскорбительным для себя? Тут как бы, напротив, не оказалось, что ему будут давать вредные советы. Впрочем… если этих людей к нему приставит Ромар, то наверное, им можно будет довериться. Выбора-то у него все равно нет. Как нет и знакомых, на кого бы он мог положиться. А даже если б и был кто-то, Лиас не стал бы тащить его за собой. Что бы ни говорил Ромар, слишком высока для него вероятность ошибки. А цена любого промаха тут будет… ох! Как бы и в самом деле не оказаться обвиненным в государственной измене. Да еще на глазах у брата и сестер! Что ж, значит, он снова не имеет права на ошибку. И за оставшийся месяц ему нужно как можно больше узнать о принце Скааре и о том, что будет требоваться от его личного секретаря. Вдруг вспомнилось, как он шел на заседание Совета. Как боялся, что окажется наедине с незнакомыми обязанностями. Тогда все обошлось, сами же писцы его и подстраховали… А кстати! Вдруг подумалось, что он знает человека, которому нечего терять. И который, возможно, согласится помочь ему на новом месте. За последний месяц они с р-Киуном несколько раз пересекались по службе, а недавно виделись во время обеда на заднем дворе. И Лиасу совершенно не понравилось, как он выглядит: еще более серый и затравленный, чем обычно. Проходя мимо, Лиас с ним поздоровался, но тот его не услышал. И лишь спустя время Лиас понял, что ему в р-Киуне показалось неправильным: он сильно хромал. Если учесть еще и выглядывающие из-под сбившегося воротника синяки на шее… Впрочем, принимать решения за него Лиас не имеет ни малейшего права. Мало ли, вдруг сам р-Киун вовсе не считает свое положение столь ужасным, как Лиасу кажется со стороны. Но спросить-то он может. И если тот согласится, плюсы будут для них обоих. Р-Киун получит хоть какую-то защиту от своего мучителя, а Лиас — компанию умного человека, которому сможет доверять. Даже сейчас, несмотря на постоянное давление со стороны лан Фиурга, свою работу р-Киун выполняет прекрасно. Он внимателен и аккуратен, так что да, вместе они точно справятся! Вот только… — На самом деле, есть один человек. Он знает несколько южных языков и диалектов, хорошо знаком с культурой Зетарана. Умен и исполнителен. Единственное, он… он не дворянин. И его вряд ли отпустит начальник. — Милый, — Ромар усмехнулся, но как-то по-доброму. Одновременно мягко и покровительственно. — Только тебе могло прийти в голову протащить в свиту Второго Наследника простолюдина. Впрочем, как раз принц Скаар — один из немногих, кто это оценит. — Так я могу спросить, согласится ли он на такое назначение? Правда?! — Ну, спроси, — Ромар снова сел в кресло, принял небрежно расслабленную позу. Вдруг резко цокнул языком. — Эх, милый, твоя наивность и радует меня, и печалит. Однажды ты точно пересечешь черту. Но в данном случае я представляю, о ком идет речь. И даже догадываюсь, почему ты выбрал именно его. Юноша и правда… весьма перспективный. Так что, хочешь играть в спасителя — дело твое. Может, он даже будет тебе благодарен… или нет. Жизнь покажет. У Лиаса екнуло в груди. Он ни в коем случае не хотел подставлять р-Киуна, привлекая к нему внимание элтемире. Но как тот догадался, о ком идет речь?! Хотя… да, наверное, в канцелярии Совета служит не так уж много простолюдинов. Но откуда Ромару об этом знать?! Не может же он помнить всех младших помощников?! Да еще Ромар намекнул, что в курсе природы отношений, что связывают р-Киуна с его начальником. Неужели он и сам приглядывался к несчастному юноше?! Да, наверное, если дать р-Киуну отдохнуть и убрать с лица вечно затравленное выражение, он может показаться симпатичным. А Ромара и вовсе заводит открытый страх. Но тогда… как бы Лиас не сделал для него все только хуже. — А как вы поняли, о ком я? — Милый! Неужели ты правда думаешь, что я хоть чего-то о тебе не знаю? О нем? Он-то здесь вообще при чем? Они с р-Киуном не друзья, да и по службе пересекались всего несколько раз. Не может же Ромар отслеживать всех, с кем Лиас хоть раз разговаривал? Да и зачем?! В чем его опять подозревают?! И кто, кто может докладывать о каждом его шаге Ромару?! Боги, да это просто какой-то бред! Тут же вспомнились слова ке Инеора, что сослуживцы не осуждают его, но избегают, опасаясь внимания элтемире. Это… они что же, знают о слежке?! Может, сами еще и докладывают?! Ну уж нет! Чего бы там ни добивался Ромар своими намеками, подозревать сослуживцев он не станет. Между ними и так только начали налаживаться нормальные отношения. А жить в изоляции Лиас никому бы не пожелал. — Я сяду? — Лиас кивнул на ближайшее кресло и только оказавшись в нем, осознал, насколько устал. От напряженной работы, многочасовой примерки, когда нужно было стоять практически неподвижно, но сильнее всего — от непонятных игрищ Ромара. От резких скачков его настроения, то насилия, то внезапных похвал. От того, что он никогда и ничего не говорит прямо. Вот и сейчас наблюдает внимательно, и как будто чего-то ждет. Но чего? Возмущения? Прямого вопроса по поводу слежки? Нет уж, эту тему Лиас обсуждать не станет. По крайней мере, не сейчас. — Только, пожалуйста, не утверждайте пока его назначение, — устало вздохнув, наконец сказал он. — Мне правда важно сначала с ним поговорить. И если нет… я вас очень прошу на него не давить. — Я и не собирался, — ответил Ромар, причем, судя по тону, он был чем-то чрезвычайно доволен. — Твои будущие помощники — это твое дело. Я могу тебе лишь посоветовать определенные кандидатуры и проследить за тем, чтобы ты не приблизил к себе кого-то совсем уж неподходящего. А с назначениями разбирайся сам. — Я? Сам? Да кто же меня послушает? Если приказ о назначении р-Киуна будет исходить от меня, лан Фиург точно его не отпустит! Ромар снисходительно улыбнулся, покачал головой. — А ты учись приказывать так, чтобы тебя слушались. Привыкай, что за тобой — сила.