Студия №0319

Стоять у дверей студии и переживать — уже вошло в привычку. Сегодня заключительное прослушивание, затем выпускные экзамены курса, и я смогу называть себя композитором-любителем. Я и сама не могу поверить, что прошла столько на своём пути. Ночное дежурство даёт о себе знать, поэтому чувствую себя немного сонной, но держу себя в руках, чтобы не показать Чану, что за этот тяжелый для нас месяц я очень устала и просто хочу обнять его и крепко держать. Не отпускать никуда, совсем никуда. Мы до последнего работали с ним над новой песней и решили привлечь к тексту Чанбина. Там прекрасная мелодия для репа, но и Чан добавил свою изюминку, я бы даже сказала вишенку на огромном торте. Я прикрываю глаза и облокачиваюсь о стену рядом со студией. Внутри я просто не смогу просидеть, я хочу увидеть Чана ещё с лестничных пролётов. Всеми силами пытаюсь вбить себе в голову мысли о том, что у нас всё получилось и моему парню не придётся улетать в другую страну. Пытаюсь представить образ того, что он говорит мне об этом и счастливо улыбается. Мысли материальны. Только я успокаиваю себя, как меня выводит из транса знакомый, к сожалению, голос. — Медитируешь? — передо мной стоит Чон Минхек собственной персоной. — И вам здравствуйте, что-то хотели? — я не стала с ним церемониться, потому что поняла, что люди порой не умеют отличать вежливость от флирта. — Да нет, просто только с прослушивания, — он ухмыляется, ожидая, что я начну выпрашивать подробности. — Ты и правда встречаешься с Бан Чаном? Я удивляюсь такой резкой смене темы и такого рода личному вопросу, но не вижу смысла врать или что-то придумывать. До окончания остался месяц, да и отношения здесь не запрещены. — Да, — коротко и ясно. — Хм, — Минхек хитро смотрит в сторону. — А ты знаешь о том, что он в скором времени покинет Корею? — Конечно, — уверенно отвечаю я не колебавшись. — Люди, которые находятся в отношениях, никогда не скрывают друг от друга подобного, — я и бровью не повела. — Ты смелая, удачи тебе, — парень кланяется. — И вам удачи, преподаватель Чон, — ‘надеюсь мы с вами больше никогда не увидимся’. Последнее я не говорю и также кланяюсь в ответ. Он отходит, и только сейчас я вижу улыбающегося Чана, который приближается ко мне. — Чан, — я буквально падаю в его объятия и крепко обнимаю. — Что они сказали? Я настолько сильно переживаю, что прикусываю губу. — Что у меня самая талантливая девушка во всем мире музыки и не только, — целует меня в макушку, а я отстраняюсь. — Я не про себя, Чан, — мне становится ещё грустнее. — Я про тебя. Его взгляд не угасает, а остаётся таким же, он лохматит мне волосы на голове и целует в лоб. — Давай поговорим об этом дома? — предлагает Чан, и мы, забрав наши вещи из студии, едем ко мне, так как я живу ближе. Ожидание меня убивает. *** Мы с Чаном проходим в квартиру, и я просто умираю от нетерпения. Он всю дорогу молчал, только сделал радио громче. Чан идёт в зал и садится на диван, показывая мне сделать тоже самое. Сажусь рядом и смотрю на него. Парень смотрит сначала под ноги, затем поднимает нежный взгляд на меня и улыбается. — Ми Ра, — начинает он. — Я улетаю в Австралию. Вот так быстро я теряю всякую надежду в этом мире. Сердце сжимается, и я обнимаю Чана, утыкаясь ему в плечо. Возможно, я плачу, а может и нет. Я ничего не чувствую кроме тоски от предстоящей разлуки. — Эй, малыш, — Чан берет мое лицо в руки и проводит большими пальцами по щекам, значит всё-таки заплакала. — Есть и хорошая новость. — Какая же? — мой голос искажён из-за слез. — Если в филиале Сиднея вырастут продажи их песен, а я очень постараюсь, чтобы так произошло, то я вернусь в скором времени, и буду работать обычным композитором и продюсером, никакого преподавательства на курсах, — Чан ободряюще улыбается, а до меня как обычно слишком долго доходит смысл его слов. — Это правда? — я вытираю слёзы и тоже пытаюсь улыбнуться. — Да-а, — парень держит меня за плечи. — Ты ведь поможешь мне? — В чем? — сейчас я снова его не понимаю. — Как же, в чем? Ты будешь поддерживать меня все это время, ведь я должен стараться ради нас, чтобы скорее встретиться и обнять тебя, — Чан крепко обнимает меня, подтверждая свои слова. — Конечно, я буду, Чан, — я вдыхаю его запах, чтобы запомнить эти духи. Куплю себе и буду брызгать на подушку, чтобы он всегда был рядом. Звучит по-маньячьи. — Отставить слёзы, тебе ещё готовиться к выпускным экзаменам, я буду рядом, не переживай, — отпускает меня из объятий и просто смотрит, убирая мешающие пряди волос с лица. — Хочешь я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое? — пытаюсь подбодрить нас обоих и предлагаю выигрышный вариант. — Ещё спрашиваешь? Конечно! — Чан только не хлопает в ладоши от счастья. Мой милый ‘ребёнок’. Встаю и направляюсь к холодильнику, чтобы достать необходимые продукты. Напевая мелодию, начинаю готовить и параллельно слежу за Чаном. Он просто улыбается и следит за мной. — Что-о? — я не сдерживаю смущенной улыбки. — Ничего, — он не отрывая взгляда, встаёт и направляется ко мне. — Просто удивляюсь, как ты быстро понимаешь, что приготовить. — Ну, это как ноты, — я по-умному смотрю на него. — Ты ведь тоже соединяешь их и получается мелодия, с едой тоже самое. Только твоя музыка - это еда для души, а моя - для тела, — я тыкаю его в живот, и он улыбается ещё сильнее от моего сравнения. Не сдерживаюсь и целую его в губы, совсем легко. Чан обнимает меня за талию и приподнимает так, чтобы я разместилась на кухонной тумбе. Благо не на сами продукты. Я удивлённо вздыхаю и смеюсь в поцелуй, затем отрываюсь от парня и просто смотрю на него некоторое время. Его глаза нежно блестят и, он проводит большим пальцем по моей оголенной коже на талии. От нежных прикосновений Чана приятно тянет внизу живота, и я поняла, что мне жизненно необходима его близость. Под пристальным взглядом Чана я ногой цепляюсь за его бёдра. Ох, эти бёдра... — Ми Ра? — он вопросительно смотрит на меня, но его взгляд смотрит то на мое лицо, то на мизерное расстояние между нами. Я кладу руки на его плечи, а сердце бешено стучит в ушах. Чан всё-таки останавливается на моем взгляде и ждёт от меня дальнейших действий. — Я люблю тебя, Бан Кристофер Чан, — говорю ему и придвигаюсь ещё ближе. — И я люблю тебя, Ми Ра, — у него получается шепотом. Мы поддаёмся навстречу друг другу и сливаемся в нежном поцелуе. Как ещё одна печать в наших словах. Через пару мгновений Чан углубляет поцелуй, а я сжимаю его в ответ. Он берет меня за бёдра, позволяя мне сцепить ноги на его талии. — Ты уверена? — Чан отрывается от моих губ, и я разочарованно вздыхаю. — Да, — у меня получается шепотом. Я облизываю свои губы и гипнотизирую Чана взглядом, он будто мучительно улыбается и накрывает мои губы своими. Даже в такой казалось бы бесспорной ситуации, когда я проявляю свою инициативу, Чан спрашивает меня о моей уверенности в действиях. Разве это не делает его одним из самых благородных людей во вселенной? Я с ещё большей страстью прижимаюсь к нему, чувствуя его желание. Чан отходит от кухонной тумбы вместе со мной на руках и движется в спальню, там уже располагая меня на моей (читать как ‘нашей’) мягкой кровати и доставляя столько удовольствия, сколько я ещё никогда не получала в своей жизни. Теперь я прекрасно понимаю фразу: ‘Быть на седьмом небе от счастья’. *** Я медленно открываю глаза, как будто чувствуя взгляд на себе. И оказываюсь права. Чан смотрит на меня такими же сонными глазами и убирает прядь волос за ухо. На мне только его футболка и мое нижнее белье, и я слышу запах его одеколона. Самое прекрасное чувство с утра, а ещё прекраснее — утренние объятия. Парень шепчет ‘доброе утро’ и вовлекает меня в свои медвежьи объятия. На меня наступает утренняя слабость после ночи, и я просто нежусь в его руках. — Пора вставать, — я начинаю выкарабкиваться из плена его сильных рук, на что он протестует. — Ну, Чан, я же хочу приготовить тебе вкусный завтрак, а то вчера у нас как-то не сложилась, — смеюсь я, вспоминая о выложенных из холодильника продуктах. На моих словах о завтраке он без проблем выпускает меня, соглашаясь. Я ещё больше смеюсь с его реакции. — Иногда мне кажется, что ты готов сделать всё ради вкусной еды, — выношу своё предположение. — Ради твоей еды, — Чан делает акцент на ‘твоей’ и улыбается до ушей. Я смотрю на него пару секунд и не могу перестать улыбаться. Затем встаю и направляюсь в ванную. Умываюсь и в той же одежде иду на кухню готовить оладьи. Зачем переодеваться? Здесь же все свои! На середине готовки я чувствую руки на своей талии и мягкий поцелуй за ухом, который окончательно выводит меня из сонливости. Чан садится за стол и ждёт завтрака. Я завариваю вкусный чай, пока оладьи пекутся на сковороде, и вдруг слышу рингтон моего телефона. Быстро направляюсь в комнату и смотрю на экран: ‘Сонми’. В такую рань? В голову приходят только плохие мысли, но я пытаюсь отогнать их и отвечаю на звонок. — Сонми, что-то случилось? — я направляюсь назад на кухню, следя за приготовлением завтрака. — Привет, дорогая! Прости, что так рано, я просто совсем потеряла счёт времени, — начинает она и слышно, как на заднем фоне что-то падает, какой-то шум, грохот, и сам голос подруги очень торопливый и нервный. — Сонми? — В общем, подруга, — она в спешке переводит дух. — Мы тут с Намджуном проспали и не отвели Йери в детский садик, а ты сама знаешь у нас такая работа - просто так прогулы не прощают, я тут подумала может ты захочешь провести немного времени со своей любимой малышкой-Йери? — заканчивает свою просьбу подруга. Я тут перепугалась десять тысяч раз, а она всего лишь предлагает посидеть с Йери. — Боже, умеете вы пугать! Конечно, я хочу. Мы столько не проводили времени вместе, что я безумно соскучилась. Приезжайте, я жду, — отвечаю я с уверенностью, затем я прощаюсь с подругой и возвращаюсь к готовке. Сделав бóльшую часть оладьев, я подаю завтрак на стол и встаю рядом со столешницей, облокотившись спиной. Я смотрю на Чана, который уплетает за обе щеки первую порцию оладьев и запивает всё жасминовым чаем. Улыбаюсь его прекрасному аппетиту. Тьфу-тьфу-тьфу. Лишь бы не сглазить. — Как ты относишься к детям? — задаю вопрос в лоб. Чан заканчивает жевать один оладий и смотрит на меня. — Ты... Уже.., — он вдруг улыбается и смотрит в район моего живота. — Боже, Чан, конечно, нет, — я смеюсь с его предположения, но безумно рада, что он не выглядел шокировано или удивлённо, он просто сказал это с улыбкой на лице, не считая такую возможность чем-то ужасным. — Просто ответь. — Ну, я положительно к ним отношусь, могу посидеть с ними, занять чем-нибудь, поиграть. Я пару раз нянчил Хён Ыль, поэтому знаю азы в воспитании детей, — Чан по-умному поднимает палец вверх, а я радуюсь такому стечению обстоятельств. — Ну, тогда, я думаю, ты не будешь против, если одна малышка присоединится к нам сегодня на весь день? — я неловко прикусываю губу. — Если у тебя сегодня работа, то, конечно, можешь идти, я сама справлюсь, уже не в первый раз... — Конечно, я останусь, — парень встаёт из-за стола и подходит ко мне. Берет мое лицо в свои ладони и приподнимает его. — Моя единственная важная работа сейчас — это быть рядом и делать тебя счастливой, — он целует меня в лоб, а затем дарит мягкий поцелуй в губы. Я крепко обнимаю его и шепчу тихое ‘спасибо’.