Черный Клинок

      Из-за сильных морозов, каникулы были продлены на неделю, вот только узнали все об этом в тот момент, когда вернулись в Хогвартс. А потому, народ костерил администрацию Хогвартса на чем свет стоит. Внеплановые семь дней каникул Орден Черного Клинка, как и предыдущие три дня, провел на площади Гриммо. Ну, не в полном составе, разумеется: слизеринку бы никто в вынужденном штабе Ордена Феникса не принял так, как положено (портрет Вальбурги Блэк в счет не шел), так что Трейси Дэвис, которая оставалась в Хогвартсе, "зарядили" заданием - переговорить с оставшимися в замке слизеринцами на тему возможных альтернатив в защите, помимо Темного Лорда и Великого Светлого. Заинтересовавшимся следовало передать через слизеринку письма на имя некоего "защитника", а самой девушке - передать письма через гоблинов.       Полумна, которая тоже оставалась в Хогвартсе, должна была ее страховать, но также пообещала кое-что сделать с их новым подопытным - надо сказать, не без результата. Судя по ее письмам, вурдалак постепенно становился сильнее, быстрее и хитрее, чем обычный оживленный труп. Мало того, послушница Плети даже восстановила ему пострадавшие при "допросе" и пораженные чумой голосовые связки и теперь планировала нарастить искусственную личность таким образом, чтобы бывший оборотень мог в один прекрасный день явиться на заседание Ордена Феникса, не вызвав подозрений, и ночью покрошить всех в серо-красный фарш. Кальзар таким успехам подивился, но идею с "диверсантом" одобрил.       Невилл, по традиции, отмечал праздник с бабушкой, которой было решено пока ничего не говорить, а только выяснить уровень ее доверия к Дамблдору. Ханну пригласила к себе Сьюзен Боунс - ее верная подружка, одна из немногих, кто не отвернулся от мисс Аббот после скандала с Малфоем. Кальзар, отправляя свою подопечную в гости к главе Департамента Магического Правопорядка, непрозрачно намекнул, что неплохо было бы попытаться проверить семейство Боунс на лояльность и, если что, попытаться намекнуть, что есть некая третья сторона, которая готова к переговорам.       Каникулы прошли более, чем успешно. Во всяком случае, ни Тонкс, которая уже провела две ночи с парнем и теперь претендовала еще минимум на пять, ни Сириус, у которого, наконец, появилась компания, ни все остальные не возражали. Разве что приходилось постоянно "шифроваться" от Уизли. Сириус был понятливым мужиком и против отношений племянницы с крестником не возражал нисколько, а вот от рыжих пришлось обезопаситься. Бродяга не очень хорошо отнесся к тому, что его крестника пытались опоить зельями - да, Кальзару пришлось в этом сознаться - однако рыцарь смерти кое-как упросил его не поднимать скандал, а дать юному поколению совершить несколько "мародерских шалостей". Бывший узник Азкабана, услышав заветное сочетание "мародеры" и "шалость" быстро забыл обо всем на свете и выдал Кальзару полный карт-бланш на любые действия, заодно пообещав не вмешиваться.       На самом деле, Кальзара несколько пугало то, что происходило с Гермионой после того, как к ней в руки попал Люпин. Ну, понятно, конечно - убийца семьи, кровь, честь и магия требуют мести, но все же что-то с гриффиндоркой было не так. Какой-то совершенно безумный огонек появился в ней после той расправы. Кальзар готов был поклясться, что уже видел такой огонек... В немертвых глазах профессора Мерзоцида, безумного, но гениального ученого Цитадели Ледяной Короны. Именно этот умник довел до ума чуму нежити, которая погубила Стратхольм, а затем - и все королевство Лордерон. Да, именно такой взгляд безумного ученого сейчас наблюдался в карих глазах отличницы. Кальзар понял - если он даст девочке волю, то она и Волан-де-Морта препарирует, чтобы узнать, как оно получилось и воссоздать. Инициализация ее, как рыцаря смерти, уже начала происходить. Раскрылся недюжинный талант к магии крови и нечестивым проклятиям, что, в соединении с ее умственными способностями, давало страшное сочетание. Безумный гений. Собственно, по этому поводу рыцарь смерти и вызвал ее на разговор.       У камина дома на площади Гриммо они встретились уже ближе к полуночи, раньше никак не получалось: то Джинни пытается прицепиться к "Гарри", то матриарх Уизли рядом, то собрание Ордена Феникса - очередная порция болтовни и бреда про Общее Благо с большой буквы - то близнецы со своими свистелками и звенелками, то сам рыцарь смерти был занят в самом хорошем смысле этого слова. Лишь когда довольная жизнью и парнем Тонкс крепко уснула на кровати, Кальзар, укрыв девушку, отправился вниз. Гермиона уже ожидала его. Кальзар сел рядом с ней, одним движением палочки возвел вокруг них чары тишины.       - Я заметил твои стремления, Гермиона. - Сказал он тогда посвященной. - Но я не могу понять кое-чего. Может быть, ты пояснишь мне изменения в поведении?       - Я поступила некорректно, лорд Кальзар? - Осторожно поинтересовалась отличница.       - Нет-нет, не подумай... Ты все сделала правильно. - Рыцарь смерти сложил руки в замок. - Просто мне было странно видеть, как ты преобразилась. В один миг ты как будто сбросила маску хорошей девочки и стала самой собой. Поясни мне эти изменения.       - Нет ничего проще, мой лорд. - Кивнула ему послушница Плети. - Я еще в том году начала догадывалась, что на Гар... То есть, на вас...       - Говори как проще. - Попросил ее рыцарь смерти. - Я - это и Гарри Поттер тоже. И давай, все же, на "ты". По крайней мере, в неформальной обстановке. Ты - моя союзница, а не слуга или рабыня.       - Хорошо. - Тут же расслабилась Грейнджер. - Дело в том, что я с самого начала четвертого курса стала подозревать, что профессор Дамблдор - не такой уж и добрый старик, как хочет казаться. Сперва я пыталась разобраться сама, летом примерно поняла, что Гарри просто используют для достижения каких-то далеких целей. Все эти отправки к ненавистным родственникам, странные задания каждый год, происходящий вокруг бедлам... Когда я попыталась ему сказать, мне очень непрозрачно намекнули, чтобы я не лезла не в свое дело.       - Насколько непрозрачно?       - Прислали мне сообщение с расписанием моих родителей по минутам и предложением не лезть, если я не хочу, чтобы расписание опустело.       - Понятно. - Поморщился Кальзар. Нет, в былые времена рыцари Акеруса не гнушались вещей и похуже, но это было давно и неправда. - Рассказывай дальше.       - Нечего рассказывать. - Посмурнела Гермиона. - Когда меня попытались привязать к Виктору Краму на четвертом курсе - я поняла, что от меня будут пытаться избавиться. И Виктор тоже это понял, поэтому пошел со мной на сделку - он помогает мне, а я сливаю ему информацию про турнир. Все, что узнаю. Он помог мне... Сильно помог. Обучил противостоять магии разума, подарил браслет, обнаруживающий зелья в еде и напитках, а также подсказал, как правильно действовать.       - Например - притвориться, что полностью веришь директору и идти у него на поводу до поры - до времени?       - И это тоже. - Еще больше помрачнела отличница. - Он показал мне истинную сущность многих людей, помог как следует разобраться во всем... Даже не пожалел времени и средств, чтобы устроить мне тайный визит в Мунго, чтобы вывести из меня все зелья и сломать все ментальные барьеры... Виктор был неплохим парнем. Темным магом, но неплохим парнем. Он научил меня видеть разницу между злом и тьмой, он в Хогсмиде отбил меня у каких-то уродов, которые обещали меня прикончить. И... В общем... Тогда, на рождественском балу... - Отличница покраснела, Кальзар понял все без лишних слов.       - Ты его отблагодарила. - Как можно аккуратнее сгладил опасный участок рыцарь смерти.       - Ну... Да, вроде того. Но это не была любовь. Страсть и порок - может быть. Но не любовь. Мы с Виктором это поняли уже на следующее утро... - Казалось, Гермиона сейчас заплачет. - Я сожалею, лорд Кальзар... Я действительно все это время любила Гарри, но видела, как он холоден ко мне. Видела, как его постепенно тянут к себе эти ублюдки, Уизли - я ведь уже тогда поняла, кто и как подливал мне зелья... Я хотела мести, но приходилось вести себя как обычно. Я не могла ничего сделать, кроме того, чтобы оставаться рядом с Гарри. Я виновата...       - Ты не виновата, Гермиона. - Подошел к ней Ледяная Длань, положил ей руку на плечо, как раз там, где находилась метка Плети. Девушка чуть застонала, когда магия рыцаря смерти наполнила ее силами. - Что было потом?       - Потом? - Шмыгнула носом гриффиндорка. - Потом было возрождение Волан-де-Морта - и я уже подумала, что все кончено. А потом меня спас случай - этот придурок, Рон, заявил своей мамаше, что хочет меня в заслуженные трофеи. Уж не знаю как, но рыжие убедили директора оставить меня в игре. Гарри снова засунули к магглам, а мне и Уизли запретили что-то сообщать ему.       - Как ты узнала про рыжих?       - Это не я... Это Виктор. Он услышал в "Трех Метлах" переговоры Рона с мамашей.       - Теперь ясно. - Кивнул рыцарь смерти. - И когда твоих родителей убили, ты поняла, что это были пешки директора... Не ждала, что они все же решатся переступить через предложенное соглашение? - Гермиона кивнула. - Что же... По крайней мере, в тебе я не ошибся. - Он вдруг задумался. - Кстати, насчет Крама...       - У нас с ним только дружба. - Покраснела отличница еще больше. - Мы с ним подумали, что так будет правильнее.       - Да я-то не возражаю. - Улыбнулся Кальзар. - Я к тому, что парни из Дурмстранга - очень крутые вояки и, как я понимаю, им побоку все британские игры в песочнице. Но лично я был бы не против, если бы у нас был такой резерв. Ты не в курсе, Крам еще учится в институте?       - Учится. - Кивнула Гермиона. - У них учатся по десять лет, а не по семь, как у нас.       - Можешь намекнуть ему, что у тебя здесь появился защитник, который хотел бы с ним встретиться?       - Хорошо, сир. - Кивнула гриффиндорка. - Если он согласится - на когда назначать встречу?       - На пасхальные.       - Угу. - Гермиона набралась смелости, подлезла под руку воина Плети. - Чем будем заниматься?       - Невилл попросил меня взглянуть на его родителей в Мунго. - Поморщился Кальзар. - Не верю я что-то, что они там из-за круциатуса лежат, да и Полумне нужны кое-какие препараты для экспериментов.

***

      Госпиталь Святого Мунго несколько напоминал чумодельню в Цитадели Ледяной Короны. Такие же мрачные коридоры, такой же запах спирта, гнили и какого-то алхимического состава, такая же очередь разных уро... то есть, страждущих. И всего несколько целителей-исследователей. Разве что здесь не сотворяли мутантов, химер и новые штаммы болезней - хотя, кто их знает, этих волшебников - а лечили последствия заклинаний, выводили зелья и так далее.       Пациенты, кстати, были самыми разнообразными. Например, во главе очереди молодой волшебник отплясывал на месте странный танец и, ежесекундно вскрикивая от боли, пытался объяснить характер своего недуга блондинке за столом.       — Эти туфли… ой… их дал мне брат… уй… они грызут мне… Ай… ноги… взгляните, они, наверно… УРРР… заколдованы… МА-ММА… снимите их. — Он прыгал с ноги на ногу, словно танцевал на раскаленных углях.       — Туфли, кажется, не мешают читать? — раздраженно спросила блондинка, указывая на большое объявление слева от стола. — Вам нужно в «Недуги от заклятий», пятый этаж, видите поэтажный указатель? Следующий! Теперь к столу подошел старый сгорбленный волшебник со слуховой трубкой:       — Я к Бродерику Боуду! — просипел он.       — Сорок девятая палата. Но боюсь, вы напрасно потратите время. Он в полном затмении — все еще воображает себя чайником. Следующий!       Измученный волшебник крепко держал свою маленькую дочь за щиколотку, а она вилась у него над головой, хлопая громадными оперенными крыльями, проросшими прямо сквозь комбинезончик.       — Пятый этаж, — равнодушно сказала блондинка, не задавая вопросов, и он ушел через двойную дверь недалеко от стола, держа дочь как воздушный шарик. — Следующий!       Теперь подошел Кальзар. Хамоватая блондиночка что-то попыталась вякнуть, но, почуяв магию воина Плети, тяжело сглотнула и как-то внезапно стушевалась. Хамить столь сильному волшебнику не было желания.       - Мы к мистеру и миссис Лонгботтом. - Оповестил он. - А еще мне нужен их целитель и вся документация по лечению.       - Гарри, ты чего? - Толкнул его Невилл, с которым Кальзар и остальные встретились возле госпиталя.       - Потом. - Отмахнулся рыцарь смерти. - Хочу показать их своему специалисту. Не верю, что это круциатус.       - Угу. - Кивнул Невилл.       - Как твоя бабушка?       - В норме. - Кивнул Лонгботтом. - Я ей не говорил, что иду сюда, сказал, что мы пойдем прогуляемся с друзьями.       - Ясно. - Кивнул рыцарь смерти. - Идем...       Пятый этаж уже больше походил на штормградскую тюрьму, чем на госпиталь. Тяжелые двери, решетки на окнах, слабый свет, патрули из младшего медперсонала... Но, по крайней мере, здесь было не в пример чище и тише, чем на первом этаже. Встретила их немолодая целительница, представившаяся миссис Шер.       - Здесь пациенты на длительном лечении, — тихо объяснила она ребятам, провожая их к палате. — Непоправимые повреждения от заклятий. Конечно, с помощью сильных лекарственных зелий и чар в удачных случаях мы добиваемся некоторого улучшения.       - Мне нужны копии дел мистера и миссис Лонгботтом. - Попросил Кальзар, незаметно сунувший целительнице небольшой кошель с золотом. Так сказать, за понимание ситуации. - И оставьте нас наедине с пациентами на некоторое время.       Кальзар знал, что родителей его товарища по оружию отправили сюда Лестрейнджи. Невилл сам проговорился об этом незадолго до того, как его приняли в Орден Черного Клинка. Героические люди, мракоборцы, которые стояли за свою семью до конца, очень уважаемые волшебники, отметившиеся даже на мировой арене. Такие Черному Клинку были нужны. Рыцарь смерти присмотрелся к двум волшебникам, что лежали на соседних койках. Невилл был до невозможности похож на мать, от отца унаследовал разве что нос и уши. И был таким же свободолюбивым и смелым, как его родные люди. Разве что был чутка стеснителен, но он стремительно избавлялся от этого недостатка. И парню следовало в этом помочь. Кальзар потянулся к волшебникам своей магией - и пораженно выдохнул. Боль. Жуткая ментальная боль, куда как более сильная, чем можно себе вообразить. Похоже на муки, которые испытывает человек, сбрасывая оковы смертности и обращаясь в нежить. Или круциатус... И не только...       - Что скажете, Каль... то есть, Гарри?       - Думаю, что кто-то несколько заблуждается. - Рыцарь смерти подошел поближе к телам, наклонился над отцом Невилла. - Конечно, боль им причиняли, но, как мне кажется, не только физическую.       - Поясни...       - Легко. - Почесал нос Кальзар. - Там, откуда я прибыл, - рыцарь смерти не таился, Невилл и так знал о том, что он - не он, - маги изучали такие чары, как "пытка разума". Что характерно, этому заклятию в обязательном порядке учили жрецов в храмах света. Удивительно, правда?       - Что?!       - Ясно, значит удивительно. - Кивнул рыцарь смерти. - В общем так... Я, конечно, не берусь утверждать наверняка, но воздействие похоже на "пытку разума". Куда больше может сказать Полумна, ее мама когда-то была волшебницей... Оттуда. Ну, ты понимаешь. Мне сама Лавгуд рассказала.       - Безумный ум будет лечить пытку разума. - Поморщился Невилл. - Вот уж точно ирония судьбы.       - Это точно. - Кальзар прикрыл глаза. - Кикимер!       - Да, хозяин? - Появился перед ним домовик. - Что Кикимер может сделать для великого защитника?       - Кикимер, ты умеешь находить людей по тому или иному признаку?       - Могу, хозяин.       - Тогда так... - Кальзар наклонился к нему, коснулся рукой там, где у него была метка Плети. - В Хогвартсе сейчас находится одна девушка-когтевранка. Зовут Полумна Лавгуд. У нее точно такая же метка, как у меня и Невилла. Блондинка, серые глаза, субтильное телосложение, ростом чуть ниже меня. Найди и приведи сюда. Скажи ей "Прах к праху" - только тогда она поверит, что ты от меня. Все понял?       - Кикимер понял, хозяин. - Домовик кивнул и исчез.       Вернулся он спустя минут пять, держа за руку слегка помятую, будто разбуженную Полумну.       - Чего надо? - Неинтеллигентно начала девушка.       - Шоколада. - В тон ей выразился рыцарь смерти, обдав культистку волной холода, от чего та моментально проснулась. - У нас тут два человека с "пыткой разума". Снять сможешь?       - Серьезно?! - Ахнула девушка, приближаясь к лежащим на койках людям. - Хмм... Интересненько... - Она вдруг подняла палочку, нацелила ее на Фрэнка Лонгботтома. - Риктусемпра. Фините! Риктусемпра! Фините!       - Гарри, зачем она это... - Начал было Невилл, но был остановлен Кальзаром.       - Спокойно! Она знает, что делает!       Закончив развлекаться чарами щекотки, девушка наклонилась над мистером и миссис Лонгботтом, прислушалась к ощущениям, выровнялась, принялась шептать какие-то заклинания без палочки. Кальзар узнал старинный язык. Заклятия Азерота. Что же, еще самые первые целители завещали подобное лечить подобным. Яркая вспышка света сорвалась с рук когтевранки, Фрэнк Лонгботтом явственно дернулся на кровати и заерзал на месте, хотя чары тишины и немоты, наложенные на него Полумной, не дали ему заорать от боли. Кальзар поморщился, вспоминая, какие последствия он пережил после действия чистого света. Вернее, не пережил... Культистка Плети экспериментировала над родителями Невилла еще около часа. Наконец, она закончила, сняла все свои чары и вернулась к ним.       - Нервные окончания в норме, они чувствуют воздействия холода, жара, света, тьмы, физические повреждения... Долгие пытки круциатусом выжгли бы все к чертям. - Полумна задумалась. - Но я не чувствую их мозгошмыгов...       - Полумна, не до шуток.       - Я серьезно! - Моментально вспыхнула блондинка. - Я не чувствую их ментальной энергии и ментального же отклика на мои чары, хотя и магия, и тела в относительном порядке.       - И что это значит? - Осторожно спросил Невилл.       - Мне нужна их кровь, осадок магии, по пучку волос от каждого и полный доступ к телам в любое время дня и ночи. - Заключила девушка, отходя от тел. - А еще это значит, что Гарри прав. Это была "пытка разума". Им очень сильно повредили разум. Правда, Невилл, твоей матери досталось чуть меньше, в ней я хотя бы зачатки ментального слоя чувствую.       - Но почему тогда никто не заметил этого за столько лет? - Задал логичный вопрос Невилл.       - Потому что потом все прикрыли круциатусом. - Пожала плечами Полумна. - Никто до них не переживал столь длительного воздействия - в медицинском протоколе сказано, что они прожили почти полчаса под чарами боли - а проверять гипотезу на себе никто не захотел. Вот и отмахнулись, что, мол, круциатус стал причиной безумия.       - Но им становилось лучше. - Попытался протестовать Невилл. - Мама узнавала меня!       - И узнает еще. - Огрызнулась культистка Плети.       - Что?! - Потерялся Невилл, который уже давно заочно записал себя в сироты при живых родителях.       - Что слышал! - Все еще не успокаивалась Полумна. - Ментальный слой - это одна из форм магии, личность человека, его магическое обеспечение разума, сознание, подсознание и осознание реальности.       - А проще?       - Вообрази себе гладкую доску. - Принялась объяснять культистка. - Столешницу парты, например. Наши чувства, чаяния, восприятие мира - все это как бы царапинки на этой доске, которые формируют уникальный рисунок, который называется личностью человека. Некоторые чары - например, конфундус - повреждают этот "рисунок" совсем незначительно, организм восстанавливает это повреждение за счет магических сил. Для нас это кажется временным помрачнением рассудка. Другие - такие, как империус - как бы временно переворачивают доску на чистую сторону и дают возможность кукловоду задать временную программу вместо обычной. Третьи чары - такие, как обливиэйт - как бы шлифуют фрагменты этой доски, стирая участки с царапинами. Но чем сильнее воспоминания и чем искреннее чувства, тем глубже "царапина". Некоторые инстинктивные вещи нельзя полностью "зашлифовать" - например, связь матери и ребенка. Поэтому твоя мама тебя и узнает. С другой стороны, заклятие забвения местные мозголомы точно бы определили и без нас, да и они бы даже ходить не смогли. Лежали бы как овощи на грядке и все.       - А эта твоя "пытка"? - Сглотнул Невилл.       - А "пытка разума" - это если доску отправили на пилораму. - Добил его Кальзар. - И там медленно, сантиметр за сантиметром, стачивают эту доску в опилки.       - Ау... - Поморщился несчастный гриффиндорец, вообразив себе это. - Наверное, это даже больнее, чем круциатус...       - Многократно. - Кивнул рыцарь смерти, однажды попавший на мгновение под это заклятие и помнивший, чего стоило восстановить утраченные фрагменты личности.       - Получается... - посерел Невилл. - Им уже не помочь?       - Ну почему нет? - Задумалась Полумна. - Если бы только у нас было достаточно времени, мы могли бы магией собрать "опилки" и снова соединить их в одну "доску". Но на это потребуется время. Много времени, Невилл. Но я тебе обещаю - за летние каникулы мы с папой сможем восстановить их разум. Ой!       Последний возглас заставил Кальзара хохотнуть. Блондинка забилась в объятиях плачущего от радости Невилла.       - Что мне нужно делать? - Спросил гриффиндорец, когда страсти несколько улеглись.       - Для начала - убеди свою бабушку забрать их из Мунго и отправить к моему отцу...