Стань моим новогодним подарком

      Гарри робко постучал в дверь, ожидая разрешения войти. Мадам Пофри, конечно, поинтересовалась целью его визита, удивилась, задумалась, но пропустила. Он подошёл к кровати Драко и сел на близстоящий стул. — Зачем пришёл? — открыл глаза, услышав человека по осторожным шагам. — Какое знакомое начало диалога, Малфой, — Гарри почесал затылок и взъерошил чёрные волосы. — Почему ты здесь? — Потому что. — Драко, я здесь не для того, чтобы встретиться с твоей язвительностью. Что случилось? — Гарри наклонился к кровати, смотря в серые глаза напротив. — Я не обязан рассказывать тебе, — он насупился, как ребёнок, и сложил руки на груди. — А если я скажу, что всё знаю, — улыбка Гарри разлилась теплом в теле слизеринца, но он старался не улыбнуться ему в ответ. К тому же он не хотел, чтобы кто-то знал причину его нахождения в медпункте, уж тем более Гарри. Это было слишком позорно. — Ты придурок, Поттер. Слышишь? При-ду-рок, — Драко сел и повернулся к нему лицом. В его глазах были слёзы, внутри копилась горечь от обиды на самого же себя. — Почему я вообще должен делиться с тобой чем-то. Ты мне кто? Разве друг?       Гарри опешил от этого, наблюдая за тем, как по светлой коже стекают слёзы. Он чувствовал себя виноватым в том, что сейчас творилось с Драко, и внезапно для себя коснулся его щёк, стирая пальцами мокрые дорожки.       Следом за этим Малфой схватил его руки своими, не зная, что делать: держать или убрать их. Он пристально смотрел в зелёные глаза, почти не моргая и стараясь вспомнить, когда ещё он видел их так близко. И видел ли вообще. Понимая, что контролировать себя ему сложно, он опустил взгляд, затем голову, лишь бы только не видеть Гарри, который убрал руки.       Поттер решил действовать смело, Драко ведь ничего не сказал на его неожиданное и очень личное действие, значит можно рискнуть, верно? Консилиум мыслей в его голове дал добро, поэтому Гарри схватил пальцами его подбородок, вновь поднимая голову и касаясь чуть дрогнувших губ своими. Это был их первый поцелуй, который стал очень запоминающимся и поистине волшебным. Он стал мягко и вовсе не напористо двигать губами, но ничего не почувствовал в ответ. Отстранился и увидел совсем ошеломлённые серебристые глаза. А если зря?       Драко осознал, что с ним происходит, и внутренне обрадовался произошедшему. То, о чём он так долго мечтал, наконец сбылось. Невероятная буря из эмоций кружилась в его груди и, следуя зову сердца, он приблизился к Гарри, совершая следующий шаг самостоятельно. Поцеловав его в ответ, он не смог затормозить, в чём поклялся себе минутой раннее. Он сминал его губы своими, удивляясь и наслаждаясь их мягкостью. Драко нравилось ощущать вкус и чувствовать тепло дыхания, но он прервал затянувшийся поцелуй первым.       Всё это было для него странным и непривычным. Почти на грани опасности, поэтому он не придумал ничего лучше, чем просто лечь и отвернуться от Гарри, свернувшись калачиком. Сам Поттер просто ушёл, обдумывая случившееся.       Вернувшись в гостиную Гриффиндора, он застал Гермиону, которая именно его и ждала, как он мог понять. — Гарри, ты был с Драко? — он непонимающе взглянул на девушку. — Нет. Почему вдруг? Я был в библиотеке. Нам же эссе по зельеварению надо писать. — Ты очень неубедительно врёшь, Гарри. Можно было и получше, — сказала Гермиона, улыбаясь. Затем она жестом указала другу на место рядом с ней. Он сел, перебирая всевозможные варианты того, к чему может привести их диалог. — Ты ведь был с ним, верно? — он подтвердил. — Гермиона, ты что-то знаешь? — Я не знаю, я чувствую, что между вами что-то происходит. И вижу, как ты мучаешься. Почему просто не поговорил со мной, тебе стало бы легче, — она приобняла его одной рукой. — Мы с Роном всегда тебя поддержим.       Гарри немного подумал, откинулся на спинку дивана и снял очки, чтобы расслабиться. — Я люблю его. И не знаю, что с этим делать, потому что не уверен во взаимности, — он повернул к ней голову, пристально и с надеждой рассматривая её глаза и пушистые волосы. — Ты ведь можешь сказать об этом. А ещё я вижу, что у тебя красноватые губы. Путём некоторых логических... — Перестань, я всё понял. Да, мы поцеловались, но я всё равно не уверен.       Они разговаривали почти час, пока не наступило время ужина. Гарри был рад увидеть и услышать голос Драко, однако он так ни разу на него и не взглянул. И, кажется, причиной всему был их поцелуй, как подумал гриффиндорец. В середине ужина Дамблдор попросил минуту внимания и объявил, что с семи часов вечера студенты могут приступать к украшению зала и гостиных. Во время его речи Луна улыбалась, предвкушая отличное времяпрепровождение.       Закончив с едой, студенты встали со своих мест, а затем столы перед ним исчезли, и появилось много больших коробок с различными украшениями. В центре зала стояла огромная ёлка с лапистыми ветвями. Некоторые первокурсники замерли с открытыми ртами и просто моргали, пока их не вывели из зала старосты факультетов. По договорённости они должны были устроить для них что-то вроде сюрприза.       Полумна разделила оставшихся студентов на группы: одна половина осталась в зале, а другая ушла в гостиные. Гарри остался наряжать ёлку, но не забывая оглядываться на Малфоя, который, судя по всему, был не очень-то рад. Наверно, он предпочёл бы провести это время у себя, закутавшись в свой любимый зелёный плед.       Зал преображался довольно быстро: на стенах и колоннах висели большие новогодние венки, в некоторых местах — гирлянды, но самой красивой и богато украшенной была, несомненно, ёлка, над которой трудились Драко и Гарри.       Нет, не вместе. По разные её стороны, лишь изредка сталкиваясь взглядами, ещё реже — руками в коробке с шариками. — Подержи гирлянду, пожалуйста, — сказал Гарри, когда другие студенты куда-то отошли.       Драко промолчал. — Да что с тобой? — Гарри бросил эту чёртову гирлянду и подошёл к парню, хватая его за плечи. — Убери свои руки, Поттер, — Малфой даже не посмотрел в лицо, да и говорил это как-то устало. Сегодня он был сам не свой.       Драко отошёл к своим друзьям, а Гарри, о чём-то задумавшись, вернулся к ёлке. Так прошло около десяти минут, но он решился сделать свой последний шаг, чего бы это ему ни стоило. Этот Новый год не должен был быть таким, как и все предыдущие.       Набравшись смелости, он подошёл к Драко, взял его за предплечье и с силой потащил на выход под звуки его сопротивления и негодования. — Да что ты себе позволяешь, Поттер? — Малфой оказался прижатым к стенке. — Ты ошалел совсем? — Да.       Он вновь его поцеловал, но намного грубее, чем в первый раз. Драко чувствовал спиной и затылком холодную стену коридора, а лицом лишь тёплое дыхание и горячие губы, которые так смело его целовали. Второй раз чувствуя наслаждение от такой близости, Драко всё-таки понял, что это его человек и строить из себя кого-то не имеет смысла.       Сердце стучало в разы быстрее, адреналин уже вовсю циркулировал внутри, но он осмелился сказать: — Гарри, я... Пойдём ко мне? — в глазах плескалась надежда, а нижняя губа была немного прикушена.       Гриффиндорец, поймав очень взволнованный взгляд и неловкую улыбку, удивился такой храбрости и был рад тому, что всё налаживается. Держась за руки и оглядываясь по сторонам, они так и дошли до комнат старост и завернули за угол, прячась возле гобелена.       Гарри запустил свои пальцы в мягкие блондинистые волосы, пока Драко мягко целовал его виски, скулы и шею. Он обнимал его руками, прижимая к себе ближе. Слишком хотелось ощущать его каждым сантиметром тела. Продолжая невзначай трогать друг друга, они прошли в спальню.       Гарри предполагал, что она будет в тёмно-зелёных цветах, но совершенно не ожидал увидеть белую кровать, лишь наполовину покрытую пледом в цветах Слизерина. Драко закрыл дверь и подошёл к Гарри, обнимая его со спины. Вдохнув запах из смеси мёда и чего-то цветочного, он вспомнил тот день, когда увидел Поттера в душе. После яркого образа, всплывшего в сознании, он почувствовал жгучее желание внутри, поэтому развернул парня к себе лицом и подтолкнул к кровати, падая на неё вместе с ним.       По-хозяйки сев на его бёдра, он притянул к себе Гарри за галстук, который начал снимать после того, как их губы сомкнулись вновь. Гарри коснулся затылка парня, массируя кожу и запуская волну мурашек, затем поцелуями спустился на шею, заставляя Драко откинуть голову назад. Как долго он хотел это сделать: снять, стянуть или сорвать эту рубашку, которая закрывала всё то, что очень хотелось разглядывать и трогать.       На удивление быстро расстегнув все мелкие пуговицы, он отвёл в сторону один край воротника, покрывая мелкими и лёгкими поцелуями появившуюся ключицу, затем плечо, освобождая одну руку, которая сразу же легла на лицо, поднимая голову к себе для ещё одного поцелуя. Другая рука легла на макушку, вороша тёмные непослушные волосы, пока Гарри сжимал губами и ласкал языком розоватый сосок. Он чувствовал, как от каждого прикосновения Драко выгибался, подаваясь вперёд.       Гарри решил изменить своё положение, поэтому перевернулся, заставляя Драко лечь на кровать. Спустившись вниз, он зацепил руками выступавшую ширинку, расстегивая и спуская брюки вниз вместе с бельём. Сам он снял лишь рубашку, любуясь обнажённой и великолепной кожей слизеринца, так открыто и интимно лежащего на кровати. — Как давно ты возбуждён? — Гарри оценивающе оглядел пах, заставляя Драко смутиться и прикрыться руками. — Столько же, сколько и ты, Поттер. — Зови меня Гарри, маленький, — от этого обращения у Драко перехватило дыхание и сердце забилось чаще. — Не закрывай, — он взял его руки в свои, поднях их вверх, прижимая к кровати на уровне головы, — мне нравится на тебя смотреть. Ты безумно красивый. — И мне, Гарри, — он приподнял голову, чтобы впиться в мягкие и чуть приоткрытые губы, вовлекая в жаркий поцелуй.       Одной рукой Поттер проскользил вниз, обводя его соски пальцами, задел головку и лишь от одного случайного касания заметил, как Драко вобрал в себя воздух и чуть прикрыл глаза. Сигнал подан, и теперь Гарри полностью охватил ствол, медленными движениями начиная водить ладонью. Охватывая его со всех сторон, он изредка касался пальцами свободной руки самого чувствительного места, водя ими по кругу и наблюдая за тем, как Малфой прикусывал губы и сводил брови вместе. Когда этого стало мало, он коснулся головки губами, замечая то, что Драко сжал руками ткань белого одеяла, так органично подчеркивающего светлую кожу. Пройдясь горячим языком по всей длине, он ощутил мягкое прикосновение руки к своим волосам, которая лишь немного направила вниз. Гарри решил выполнить неозвученное, но чётко указанное желание парня, поэтому впустил возбуждённый член в свой рот, делая это так эротично, что у Драко жар проглотил определённо весь низ живота, заставляя прогнуться в пояснице и отдалить пиковый момент.       Но Гарри был настойчив, поэтому только набирал темп, пока не ощутил приятную и легкую боль от пальцев, сжимающих волосы, и громкий стон, который говорил о том, что Драко всё же кончил, когда волна из новых ощущений и ярких чувств захлестнула его с головой.       Как только Гарри поднял голову, он был приятно удивлён тем, что и не мечтал увидеть раньше: щёки и уши Драко были красными, глаза чуть прикрытыми и в их уголках блестели слёзы. — Что-то не так? — Поттер обеспокоенно стал вытирать их, не понимая причину их появления. — Нет, — Драко прислонился к чужой руке, блаженно закрывая глаза. — Просто это слишком приятно.       Гарри с нежной улыбкой на губах покрывал мелкими поцелуями брови, веки, уши... Да всё, до чего можно было дотянуться. Сам Малфой чуть ли не таял от такой лёгкости, но упасть в пропасть по имени Гарри Поттер тот-самый-придурок-из-гриффиндора — было лучшим его решением за всю жизнь. — Драко... — М? — Нам надо возвращаться к нашей ёлке. — Но ты ведь даже не... — Ничего страшного, — он пригладил светлые волосы, сопровождая поцелуем в макушку. — Я приду после отбоя.       Они вернулись в Большой зал, значительная часть которого уже была украшена. Луна встретила их неодобрительным взглядом и с вопросом о том, почему они вдруг куда-то пропали почти на полчаса, ничего ей не сказав и не предупредив. Гарри отшутился, Драко подыграл ему, поэтому Полумна ничего не заподозрила, и они продолжили украшать пустую часть ёлки как ни в чём не бывало.       Хотя Гермиона заметила те многозначительные взгляды, которыми они обменивались, и лёгкие полуулыбки, когда они отворачивались друг от друга. Девушка решила обсудить всё с Гарри позже.       В окнах Большого зала была видна бушующая метель и толстый слой снега на подоконниках. Ещё днём погода не была такой яростной, как сейчас, но под вечер настроение сменилось. И почему-то Гарри сравнил её с Драко, он считал слизеринца довольно холодным, но после небольшого перерыва понял, что страсть внутри него такая же экспрессивная, нужно лишь направить её, и Драко раскроется перед ним, источая лишь самые искренние чувства.       Когда подготовка к грядущему празднику была окончена и все студенты, включая старост, разошлись по комнатам, только Гарри и Драко знали, что их первая ночь, проведённая вместе, будет незабываемой. Тогда они договорились встретиться в душе, и Драко восполнил пробел их вечерней близости минетом, который, равно как и Гарри, сделал впервые. Его забавляло видеть чёрные волосы, прилипшие ко лбу и иногда спадающие на глаза, а также румяные щёки и совершенно алые губы, которые раскрывались почти под каждое движение, чтобы выпустить очередной стон. Они пока не решались зайти дальше, даже произошедшего ранее было много для одного дня. В ином случае все глубокие и неукротимые чувства просто бы проходили сквозь них, не давая надежду на перерыв.       Этот Новый год подарил им одно счастье на двоих, которое они так долго желали, боясь столкнуться с невзаимностью. Но как только всё встало на свои места, они потонули в море любви и заботы, что так старательно берегли друг для друга.