Адъютант

Последовательность 0: Фанатик

Сектор Кэррион, форпост Калио-3 Имперский звёздный разрушитель «Предостерегающий»

      Транспортник службы сопровождения F-4/5 возвышался над платформой два, подняв оба крыла. Дно судна пересекали чернеющие полосы пропалин, какие оставались от косых бластерных выстрелов, также там отыскались и небольшие вмятины — такие свидетельствовали о столкновении с малыми космическими объектами или обломками в гиперпространственном пути или реальном пространстве космоса. У опущенного трапа переводных офицеров никто не поджидал, зато Шелла заметила, какой ядовитый восторг вызвало появление подобного списанного судна в ангаре разрушителя. Проходя мимо пары штурмовиков, лейтенант уловила их изменённые вокодером голоса, и, осознав смысл брошенных фраз, нахмурилась и попыталась призвать себя к внутреннему покою.       Боэана, впрочем, всё будто бы устраивало — техник шёл уверенным шагом, не обращая внимания ни на ядовитые слова, ни на колючий интерес, ни на злосчастную коррозию и пропалины судна, и Шелла невольно позавидовала его уверенности. Оба переводных подошли ближе к транспортнику, и тогда изнутри показался офицер службы сопровождения. Мужчина спустился с трапа, поправляя кепи и немного нервно оглядываясь на двери.       — У ранкора на куличках, на задворках галактики. — Донеслись до офицеров обрывки фраз.       Служащий сопровождения остановился у конца трапа, снял датапад, а Боэан рядом хмыкнул — достаточно громко, чтобы его услышала не только Шелла. Вниманием служаки техник определённо завладел и любезно уточнил:       — Не совсем уж и задворки получается.       — Это почти Неизведанные Регионы, парень, — скривился офицер.       Боэана ничуть не насторожил его предостерегающий тон и явная брезгливость. Он лишь покривил губы, затем также спокойно пояснил:       — Точнее имперский форпост Калио-три в Диком Пространстве. Насколько я помню, база до сих пор причисляется к этому толкованию. — И улыбнулся шире, скосив взгляд на Шеллу.       Лейтенант, поймав его взгляд, глянула на офицера службы сопровождения и смолчала. Причиной стало наличие у сопровождающего большей плашки звания и трёх кодовых цилиндров, что обозначали звание «лейтенант-коммандер». Шелла сдавленно кашлянула, однако Боэан остался глух к её сигналам — техник также пялился на старшего по званию и лишь довольнее становилось его лицо.       — Навигатором будешь, хм? — лейтенант-коммандер расправил плечи больше, но едва ли это сделало его одного роста с офицером-выскочкой.       — Да нет, — спокойно парировал выскочка. — Экипаж технического обеспечения, однако в картах и впрямь что-то смыслю.       «Ох, Боэан», — сокрушённо пробормотала про себя Шелла. Она оглянулась на двух служак ангара, которые проводили дозаправку судна, и приметила, как те стали прислушиваться к разговору, грозящему перейти в скандал. Тогда лейтенант увереннее глянула то на одного офицера, то на другого, шагнула вперёд и встала перед Боэаном.       — Прошу прощения, сэр. Лейтенант-коммандер, — громче обратилась она к старшему по званию и продолжила, когда тот посмотрел на неё:       — Лейтенант Шелла Ут и лейтенант Боэан Буловшвшаайшскиш, — не дрогнув на длинной фамилии, Шелла чуть больше набрала воздуха, — прибыли согласно приказу о переводе дельта два дробь пятьдесят шесть.       Уставно-протокольное обращение подействовало. Лейтенант-коммандер, осмотрев офицеров, вернулся к раскрытой на датападе информации и принялся выискивать нужные документы. Шелла едва заметно перевела дыхание, а когда офицер сопровождения чуть отвернулся, ткнула локтем Боэана в живот. Позади раздался сдавленный хрип.       Когда офицер повернулся к ним снова, Шелла придала своему лицу заинтересованное выражение.       — Ваши кодовые пластины, — потребовал он.       Лейтенант достала из правого кармашка мундира крошечный сплюнутый диск, который передала лейтенант-коммандеру. Офицер вставил его в верхний приёмник датапада и начал процедуру идентификации. По окончании он протянул планшет, на чьём экране Шелла увидела раскрытый документ-приказ о переводе, а предоставленный стилус взяла больше на уровне рефлекса.       — Поставьте свою подпись, — проговорил на вдохе лейтенант-коммандер, когда заветной отметки так и не появилось. — Этим вы подтверждаете, что ознакомились с документом перевода и с тем, что на время до заступления на службу в Седьмой флот вы будете числиться за службой сопровождения и перевода.       «Да. Знаю», — протянула про себя Шелла, но отчего-то поставить закорючку напротив своей фамилии не могла. Выдохнув, лейтенант подавила тревожные мысли и, почти не глядя, всё же сделала отметку в графе ознакомления и приложила палец ниже — система моментально зафиксировала оставленный на сенсорах отпечаток.       Лейтенант вернула стилус лейтенант-коммандеру и, получив кодовый диск, отошла в сторону. Повторная процедура ожидала второго лейтенанта. За это время Шелла осмотрела ангарные помещения, приметив, что внимания к транспортнику стало меньше, и уловив, что внутри у неё на место холоду приходила пустота. Лейтенант прислушалась к ощущениям и скривила губы — разрастающаяся в глубине, она походила на чёрную дыру. Шелла, пряча диск, украдкой провела по кителю сверху вниз, следом нахмурилась, пробормотав: «Глупости».       В очередной раз за день она попыталась оставить тревожные мысли и переключила внимание на офицеров. В то время, как лейтенант-коммандер перепроверял собранные данные, лейтенант шагнул ближе к товарищу и, спрятав руки в карманах кожанки, тепло улыбнулся ей. Губы Шеллы также дрогнули в ответной улыбке.       — Всё на месте, всё собрано. Прошу на борт, — оповестил их офицер сопровождения. — Ваша каюта LK, — он бросил взгляд на Боэана, затем обернулся к Шелле, — а ваша RK.       — Каюты двуместные, сэр? — уточнила лейтенант.       — Именно.       — Если это возможно, то мы хотели бы занять одну, — попросила Шелла и только потом осознала, сколь двояко прозвучала просьба.       Настал черёд Боэана сдавленно кашлянуть. Офицер сопровождения вскинул одну бровь, осматривая обоих совершенно другим взглядом.       — Мы одного звена. Потому нам будет многим проще и привычнее.       Поползла другая бровь.       — Разные каюты, — гаркнул офицер, и Шелла замолчала. — LK, — он кивнул на Боэана, — и RK. — Повторный кивок предназначался уже Шелле. — Прошу на борт.       «Ла-а-адно», — протянула про себя лейтенант. Когда лейтенант-коммандер повернулся к ним спиной, Шелла уловила дыхание у себя над ухом, а затем тихое:       — Серьёзно?       — Попробовать стоило, — нервно ответила Боэану она и укусила нижнюю губу.       Оба переводных взошли по трапу следом за лейтенант-коммандером. Шелла шла чуть позади Боэана, оттого приметила, как на последнем шаге он остановился и специально поменял положение ног так, чтобы ступить на борт правой ногой. Довольный этим действием, он развернулся и глянул на Шеллу. Лейтенанту спорить оказалось в тягость, потому под куда более довольный взгляд она также ступила на борт правой, но в отличие от Боэана немного помедлила у дверей. Кое-что ей не давало покоя, оттого, дождавшись, пока офицер сопровождения закончит переговоры с пилотами о предстартовой подготовке, она осторожно спросила:       — Прошу прощения, но разве вам не нужно получить подтверждение от коммодора?       Лейтенант-коммандер метнул на неё поначалу суровый взгляд, который вскоре, к удивлению офицеров, потеплел. Или это было барахлившее освещение в помещении? Шелла прикусила кончик языка, уже продумывая фразы уставных извинений, когда как лейтенант-коммандер подал голос.       — Офицер тыла?       Шелла кивнула и заученно уточнила:       — Кадровое и воинское обеспечение. Прошу простить, я просто уточнила, сэр. Путь сюда не близкий, — добавила она неуверенней.       Лицо офицера разгладилось. Губы дрогнули в лёгкой улыбке. Шелла ощутила себя спокойнее.       — Коммодор Парк завизировал приказы через бортовую систему оповещения. Подписано усиленной электронной подписью, потому его присутствие для визирования и идентификации не требуется, — пояснил он также более добродушно.       Боэан, остановившийся позади, присвистнул, а Шелла сглотнула.       — Благодарю, сэр.       Лейтенант-коммандер кивнул.       — А теперь дуйте по каютам, у нас и правда загруженный график.       Офицер отвернулся к механизму дверей, и Шелла, глянув в последний раз на ангар «Предостерегающего», последовала за Боэаном. Они прошли в основную секцию транспортника, где располагались два этажа каютных помещений. Боэан сверился с висевшей в коридоре таблицей расположения и направился на второй этаж. Шелла, также скользнув взглядом по списку, обнаружила, что LK и RK шли друг за другом, и проследовала прямо за товарищем. Однако уже на входе в свою она приметила, как Боэан не пошёл дальше к своей, а остановился у её.       — Бо, — предупреждающе начала Шелла.       — Да брось, — фыркнул Боэан. — Договоримся с перелётными, — тише добавил он, покосившись на коридор вниз. — Не думаю, что тем, кого также будут разбивать из уставных соображений, понравится такое деление. А теперь открывай. — Он снова бросил взгляд вниз. — Ещё я не делил каюту с незнакомыми в переводе.       — Ладно, — выдохнула Шелла, не желая продолжать бесполезный спор, и повернулась к сенсорам. Она предоставила диск для считывания.       Система отозвалась только с третьего раза.       — Рухлядь какая, — буркнул Боэан, когда двери отворились, и он прошёл внутрь.       — Да ладно, — Шелла пыталась сохранить оптимизм. Она оглянулась на лестницу секции, зашла следом и осмотрела каюту. — Небольшая. Два места, есть шкаф. Всё лучше, чем лететь в перевозных судах на основе СИД.       — Это уж точно, — хмыкнул Боэан.       И оба товарища вспомнили свой самый первый перевод: душно, тесно, тревожно и темно — ни встать, ни разогнуться, ни вдохнуть. Оттого наличие сейчас кроватей и шкафа можно было считать явным подарком, который однозначно добавил пункты привлекательности к старому транспортнику. Офицеры улыбнулись друг другу, после занялись каждый своим: Боэан закинул вещи на верхнюю койку, принялся снимать офицерские сапоги, а вот Шелла подошла к шкафу и провела рукой у сенсора. Тот не отозвался.       Боэан усмехнулся.       Шелла вдохнула глубже, покосилась на упрямую ржавую панель и постучала по ней пальцами. Снова ничего. Внутри дверей не раздалось и щелчка. «Ладно», — выдохнула Шелла и хлопнула по сенсорам ладонью.       Вот тогда шкаф с коротким писком открылся. Боэан расхохотался.       — Чудненько, — вполне добродушно прокомментировала лейтенант, снимая мундир.       Она повесила рубашку с мундиром на вешалку, зафиксировала одежду, а на верхнюю полку уместила спрятанные в кепи кодовые вещи идентификации — цилиндры и диск. Подумав немного, она оставила внутри ремень, а вот сумку — при себе. В неё же, поразмыслив, вернула кодовый диск.       — Я буду наверху, ты не возражаешь? — наконец, поинтересовался Боэан, уже заняв верхнюю полку, о чём и уведомила его Шелла:       — Ты же уже там. — Она положила сумку на нижнее место.       — Ну вдруг тебе сверху лучше, — протянул Боэан, снимая кожанку и осматривая своё место на ближайшее путешествие.       — Нет, изволь, — отрезала лейтенант сурово, за что схлопотала в ответ смешок.       Шелла достала из сумки шерстяной плед. Его она кинула в противоположную сторону от места с подушкой, мысленно поблагодарив себя за предусмотрительность. По каюте прокатились шаркающие звуки.       Лейтенант нахмурилась, мысленно отнимая у транспортника ещё пунктов надёжности. Устроив сумку под подушкой, чтобы спать было повыше, она присела на койку и принялась снимать сапоги, затем оправила футболку термобелья — её Шелла заправила сильней в галифе, особенно в области поясницы. Отставив обувь чуть дальше от нижнего места, лейтенант вновь прислушалась.       Шаркающие звуки не прекратились, но Боэан притих. «Хм», — Шелла пригляделась к каюте, на что неизвестные шорохи вдруг стихли. Вместо них уже закряхтели динамики в углу помещения. Некоторое время из них эхом доносились отголоски фраз о предоставлении доступа на взлёт, идущие по параллельному каналу, следом шумы сменились на протокольное: «Транспортник службы сопровождения Эф четыре дробь пять готов ко взлёту. Просьба пассажирам и экипажу занять места и пристегнуть ремни безопасности на время входа в гиперпространство. Транспорт проследует по следующим системам Энтралла — Кетарис — Винсот — Келанон — Маридун…»       Боэан присвистнул, Шелла нахмурилась сильнее, выслушав порядка ещё пяти названий систем, пока голос не остановился на конечной станции «Лотал». Динамики стихли. Лейтенант удивлённо распахнула глаза.       — С таким графиком, нам все девяносто часов минимум тащиться, — донеслось сверху одновременно с возвращением шаркающих звуков.       — Да нет, — поправила его Шелла. — Все сто двадцать, если с остановками на форпостах снабжения и выходом с Дикого во Внешку.       И тут каюту огорошило.       — Ага! Я так и знал!       Шелла нахмурилась, покосилась наверх и пристала. Поднявшись на носки, она разглядела, как Боэан с совершенно невинным видом отковырял от боковой панели герб Империи. Сложив складной вибронож, техник провёл рукой по открывшемуся там символу.       — Я так и знал!       — Боэан, какого… хатта за хвосты? — не удержалась Шелла.       — Ну смотри!.. И у них нет хвостов, — поправил её Боэан.       — Есть хвосты, — голосом знатока парировала лейтенант, поймала на себе предупреждающий взгляд Боэана и пояснила:       — Мне Леа рассказывала, а уж она о хаттах многое знает.       — Он у них один!       — Это устоявшееся выражение!       — Пфых. Ладно-ладно. — Очевидно, обнаруженное было куда интереснее, чем пререкания на предмет устоявшего фразеологического оборота, потому Боэан так спешно сдался и повернулся обратно к гербу. — Я же знал, что это республиканская сборка. Вот тебе и герб Республики.       Лейтенант присмотрелась к товарищу. Боэан с предельно довольным видом разглядывал открывшийся под имперским знаком символ — круг, связанный восемью спицами, вот только характер и манера сцепок не имели ничего общего с имперскими и отбрасывали тень на Республику. Шелла изучила Бенду и вкрадчиво поинтересовалась:       — И что тебе это дало?       — Чувство удовлетворения. — Боэан потёр герб Империи о ткань футболки, дунул на него и, уместив на место, стукнул так, чтобы деталь впилась обратно в пазы. — А ещё чувство собственного довольства. Вот и одной загадкой меньше, хах!       — Н-да уж, загадка… — ёрничала Шелла.       Помещение качнулось. Офицер, успев ухватиться за поручни, встала обратно, после спряталась на нижней койке. Уши начало закладывать из-за перепадов давления, отчего Шелла начала широко зевать. Параллельно, она вытащила с боков ремни безопасности и, приняв горизонтальное положение, зафиксировала себя, следом вытянулась во весь рост. Мышцы приятно закололо, а уставшее от переживаний сознание налилось будто бы свинцом.       Шелла дотянулась до пледа, натянула его по самый нос и поёжилась от того, насколько быстро шерстяная ткань стала согревать продрогшие конечности.       — Разбуди… потом, — пробормотала она, щёлкая по сенсорам освещения рядом с койкой. К её удивлению, те отозвались покладистей, чем панели дверей.       — Угу.       Свет над койкой погас, а когда Боэан щёлкнул по своим переключателям, каюта и вовсе погрузилась в темноту — лишь под потолком сохранялись минимальные параметры ночного режима, да из-за дверей каюты по низу пролегала полоска освещения коридора.       Сверху раздалась возня, затем щелчок фиксатора ремней безопасности, и всё стихло. Шелла устроила голову удобнее, слушая, как тихо вибрировало судно, да набирали силу двигатели. Окна в каюте не нашлось, но лейтенант компенсировала виды воображением: она живо представила, как транспортник покидает ангар, направляется к точке выхода и останавливается, чтобы набрать достаточно мощностей для прыжка в гиперпространство. Тяжесть снова появилась на груди и сдавила горло, на что Шелла повернулась на бок, накрыла себя одеялом ещё больше, и чуть ослабила тут же впившийся в бок крепёж.       «Я буду скучать», — устало подумала лейтенант, выдыхая. Через несколько минут с коротким рывком транспортник ушёл в гиперпространство.