Королевская вишня без сахара

Но это повторяется. Снова. На следующий же день. Скорпиус и Джеймс Сириус сидят на широком ворсистом ковре у новогодней ёлки, вокруг которой парят зачарованные свечи, разгребают свои коллекции карточек из шоколадных лягушек, периодически отвлекаясь на тыквенное печенье из Сладкого Королевства. Мы с Поттером сидим на диване. Я - поджав колени под себя, он - совершенно бессовестно раздвинув бёдра, то и дело ненароком задевая меня коленом. Мы пьём сливочное пиво, мальчишки возятся друг с другом, комната освещена слабым светом свечей и согрета теплом растопленного камина. Я бы с радостью лёг к национальному герою на бёдра, позволил бы зарыться длинными пальцами в мои волосы и провёл бы так все выходные. А может и всю оставшуюся жизнь. Я пододвигаюсь чуть ближе, задеваю коленом его бедро, он не реагирует - лишь улыбается краешком губ, плотно обхватывая бутылку губами. Я не могу перестать думать о том, что вчера он абсолютно аналогично обхватывал так налитую кровью головку моего члена. Смущённо кашляю - меня бросает в дрожь. — Мопсус? Ой, а у меня такой нет, - Скорпиус тянет ручку к карточке с изображением прорицателя. — Так забирай, - совершенно беззаботно выдыхает Джеймс Сириус, подхватывая конфетти, оставшиеся от чудо-хлопушки, и подбрасывая их в воздух. — Это дубликат? - не успокаивается Скорпиус и хватает Джеймса за свитер, заставляя посмотреть в глаза - маленький манипулятор. — Нет. Просто забирай, ведь у тебя такой нет, - сын вдумчиво смотрит на своего приятеля, нахмуривает брови, а следом резко тянет на себя, порывисто обнимая того за шею. Я перевожу взгляд на Поттера, он опускает взгляд на мои губы, усмехается и прикладывается к горлышку бутылки. — Мы тоже могли бы… - говорит он, я толкаю его локтем в плечо, и брюнет смеётся, двигая бровями. — Заткнись, - я растягиваюсь в ответной улыбке, а Поттер аккуратно кладёт ладонь на мое колено, накрывая. Сжимая. Я не убираю её. — Знаешь, было бы здорово, если бы вы заглянули к нам в Рождество, - он смотрит мне в глаза - в стёклах его очков отражается пламя свечей, и я не могу отвести от них взгляд. — Он будет с тобой в Рождество? - Поттер пожимает плечами, оглаживает мое колено подушечкой большого пальца, согревая. — Не знаю. Думаю, он бы захотел, если бы здесь был твой сын, - как-то грустно выдыхает в сторону он, и я, совершенно не осознавая, что делаю, подаюсь вперёд, едва-едва накрывая кончиками пальцев смуглую скулу. Он вздрагивает, сжимая челюсть. Переводит взгляд на меня, и зелёные глаза мгновенно теплеют. Поттер перехватывает мою руку и подносит её к губам, накрывая целомудренным поцелуем. — Мы придём, - отчеканиваю я, и он отпускает мою руку, переплетая наши пальцы. Нарцисса меня убьёт. Но это стоит того, чтобы увидеть Поттера. Я вскидываю взгляд на настенные часы - без четверти десять. Скорпиус клюёт носом, растягивается на животике, лениво пережевывая медовую нугу. Я чувствую, что меня тоже совсем разморило - то ли от одной бутылки сливочного пива, то ли от тепла камина, то ли от близости Поттера. Голова совсем тяжелая - я укладываю её на крепкое гриффиндорское плечо, и национальный герой едва ощутимо вздрагивает. — Может, останетесь? Скорпиуса можно уложить в комнате Джеймса, а ты… - я вскидываю на него расфокусированный взгляд - если он предложит спать с ним, я вряд ли смогу отказаться. — Ты можешь лечь на четвёртом этаже. Моя спальня напротив, - многозначительно произносит он и закусывает губу, ожидая моей реакции. — Скорпи… - я лениво поднимаюсь с дивана, подползая к нему на коленях и заглядывая в сонные серые глаза, — Нам пора домой, - мой сын моргает, напряжённо сдвинув брови. — Я отнесу его, - Поттер аккуратно накрывает моё плечо ладонью, улыбаясь Скорпиусу из-за моей спины. — Джеймс, - серьезно говорит он. Сын бывшего гриффиндорца коротко кивает и вылетает из гостиной. Слышится топот крохотных ножек по лестнице. Поттер подхватывает Скорпиуса на руки, словно перышко, и он плотно обхватывает его ножками в шерстяных штанах. Я чувствую, как за грудиной разливается тепло, поднимаюсь на ноги и следую за ними. Комната небольшая, поэтому двуспальная широкая кровать, укрытая толстым пуховым одеялом, занимает почти всё её пространство. В самом углу стоит низкая ёлка, украшенная зачарованными гирляндами-звездочками и красными шарами. Джеймс семенит к кровати в пушистых тапочках и заботливо отодвигает одеяло в сторону, помогая уложить Скорпиуса на бордовые простыни. Я застреваю в дверях, не решаясь сделать шаг. Мгновение волшебно. Я боюсь его разрушить. Я стягиваю со своего сына штанишки, оставляя его в одном шерстяном свитере, Поттер подтыкает одеяло под его ножку, и я бросаю на бывшего однокурсника короткий взгляд. Как он узнал, что Скорпиус всегда спит вот так? — Доброй ночи, папа, - Джеймс подползает к нему, утыкается в шею, смотрит на меня из-за воротника неуверенно и тут же порывисто обнимает. Национальный герой тихо смеётся, я замираю. Сын Гарри Поттера пахнет молоком и печеньем - почти также, как Скорпиус. Странное чувство. Напоследок я целую Скорпиуса в висок, смахиваю челку со лба и выхожу из комнаты, прикрывая за собой дверь. Гриффиндорец смотрит на меня, не отводя глаз. После сливочного пива мы совсем не такие решительные, как после двух полных бокалов огневиски. — Ты ему нравишься, - пряча ладони в карманах джинсов, произносит он, разрезая тишину. Я улыбаюсь, не находя, что ответить. Вместо этого подаюсь вперёд и целую - мягко, совсем не так, как вчера. Он опускает руку на мою талию, последний раз проводит языком по моей нижней губе, отстраняется и заглядывает в глаза. — Хочешь лечь со мной? - широкие ладони забираются под мой джемпер, я покрываюсь мурашками. — Нет, - он удивлённо вскидывает брови и слегка нажимает на поясницу, срывая с моих губ предательский тихий вздох. — Лжец, - я мягко отталкиваю Поттера от себя, и он хватает меня за рукав, притягивая к себе. Я снова оказываюсь в его объятиях. Не представляю, насколько я жалко выгляжу сейчас. Мне плевать. — Это был первый и последний раз, - выдыхаю ему в шею я, чувствуя сумасшедшее желание прижаться губами к тонкой венке, пульсирующей на ней. — А я разве что-то предлагал? - мои щеки теплеют от смущения. — Просто у меня в комнате отличная двуспальная кровать с высокими резными изголовьями. И совсем не скрипит, - я щипаю его за плечо, он не обращает внимания. — Не хочу тебя, Гарри Поттер, - я отстраняюсь, с вызовом смотрю в потемневшие глаза, а он переплетает наши пальцы и тащит меня за собой вверх по лестнице. Гостевая спальня маленькая, но уютная. Поттер накладывает на комнату согревающие чары и выходит, не прощаясь. Оставляет дверь открытой. Уже через пять минут я сижу на его бёдрах абсолютно обнаженный - черт бы меня побрал. — Думаю, всё-таки хочешь, - он шарит ладонями по моим бёдрам - лениво, не торопясь, сжимая между пальцами нежную кожу. — Избавь меня от этого позора, - я наклоняюсь вперёд, широкие ладони решительно раздвигают мои ягодицы, головка члена многообещающе проходится между ними. — Поттер, там мальчишки внизу, - серьезно выдыхаю ему в губы я. Не знаю, что меня тормозит. Дело не в Скорпиусе - я знаю, что ночью его не разбудит даже «бомбардо максима». — Тогда я спущусь, - он целует меня последний раз и мягко снимает со своих бёдер, перекладывая на спину. — К ним? - Поттер нависает надо мной, смотрит в глаза, смеётся. От этого смеха бёдра сами разъезжаются в разные стороны. Чувствую себя паршиво. — Нет, Драко. Не к ним. В голове со звоном разлетается электрическая лампочка. Мой воспалённый мозг раз за разом прокручивает моё имя, произнесённое его губами. Я слышал это имя тысячи раз, так почему же сейчас оно звучит иначе? — Гарри, - выдыхаю я. Горло сжимается. Я смотрю на него сверху-вниз - огромные зелёные глаза, не скрытые стёклами очков, выглядят так уязвимо. Запускаю пальцы в густую шевелюру, аккуратно сжимаю и наблюдаю за тем, как мой член исчезает меж чувственных пухлых губ национального героя. Приходится наложить заглушающее. Мой счастливый и сытый пятилетний сын спит сладким сном в одной комнате со своим другом, пока этажом выше потрясающе красивый парень впускает меня по самые гланды. Я откидываюсь на подушки, с протяжным стоном кончая в горячую влажную тесноту. Выглядит как жизнь моей мечты.