Верный своей королеве

Она простонала его имя, отпуская эйфорию на второй план, но он снова прижал к себе, забываясь в танце языков. Узел безумного возбуждения стягивал внизу живота, пробивая мелкой дрожью. Он пару раз ударил своим напором в её податливое тело, от чего Реджина сошла с ума. — Ты не пойдёшь к нему, — шептал сквозь поцелуй, разминая сочные губы, пока девушка царапала его шею. — Слышишь меня? Я люблю тебя! — покрывал поцелуями открытый разрез, доводя фантазию до безумия. — Ты моя, и никуда тебя не отпущу! — Я тоже тебя люблю, — прошептала, поднимая голову вверх, а затем взяла его лицо в свои руки, встречаясь с голубыми глазами. — Но уже поздно, — нежно прикоснулась к губам, а затем полностью отстранилась, подавляя в себе сбитое дыхание. — Ты опоздал, — улыбка тронула её губы, а замешательство на его лице лишь увеличилось. — Прости меня, милый. — Что значит.? — но он попросту не смог пошевелиться, осознавая, что происходит. — Ты что сделала?! — пытался шагнуть, но ноги прилипли к полу, пока её ладони гладили щетинистую скулу. — Клянусь, лорд Робин Локсли, быть вместе, и в горе, и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, — улыбка коснулась белоснежных зубов, а долгожданная слеза проделала мокрую дорожку от самого основания радужки, — хотя, в здравии это маловероятно… — Пока смерть не разлучит нас, — закончил за неё, видя всю боль в огромных зрачках. — НЕТ! Даже не думай! — кричал на неё, а та лишь мило улыбалась, убирая упавшие на лицо волосы. — Слышишь?! Реджина, не смей! — Прости, — прошептала в его губы, оставляя поцелуй на обездвиженном мужчине, и быстро отстранилась, захватив с собой меч. Вряд ли кто-то станет заходить в эту лавку, но осторожность в виде замка не помешает, хотя, лучника эта преграда не остановила. Оскорбления и крики летели в её адрес. Девушка вдохнула воздух и побежала по направлению в замок, огибая всё на своём пути. — Румпель, — прошептала девушка, держа голову любимого на коленях, пока тот находился в отключке, в мире воспоминаний. — Да, дорогуша? — сложил ладони домиком, обращая своё внимание на Реджину. — Он умрёт, ведь так? — задала вопрос прямо и без отклонений. — Странный вопрос, когда-нибудь мы все умрём, — съязвил маг в своей манере. — Я серьёзно! — прикрикнула она. — В пророчестве говорилась, что только заплатив чем-то можно убить короля… Имелось ввиду кем-то. — Ох, отнюдь, откуда мне знать… — сделал моську. — Кем ты там будешь платить или чем… — расплылся в улыбке, оголяя неровные зубы. — Но ты знаешь! — утверждала криком королева. — Дай мне его спасти, пожалуйста! Он ведь не остановится, если мне будет грозить опасность. — И что я по-твоему должен сделать? — закатил глаза. — Подсыпать ему яд, чтобы быстрее откинулся? — засмеялся в мерзком звучании. — Это я даже с удовольствием, по старой дружбе сделаю, так сказать, подарок на свадьбу, на которой меня не было. — Я не знаю! Заклятье, зелье, что его остановит… сделай что-нибудь! — смотрела на него жалобными глазами, руками перебирая русые волосы. — Ладно, — сдался тот и провёл маленькой искрой над Реджиной, — считай это вкладом в наше будущее, — явно был не доволен собственным поступком. — Что это? — дотронулась рукой до губ, что начали колоть. — Это я называю поцелуем медузы, — разглагольствовал Тёмный, — ты его засасываешь своими щупальцами, а он потом не сможет двигаться, — хлопнул в ладоши, — всё. Мир, дружба, любимый жив — ты спокойна. — Ничего не поняла… — Что непонятного-то? Берёшь, целуешь его, думаешь о магии, и он застывает на месте на час. Работает один раз. — А если я его раньше поцелую? — спросила королева. — Магия начнёт действовать с рассвета, а пока, занимайтесь, чем хотите, — развёл руками в стороны. *** Каблуки сапог отстукивали стремительный марш по улице площади, пока девушка направлялась на задний вход замка. Глупо было бы идти через охраняемые главные ворота. Четыре громилы, завидев её, ринулись вперёд, бросаясь с оголённым оружием. Сталь Реджины со звуком вонзилась в живот первого, пока второй получил ногой в пах, отлетая к стене. Двое окружили её и через секунду кинулись разом, но девушка просто отошла, пока солдаты с криком проткнули друг друга. Тот, что лежал у стенки, даже не решался вставать, от чего подойти пришлось ей. Девушка замахнулась, но солдат молил о пощаде. — Где скрывается король?! — грубо и жёстко, занося королевскую руку над головой. — В… в тронном зале, на втором этаже, — зашипел от боли. — Сколько охраны? — ещё громче. — Не много, — хрипел от боли. — Человек пятьдесят-тридцать, не больше. Отпустите… — Прости, мне не нужны свидетели! — и кровь брызнула на её рубашку, оставляя тело мёртвого солдата на дороге. Лестница сменялась поворотами, а стражники падали один за одним, дерясь с ней. Холодные стены, привкус крови и железа во рту, ненависть в сердце. Одна против всех, хоть и охрана была не большая, что оказалось странным. С её руки стекала кровь из-за длинной раны, что задела матовую кожу. Реджина стояла у главных ворот тронного зала, опасаясь войти. Часть кричала, что это засада, а часть, что победа. Недолго думая, королева с ноги толкнула дерево, кидая вперёд себя шлем павшего солдата. Доспехи с характерным звуком ударились и отскочили, но никакой реакции не последовало. Только хохот, что эхом отразился от стен, и больше не единого человека. — Входи уже, раз пришла, — властный голос мужчины, чей профиль она не видела. — Брось, милочка, я кусаюсь только в постели, — мерзкие слова, как и смех, царапали слух. — Сдавайтесь, Леопольд! — показалась на свет с вытянутым мечом. — Вы проиграли, — хоть король не считал нужным почитать титул, однако её это не остановило. — Кому? Тебе что ли? — глаза привыкли к светлому помещению, и девушка увидела короля на троне, распивающего вино из кубка. Корона была явно мала для его брюха, однако седая борода накрывала пузо. — Вы или сложите оружие, или сражайтесь! — Бла-бла-бла, с чего ты взяла, что я проиграл? — встал с трона, взяв в руки меч и поправляя одежды. — Посмотри за окно, да твои люди бьются из последних сил, пока мои играют в игрушки, — из открытого окна действительно доносились крики и звуки боя вместе с едким запахом. — Чтобы ты понимала, вокруг замка специальная огненная жидкость. И стоит кому-то обронить хоть малейший огонёк, — подошёл к ней на расстоянии вытянутой руки, — бах! И войска королевы нет, как и морского флота на воде, — засмеялся тот, косо смотря в глаза Реджине. — Ты бы видела, как горели корабли… ммм… сказка. — в глазах девушки читалось лишь отвращение и желание убить. — Лучше сама решай, ляжешь под меня добровольно или насильно. На что та плюнула ему в ноги, вызывая к дуэли. — Уж лучше умереть! — Девочка, да ты даже не доросла до моего уровня! — засмеялся противным голосом. — Ты хоть знаешь, сколько мы с твоим отцом сражались? — отставил бокал, наводя на неё сталь. — Да, а в итоге старик Генри умер от яда, — голос сзади послышался слишком близко, и Реджина опешила, отскакивая в сторону. Огромные глаза испуганно и не веря рассматривали блондина с голубыми глазами. Тот слегка засмеялся, берясь за ручку клинка, но не вытаскивая его. Чёрные одежды, небольшая щетина и малое сходство с Робином. Весьма высокий и симпатичный на первый взгляд, однако отвращение появилось с первой секунды, поднимая к горлу рвотный рефлекс. — Что за?! — Реджина не знала, что и сказать, парируя назад и вытягивая лезвие. — Ну привет, невестушка, — рассмеялся он. — Рад встречи, правда, прости, подушки не взбил к твоему приходу, да и яд забыл. — Тварь! — шикнула она. — Ты убил моего отца! Господи, а я так расстроилась, когда узнала о смерти жениха, хотя даже и не видела ни единого раза, а теперь понимаю, что к лучшему, — слишком быстро догадалась обо всём. — Вы нарочно подстроили смерть, чтобы выманить меня на свою территорию, — каждое слово отдавалось ненавистью. — Вам не нужен был союз, вы хотели власти! — Отец, а она оказалась умнее, чем я думал, — схватил королеву за лицо, сжимая щёки. — Жаль будет такую мордашку. — Иди в пекло! — ударила по рукам, отскакивая назад и вытягивая меч. — Ты испортил мне жизнь, — сталь разнеслась над головой Дэвида, который отразил атаку своим мечом. — Ты лишил меня отца! — следующий удар был также отражён противником. Леопольд предпочёл остаться в стороне. — Добавь в свой список всю твою семейку, — засмеялся, нанося один за одним удары, от которых девушка еле успевала отбиваться. — С Зелиной, правда, к сожалению, не завершил дело… — Королева отпрыгнула от лезвия, а сама задела его запястье, откуда хлынула кровь. — Сучка! — звуки боя и свист мечей. Минуты шли на исход. — А мать твою я ведь тоже застал… — слетело с его противных губ. — Такая же стерва, как и ты! — Заткнись! — с новой силой надвигалась на него, стараясь повалить, отпрыгивая в разные стороны. — Молись не попасть в ад, я это тебе сегодня устрою!  — А знаешь, ради чего всё это? — засмеялся, забавляясь её злобой. — Я хочу создать лучшее будущее своему ребёнку! — У такой твари, как ты, ещё и дети имеются?! Кто ж тебе родит! — бой продолжался кровавой схваткой, продвигаясь по всему залу. — Белоснежка, — имя заставило отвлечься, и Реджина упала на спину от удара. — Как раз она сейчас в самом безопасном месте, за морем. — Она же твоя сестра! — схватила оружие, но Дэвид выбил его из рук, наступая на девушку ногой, готовясь к последнему удару. — Сердцу не прикажешь, как говорится, — наслаждался её беспомощностью. — Ты проиграла, Реджина Миллс, королева павшего царства, — выплёвывал каждое слово, а она быстро искала выход. — Твоя армия пала, сейчас это случится и с тобой! — удар пришёлся у её головы, но девушка увильнулась, ударяя Дэвида и подскакивая с места. — На нас напали! Отступаем! — орали за окном люди Леопольда, разбредаясь в разные стороны. Толстые огры, ходячие деревья, стая ворон, птиц и змей пробиралась через ворота огромной армией, очищая все пути. Кучи насекомых попросту заползали на людей, поглощая их укусами. Небо стало чёрным от птиц и дыма, пока воды моря начали подниматься в огромный шторм, разбиваясь водой о пирс. Ветер раздувал и сносил всё на своём пути, наполняя пространство криками врагов. Землетрясения от шагов великанов, огромные расколы земли от дубин огров. Они били по врагам, будто играя в шахматы и сбивая фигурки на квадратном поле. Оставшиеся из фей старались избавиться от горючего средства под замком, магией поглощая вещество. Выстоявшие люди королевы сражались с остатками армии противника, пока обезьяны рушили крыши замка, остервенело крича. Стены дрожали, а фарфоровые фигурки разбивались в замке, отвлекая Дэвида и Леопольда. — Что за чёрт?! — Леопольд стоял у окна, хватаясь за голову. Сомнения не было, Тёмный выполнил свою часть сделки, приведя войско к победе. Дело осталось за малым, убить короля, но их оказалось двое, что весьма затруднило задачу. Она быстро подскочила, вытирая локтем кровь с лица и поправляя взмахом головы растрёпанные волосы. Карие загорелись немыслимым огнём. — Реджина Миллс может и проиграла, — воспользовалась замешательством Дэвида и ударом сбила его с ног. — Но я вовсе не Миллс, — острая сталь уткнулась в горло названного короля, а её улыбка тронула губы. — Я Локсли, жена Робина Локсли, твоего кузена и законного короля севера, — последнее, что услышал мужчина, когда королева вонзила меч в его горло, перекрывая дыхание и жизнь. Тот начал корчиться и выпучивать глаза, от чего улыбка ещё больше тронула губы. — Да, я передам ему привет, — со всей силы вытащила меч, высчитывая секунды жизни изливавшегося кровью Дэвида. — Это тебе месть за мою семью! — выплюнула девушка, протирая сталь от крови. — Реджина, нет! — голос Робина, но какого чёрта он был здесь. Она успела резко обернуться, как сильная боль пронзила от кончиков пальца, до головы, заставив мозг встрепенуться. С губ слетел стон, а сердце забилось чаще, принося чувство тревоги. Она ощущала каждую частицу своего тела, испуская слезу из неподвижных глаз. Глаза перестали слушаться, находя напротив голубые, а губы замерли, боясь пошевелиться. — Эх, а мне всегда из детей больше нравилась Снежка, — тело короля было безумно близко, а его шёпот чувствовался в самую шею. Дрожащие руки уронили меч, когда карие глаза опустились на источник нескончаемой боли. Окровавленные руки прислонились к животу и задрожали, в то время как из него торчало острие меча Леопольда. Голос затих и принял поражение, когда жизненно важные органы не хотели принимать очевидного. «За короля короной отплатив» Не соврала ведьма в пророчестве. — Я говорил, что это бесполезно, — вынул меч обратно, заставляя её тело упасть на холодную плиту. Колени ударились об пол, разбиваясь в кровь, а руки до последнего не отпускали рану. Через секунду сталь меча Робина срубает с плеч голову Леопольда, откидывая мёртвое тело в сторону. — Реджина! — снова крик, и это действительно он. Локсли падает рядом на колени и ухватывает тело так, чтобы лицо оказалось вблизи его лица. Сердце неимоверно стучит, когда карие глаза начали закрываться, изо всех сил сжимая хлынувшую из живота кровь. — Милая, НЕТ-НЕТ! Посмотри на меня! Посмотри, пожалуйста! — сжимает руку на её, прикрывая рану, пытаясь остановить кровь, но девушка вовсе не слышит. — Любимая, смотри на меня! Помнишь, «до конца своих дней!» Реджина, сад, яблоня… милая, слышишь?! — сердце разрывалось от чувства, что он теряет всё. Она — магия, она — любовь, вера и надежда. Локсли попросту не сможет жить по-другому. — Дети, я, ты, мы же договаривались! Ты… ты должна жить! *** Холодная каюта освещалась луной, а мирное покачивание корабля было сравнимо с дыханием Робина. Он снова заставил девушку кричать от наслаждения, выпивая, как вампир, последние остатки сил. Жаркая ночь закончилась рядом с любимым. Вторая по счёту в официальном статусе жены. Следующую уже проведут дома, и бог знает какая она будет. — О чём думаешь? — водил рукой по обнажённой спине любимой, тело которой было наполовину накрыто пледом. — О нас, — выдохнула и подняла подбородок, целуя лучника в шею. — Мне так хорошо, я не хочу покидать эту каюту, хоть и терпеть не могу море, — шептала завораживающим голосом. — Ну, ты и меня терпеть не могла, — расплылся в улыбке, а из-за луны в глазах блеснул лучик света. — Ох да… — улыбнулась, вспоминая каждую стычку. — Настолько не любила, что хотела выцарапать глаза и оставить умирать где-то в снегах. — Хм, а я думал, ты смотрела на меня всегда с таким желанием, — закусил губу, представляя горящие карие глаза, что по сей день заставляют дрожать от страсти. — Ну, так и было… только пунктик про убийство оставь, — засмеялась, приподнимаясь на локтях и целуя его в губы. — Я бы хорошо тебя отделала, — перекинула ножку через его бёдра, устраиваясь ладошками на груди, когда его обхватили ягодицы. — Давай убежим? — его глаза загорелись от безумной идеи. — У нас корабль, поплывём на необитаемый остров, заведём семью, построим дом и посадим яблоню. Реджина, только скажи, и я плюну на всё, следуя за тобой, — переплёл пальчики, целуя пальчик с колечком. — Ох, как у тебя всё просто, — взяла его лицо в ладони, мягко целуя. — Дом, яблоня, семья, — улеглась своей грудью на его, вжимаясь носиком в стальную груду мышц. — Если бы я только могла, то давно бы так сделала. — Ещё не поздно! — гладил по волосам, наслаждаясь её ароматом. — Судьба только в наших руках, её никто не смеет забирать и заставлять делать выбор! Ты моя жена! — Робин, — серьёзно произнесла королевским тоном, — никогда мне не приказывай! — на что Локсли прошептал прощения. — Обещаю, мы победим в войне, и будет тебе дом и яблоня. — А дети? — улыбнулся, загадочно смотря в потолок, прекрасно зная, как Реджине тяжело даётся побороть себя по отношению к маленьким человечкам. — Сколько? — отчего-то вопрос показался милым, и девушка прикусила губу. Он пододвинул королеву за ягодицы так, чтобы ушко оказалось на расстоянии губ. Мурашки покрыли тело от сбитого дыхания мужчины, а горячий воздух действовал магическим зельем. Шёпот с долей хрипоты вылетел из груди, заставляя девушку закрыть глаза и задрожать телом, разливая возбуждение по венам. — Четверо, — господи, душу продал дьяволу за такой хрип. — Зачем столько? — шептала, машинально поворачивая голову к нему, боясь сойти с ума, хотя уже поздно. И снова этот шепот, с мягким поцелуем в шею, но слова поразили сердце и вырвали душу. — Хочу, — немного сглотнул, всасывая мочку, — хочу, чтобы история нашей любви бегала по дому, — перевернул девушку и впился в губы поцелуем, что закружил голову от столь глубоких высказываний, а она и не сопротивлялась, на замочек закрыв сердечко в его ларце. *** Локсли видел, как закрывались веки, как сильно она хотела что-то сказать, как безумно испуганно смотрела, а из глаз текла слеза. Робин не мог поверить, что всё, что он имел, одним днём перечеркнёт жизнь. Она успела побывать принцессой, врагом, девушкой, королевой, женой. Испытала, благодаря Робину, безграничную любовь, научилась жить, дышать одним воздухом и доверять. Пульсация расходилась повсюду, шумя в висках противным писком. — Я не… — кровь выплёвывалась изо рта вместе с последним тяжёлым дыханием, — смогла уберечь его… — шептала так тихо, что слышал только лучник. Он старался быть сильным рядом, старался не смотреть с сочувствием, ведь королева это ненавидела. Смотрел с любовью и трепетом влажными глазами, расплываясь в улыбке. О такой смерти в руках любимого можно лишь мечтать, а мечты реальны. — Всё хорошо, — целовал в лоб, стараясь держать эмоции. — Ты не виновата, — прижал ладонь к своим губам. — Мне… — кашляла и теряла его силуэт во тьме, — мне страшно… умирать, — тело перестало передавать ощущения. Кто как не Робин действительно знал, что королева с детства боялась кромешной тьмы. Что её охватывает паника и страх. Что встреча закатов каждый день было традицией, тем самым говоря себе, она сильная и побеждает страх. Детскую фобию побороть не составило труда, однако сейчас, в самый последний момент, она не видела голубых глаз. Лучник наклонился к её уху и сглотнул подступивший удушающий ком, голос дрожал, но он начал шептать. — Когда я увидел твои глаза, — не мог собрать мысли и успокоить дрожь, но Реджине было необходимо слышать. Это единственное, что Робин мог сделать, — такие чистые, невинные, цвета горького шоколада, — глаза налились слезами, которые лучник не мог показать, только не сейчас. — Я подумал: «Вот она, та самая улыбка, которую забыть невозможно!», а через секунду: «Она станет моей женой!» — улыбнулся воспоминаниям, слыша, как Реджина дышит всё меньше, хрипче и глубже. — Глупец, сказал мне друг, но я не остановился, подходя всё ближе и ближе, а когда услышал твой голос, такой нежный и ласковый, то вовсе потерял голову. Ты победила не только меня в том саду, ты вырвала сердце с корнем, — губы королевы перестали дрожать, а глаза под веками замедляли бег зрачков. — Я каждый день представлял, как беру твою руку, пышное белое платье подолом тянется за нами, а священник готовит речь, пока я вспоминаю клятву, — грудь перестала вздыматься, а пальчики сжимать его ладонь. — Я одеваю на твой пальчик кольцо и говорю, — приблизился к губам, чувствуя её последний вздох, — я люблю тебя! — поцелуй, нежный, мягкий, последний… «Когда взойдёт луна на небе и кровью обольётся вся, то и дракон под львом падёт, ведь он силён и одинок. Огонь прибудет лютый кровожадный, завоевав миры, всё превращая в пыль. Растопит глыбы льда под замком и север мир поработит. В войне они потерпят смерти каждого, за короля короной отплатив.» Сердце пропустило удар, током осознания проводя в голову. Из мужских глаз покатились слёзы, пока дрожащие руки прижали к себе окровавленное тело. Не бывает настоящих сказок со счастливым концом. Бывают переписанные летописи, истории, былины. Подлинные финалы скрываются под грудой книжных полок, в какой-нибудь старинной библиотеке замка, куда не сунется ни единая душа ещё тысячу лет. Правда не всегда бывает сладкой, а жизнь волшебной.