Deprivation of Sanity

Через нескольких неловких минут молчания Мэй откашливается. Стоя между надеждой и страхом, что Питер откроется, если они будут с ним, ее губы формируются в полную оптимизма улыбку — Что насчет, эм, вам троим наверстать упущенное, пока я схожу в магазин? Нед, Мишель, хотите остаться на ужин? Сегодня я приготовлю любимую пасту Питера. — Конечно, эм, спасибо, Мэй. — говорит Нед, пересекнувшись быстрым взглядом с Мишель. Питер на грани слез, когда его тетя хватает свою сумку. К счастью, она замечает это — С тобой все будет... хорошо, если я оставлю тебя наедине с ними на несколько минут или ты хочешь, чтобы я осталась? Питер открывает рот, но снова закрывает его. Выглядя довольно беспомощно, он переминается с ноги на ногу — Я... Д-да, конечно. Ты можешь идти. — в конце концов бормочет он — Просто... будь осторожна, пожалуйста. — Конечно, милый. Шэрон, они позаботятся о том, чтобы со мной ничего не случилось. Я вернусь через полчаса. Ларблю тебя. — через минуту она медленно тянется и гладит щеку Питера. Мишель замечает, что он немного дрожит, но не отходит. Это хорошо. Может быть, ему уже становится лучше... Через несколько минут они остаются одни. — Эм... Х-хотите чего-нибудь выпить? — тихо спрашивает Питер, с неловкостью смотря на них. ЭмДжей и Нед одновременно мотают головой, поэтому они все садятся на диван, Питер с одного конца, два его друга – с другой. Мишель рада, когда Нед решает заговорить первым - она все еще слишком шокирована, чтобы говорить — Как, эм, твоя первая ночь дома? — Хорошо. — Питер сутулится, взгляд не может отцепиться от журнального столика — Как школа? Как поездка... в Европу? ЭмДжей чувствует вину, когда слушает, как Нед говорит об их поездке. Она знает, что Питер уже заходил в Инстаграм из-за заявления, которое он опубликовал, поэтому он, вероятно, также видел фотографии с Брэдом... — Так что да... Венеция была великолепна, но Париж был гвоздем программы, — в конце говорит Нед через некоторое время — Так романтично... У меня, эм... У меня там был первый поцелуй. Лицо Питера дергается — Это... здорово. И вы с Бетти сейчас встречаетесь? — Нет. Ну, то есть что мы встречались, но расстались после поездки. Думаю, это был просто летний роман. Но мы все еще друзья. Мда.. Эм. Школа такая же, как всегда, вроде как, но все уже готовятся к выпускному, особенно учителя. Вот отстой. Типо, еще даже не октябрь, и мы должны подготовиться к финалу по десятиборью через две недели. — Вы снова дошли до финала? — Да... Но без тебя было нелегко. — Затем лицо Неда загорается.— Эй, может быть, ты захочешь прийти посмотреть и поддержать нас?! — Я, эм... Я не думаю, что смогу. — тихо отвечает Питер, прикрываясь подушкой, которую он положил на колени. Нед краснеет — Э, да... А ты знаешь, когда вернешься в школу? Все спрашивали нас. — Не знаю. — шепчет Питер, пожимая плечами — Они сказали, что я могу наверстать упущенное сам или что-то типо того, а потом... посмотрим, наверное. Когда они снова замолкают, Нед смотрит на Мишель, ища помощи. Собравшись всеми силами, девушка проглатывает комок в горле — Т-так как… Эм. К-Как у тебя ... дела? Ты правда... стрелял в себя, как сказали ЩИТ в прессе? Питер кивает, рассказывая им о трекере в руке — ЩИТ думает, что это была просто обманка, но я знаю, что это правда. Нед, ты должен был увидеть его ИИ... это было не похоже ни на что, что я когда-либо видел раньше. Он понимает сарказм и пытается шутить. Он способен распознавать и выражать эмоции, а еще анализировать поведение человека и предсказывать, будет ли действие опасным или нет. Питер сейчас восхищается? Если да, то о ком он говорит? Питер не может иметь в виду. — Не может быть, это удивительно. Как он работает? Когда Питер начинает рассказывать о каких-то странных технологиях, о которых Мишель никогда раньше не слышала, ей показалось, что прежний Питер вернулся, в его глазах промелькнуло сияние. — ...да, вот и все, в общем. Типо, это невероятно, правда? И еще вы офигеете от того, что я узнал о квантовой физике... Думаю, я превзошел базовый уровень колледжа, потому что Тони позволил мне работать с ним над источником энергии, который он изобрел. Он работает как небольшой атомный реактор, потому что он питает сам себя, и это не опасно… — Стой,— прерывает его Нед, выглядя, как будто он только сейчас понял — Ты говоришь о Тони Старке?! Питер неловко сжимается на диване, но прежде чем он сможет ответить, Мэй открывает дверь, вздыхая, когда затаскивает две большие сумки в квартиру — Я старалась вернуться как можно быстрее. Питер вскакивает, как ошпаренная кошка, поторапливаясь к ней — Можно мне помочь вам, сэ… — Его друзья смотрят, как он берет одну из сумок у Мэй, почти роняя ее из-за загипсованной руки. Когда Питер предлагает помочь ей с приготовлением ужина, она отказывается. — Спасибо, милый, но все в порядке. Я уверена, что тебе и твоим друзьям есть о чем рассказать друг другу. Кроме того, мы договорились , что я немного побалую тебя, так что, прошу, не волнуйся, хорошо? Выглядя немного смущенно, Питер возвращается, чтобы посидеть со своими друзьями. Ни ЭмДжей, ни Нед не осмеливаются снова заговорить о Тони Старке, поэтому Нед быстро начинает болтать о фильмах и сериалах, которые он смотрел в течение последних шести месяцев. —... Я уже скачал большинство из них, так что если хочешь , мы можем посмотреть их вместе. Но сначала тебе нужно вникнуть в Очень странные дела. Новый сезон такой классный. — Боже, да. — с энтузиазмом говорит Питер, выглядя так, как будто он рад, что они говорят о чем-то обычном. — Но глупо, что в четвертый раз все заканчивается пиздецом. Типо, концовка эпизодов на неожиданном моменте- это норм, но сезоны? Пиздец. Даже Мэй разворачивается, чтобы посмотреть Питеру, бросая готовку. Ее ужаснуло не столько, что Питер случайно дважды употребил мат - чего он почти никогда раньше не делал - сколько то, что он, кажется, смотрел Нетфликс во время своего плена. Хотя это лучше, что Питер не был заперт в темной каморке, но это также немного жутко. Особенно после всего этого фанатизма от технологий Тони Старка... — Так ты... смотрел телевизор и все такое?— В конце концов, спрашивает Нед, заставляя Питера смутиться. — К-Когда я вел... То есть, эм, иногда. Мне нужно... м, извините, я на секунду, извините. — При этом Питер бросается в ванную, запираясь там. Как только дверь закрылась, Мэй тихо спрашивает их, сказал ли им Питер что-нибудь. — Не очень много. — шепчет Нед, — но он упомянул, что Старк позволял ему работать с ним над очень продвинутыми технологиями. — Но разве это не... хорошо?— спрашивает Мишель, когда Мэй приобрела слишком обеспокоенной вид — Ну, если они позволили ему смотреть телевизор и работать с технологиями, то... это значит, что с Питером, вероятно, обращались лучше, чем мы думали, верно? Тихо вздыхая, Мэй качает головой — У него ужасные шрамы по всему телу, включая огнестрельные раны из-за того, что Старк выстрелил в него. Есть также много намеков, что он продолжал... насиловать его на острове. Мишель поникла, ее снова накрыли ужасные воспоминания о том, как Питера изнасиловали. Сосредоточься — Но тогда зачем Питеру с восхищением говорить о нем? — По той же причине, по которой он спал в футболке Старка, которую забрал с собой. Пожалуйста, не поймите меня неправильно... Я искренне надеюсь, что Питеру не пришлось страдать все время, и я бы все отдала, чтобы это значило, что с ним хорошо обращались, чем мы думали, но... Мы знаем, как сильно С-Старк сломал его, и как Питер ненавидит его всем своим сердцем? ЩИТ считает, что у Питера Стокгольмский синдром, и... Я начинаю верить, что они правы. Я просто... Я не знаю, что делать. Я правда не знаю. ЭмДжей чувствует дрожь по всему телу, когда покалывания пробегают по ее позвоночнику. Мысль о том, что Питер может сочувствовать Тони Старку или испытывать к нему какие-либо чувства, чрезвычайно тревожна и ужасна. Но не то чтобы она должна - или будет - судить его, хотя... У них нет на это права. Они не знают, каково это было и через что он прошел, но... все же. Такого не должно было быть...

***

Обхватив край раковины, Питер делает несколько глубоких, спокойных вдохов, прежде чем вернуться в гостиную. Чтобы избежать случайного упоминания о плене или Тони снова, Питер спрашивает своих друзей об одноклассниках. Он чрезвычайно тронут, когда они практически все передают ему привет, все, с кем он когда-либо разговаривал или никогда не разговаривал, включая старых друзей, которые уже выпустились. От Лиз, с которой Питер ходил на несколько свиданий еще в девятом классе. — Брэд и Флэш тоже передают привет, и, эм... Они чувствовали себя довольно ужасно из-за того, что всегда издевались над тобой. — говорит Мишель с немного смущенной интонацией — Они искренне сожалеют обо всем и надеются, что скоро смогут извиниться перед тобой лично. Они действительно изменились… Питер хочет спросить о Брэде, но он не может. Он не хочет, чтобы ЭмДжей думала, что он расстроен из-за этого — Так что, эм, Флэш не... зол на меня из-за того, что произошло? Эм...— Не в силах закончить предложение, Питер нервно смотрит на Мэй, задаваясь вопросом, слышала ли она об этом. — Вовсе нет. — говорит Нед, опуская взгляд — Он понимает, что у тебя на самом деле не было выбора. Пожалуйста, не беспокойся об этом, чувак. Все просто счастливы, что ты жив. Все они восхищаются тобой за твою силу и мужество. Сила и мужество? Да. Конечно. Ненавидя себя за то, что он пускает разговор в этом направлении, Питер отчаянно спрашивает Мэй, когда ужин будет готов — Еще пять минут. Надеюсь, ты голоден, потому что, кажется, я перестаралась со спагетти... Для Питера это было самое меньшее, что с ним происходило за прошедший год. Когда они закончили, осталось так много пасты, и он сможет доесть ее завтра — Это было очень вкусно, тетя Мэй. Большое спасибо. — говорит Питер, заставляя уголки рта слегка улыбаться. Она обрадовалась, ее глаза сверкают от слез радости — О, милый, это очень мило. Хотите десерт? У нас есть мороженое. Мороженое? Питер не ел мороженого с марта, и, хотя он знает, что Мэй не будет требовать ничего противного в замен, он не может не быть немного осторожным за слишком много хороших вещей, происходящих с ним, так или иначе не заплатив за это. Ему лучше быть немного осторожным... — Звучит потрясающе, но я наелся. Спасибо большое. В то время как Нед предлагает помочь Мэй с посудой, Мишель тихо просит Питера уединиться — Мы можем поговорить? Только мы вдвоем?» Дрожащий, Питер соглашается, приводя ее в свою комнату. Его желудок переворачивается, когда она закрывает дверь, заманивая его в ловушку — Что-то не так? — Я просто...— Она тяжело глотает, слезы медленно стекают из ее глаз — Я просто хотела сказать тебе ... Если ты видел мои посты в Инстаграме, мы с Брэдом... На самом деле мы не... То есть он мне нравился, и мы гуляли, вроде как, но не более. Это просто... Я думала, ты мертв. Мне так жаль, Питер. Болезненно ощущая комок в собственном горле, Питер быстро говорит — Не надо извиняться. Я хотел, чтобы ты двигалась дальше и... Я бы пожелал вам всего наилучшего, если бы вы были... вместе. Каким-то образом Мишель выглядит еще более поникшей сейчас, чем раньше— О... Следует довольно неловкое молчание, пока Питер, понимая, что это звучит неправильно, не объясняется — Я имею в виду, я не хотел бы, чтобы ты встречалась с ним, но... Я хочу, чтобы ты была счастлива, Мишель. И если Брэд сделает тебя счастливой, то... — Я так не думаю. — Немного выдыхая, Мишель делает осторожный шаг вперед — Я... очень хотела, чтобы он мне нравился, и я действительно, очень пыталась, но... Но я никогда не переставала любить тебя, Питер. Я скучала по тебе каждый день. Она замирает, когда Питер инстинктивно делает шаг назад, отступая на безопасное расстояние между ними. Отлично, что теперь? — Я... Я тоже, М-Мишель, но... Я-я не думаю, что смогу... я не знаю, смогу ли я когда-либо... дать тебе то, что ты хочешь или... заслуживаешь. — Я не понимаю? — Я не знаю, но... ты заслуживаешь кого-то, кто не...урод. Мишель тихо вскликивает — Урод? Ты не…Питер, ты спас меня от Барнса. Без тебя он бы... — Он бы не сделал этого. Тебе не нужно ни за что благодарить меня, я ни от чего тебя не спасал. — Что это значит? — спрашивает ЭмДжей , ее брови нахмурились — Он... прикоснулся ко мне, и... Ты знаешь, сколько девушек он... — Баки не зашел бы дальше. — повторяет Питер — Тони…Мистер Старк сказал мне. Он бы не убил тебя, и он бы тоже не пошел бы до конца, знаешь, что – я не какой-то супергерой, Мишель. Она яро мотает головой — Неважно, что бы случилось, Питер. Важно то, что, по твоему мнению, могло произойти . Кроме того, ты защищал меня и после. Я была там. Я это видела. — Однако я бы этого не сделал. — Слезы текут по щекам Питера, когда он отворачивается от нее, испытывая стыд — Если бы я знал, что со мной произойдет, я бы не вмешался. Если бы мы могли вернуться назад, я бы просто лежал там, как трус, делая вид, что не заметил, как он трогал... У него нарастает паника, когда руки Мишель обнимают его сзади. Как будто жало пчелы, она отпускает и отходит назад, шепча извинения — Боже, я... Мне так жаль, Питер... П-Пожалуйста, ты не должен чувствовать себя ужасно из-за этого. Если бы мы могли вернуться назад, ты действительно думаешь, что я хотела бы, чтобы ты снова остановил его? Я бы позволила всем им прикоснуться ко мне, как бы им ни хотелось, если бы это избавило тебя от того, что они с тобой сделали. Мне все равно, что ты говоришь или думаешь, но ты мой герой, и... Я всегда буду любить тебя за то, какой ты есть. Питер открывает рот, чтобы ей возразить, но он не знает, как он может заставить ее понять. Если Мишель все еще любит его, она влюблена только в прежнего него. Она понятия не имеет, какие постыдные, развратные вещи делал Питер, будучи с Тони... Она его больше не знает. — Прошу, Мишель, поверь мне... Тебе будет лучше без меня. Затем она начинает плакать — Я была без тебя, Питер, больше шести месяцев, и это убивало меня. Разве ты...ничего не чувствуешь ко мне? Хотя бы чуть-чуть? Да. У Питера есть к ней чувства, но все так запутанно. На самом деле, это не так просто. Он даже больше не уверен, понимает ли он, что такое любовь, благодаря своим противоречивым чувствам... Кроме того, если Тони любит его, то как Мишель может любить его тоже? Их отношения с Питером и то, как они относятся к нему, это совсем разные вещи. На секунду он думает солгать, чтобы ЭмДжей ушла от него. Но он не хочет делать ей больно — Я... думаю, что да, но... Просто объятия теперь пугают меня, не говоря уже о... п-поцелуе с тобой. Кроме того, ты даже не... ты меня теперь не знаешь. Я не тот мальчик, которым был когда-то. — Нет, не знаю, но и я тоже уже не та девушка, — спокойно говорит она — Ни один из нас уже не прежний. Я хожу на терапию с тех пор, как мы оттуда выбрались, и мне все еще снятся кошмары почти каждую ночь. Но в глубине души, Питер, ты все еще тот самый умный, добрый и чрезвычайно смелый придурок, в которого я когда-то влюбилась. Я знаю, что ты это знаешь. Ты просто... должен найти его снова. И я хочу помочь тебе, как это делают Мэй, Нед и все твои друзья. Пожалуйста, Питер... позволь нам помочь тебе. — Как? — Он разворачивается, нервно покусывая губы — Как ты можешь мне помочь? Я даже не могу об этом говорить, Мишель. Я не могу. — Тогда и не нужно. Я имею в виду, я считаю, что это мое желание, но тебе не нужно этого делать, если ты не готов. Просто... не торопись и сосредоточься сейчас на другом. На том, что делает тебя счастливым. — В том то и дело, — говорит Питер, не обращая внимание на слезы, которые текут по его щекам — Я не знаю, что делает меня счастливым. Я едва помню, что раньше делало меня счастливым. Первые несколько недель я... Я мечтал о том, чтобы вернуться домой и делать все эти глупые, бессмысленные вещи, которыми я когда-то занимался, но... Я больше не думаю, что меня хоть что-то может заинтересовать. Если бы ты спросила меня, что я хочу сделать завтра, если бы ничего этого не было и если бы на улице не было никаких гребаных репортеров, я бы не смог тебе сказать. Я просто... Вообще ничего не понимаю. Выглядя разбитой, Мишель вытирает глаза салфеткой — Это совершенно нормально, Питер. То есть ты только что вернулся домой и тебе нужно время, чтобы оправиться, вот и все. Тебе просто нужно медленно начать принимать себя. И мы с Недом... мы поможем тебе выздороветь. Я помню, ты всегда хотел, чтобы я посмотрела все фильмы Звездных войн с тобой , так почему бы нам не сделать это вместе на выходных? Потому что совместный просмотр фильмов стал общим делом Тони и Питера. Однако, не желая расстраивать ее еще больше, Питер быстро кивает головой — Эм... да, почему бы и нет... Конечно. Отличная идея. Спасибо. Мишель, кажется, замечает, что Питер взволнован, поэтому она быстро успокаивает его — Только если хочешь. Я не настаиваю, совсем нет. Эм. Мы можем просто... переписываться, и если ты захочешь увидеть меня или нас, ты можете сказать нам, хорошо? И если ты решишь, что действительно просто хочешь остаться друзьями со мной, то... Ну, я буду с тобой, несмотря ни на что. Как и с Мэй, Питер заставляет себя слабо улыбаться — Хорошо... спасибо. Для меня это очень важно. — Для меня тоже. — На секунду кажется, что Мишель хочет спросить его кое о чем, но потом она просто улыбается — Эм, так что просто дай мне свой новый номер, когда он у тебя будет, хорошо? Я... наверное, пойду, мне нужно подготовиться к этому сраному тесту. Питер провожает ее обратно в гостиную. Мэй и он стоят с Мишель и Недом у двери, и когда оба его друга прощаются с его тетей, Питер не может не чувствовать себя лишним, наполняясь странным чувством, что он какой-то не такой и не имеет возможности обнять их, не беспокоясь... о чем именно? Он знает, что они не изобьют его и не прикоснутся к нему с плохим намерением, но он все еще не может себе представить, что когда-либо сможет сделать это снова без какой-либо опаски. Он все еще думает об этом, когда Мэй спрашивает его, хочет ли он посмотреть фильм с ней. Вдалбливая себе забыть о Тони и о своих проблемах, Питер кивает, даже позволяя ей окутать его в пушистое одеяло и принести ему кружку горячего шоколада. — И последнее – может быть ты всё-таки хочешь мороженного. — подмигнув, Мэй указывает на кружку. — Думаю... нет, большое спасибо, Мэй. — Огромное упущение. — Пожимая плечами, она садится на безопасное расстояние и улыбается Питеру — У тебя есть какое-нибудь предпочтение, или мы просто поищем, что есть на Нетфликсе? — Все, что вы хотите, сэр. ... Нет. Опять. — Мэй, прости, я не хотел называть тебя так, я не знаю, почему я... Пожалуйста, я не имел в виду, что ты... То есть что ты не так, но... это просто оговорка... — Ну все, я говорила тебе не беспокоиться об этом, милый. Пожалуйста. Если хочешь, мы можем просто игнорировать это, когда... когда это происходит, хорошо? Подавленный, Питер кивает, глядя на свою кружку какао, как будто он серьезно хотел утонуть в ней. Он так, блин, облажался... Поскольку Питер просто пустым взглядом смотрит вперед, Мэй выбирает фильм - романтическую комедию, вероятно, надеясь, что она поднимет настроение Питеру. К сожалению, это не так, но он все равно заставляет себя улыбаться каждый раз, когда Мэй смеется над глупой шуткой. Однажды он даже пытается посмеяться с ней, но звук, исходящий из него, звучит так жалко, что он больше и не пытается. При просмотре фильма Питер невольно начинает сравнивать Мэй с Тони. В отличие от Мэй, которая в основном молчит, кроме смеха, Тони каждые две минуты бросал остроумные комментарии, когда они смотрели сериалы или фильмы. Как только Питер привык к этому, он даже начал смеяться над ними, особенно когда фильм или сериал, которые они смотрели, были ужасными. По какой-то странной причине, без них непривычно тихо и скучно. Поэтому Питер больше не уделяет так много внимания фильму. Вместо этого он продолжает смотреть на свою тетю, чувствуя успокаивающее тепло, распространяющее по его груди всякий раз, когда она хихикает. Как раз тогда, когда он пришел к выводу, что видеть ее очаровательный смех стоил того, что он терпел и в конце концов, сбежал из его плена, два человека на экране начинают целоваться. Со скоростью света мысли Питера вернулись к Тони и воспоминание о их последнем поцелуе. Это было всего три дня назад... в ночь до того, как Питер сбежал. Сначала они смотрели финал пятого сезона Игры престолов (который закончился самым худшим вбросом за всю историю ), а затем Тони сделал то, что всегда делал... каждый день... один или два раза... Питер, не подозревая, что на следующий день польет долгожданный дождь, угождал ему, пытаясь быть хорошим - идеальным мальчиком Тони. В качестве награды Тони полностью выжал его, трахая, пока Питер не зарыдал от удовольствия. Когда Питер сильнее сжимается в одеяле, его настигает ужасная мысль - только Тони знает, на какие рычаги ему нужно давить, чтобы превратить его в плаксивую, маленькую шлюшку. Не то чтобы Питер хотел быть плаксивой, маленькой шлюшкой, но суть в том, что только Тони знает, что нравится и не нравится Питеру, и как заставить его чувствовать себя хорошо, когда дело доходит до секса. И хотя Питер отчаянно хочет чувствовать только облегчение и счастье за возможность никогда больше не трахаться, он также не может не чувствовать тревоги. Что делать, если он действительно начнет скучать по всему этому, ведь Тони твердил, что никто другой не сможет дать ему этого? А... что, если однажды он начнет скучать по Тони? А что, если он уже скучает по нему?