Sticks and Stones (Words Can Never Hurt Me)

предупреждения: гомофобия, буллинг действие происходит 6 лет спустя в старшей школе. данный период известен как “самые веселые моменты”       Чимин, несмотря на все годы, проведенные со своим лучшим другом, вероятно, никогда не привыкнет к тому, как тот ест . От огромного количества еды, находящегося во рту Тэхена, тот начинает морщить нос. В это же время Чимин аккуратно ест яблоко.       Они с Тэхеном обедают в зале искусств. Друзья начали делать это каждый день, как только перешли в старшие классы. В это время класс практически пустовал. К тому же, Тэхену нравится иногда фотографировать в темных помещениях.       Чимин же, в свою очередь, не хочет находиться среди огромной толпы. Или среди людей в общем.       — Хочешь сегодня потусить? Можем поиграть в овервотч или что-нибудь еще. О! Или мы можем посмотреть новый фильм, который вышел. Ну, тот, который ты хотел посмотреть еще несколько месяцев назад, — говорит Тэхен, облокачиваясь на спинку стула. Сегодня ему не нужно работать над фотографиями, к большому сожалению Чимина. Его друг был озабочен фотографией, ведь ему нужно собирать портфолио для университета, в который хочет попасть.       — Сегодня не могу. Я спросил учителя Ли, могу ли остаться после школы и воспользоваться студией, — Чимин качает головой, кидая огрызок яблока в мусорное ведро.       — В последнее время ты много времени проводишь там, — Ким дует губы, потому что так он может растопить сердце Чимина.       Но в этот момент звенит звонок, пронзительный и раздражающий, сигнализирующий об окончании обеда. Они берут рюкзаки и направляются на занятия, которые, к сожалению, проходят не вместе.       — Я хочу быть уверен в том, что достаточно хорош для поступления в университет. Скоро творческое испытание, и мне нужно быть идеально подготовленным, если хочу быть принят на специальность танцев.       Школьный коридор был полон людей, когда Чимин с Тэхеном шли в свои классы.       — Тебя примут. Они не настолько тупы, чтобы не заметить твои прекрасные навыки танцев.       Чимин смеется: — Спасибо, Тэ, но-       Его прерывают ударом по плечу, от которого Пак пошатнулся и потерял равновесие. Чимин встречается взглядом ни с кем иным, как с Сонджэ, смотрящего на него в ответ.       — Смотри куда прёшь, пидор, — выплевывает тот.       Пак чувствует стыд. Он понимает, что позади него напрягся Тэхен. До того, как тот взорвется и поставит их в ситуацию, в которую оба не хотят попадать, Чимин хватает его за руку.       — Забей. Он этого не заслуживает.       По сжатым губам Кима Чимин понимает, что друг хочет сделать что угодно, кроме того, чтобы забить. Пак сегодня не в том настроении, чтобы над ним насмехались и унижали. Сегодня было чудесное утро, и он не позволит Сонджэ разрушить его.       Кроме того, Сонджэ мог сказать что похуже.       — Знаешь, я бы хотел посмотреть как он старается танцевать, — бубнит Тэ. — Возможно он сломал бы обе ноги.       Чимин усмехается и на этом столкновение сходит на нет.

***

      Голова Чонгука раскалывается от боли. Он отчаянно хочет поспать на уроке английского, так как нехорошо себя чувствует. Урок еще не начался, учителя даже нет в классе, поэтому парень решает на секунду прилечь на парту и отдохнуть. Всего на секунду.       Но это желание рассеивается, когда в аудиторию входит причина головных болей Чонгука и хлопает его по плечу: — Подъем, Чон.       Сонджэ садится за парту позади Чонгука, вокруг которого уже расположились друзья первого, словно стервятники, окружившие умирающее животное. Не то, чтобы Чон ассоциировал себя с умирающим животныи, он просто устал от брехни Сонджэ.       — Что тебе надо.       — Меня нужно подвезти домой после школы. Ты не против? — спрашивает Сонджэ, облокотившись на руки. До этого момента Чонгука никогда так сильно не раздражало присутствие человека, но у его одноклассника есть магическая способность заставлять людей в комнате бояться его или закатывать глаза в отвращении. Чонгук относился ко второй категории.       — Нет, я не буду ждать тебя. У меня своих дел по горло, — говорит Чон, скрестив руки и желая лечь обратно на парту.       — Мой маленький кузен отверг меня, — драматически наигранно усмехается Сонджэ. — Мне больно, очень сильно! Я растил тебя с тех пор, как ты был ребенком, как ты смеешь отказывать мне в поездке, — он протягивает руку и сильно тянет Чона на щеку.       — Эй, отъебись! — откидывает руку Сонжэ Чонгук.       Учитель зашел как раз тогда, когда Чонгук выругался. Сонджэ даже присвистнул при виде краснеющего учителя Кима.       — Чон! Что ты только что сказал?       Весь класс, в том числе и Чонгук, молчал. От неловкости Чонгук не может произнести ни слова, поэтому опускает покрасневшее лицо. Делает это он потому, что Чон настолько зол на кузена, если он откроет рот, то боится, что полетит еще больше ругательств в сторону Сонджэ.       — Да, я так и думал. Увидимся сегодня после уроков, — говорит учитель Ким, поворачиваясь к доске и намекая на начало урока. Ну конечно, блять.       —Эй, полагаю, ты все-таки подвезешь меня до дома, — шепчет Сонджэ и тыкает Чона в плечо, отчего тот вздыхает и сжимает зубы.       Парень бросает на одноклассника самый злобный взгляд, который только может изобразить, а друзья того тихо смеются. Сегодняшний день был довольно утомительным, решает Чонгук, кладя голову на стол. Английский может подождать. В любом случае, не похоже, что Чон сможет обратить внимание на лекцию.       Я чертовски презираю тебя, думает он про Сонджэ в надежде, что его противный кузен хоть как-то это поймет.

***

      К тому времени, как Чимин заканчивает тренировку для прослушивания, с него пот льется градом. На самом деле, Пак чувствует себя уверенно насчет определенной части танца. Учитель Ли сказал, что у него прекрасный баланс между контемпом и уличными танцами, с чем Чимин согласен. Он работал над этим на протяжении недель, и эти стили начали становиться частью него.       Накинув на плечо спортивную сумку, Пак отправляет короткое сообщение Тэхену, который вернулся в школу около десяти минут назад, чтобы забрать друга, за что тот безумно благодарен. К несчастью Тэхена, позже Чимин надерет ему зад в овервотче, хотя, кто виноват в том, что Ким плох в видеоиграх. ТэТэ <3 [16:32] поторопииись :( ЧимЧим <3 [16:35] уже иду :)       Чимин заворачивает за угол, и, нажав на кнопку отправки сообщения, врезается в кого-то. Телефон выпадает из руки, когда Пак падает из-за столкновения и тяжести сумки. От удара локтем, Чимин глубоко вздыхает, и вдруг замечает, что другой человек также упал на пол. И это заставило его чувствовать себя не очень хорошо.       Паку требуется секунда, чтобы выпрямить голову и сесть, и как только он это делает, чья-то рука появляется у него перед лицом. Рука… Чон Чонгука? Да, это точно он. На год младше Чимина, если он правильно помнит. Единственный человек, который каждый раз улыбается и кивает, если они случайно встречаются взглядами.       Он любезно принимает руку, и Чонгук помогает ему встать. Рука Чимина все еще слегка ныла от боли, но во всем остальном он жив и здоров. Пак был готов уже начать извиняться за свою невнимательность, но вдруг остановился.       В него словно въехал грузовик. Не так, будто слегка врезался в человека, а тот упал. Нет, этот грузовик мчал на полной скорости. Слова. Те самые слова.       — Черт, в тебе столько силы, для такого маленького как ты, — произносит Чонгук с долей смеха в голосе и блестящими от улыбки глазами.       Чимин не может пошевелиться. Не может дышать. Не может сделать ничего, кроме как смотреть на стоящего напротив него человека. По венам Пака начал проходить страх и ненависть, он ненавидит это чувство.       Скажи что-нибудь. Просто скажи что-нибудь. Он приоткрывает рот, но ничего не может произнести.       — Аййй, молодец, Чон! Поставь этого мелкого пидора на место.       Чимин вздрогнул. Сонджэ — ну конечно же — выходит из-за угла и закидывает руку на плечо Чонгука, который едва смотрит на него.       — Разве я не прав, Чимини? Как ты вообще посмел трогать моего маленького кузена? — прыскает Сонджэ, нахмурив брови.       У Чимина появляется комок в горле, и он отшатывается, словно его толкнули. Он переводит взгляд на Чонгука, который смотрит на него, наклонив голову, будто изучая его. Слезы тут же подступают, и Пак изо всех сил пытается их сдержать. Но все безуспешно, от слез помутнело в глазах.       — Иди, блять, спрыгни нахуй с моста, кусок дерьма! — жестко выпаливает Чимин.       Последнее, что Пак видит перед тем, как развернуться и убежать, — это широко раскрытые, встревоженные глаза Чонгука и его испуганное выражение лица. Яростное “Эй, вернись, блять, сюда” от Сонджэ повисло в воздухе. Он изо всех сил бежит на парковку, чтобы быть от обидчиков как можно дальше. Чимин не видит, где конкретно припарковался Тэхен, но знает, где обычно друг оставляет машину. Парень в спешке находит машину Кима, для этого он прикладывает массу усилий.       — Ты долго. Я уже начал думать- — глаза Тэхена расширились, когда он увидел стекающие слезы по щекам Чимина. — Чимин, что случилось? Что произошло?       — Просто езжай, пожалуйста, увези меня отсюда, — собрав всю волю в кулак, шепчет Пак.       И Тэхен незамедлительно это делает. Он выезжает со школьной парковки и едет к себе домой, ведь дом Тэхена ближе к школе. Все это занимает около пяти или шести минут, и за это время Чимин думает, что достаточно успокоился, чтобы объяснить что произошло.       Тэхен в тишине паркуется и отводит Чимина в дом, где тот уже не может себя сдерживать.       — О-он сказал те слова, и, и я подумал- Или я не подумал, или. Я не знаю, но п-потом пришел Сонджэ и. И он блять поздравил его. Как, как будто это было огромное достижение, — объяснение Чимина заняло некоторое время, потому что все это время он плакал, прерывался и говорил несвязно. — Словно это достижение для Чонгука наконец сказать мне слова с моей же метки, ведь уже все это сделали.       Все это время Тэхен тихо слушает. Его лицо с каждой минутой становится все краснее и краснее. Чимин знает, что Ким зол, он тоже, но что здесь можно поделать.       Все знают, что написано у него на груди. Все. И Чимин даже не может сосчитать сколько раз в неделю он слышит слова с его метки, произносимые с насмешкой. Обычно это делает Сонджэ со своей компанией. Именно они были теми, кто начал издевательства в первый год старшей школы.       Чимин знал, что Чон Чонгук приходился Сонджэ кузеном, поэтому должен был предвидеть это. Но, так или иначе, произошедшее застало его врасплох. Он не слышал насмешек в свой адрес уже несколько дней, оттого и не ожидал, что эти слова произнесет кто-то новый.       Это больно. В этот раз намного больнее, и Пак даже не может объяснить почему. Ощущаться должно так, как и раньше, но почему-то боль была так велика, что Чимин не может описать насколько. Может, она достигла своего апогея. У него был прекрасный день, конечно, что-то плохое должно было произойти. Ему, блять, просто нельзя быть счастливым.       Почему он должен проходить через все насмешки? Почему он? Почему он не может просто жить со своей меткой, а потом услышать ее от своего настоящего соулмейта? Почему он научился ненавидеть эти слова, несмотря на всю их невинность?       Почему Чон Чонгук опустился так низко, как и все остальные?       Тэхен прижимает Чимина к себе, как только слезы снова льются по его щекам. Через какое-то время Пак успокаивается; он привык к этой эмоции, привык к одному и тому же сценарию происходящего. Чимин ненавидит вовлекать своего друга в драму, но Тэ никогда бы не оставил его одного.       — Кто такой Чон Чонгук? Я никогда о нем не слышал, но я выбью из него всю дурь. И из Сонджэ тоже. Из всех. Никто не смеет причинять боль моему Чимину.       Пак слабо смеется Тэхену в грудь.       — Нет, я серьезно, я сделаю это. Можем поспорить.       По крайней мере у Пака был Тэхен. По крайней мере, с ним Чимин справится.