Не по крови

      В Безночном Городе, вопреки названию, зашло солнце. Ночь зловеще кутала в чёрный шёлк очертания зданий и скрывала от непрошеных зрителей, как любимое дитя, одного человека. Он крался к высокому дому, где держали пленников. Взлетев на мече, он стал высматривать нужное окно. Он не боялся быть замеченным — все стражники крепко спали, убаюканные звуками флейты.       Чёрная фигура подлетела к одному из окон. За этим окном молодой господин в белых одеждах беспокойно спал. Человек приземлился и вошёл в комнату. Он тревожно вздохнул и приблизился.       — Лань Чжань,— позвал человек, опуская руку на плечо спящему,— это я.       Тот открыл глаза, перехватил руку человека, вгляделся в полумрак, пытаясь узнать.       — Вэй Ин,— сказал он наконец, и его голос дрогнул.       — Да! Да, Лань Чжань, это я.       — Вэй Ин!— повторил Лань Чжань, не веря глазам и рукам. Он судорожно схватил лицо Вэй Ина, провёл ладонями по его щекам, волосам, шее. Будто пытаясь понять, сон ли, реальность.       — Вэй Ин, как ты...       — Стража уснула. Я успел пробраться,— Вэй Ин замер на полувздохе, глядя в глаза напротив. Взял холодные руки Лань Чжаня в свои, пытаясь согреть.— Лань Чжань, я так боялся за тебя! Когда мне сказали, что Облачные Глубины сожгли, я сразу поспешил... Лань Чжань, милый мой, что они с тобой делали? Как ты, как же ты?..       — Да какая разница, что со мной,— перебил его Лань Чжань,— ты рискуешь, ты так рискуешь... На сколько уснула стража?       — Пять минут,— осоловело прошептал Вэй Ин.— Они уже проснулись. На дольше не получается, прости, прости... Лань Чжань, у меня с собой мази и целебные травы, я могу помочь, если что-то с тобой случилось! Говори же, ну?       — Они сломали мне ногу,— сказал Лань Чжань, помолчав.— Это не вылечить за минуту... И они заметят в любом случае, тогда будут вопросы. Не надо, Вэй Ин.       — Хорошо. Хорошо, я не буду ничего делать, если ты просишь меня. Но, Лань Чжань, они обижали тебя? Ты должен рассказать. Ты должен рассказать мне всё, Лань Чжань, ведь я так волновался за тебя!       — Ты рядом. О большем я не мог и мечтать.       Они переплели пальцы. В коридоре послышались шаги, и Лань Чжань уронил их обоих на узкую кровать. Шаги прошли мимо, не останавливаясь. Вэй Ин не отодвинулся.       — Они сожгли Облачные Глубины. И они... Убили отца.       Лань Чжань стал говорить, не останавливаясь, о своих несчастьях. Так много слов он, наверное, не произнёс с самого рождения. Вэй Ин слушал его, вспоминая, как вышел на пепелище Облачных Глубин, как бродил там, не узнавая знакомые прежде пейзажи и не веря, что всё вокруг — не кошмар и не чья-то злая шутка. Как добирался до Безночного города и как искал, очень долго искал одного человека.       — А ты, Вэй Ин? Как ты...       — Я убежал,— ответил тот.— Мой отец, он...       Вэй Ин замялся. Он не знал, как сказать правильно и что вообще нужно сказать.       — Твои отцы,— медленно произнёс Лань Чжань,— бессмертный мастер Шэнь и властелин демонического царства Ло Бинхэ. Я знаю.       — Но откуда?..       — Ты иногда оговаривался. А найти книги о них было не трудно... Не переживай. Услышать можно было, только если слушать очень внимательно.       — А ты меня слушал,— Вэй Ин счастливо прикрыл глаза.— Лань Чжань, тебе не противно?       — Никогда,— ровно отозвался он.       — Они не пожелали помогать. Сказали, царство демонов не должно вмешиваться...       — Правильно сказали. Было бы только хуже, Вэй Ин.       Тот покачал головой.       — Мне не понять. Но это не важно. Теперь я здесь, Лань Чжань. Нужно придумать, как всем помочь. Я пробовал усыплять стражников, но надолго не получается... Если ты скажешь, где хранится ваше оружие, я мог бы принести его.       — Комнаты каждый день проверяют. Не выйдет.       — А если на охоте... Нет, тогда его перехватят. Что же делать, Лань Чжань?       — Я не знаю. Слишком много всего так сразу.       — Да,— отозвался Вэй Ин.— Нужно думать... Я останусь у тебя на ночь. А утром, когда караул будет меняться, уйду.       Лань Чжань кивнул. Они заснули, не расцепив рук.       В пять утра Лань Чжань потряс Вэй Ина за плечо.       — Пора.       Вэй Ин неохотно завозился.       — Да, да, встаю... Лань Чжань, я ещё приду. Я узнаю, что делать, и приду сюда. Он поднялся, лениво потягиваясь и уже почти встал на меч, когда Лань Чжань приблизился и порывисто обнял его.       — Береги себя, Вэй Ин.       — Береги себя и ты.

***

      Флейта плакала в тёмном лесу. Безоружные дети, подавляя дрожь, шли вперёд. Это была не первая такая ночь, когда их использовали как живой щит Вэнь Чао, но музыка раньше не доносилась. Из чащи показались две твари, однако тут же замерли. Раздалась звонкая трель, твари набросились друг на друга, не трогая остальных.       — Найдите флейтиста!       Кто-то из солдат бросился на звук. Флейта смолкла. Неизвестный помчался прочь, а к преследованию присоединились и другие солдаты. В плечо одному из них прилетела стрела — не с той стороны, куда убегал флейтист. Люди остановились, обнажая мечи.       — Это нападение!       Снова раздалась музыка, и новая лесная тварь, скалясь, стала приближаться. Она не смотрела на детей, только на Вэнь Чао.       — Не подходи! Не подходи!— кричал тот, пятясь.       Полетела ещё одна стрела, теперь в него, и уже с иного места. Флейта продолжала играть. Дети сжались в кучу, не откликаясь на вопли Вэнь Чао, солдаты пытались понять, куда им идти, но напавшие на них постоянно двигались, и нельзя было определить, где они.       — Отступаем,— наконец, признал поражение Вэнь Чао.       Они убрались вместе с детьми. Вэй Ин вышел на свет, желая встретить своего неожиданного союзника. В тот же миг прямо над ним пролетел и воткнулся в дерево знакомый кинжал.       — Ты злишься,— выдохнул Вэй Ин, вытаскивая этот кинжал.       — Конечно, злюсь,— ответила Сюэ Ян.       С дерева спикировала трёхлапая ворона.       — Я тоже злюсь,— сообщила она.       Вэй Ин, совсем забывший про любимицу в суете последних дней, нежно погладил её.       — Прости, Юэлян. Спасибо, что ты со мной.       Сюэ Ян подошла ближе и забрала кинжал у Вэй Ина. Тот, как всегда, покорно отдал его.       — И тебе спасибо, А-Ян.       — Исполняю своё обещание. Ну, какой у тебя план?       Вэй Ин задумчиво прислонился к дереву.       — Я долго думал, но так и не нашёл подходящий вариант. Лань Чжань говорит, нельзя открыто выступать против Вэней, ведь они нападут на ордена и уничтожат их. Я мог бы убить Вэнь Чао и Вэнь Жоханя, но ведь на их места сядут другие, может даже хуже, и ничего не изменится.       — Война — это путь обмана, Вэй Ин. Если враг силен, уклоняйся от него.* Ты пытался искать других заклинателей, готовых выступить против Вэнь? Вместе мы могли бы что-нибудь и сделать...       Вэй Ин замялся.       — Я... Я начал делать одну штуку. Но она пока не закончена. Она могла бы помочь нам в войне.       — Какое-то демоническое оружие?— заинтересовалась Сюэ Ян.       — Что-то вроде того... А-Ян, а как тебя отпустили? Маленьким девочкам не место на войне!       В его сторону снова полетел кинжал.       — Я всего лишь выполняю обещание тебе!— возмутилась она.— Как только удостоверюсь, что с тобой всё в порядке, сразу пойду домой.       Вэй Ин улыбнулся.       — Какая ты добрая.       — Меня приютил местный лекарь,— перевела тему Сюэ Ян.— А ты где живёшь?       — Устроил шалаш в лесу,— пожал плечами Вэй Ин.       — Не безопасно.       — Тебе тоже. Ну да кто будет ребёнка в саботаже подозревать... Сюэ Ян фыркнула.       — Нужно увести куда-то адептов. Так, чтобы никого не убили.       — Надо обдумать всё, А-Ян. Один неверный шаг и мы с тобой трупы.       — Я знаю.       — Тогда уходи сейчас,— приказал Вэй Ин.— Они могут вернуться обыскивать лес. А мы с тобой... Завтра, когда они снова пойдут на охоту. Давай встретимся в этом лесу. Ты найдёшь их по визгу Вэнь Чао.       — Главное, чтобы они не нашли тебя.       Так они разошлись.

***

      Во дворце императора демоны потеряли покой. Госпожа Мэйли плакала об ушедших детях. Тяньлань-Цзюнь и Чжучжи-Лан пытались успокоить её, но и они едва держали себя в руках.       — Вот девчонка...— бормотал старик Мэнмо.— Вот же, пошла за братом, не побоялась... А я на неё говорил...       — Не бурчи,— нервно отзывалась Ша Эртун.— Я хорошо их вышколила. Они справятся.       Мобей-Цзюнь молчал, как всегда, не показывая чувства. Спокойнее всех, как ни странно, была Ша Хуалин.       — Если началась война такого масштаба, значит, рядом будет и моя любимая заклинательница,— улыбнулась она.— Император, дайте мне найти её. Я не буду вмешиваться в ход войны и не стану мешать людям. Всего одна встреча.       Ло Бинхэ, бледный и осунувшийся, кивнул.       — Если она может помочь моим детям выжить там, отыщи её.       Ша Хуалин поклонилась и ушла. Никто кроме неё и императора не понял, о ком шла речь.       Ша Хуалин вышла в человеческий мир. Ей не составило труда узнать, где было жарче всего. Она пришла в Безночный город, одна, и побрела по улицам босыми ногами. Браслеты звенели, и тёмная энергия кружила вокруг неё. Эту энергию не мог заметить человек или слабый заклинатель, но та, кто наверняка уже была здесь, заметила.       Знакомым жестом Ша Хуалин под локоть подхватила девушка в плаще. Они прошли вместе, не говоря друг другу ни слова, до тёмного переулка, там и остановились.       — Здравствуй, Минъянь,— улыбнулась Ша Хуалин.— Давно тебя не видела.       — О чём ты думала,— прошипела та, стягивая капюшон.— Если бы тебя засекла не я?       — Меня не могла засечь не ты,— улыбнулась в ответ Хуалин.       — Ну и к чертям тебя!— вспыхнула Минъянь и первая кинулась обниматься.       Когда-то давно Ша Хуалин победила Лю Минъянь в битве. Затем Лю Минъянь одолела Ша Хуалин в дружеской дуэли. С тех самых пор они были соперницами, постоянно стремились превзойти друг друга. Это была не дружба, не вражда, а что-то сродни любви: вечное желание показать себя с лучшей стороны, стать сильнее ради победы не над воображаемым врагом, а над единственным человеком. Им обеим были неинтересны мужчины и отношения, но обе они никогда не забывали друг друга. Иногда теряя из виду, иногда намеренно сжигая мосты, они вновь и вновь находили дороги, чтобы встретиться снова. Но со временем Ша Хуалин безбожно отстала от своей соперницы и, стыдясь, перестала искать новых встреч. Однако это не мешало ей сейчас горячо обнимать и целовать её.       — Что же ты здесь делаешь?— Спросила Лю Минъянь, отстраняясь.       Ша Хуалин улыбнулась.       — Дорогая, у Ло Бинхэ и Шэнь Цинцю завелись дети. И эти дети сбежали помогать своим дружкам из человеческого мира в войне.       — Ты хочешь, чтобы я защитила их детей?— изумилась Лю Минъянь.       — Нет, я так, просто говорю, вдруг тебе будет интересно это увидеть...       — Постой, сколько им?       — Старшему семнадцать, младшей тринадцать.       — И их отпустили!       — А,— махнула рукой Ша Хуалин,— всё равно бы сбежали. Ты же знаешь этих подростков, вечно им не терпится кого-нибудь сразить... Ну так что, ты поможешь им? Они должны быть там, где держат сейчас адептов орденов...       — Конечно,— заверила Лю Минъянь,— но не спеши, давай зайдём куда-нибудь, посидим...       Ша Хуалин печально улыбнулась.       — Я не смогу сразиться с тобой, ты знаешь.       — Это не важно,— Лю Минъянь провела рукой по её щеке.— Я просто хочу побыть с тобой.       Глаза Ша Хуалин озорно блеснули.       — Ну тогда пойдём, я видела здесь прекрасную чайную.       Лю Минъянь снова накинула капюшон, и вместе они вышли из тени.       — Как поживает то дитя, что ты забрала?— спросила Минъянь во время чаепития.       — О, с ней всё хорошо. Знаешь, она стала генералом. Невинна, тонка, прелестна, но всем чужая. Это у неё ещё с тех пор, как она узнала о своей родословной...       — Она спрашивала о семье?       — Я сама рассказала ей,— пожала плечами Ша Хуалин.— И она решила увидеть настоящих родителей.       Лю Минъянь покачала головой.       — Представляю, что она чувствовала.       — Едва ли! Ей рассказали, что её отец был насильником и убийцей, ну что ж, ладно, да только и мать, когда Эртун пришла в ту деревню, уже была мертва. Знаешь, отчего, Минъянь? Надралась как скотина и сдохла в канаве.       Ша Хуалин сжала пальцы на чашке, та едва не треснула. Минъянь успокаивающе положила руку ей на плечо.       — Она должна гордиться, что стала твоей дочерью. Не каждый решится взять на воспитание ребёнка, особенно из такой семьи.       Ша Эртун нашли, когда Лю Минъянь прибыла в гости в царство демонов. Мужчина из свиты Хуалин изнасиловал крестьянку, и та родила дитя. Женщина хотела убить ребёнка и саму себя, но Хуалин успела остановить её. Насильника судили по закону, а крестьянка смогла зажить спокойно. Ша Хуалин тогда забрала себе девчонку, то ли чтобы произвести впечатление на Минъянь, то ли ещё по какой причине.       — Какая она сейчас?— спросила Лю Минъянь.       — Стремительная амазонка, пленительная госпожа! Носит вместо шлема перья и разит насмешливым клинком, не думая. У её ног лежит всё, что мне когда-то только снилось... Она как я, но лучше во всём. Она бы не проиграла тебе.       Ша Хуалин спрятала лицо за чашкой. Минъянь не отводила от неё глаз.       — Никто не может быть лучше тебя.       — Все в демоническом царстве лучше меня. Полезнее так уж точно.       — Тогда уходи к нам,— сказала Лю Минъянь.— Ты можешь скрывать себя от обычных людей, а от заклинателей я буду тебя защищать. Мы станем жить в отдалённом месте, и...       — Прекращай это,— отдёрнулась Ша Хуалин.— Твоя вечная вежливость раздражает.       — Ты важна мне,— твёрдо ответила Лю Минъянь, не отнимая руки.— Если ты так тоскуешь, я заберу тебя.       — О, моя спасительница,— рассмеялась Ша Хуалин,— я не принцесса, не забывай. О себе и сама позабочусь. Ты ведь помнишь, милая моя Минъянь, что не все демоны могут любить. Я — не могу.       Лю Минъянь смотрела своими серьёзными глубокими глазами и упрямо поджимала губы.       — Плевать мне. Буду любить за двоих.       Ша Хуалин снова рассмеялась.       — Да, Цинхуа тоже так говорил.       — Я не Цинхуа! Восемьсот лет мы были соперниками, и двести лет я жду, когда ты решишься признать нечто большее. Ты исполнила свой долг перед родиной, у тебя уже взрослая дочь, почему не можешь начать жить для себя?       — Цинхуа ушёл, Вэй Ин ушёл, я уйду... Кто же останется нашему бедному императору?       — Его супруг, его дети, твоя дочь. Мало ли кого!       Ша Хуалин замолчала. Лю Минъянь, не желая сдавать позиции, прижала её к себе.       — Давай так,— согласилась Ша Хуалин, положив голову на плечо Минъянь,— если эти ваши Вэни проиграют войну, я уйду к тебе. Будешь делать со мной, что захочешь, и отыгрываться за эти годы.       Лю Минъянь улыбнулась.       — Вот так бы сразу.

***

      — А-Ян, они идут к пещере.       — Вижу. За ними?       — А-Ян, там мы будем не в безопасности.       — Тогда что...       — Они толкнули Лань Чжаня! Ты посмотри! А-Ян, давай так, я за ними, а ты оставайся тут. Если что, будешь нас отбивать!       — Стой, что... О, нет.       Вэй Ин дождался, когда все заберутся в пещеру, и прошмыгнул следом, и застыл неприметной тенью в углу. Он не выдал себя, когда Вэнь Чао собрался пустить кровь девушке, а Лань Чжань загородил её своей грудью. Он молчал даже когда Вэнь Чао кинулся вперёд, пытаясь Лань Чжаню навредить. Завязалась драка, и через несколько долгих секунд Вэнь Чао оказался на каменном островке с прижатым к горлу мечом.       — Всем не двигаться,— приказал Вэнь Чао.— Только попробуйте дать ему убить меня!       Остров под ними начал двигаться. Огромная голова на змеиной шее показалась из под воды. Вэнь Чжулю, Сжигающий Ядра, кинулся к Лань Чжаню, но тот соскочил с панциря зверя и попятился, не отнимая меча от горла Вэнь Чао. Лучники стали стрелять в черепаху, но всё было без толку. Беззащитные дети разметались по пещере, не зная, что делать, а Вэнь Чжулю упрямо приближался к Лань Чжаню. Вэй Ин не сдержал себя. Он вынырнул из укрытия и кинулся на Сжигающего Ядра. Тот успел закрыть голову, и на пол каменной пещеры упала его отрезанная рука. Вэнь Чжулю достал клинок, Вэй Ин парировал. Лань Чжань, оставив Вэнь Чао, бросился на выручку с чужим мечом.       — Бежим!— завопил Вэнь Чао, и первый кинулся к выходу. За ним поспешили прочие адепты Вэнь. Остальные отбивались от нападающей черепахи и в ужасе наблюдали за схваткой. Вэнь Чжулю был искусным воином, но у него осталась лишь левая рука, и против него стояли двое. Вэй Ин не запомнил, кто нанёс решающий удар. Вэнь Чжулю упал замертво к их ногам, но времени рассматривать его не было. Сбежавшие солдаты заваливали проход. Вэй Ин бросился туда, но не успел. Пещеру окутал мрак, и кучка подростков сгрудилась подальше от черепахи, ожидая своего конца. Вэй Ин обернулся на них. Они смотрели на него то ли с надеждой, то ли со страхом.       — О, привет, Цзян Чен!— обрадовался Вэй Ин.— Ты тоже тут, какое совпадение. Рад встрече.       — Это ты играл вчера на флейте!— воскликнул Цзян Чен.— Дурачьё, как ты мог так подставиться!       — Да ладно тебе. Мы победили Вэнь Чжулю!       — Как будем выбираться?— подключился Цзинь Цзысюань. Он не одобрял Вэй Ина с тех самых пор, как они подрались в Облачных Глубинах.       К ним подошёл Лань Чжань.       — На воде кленовые листья. Внизу должен быть выход.       Посовещавшись, адепты решили отправить Цзян Чена, как лучшего пловца, на проверку.       — Выход есть! Шесть человек одновременно могут протиснуться!— сообщил он, вернувшись.       — Живо, отправляйтесь. Помогайте друг другу и поддерживайте друг друга,— наставлял Вэй Ин. Сам он отвлекал черепаху огнём. Адепты уже выстроились в очередь, чтобы плыть, как сверху раздался крик:       — И куда вы, идиоты, прёте?!       Все обернулись. Кто-то отодвигал камни с прохода. В щели виднелось лицо девочки лет тринадцати, это она ругалась на адептов.       — Не трогайте бедную черепаху, она фольклорный элемент. Сюда идите!       Девчонка выглядела очень грозно. Адепты не решились подойти к ней.       — А-Ян!— воскликнул Вэй Ин.— Какая ты умница! Идём, ребят, это моя сестра. Мы не сможем подняться, нужны верёвки.       — Лозы подойдут?— к Сюэ Ян подошла Ша Хуалин.— Мы сейчас скинем, забирайтесь. Раненых вперёд!       На свет вышли ещё двое мужчин и женщина. Они помогли подняться раненым, подождали, пока выйдут остальные. Вэй Ин всё это время сжимал ладонь Лань Чжаня в своей. Тот молчал. Они выбрались последними.       — И так, мелкие, что вы наделали?— грозно спросил мужчина в белом, когда все остались на поверхности.       — Мы убили Вэнь Чжулю,— отозвался Вэй Ин.— А вот что наделали вы? Тут валяется куча трупов.       — Мы убили Вэнь Чао и всех его приспешников,— отозвался заклинатель.       Адепты заволновались.       — Господа назовут свои имена?— спросил Лань Чжань.       Мужчина улыбнулся.       — Я Лю Цинге, воин. Этот человек,— заклинатель рядом с ним поклонился,— мой... друг, Вэй Цинвей. Эта женщина — моя сестра, Лю Минъянь. Это Ша Хуалин, эм... подруга Минъянь.       Адепты заволновались сильнее.       — Не может быть! Герою Лю Цинге сейчас было бы больше тысячи лет!— удивился кто-то.       — А мне и есть тысяча лет,— легко согласился Лю Цинге.— Долгожители встречаются чаще, чем кажется. Мы все узнали, что орден Вэнь творит тут разное нехорошее, и поспешили на выручку. А в лесу нас встретила Сюэ Ян и привела к вам. А дальше вы знаете.       Цзян Чен нахмурился.       — Что мы будем делать теперь?       — Разделимся,— ответила Лю Минъянь.— Цинге и Цинвей отправятся вместе с вами в Цинхе Не, там сейчас безопаснее всего и уже собирается армия против Вэней. Те, кому ещё есть, куда возвращаться, вернутся домой под прикрытием меня и Ша Хуалин. Позже мы с ней отправимся добывать ваше оружие. Вопросы?       — У меня!— воскликнул Вэй Ин.— Могу я забрать кое-что из леса? Я жил там какое-то время.       — Иди,— вздохнула Минъянь.— Хуалин проводит.       Та кивнула и потащила Вэй Ина вдаль.       — Ну и всколыхнул ты дворцовую общественность!— выговаривала Ша Хуалин.— Но тот мальчик с ленточкой и правда чудо как хорош, не удивительно, что ты ради него всё бросил... Ах, юность, славное время первой любви!       — Погоди, погоди, тётушка,— перебил её Вэй Ин, потянув её в другую сторону,— как ты вообще оказалась здесь, если отцы запретили!..       — Они вмешивать армию запретили, а я тут только Минъянь искала.       — Это не та, по которой ты страдала кучу лет?       Ша Хуалин ущипнула его. Вэй Ин засмеялся.       — А этот её брат и тот заклинатель, они вместе что-ли?       — Ага,— хихикнула она.— Представь, уже семьсот лет! И скрывали от всех, кроме неё. Я сама в шоке была, думала Цинге так и будет безответно по Цинцю сохнуть... Так, это тот самый шалаш?       Вэй Ин кивнул, зашуршал листвой, достал оттуда несколько мешочков цянькунь.       — Бегом теперь обратно. Ты же в Цинхе направишься?       — А куда ещё мне идти! Туда пойдёт Лань Чжань.       Когда они встретились с остальными, уже поднималось солнце. День адепты и их помощники пережидали в лесу, чтобы под покровом ночи тихо уйти. Сюэ Ян спустилась в город. Её там знали, и она могла спокойно купить припасов в дорогу. Но шла Сюэ Ян не только за этим. Ей нужно было попрощаться с приютившей её семьёй.       — Госпожа Вэнь Цин,— она вошла в дом. Молодая девушка сидела за столом и что-то толкла в ступке. Разносился запах трав.— Я ухожу.       Девушка подняла голову.       — Уже?       — Уходим я и адепты орденов. Второй молодой господин, Вэнь Чжулю и их солдаты были убиты. Скоро начнётся война. Вам не стоит оставаться в городе. Уходите с братом к окраинам, а лучше на нейтральные территории.       Вэнь Цин опустила глаза в стол.       — Я подумаю над этим. Удачи, Сюэ Ян.       — Берегите себя,— отозвалась та и скрылась.       Тем временем на стоянке Лю Цинге и Вэй Цинвей приставали к Вэй Ину с вопросами о Шэнь Цинцю. Тот, смеясь, рассказывал то, что помнил.       — А почему вы перестали общаться?— спросил Вэй Ин наконец.       — Да мы не то, чтобы переставали,— вздохнул Лю Цинге,— просто как-то потеряли друг друга.       — Я пошлю письмо, что мы вас встретили,— улыбнулся Вэй Ин. — Отцы будут счастливы встрече. Кстати, господин Вэй Цинвей, как думаете, я могу быть вашим родственником? В конце-концов, мы носим одну фамилию.       Тот улыбнулся. Цинвей был изящнее и спокойнее Лю Цинге, и Вэй Ина совсем не напоминал ни внешностью, ни характером.       — У меня был сын и внуки. Кто знает, мальчик, кто знает.       — Я в твоих родственниках, дорогой братец, уже голову сломала,— усмехнулась Сюэ Ян, вернувшаяся из города.— Ах, молодой господин Лань, как я вам сочувствую! Вам придётся породниться с этими страшными людьми и нелюдьми.       — С тобой тоже,— хмыкнул Вэй Ин.       — А я — самый страшный родственник,— ответила Сюэ Ян.— Где там летает Юэлян? Будем писать домой отчёт о кампании.       Лань Чжань смущённо отводил глаза. Вопреки ситуации, он начинал верить, что всё наладится.